Викторианский портрет

Услышав, что его дорогой друг пойдёт отдыхать — Джейс обрадовался. Смутился, когда тот неглядя схватил лист с рисунком. Разволновался, сразу, как за Виктором закрылась дверь. Что-то не так. Стул под ним заскрипел, губы сжались. «Наверное, я смутил тебя, или обидел. Навязал какую-то ерунду, вместо того, чтобы по-настоящему помочь». С Виктором нужно быть осторожнее, в общении, в работе. Обилие трудноуловимых нюансов делает его человеком "тяжёлого" характера. И, венчая всë прочее, Виктор ненавидит, когда с ним осторожны. ____ Стук в дверь привёл Виктора в сознание. Ещё не успев ничего понять, чисто механически, он потянулся, чтобы открыть. Но, потому ли, что в попыхах он забыл повернуть ключ, то-ли под напором сдался старый замок — дверь открылась без его вмешательства. В проёме, обрамлённая приглушённым светом, стояла широкая фигура. Её плечи вздымались на вдохе, скатывались на выдохе. Фигура наклонилась, взволнованно изучила сидящего на полу человека. И тут. Тихий смешок: — Что с твоим лицом? — ладонь опустилась Виктору на щеку. И мягким движением большого пальца, стёрла с неё карандашные пятна. — Уткнулся носом в мой шедевр, прежде чем отойти ко сну? Я польщён. Виктор, покрытый смесью стыда и раздражения, отворачивается. Запускает пальцы в волнистые пряди, ища место ушиба. — Больно? — отступившее чуть ранее волнение, вернулось к Талису. — Нет, всё нормально. Я и на полу неплохо смог отдохнуть, вернёмся к работе. — Отдохнул? Ты ушёл из лаборатории 20 минут назад. Виктор оставил свой ноющий затылок в покое. Направил раскрытую в вопросительном жесте ладонь на Джейса, сопроводив движение недоверчивым взглядом. — Что же ты тут тогда делаешь? — Решил проведать. Ты странно себя вёл. — «и кажется, из-за меня» Голова раскалывается, но Виктор пытается встать — сровнять позиции. И на этот раз, заботливая рука помогает ему, вместо того, чтобы остановить. Покачиваясь, Виктор ищет глазами трость. И пока тот не успел сообразить, его растерянного подхватили на руки. — Я тебя донесу, ладно? Хватит падений на сегодня. — Джейс вглядывается в знакомое лицо, моля о разрешении. Сердце отзывается в груди резкими, почти болезненными ударами. Когда-то и Виктор смотрел также на своего визави — бесстыдно и долго, проникая под кожу. Но сейчас, чем находиться под таким давлением, было бы предпочтительнее упасть куда-нибудь ощутимо ниже пола. — Джейс, не надо, я дойду. — Мне ведь не сложно. — препираясь, «носильщик» выигрывает заветные секунды. — Хватит на сегодня хвастовства, я и так знаю, что ты мужчина крепкий. Джейс давится смешком и таки отводит взгляд. — Почему ты меня не слушаешься? — Но мы ведь уже почти… — Поставь! — приказной тон, ожесточённый настроением акцент. Раз так, сказано — сделано. Джейс опускает ноги Виктора, но не на надëжный твёрдый пол, как тот ожидал, а на кровать. Как оказалось, в ходе недолгих пререкательсв, они уже дошли до места назначения. Встав в полный рост, Виктор открыл для себя новую точку зрения. Вид сверху вниз делает Джейса ещё больше похожим на милого (хоть и крупного) зверя. Джейс придерживает руками аккуратную талию, без опоры стоять на мягком матрасе Виктор бы не смог. Холодная полутьма укутывает донельзя неловкую сцену, протягивая и смакуя каждый миг. Проходит всего пара необычайно долгих секунд в шатком равновесии, прежде чем Виктора догоняет дрожь. Ноги подкашиваются. И о боже, Джейс согнувшись в поясе, припав коленями к полу, нависает прямо над ним. Вариантов бегства нет, но спасаться надо: — Эй-эй, госпожа советница ночует не здесь, будьте внимательнее, мистер Талис. — а лучшая защита, как хорошо известно Виктору, язвительное нападение. Джейс впал в ступор от такой резкой смены тона происходящего и даже не стал этого скрывать: — Ну хватит, я просто не хотел, чтобы ты снова стукнулся головой. «Теперь ты смотришь на меня, словно брошенный щенок, терпеть это не могу. И, черт, какой же ты тяжёлый. Тяжёлый… и тёплый.» Задавленный тревогой и массивным торсом, мужчина извивается змеёй. Длинная пауза, Джейс наконец-то решается убрать руки и подняться. Виктору удалось по-настоящему его задеть. Обидчик и сам это заметил: по опущенным бровям, неровному дыханию и попыткам отстраниться. Вид горькой печали колит сердце и заставляет, наконец, понять — надо спасать положение иначе, не отталкивать и не бежать. Проснувшаяся совесть Виктора не позволит ему отпустить своего ненаглядного протеже в столь расстроенных чувствах! Он крепко взялся за чужие плечи. Джейс делает так всё время, без особых причин, а Виктор, кажется, не делал ни разу. Обвившись руками, он заключил Джейса в объятиях: — Прости мне мою ядовитость. Я не злюсь. И твой рисунок…безупречно красивый. — почти шёпотом, куда-то в область шеи, выдыхает Виктор. Пары фраз хватило, Джейс поддался, веки расслаблено сомкнулись, — Тогда почему ты так резко ушёл? — Я испугался того, что ты видишь меня таким. Это слишком красиво, чтобы быть правдой. Зловеще неестественно. «Неестественно? Зловеще?! Ты ведь сияешь янтарём, ты гениален и изысканнен, как фарфоровая скульптура! Ты волшебный. Ты… " — Ты просто чудо. Неописуемо прекраснее того, что я мог изобразить. Чудо? — Виктор дëрнулся. Жалкому, презренному калеке всегда и всё было нельзя. А чуду? Чуду позволено многое. Значит риск, ради стоящей идеи? Той, что дурила голову в самые неподходящие для того моменты, занимала собой пространства для воздуха и здравых мыслей. Идея будоражащая ровно насколько, насколько и пугающая. Виктор повернул голову, уткувшись в пылающую жаром крепкую шею, припал губами, на пробу. Так, чтобы ещё можно было отвертеться. Можно было бы, но не придётся — замок из рук сковал его, крепче корсета, в ответ на робкий поцелуй. Гул у Джейса в голове сбивал с маршрутов собственные мысли. Он потерялся ещё в тот момент, когда Виктор скользнул ладонями по его спине. Рассыпался в пепел от прохладного дыхания, что задело ухо. И теперь собрался вновь — от робкого прикосновения губ к его коже. — Пожалей мои рёбра, Талис. — шипит Виктор. — И-извини, кажется, я не очень хорошо себя контролирую. Не знаю, как выразиться правильно… — Если ты не знаешь, попробую я? — Попробуешь что?.. — Помочь тебе выразить чувства.