Клуб выдающихся лжецов и исключительных изобретателей

      С лёгкостью преодолев крутой поворот, он выравнивает метлу и проносится мимо Оливера, не в силах сдержать весёлый смех. Одна из самых любимых частей тренировки Джорджа — это обучение ловкости в полёте. Они летают на полной скорости, уклоняясь от препятствий, развивая свою манёвренность. Джордж чувствует, как каждая клеточка его тела наполняется адреналином, а сердце бьётся в унисон с ритмом полёта. Капитан команды, слегка отстав, кричит ему вслед: «Не думай, что это конец!», — и бросается в погоню, искусно лавируя между высокими деревьями. Джордж лишь улыбается, чувствуя, как метла подчиняется каждому его движению, словно продолжение его самого. В такие моменты он понимает, что нет ничего прекраснее, чем ощущение полной свободы в небе.       После ещё нескольких кругов, Вуд даёт команду возвращаться на поле. Он успевает сделать несколько замечаний, дать советы и похвалить каждого игрока, прежде чем на стадионе появляется команда Слизерина. Оливер заканчивает свою речь и спешит уйти, чтобы избежать перепалки, которая уже стала почти традицией при встрече с соперниками из зелёной команды. Среди них есть Селестина, которая проходит мимо, не удостаивая Уизли и взглядом. Она состоит в музыкальном оркестре. — В этот раз она верна обещанию, — подмечает Фред, посмеиваясь в оглядку. — Ты не хочешь поделиться со мной, как ты оставил в должниках Селестину Паф? — интересуется Джордж, отстёгивая защитные щитки. — Меня который день снедает любопытство, братец. Когда ты вообще успел?       Фред, с забавным выражением лица, таинственно выжидает, прежде чем спросить: — Есть версии?       Джордж просто поражён. Его близнец почти никогда от него ничего не утаивает. Он попросту не умеет держать язык за зубами! Зная Фредди и его огромную симпатию к издёвкам, он попросту набивает себе цену. — А то! Сотня и маленькая тележка. Карточный долг, геройское спасение, спор? Выкладывай. — Увы, — разводит руками Фред. — Не могу. Я пообещал. — Я твой брат! — Я в курсе, — с весёлым и хитрым прищуром отвечает близнец. Сложив свою форму в сумку, он поднимается со скамейки.       Джордж смотрит в ответ, ожидая, что сейчас брат расколется и поведает всё в самых ярких подробностях. С самого детства они друг для друга самые надёжные уши. Каждый из них первым узнал не только о проделках другого, но и переживаниях и боли. Джордж прикидывал в уме, что история, стоявшая за ситуацией с долгом, интересная. И, разумеется, ждал, когда брат наиграется вдоволь и выложит всю подноготную. — Подумай, Фордж, — играя бровями, говорит Фред. — Слухи никогда не переплюнут правды. — Боюсь, что не в нашем случае.       И это действительно так. Многим в голову не взбредёт то, что вытворяют на сей раз близнецы. Вот уж где вымысел не имел возможности соревноваться с правдой. — Как бы то ни было, я предпочту оставить всё на твою буйную фантазию, — это заявление заставляет Джорджа недовольно поджимать губы. — Позволю себе сказать лишь, что это никак не похоже на то, что происходит между тобой и Лиди.       Джордж на мгновение останавливает свои сборы. Хотя он уже не в первый раз слышит от брата такие двусмысленные фразы, он всё равно чувствует лёгкое смущение. Возможно, это единственный недостаток их дружбы втроём: что бы один или двое из них ни скрывали, третий всегда всё знает. Фред первым заметил, что Джордж испытывает слабость к их общей подруге.       И Джордж считал это затянувшейся шуткой, что брат исчерпал свои запасы подколов. Потребовался год, чтобы точно понять, что это не затянувшийся розыгрыш, а его собственная слепота. Ну что ж, благодаря остротам, которыми его щедро одаривал Фред весь прошлый год, у него, можно сказать, выработался иммунитет. — Что ж, я, честно сказать, рад. Иначе счёл бы, что ты сошёл с ума.

***

      "Разные ветви пути. Однако следует быть готовым, что вас с лёгкостью с него сметёт судьбоносный вихрь под небезызвестной фамилией — Уизли. Их забавы порой стремительно отдаляют вас от таких понятий, как «логика», «здравый смысл» и «рассудительность». Вместо этого в ваших мозгах и сердце уже проклёвываются ростки «взбалмошности» и «безрассудства». И всё-таки справедливости и чести ради, одна из сотни Лидий может сказать точно, что их влияние несёт ещё и позитивный окрас под названием «веселье»" – поставив точку, она откладывает дневник.       Разговоры в гостиной не смолкали, не давая ей сосредоточиться. Лидии и так пришлось покинуть комнату, потому что соседки замыслили заговорить свои кактусы на цветение, которые им вверила мадам Стебль. Им для этого требовалась гробовая тишина. Как и самой Лидии. Спускаясь в общую комнату, она не лелеяла надежды, что там ей удастся обрести покой. Третьекурсники активно обсуждают групповой проект. Погода за окном ветреная и не располагает для занятия на свежем воздухе.       Позади громыхает дверь, и в проходе появляются первокурсники, а сверху, по воздуху, плывёт маленький бумажный дракон. Он пилотирует между макушек студентов и приземляется аккурат на колени Саварин. Она уже знает автора послания. Джордж — талантливый мастер оригами, и он часто использует свои навыки, чтобы связаться с ней.

«Любезно приглашаем Лидию Саварин присоединиться к увеселительной уборке в нашем секретном логове изобретателей.

P. S. Фред: «Прихвати свою домашку по истории магии, пожалуйста».

      Конечно, в её распоряжении теперь клубная комната в северной башне, где, безусловно, точно не будет лишних. Однако Лидия чувствует некоторые укоры совести. Хоть они с близнецами и условились, что это не обман (они ведь действительно от случая к случаю придумывают всякое), совесть как могла сдерживала её от того, чтобы снова войти в кабинет Вральмана. И теперь, получив сообщение от друзей, видимо, придётся перестать противиться этой мысли.       Собрав некоторые тетради и книги в сумку, она отправляется на встречу.       Уже на подходе к кабинету она слышала отдаленные звуки звяканья и громыхания. За дверь Саварин потянула с опаской, примерно представляя, что её может там ждать. Дай этим парням волю, и они устроят настоящую катастрофу. Однако её опасения, к счастью, не оправдались. Джордж лежит на столе, подбрасывая нечто круглое и светящееся над собой. В руке Фреда один из его ботинков, над которым он водит волшебной палочкой. Уборка идёт полным ходом, однако исключительно с помощью волшебства. Тряпки сами собой выжимаются и скребут пол, другие натирают поверхности книжного шкафа, полок и грифельную доску. — Мы-то уж думали, ты не придёшь, — первым её замечает Фред, продолжая свои работы с палочкой. — Опаздываешь, как некрасиво.       Он прекрасно знает, что записка не могла долететь до неё сразу, если никто не входил и не выходил из комнаты Когтеврана. Они как-то рассчитали с Джорджем, что задержка составляет от двадцати до сорока минут. Если вдруг что-то срочное, он отправляет оригами в окно. Но велик риск, что его перехватят соседки по комнате. Поэтому они планируют встречи заранее. — Спешила как могла, однако не наблюдаю обещанного веселья, — она бросает сумку на одну из парт. — Чем вы тут занимаетесь? — Непосредственной деятельностью клуба — изобретением, — размахивает в воздухе ботинком Фред, будто это могло объяснить его деятельность. — Я предлагал устроить водный волейбол, но, увы, до туалета далеко, чтобы набрать воды, — невинно пожимает плечами Джордж, будто не знает заклятия агуаменти. — Тем более, что, войди ты сюда, тебя просто бы смыло. Поэтому пока отложили этот план.       Будь на её месте кто другой, его бы мало это волновало. Отчего-то даже от простой мысли, что Лидию сносит поток воды, заставляя промокнуть до нитки, становилось жуть как неловко и стыдно. Они с Фредом никогда не допускали такого рода розыгрыши над ней. В большинстве своём по просьбе Джорджа. — Что ж, первая встреча клуба всегда неловкая. Прости, мисс Зануда, — оправдывается Фред, разминая шею. — А сейчас прошу тишины: мне нужно сосредоточиться.       Лидия, помотав головой, подходит к Джорджу, который продолжает подкидывать свой шар с видом человека, который не ждал каждую минуту, когда она придёт.       Перед началом уборки близнецы решили обыскать кабинет на предмет полезных волшебных вещей. Среди скучного барахла вроде пергамента, книг, тетрадей, отыскались неизвестные ныне магические артефакты. То, что находится в руках Джорджа, представляет собой на вид обычный стеклянный шар, который при подбрасывании начинает светиться. Уизли так и не удалось выяснить, что это.       Лидия повертела шар в руках, перебирая в голове возможные варианты. — А заклинания пробовали? — Парочку — и ничего, — отвечает Джордж. — Мне кажется, он сломан. — Бросьте этот хлам, — раздаётся совсем рядом, заставляя Лидию вздрогнуть. Между ними появляется вверх тормашками лицо Фреда. Он с широкой улыбкой машет ей, стоя на потолке.       Тут они слышат деланный кашель и, оглядываясь, видят стоящую в дверях профессора Макгонагалл. Руки скрещены на груди, очки недовольно поблескивают в свете люстры. — Как это понимать? — строго вопрошает она, уставившись на Фреда. — Уборка, мэм, — невинно пожимает плечами Фред, словно это обыденность. — Потолки заросли паутиной, — замечает Джордж. — А тут очень кстати пришлась наша новая технология — ботинки-липучки. Помогают ходить по стенам и даже подниматься на потолок. Как видите, работает отменно.       Лоб профессора постепенно расслаблялся, суровость сменилась на задумчивость. Зная этих весельчаков, она, разумеется, постоянно ждёт подвоха и не верит на слово. Лидия в спешке вставляет свои пару кнат, чтобы добавить убедительности словам друзей: — Мы подумали, это отличное средство для тех, кто имеет высокие потолки.       Учитывая затянувшуюся паузу, в голове девушки уже крутился печальный сценарий, где они пакуют свои вещи и с позором покидают школу. Однако профессор переключает своё внимание от потолка на бумаги в своих руках. — Так как ваш клуб получил своё помещение, мы официально регистрируем его наравне с остальными, — начала было она, но стоявший всё ещё на потолке Фред её явно смущал. — Не могли вы бы спуститься? Благодарю. Так вот, — она повернула листок так, чтобы остальным было видно тоже. — Это заявка на открытие клуба, а это журнал.       Декан Гриффиндора вкратце обрисовала им учётные записи, которые они теперь должны вести. В графе регистрации клуба должно быть название, список участников и основные догмы. Более того, предстояло распределить роли между участниками вроде предводителя, секретаря и помощника. Со скучающим видом выслушав слова преподавателя, они уже надеялись с ней попрощаться, как уже, приоткрыв дверь, она обернулась и спросила: — По моему, вашему квартету не достаёт одной персоны. Где же мисс Паф?       Они сумбурно выпаливают что-то нескладное, вроде: «Объёмное задание по зельям… Д-да! Просто жуть какое сложное… Пришлось даже ужин пропустить». Несмотря на странность, кажется, профессор считывает это как уважительную причину отсутствия и, понимающе кивнув, скрывается в коридоре.       Джордж с Фредом лишь ухмыляются, не ведя и бровью, что вновь наврали своему декану. Тогда как Лидия тяжело вздыхает, приваливаясь на ближайший стул. Обман давался ей тяжело, и у близнецов только получилось сбить градус её переживаний, как они вспыхнули с новой силой. Им тяжело понять чувства друг друга, ведь Уизли вполне пережили бы исключение. Им не казалось, что их жизнь кончится на этом. Пусть в их семье каждый отучился в школе и после поступил на службу, это ведь не значит, что каждый должен поступать так же. Дорожное клише — придумал этот термин Фред после очередной склоки с матерью, что означало хрестоматийный путь, проверенный; тот, которого держится большинство. Но Уизли всегда стремились выделяться, так что ничего катастрофического и непоправимого не видели. Они просто занимались тем, что приносит им удовольствие.       Однако невольно втянули в это тревожную когтевранку, что верно грызёт гранит науки. И пока Фред скатывает у неё домашку, Джордж незаметно наблюдает за ней. Лидия, пользуясь наступившей тишиной, взялась читать учебник, периодически делая какие-то пометки в блокноте. Золотисто-песчаные локоны собраны шпилькой на затылке, обнажая нежную шею, как изящный холст для лёгкого прикосновения лучей заката. Во время чтения её зелёные глаза бегали от строчки к строчке, но вдруг оторвались от текста и посмотрели прямо на Джорджа. Застигнутый врасплох, он мягко улыбнулся и счёл срочным что-то сказать: — У тебя корешок книги разошёлся.       Судя по взгляду Лидии, которая уставилась на него с лёгким удивлением, она явно ожидала услышать не это. Неловко пройдясь пальцем по корешку, который и впрямь был порван, однако это вовсе не было новостью. Они вместе сидели на трансфигурации, когда кто-то из одноклассников неверно произнёс заклинание, и то прошлось по их парте, задев тогда её книгу. Джордж, видно, забыл об этом, но вот Лидия — нет.       Фред, оторвавшись от записей, противно хихикнул и вдруг спросил: — Лидия, станешь нашим секретарём? У тебя почерк лучше нашего.       А вот и пресловутый довод, который даже учителя используют, когда дело касается бумажной волокиты. — Но мы тут не все, справедливости ради. — Не ты ли говорила, что Селестине нет доверия? — отозвался Фред, зачёркивая неверное слово в тетради.       Фред, как обычно, вредничал, приводя в доводы её прошлые слова.       — Да, однако уверена: Макгонагалл и дальше будет спрашивать о ней. Каждый раз будем лепить оправдания — точно заподозрит неладное.       Джордж скрывает ухмылку за ладонью. Он обожает, когда эти двое затевают перепалку. Стоит отдать должное: он никогда не сомневается в своём брате, но вот в плане упёртости Лидия составляет ему достойную конкуренцию. — Ты ведь слышала её, — снова перо перечёркивает какое-то слово, оставляя здоровую кляксу на пергаменте. — Она сделала одолжение нам единожды. — Разве нам? — уголок губ Лидии самодовольно поднимается. — Тебе, Фред. И уверена, что раз у тебя получилось однажды стребовать с неё, получится снова.       Близнец воткнул перо обратно в чернильницу, попутно случайно обмакивая край рубашки в пятно на пергаменте. Чертыхнувшись под нос, он злобно посмотрел на подругу. — Ты издеваешься? — Нисколько.       Взгляд сместился на брата, но напрасно Фред ожидал увидеть там поддержку. Джордж хитро улыбался, его глаза сверкали игривым огнём. Конечно, он не знал, как ему удалось в первый раз сделать из Селестины должницу. Но во второй раз он ни за что на свете не пропустит этот момент. Быть может, он будет для Фреда унизительным, а может, очередной весёлой выходкой. При любом раскладе это обещает быть интересным зрелищем. — Ну вас! Обоих!       Фред спешно затолкал в сумку своим учебные принадлежности и покинул кабинет. Лидия и Джордж обождали с минуту и громко рассмеялись.       Смех прекратился, когда Саварин заметила оставленную домашнюю работу. — А я… — Нет, не переборщила, — сразу понял о чём речь Джордж. — Он и сам понимает, что именно ему следует поговорить с Паф, просто не хотел признаваться.       Они с братом читали друг друга как открытую книгу. И догадаться о чувствах друг друга не составляло труда, особенно когда доходит до пустячных ситуаций. Будь он на месте Фреда, наверняка также отпирался. — Что ж, через полчаса отбой. Пора расходиться.       Лидия встала с места и стала собирать свои вещи. Джордж был готов мучительно взывать: это такая редкость — остаться с ней наедине. Он наблюдал, как она аккуратно укладывает книги в сумку, её руки с нежностью касаются страниц. Он может просто попросить остаться и посидеть ещё немного. Лидия не откажет, даже рискуя опоздать. Никогда не отказывает. И что-то в этом кажется Джорджу неправильным.       Он вслед за ней складывается нарочно медленно, чтобы оттянуть ещё хоть немного время. Лидия с ожиданием принялась мерить кабинет шагами, снова беря в руки неизвестный шар… И не напрасно Джордж медлил, потому что голову посещает отличная мысль. — Лиди, как насчёт прогулки завтра в Хогсмид? — с резким восторгом вырывается у него.       План до предельности прост: Фред останется завтра один, и от нечего делать ему придётся пойти к Селестине, а они с Лидией проведут время вместе. И чтобы это не выглядело странно — («Странно это выглядеть не будет, вы ведь друзья, идиот, — навязчивый голос Фреда жужжит в голове. — А вот если ты влюблён, то, разумеется, будешь искать подвох даже в обычной прогулке». — «Заткнись», — парирует Джордж»), — для предотвращения неловкости есть отличный аргумент к прогулке. — Можем захватить с собой этот шар и спросить что это в лавке магических артефактов.       Хотелось сказать, что для того, чтобы узнать природу этого шара, не обязательно тащиться в Хогсмид, достаточно обратиться к преподавателям. Но Лидия не смогла произнести это вслух. Слишком привлекательной казалась возможность улизнуть из замка вместе с Джорджем. — Хорошо, давай.