Второй шанс

      Солнце начинает опускаться за горизонт, небо окрашивается в насыщенные розовые и оранжевые тона прекрасного заката. В гостиной шерифа Стайлз садится на подлокотник старого коричневого кожаного кресла, которое они с Дереком уже считают лично своим. Дерек обнимает Стайлза за талию, теребя пальцами край его рубашки, пока Эрика и Айзек знакомятся с ночными существами своего мира. Дерек рассказывает об оборотнях с небольшой помощью Стайлза. А доказательством им служат оскаленные клыки, красные глаза и отсутствующие брови. Стайлз никогда не слышал как они были посвящены в прошлом, но Дерек рассказал достаточно, чтобы понять, что в этот раз всё было куда лучше.       Когда Дерек заканчивает свои объяснения, наступает очередь Стайлза рассказать об охотниках и его магии. Он рассказывает им о кодексе, которому не всегда следуют, и о том, что происходит, когда кодекс нарушается. Они говорят о кровопролитии и ненависти в их мире. Эрика и Айзек должны точно понимать, какую цену заплатили Стайлз и Дерек за эту силу.       Двое подростков, сидящие перед ними, стараются не зацикливать на этом своё внимания. Потому что, в конце концов, они правда какие никакие, но — дети. Всё запутано и так сложно, но в то же время для них обоих приоткрывается завеса. Они наконец-то могут увидеть свет в конце длинного и тёмного коридора, по которому их заставили пройти. Возможности, о которых ни один из них даже не подозревал, открываются перед их глазами.       Эрика делает пару глубоких вдохов, её остекленевшие глаза выдают едва сдерживаемые слёзы. Всё это — то, что Стайлз и Дерек рассказали ей, — многое значит для неё, как например и тот факт, что она могла бы жить без постоянного страха за своё здоровье. Ей больше не понадобятся ни лекарства, ни врачи. От этой мысли ей становится дурно. — Если я приму укус, то приступов больше не будет. Я больше не буду болеть? — спрашивает она.       Предвкушение и надежда светятся на её лице. Она сидит на краешке дивана, глядя куда-то между парнями. Девушка перед ними такая реальная, живая, но Стайлз не видит её. Вместо этого он видит свою Эрику такой какой помнит, красивую, сильную волчицу, лежащую на полу разрушенной школьной библиотеки после нападения канимы. Он вновь вспоминает её голос, такой тихий и слабый, девушка прошептала ему что из него получился отличный Бэтмен.       Так же быстро как и приходит это воспоминание, так же оно и исчезает, Стайлз промаргивается, чтобы прояснить своё зрение и разглядеть Эрику, что взволнованно сидит перед ним. Он кладёт ладонь на руку Дерека, которая поглаживает его талию, и сжимает её. Он знает, что Дерек возможно тоже вспомнил какая была та Эрика. Сейчас слишком много грусти витает между ними. — По большей части, — отвечает Дерек, в конце концов преодолевая натиск этих угасающих воспоминаний о том, как всё было в их старом мире.       Эрика опускает глаза к своим коленям. Чужая надежда исчезла так же быстро, как и появилась, и сердца Стайлза и Дерека разрываются от этого зрелища. Они не хотели сказать что-то не так или лишить её надежды. Они хотят, чтобы все — Эрика, Айзек и другие, — просто были счастливы и в полной безопасности. Стайлз и Дерек могли бы попытаться оставить всех их позади и позволить тем продолжать жить, не зная о сверхъестественном.       Но это не гарантия счастья или безопасности.       События здесь может и будут разворачиваться иначе, чем в старом мире, но они всё равно однажды произойдут. Здесь уже есть одичалый альфа, а Скотта и Лидию обратили, так что всё не так уж сильно отличается. Возможно, это судьба, что все они должны прожить свою жизнь, плотно запутавшись в сверхъестественном. Или возможно эта вселенная просто решила подшутить над ними. Ни Стайлз, ни Дерек не знают, но единственное, что Стайлз и Дерек могут сделать, — это попытаться сохранить всех в безопасности, чтобы все были счастливы и живы. В противном случае остаётся лишь два главных вопроса: какая жизнь будет у них всех, — у Эрики, Айзека, Скотта, Лидии и других? И как долго она продлится?       Дерек и Стайлз больше не собирались сидеть сложа руки и снова пускать всё на самотёк. На этот раз у них есть шанс. Вместе они твёрдо решили, что теперь жизнь будет долгой и счастливой. Они не смогут защищать других вечно, но они могут научить их как защитить себя самостоятельно. — Появятся реакции на некоторые другие яды, определённые виды волчьего аконита или магические травы, которые могут вызвать приступ. Но ничего похожего на то, что ты испытываешь сейчас. Тебе и правда больше не будут нужны лекарства или соблюдать осторожность 24/7, — успокаивает её Стайлз.       Глаза Эрики сияют словно солнце даже когда она наконец позволяет слезам пролиться. Надежда возвращается на своё законное место. При виде этого грудь Стайлза сжимается. — Я всё равно хочу, — с придыханием шепчет она. — Я больше не могу быть такой.       В ней нет ни капли нерешительности, но вот в Айзеке — это совсем другое дело. Все знают, что он не может принять укус как что-то спасающее, ведь он не болен как Эрика. И если парень не захочет его никто не будет заставлять, даже так он всё равно будет жить своей обычной жизнью. Конечно за исключением того, что укус может дать ему защиту, то чего у него никогда не было, но в чём он отчаянно нуждался. Его взгляд перемещается со Стайлза на Эрику и наконец останавливается на Дереке. — Ты сказал, что стая — это как семья?       Дерек и Стайлз переглядываются. Небольшой безмолвный разговор. Воспоминания о прошлом, о другом мире проносятся в их взглядах. Стайлз возвращается к Айзеку. — Нет, не как семья, — твёрдо отвечает Стайлз. — Мы и есть семья. Принимая укус ты становишься частью этой семьи. Мы защищаем друг друга. Мы любим друг друга. Мы готовы погибнуть за друг друга. Моя магия уже связана с тобой. И как только ты обратишься то, будешь чувствовать нас так же сильно, как мы чувствуем тебя. — Я… — тихо произносит Айзек, на секунду замирая. Он едва взглянул на них. — Я хочу. Хочу семью. — Айзек, ты же понимаешь что соглашаться на обращение необязательно. Никому не обязательно, — говорит Дерек. Они должны это понимать. — Мы захотели вас в стаю потому что восхищаемся вашими человеческими качествами. Вы оба проявляете силу, которую невероятно трудно найти в наше время. Не многие могут смириться с такой реальностью. Не многие могут смириться с тем, что вам двоим пришлось пережить, будучи людьми. Вы нужны нам, потому что вы сильные, заботливые и по-настоящему хорошие. Из таких людей, как вы, получаются замечательные волки, но вы так же можете быть замечательными членами стаи не обращаясь.       Стайлз скучает по Айзеку из своего старого мира, по тому, как он ухмылялся перед тем как сказать саркастическое замечание или выдать шутку. Он скучает по тому как он улыбался, и как иногда эта улыбка отражалась прямо в его глазах в те самые редкие моменты, когда тот был по-настоящему счастлив. У Айзека перед ними, — поникший побеждённый взгляд. Он задаётся вопросом, к сожалению уже не в первый раз, как такие люди подобные отцу Айзека, могут быть ещё большими монстрами, чем те сверхъестественные существа, с которыми они с Дереком сталкивались. Стайлз прячет эту мысль на задворках своего сознания. Он проводит пальцами по затылку Дерека, поднимаясь со своего места на подлокотнике их кресла. Парень знает, что Дерек хочет подробнее поговорить с Айзеком о том как далеко они могут зайти защищая его от отца. Этот разговор лучше вести без зрителей.       Кроме того, вокруг Эрики витает кислый привкус болезни. Стайлзу интересно когда это девушка перестала принимать лекарства и сколько ещё пройдёт времени, прежде чем все вокруг неё рухнет. Скорее всего, это произойдет очень скоро. Он чувствует, как что-то тёмное плавает на поверхности. — Эрика, не хочешь помочь мне на кухне? Скотт, скорей всего придёт как минимум с Дэнни, и я подумал что мы могли бы приготовить пиццу. Нет никого более прожорливого, чем голодный подросток-оборотень.       Эрика застенчиво улыбается Стайлзу и встаёт, чтобы последовать за ним. На кухне он сразу же начинает доставать с полок ингредиенты. — Когда ты в последний раз принимала лекарства? — Эрика резко замирает у шкафчика, где она искала сковородку. Девушка поднимает на него удивлённый взгляд. — Откуда ты… — Если я не оборотень, то это не значит что у меня нет супер нюха. Я не чувствую никаких химических веществ в твоём запахе. А это значит, что ты перестала принимать лекарства. Так же я чую, — говорит Стайлз, скользя рукой по её предплечью к локтю. — Как приступ ждёт момента, чтобы восстать и взять вверх.       Стайлз помнит, как много лет назад Скотт сжал его ладонь в раздевалке, помнит как Эрика упала со стены прямо в руки Скотта, потому что уже знала что с ней сейчас произойдёт. Скотт рассказал ему, каково это было, и теперь Стайлз был благодарен за то что не мог ощущать это самостоятельно в тот день. Однако сейчас всё будет по другому, поэтому он магией вводит по чужой коже, подавляя самый близкий приступ. — Просто побочные эффекты… — начинает она, вздрагивая. — Это пока самая лучшая альтернатива. Я знаю, что принимать таблетки — отстой, но если это помогает избежать приступа, то побочные эффекты того стоят. По крайней мере, до тех пор, пока Дерек не обратит тебя. Принимай хотя бы до того времени.       Она печально смотрит на него, её волосы беспорядочно выбились из хвостика. Он кладёт руки ей на плечи. — Теперь ты часть нашей стаи. Мы хотим, чтобы ты была в безопасности и здорова, и если для этого нужно принимать лекарства, то это, то что стоит делать. Если бы только я знал какой-нибудь ритуал или может какие-то травы, которые помогли бы отгородить тебя от болезни, я бы всё сделал для тебя. Моя примитивная магия не сможет сдерживать её долгое время. Не хочу, чтобы ты проходила через это, а меня не будет рядом.       Девушка смотрит на него из-под опущенных ресниц, её глаза вновь остекленели от непролитых слёз. — Не понимаю я, почему ты выбрал меня в стаю. Я же слабая и больная. — Мы выбрали тебя, потому что несмотря на то, что ты была в невыгодном положении, ты всё равно решила подняться на эту стену. Ты храбрая и умная. Чтобы быть хорошим волком, ты должен быть хорошим человеком, а с этим у тебя проблем нет, — яростно заявляет ей Стайлз. Он замолкает и вдруг усмехается. — Кроме того, Бэтмен — ничто без своей Женщины-кошки.       Эрика смеётся над ним. Она вытирает слезинку, которой удаётся вырваться наружу. Стайлз прижимает девушку к груди, позволяя своей магии полностью окутать её. Она удовлетворённо вздыхает и крепко обнимает его в ответ, уткнувшись лицом в плечо. — Когда ты так делаешь, ты наверное даже представить не можешь насколько это успокаивает, — бормочет девушка. — Чувство будто всё вокруг никогда не сможет задеть тебя, даже болезнь внутри меня… Становится так безопасно. — У магии свои преимущества. — Не думаю, что это только из-за магии. Это ещё из-за тебя. В духе Стилински.       Она замолкает похоже довольная тем, что её окутала магия Стайлза. Парень лишь на мгновение обнимает её крепче. Он жалеет, что не мог вот так поговорить с Эрикой в своём мире. Что не успел заставить её осознать, насколько ценна её человеческая сторона. — Не все стаи похожи на нашу с Дереком, — говорит он, уткнувшись в её волосы. — Некоторые стаи основаны на силе, на завоевании определённой территории или мести. Наша не такая. Когда-то давно возможно так и было, но сейчас речь идёт о семье. Для нас с Дереком ты, Скотт и Айзек — семья. Если после полнолуния вы не захотите, чтобы вас обратили, вы всё равно останетесь нашей семьей. Навсегда. — Хочешь сказать, что всё равно хотел бы, чтобы я была в стае, даже если я останусь такой? Обузой. — Люди делают стаю сильной, Эрика, а не слабой. Волк или человек, вы — стая, и в любом из случаев вы будете великолепны.       Эрика выкручивается из объятий Стайлза, она грустно улыбается и смотрит на него снизу вверх. Стайлз уже читает ответ в её глазах, но всё равно позволяет ей самой всё сказать. — Спасибо, если ты не против, я бы всё равно хотела избавиться от болезни, Бэтмен.       Стайлз улыбается и кивает. — Как скажешь, Женщина-кошка.       Они стоят там, вдвоём на кухне, живые, вместе и погружённые в то, каково это — быть среди семьи. Среди стаи. Что-то задевает магию Стайлза за живое, момент идиллии быстро заканчивается, хотя ему и не хочется его отпускать. Скотт и Дэнни пересекают границы у дома. Вскоре за ними идут Лидия и Джексон. — У нас гости, — объявляет он и направляется к входной двери.       Эрика следует за ним по пятам. Приглушённый разговор Дерека и Айзека в гостиной прекращается, когда Стайлз направляется к двери. Он не знает точно, что было сказано, но судя по опухшим глазам подростка, он готов поспорить что Дерек чётко объяснил что думает, а Айзек по крайней мере внимательно слушал. — Привет, — с улыбкой здоровается Скотт. Он протискивается в дверь, даже не дожидаясь, пока Стайлз откроет её полностью. — Надеюсь, мы не слишком рано.       Скотт обнимает слегка удивлённую Эрику по пути к дивану. Оборотень плюхается рядом с Айзеком. Дэнни входит медленнее и старается держаться подальше от Стайлза, избегая смотреть ему в глаза. Лидия и Джексон замыкают это шествие. Она ухмыляется и тоже приветственно обнимает Эрику. — Приятно, что рядом будет ещё одна женщина. А то здесь и так уже слишком много тестостерона.       Когда Джексон заходит за ней в дом, Лидия бросает на него суровый взгляд, прежде чем развернуться на каблуках и увести Эрику обратно на кухню. Её каблучки яростно стучат по паркету. Звук эхом отдаётся в доме.       Джексон делает несколько шагов по направлению к Стайлзу, и сразу все взгляды устремляются на него. Он выглядит ещё более измотанным, чем Айзек в данный момент: — Я хочу извиниться, — начинает Джексон, наконец то собравшись с силами, чтобы заговорить. — За… Многое. Я очень плохо справлялся с ситуацией, когда… Когда мы потеряли Стайлза. И я не… Я не мог…       Парень останавливается и делает несколько глубоких вдохов. Он почти ничего не сказал, кроме извинений, но Стайлз уже не может не сопереживать. Нелегко терять друга, и извиняться тоже нелегко. Стайлз позволяет своей магии окутать Джексона, и та крепко прижимается к нему. Подросток прерывисто вздыхает при этом соприкосновении и удивлённо разглядывает Стайлза. — Ты так похож на него, — с горечью выдаёт Джексон. — И я просто не смог этого вынести. Я хотел, чтобы ты был им, но ты не он. Ты был совсем не похож на него, и я ненавидел тебя за это. Прости, что вёл себя как урод, и прости, что вымещал свою злость на Айзеке.       Айзек поднимает голову, поражённый тем, что его упомянули. Джексон встречается с ним взглядом. — Я не должен был так поступать с тобой. — Всё в порядке, — тихо отвечает Айзек, глядя на свои руки, лежащие на коленях.       Джексон вздыхает и проводит пальцами по волосам. — Нет, не в порядке. Айзек, прости. Мне не нравилось, что Скотт подвергался опасности из-за того, что стал оборотнем. Давным-давно я пообещал Стайлзу, что всегда буду защищать Скотта, и когда Скотт обратился в волка, я больше не мог его защищать. Тем более не как человек, и Стайлз…       Джексон делает ещё один судорожный вдох и смотрит на Дерека, а затем снова на Стайлза. Это извинение было адресовано как Дереку, так и Стайлзу. — Стайлза больше не было рядом, чтобы сказать мне каким идиотом я был, поступая так. Его не было рядом, и я не знал как со всем этим справиться, поэтому срывался на тебе. Так что, прости меня.       В комнате повисла тишина. Все, кроме Дэнни, уставились на Джексона, вникая в его слова и обдумывая его извинения. Молчание нарушает Айзек, тихим, но твёрдым голосом. — Твои извинения приняты.       Стайлз делает шаг вперёд, чтобы протянуть Джексону руку в знак их примирения. — Думаю, мы оба немного переборщили. Если ты готов начать всё сначала, то я тоже.       Джексон решительно кивает ему и пожимает руку в ответ. В уголках его глаз появляется облегчение, но все смотрят на Дерека, который в отличие от Стайлза и Айзека, не спешит принимать чужие извинения. — Докажи мне, что ты умеешь ставить других выше себя, и я подумаю о том, чтобы предоставить тебе место в стае. Ну а до тех пор у тебя пробный период.       Джексон кивает и открывает рот, чтобы что-то сказать, но Дерек перебивает его, глаза горят красным. От силы Альфа голоса воздух вокруг них вибрирует. — Но если ты ещё когда-нибудь хотя бы подумаешь о том, чтобы причинить вред кому-нибудь из этой стаи, я убью тебя. — Джексон глубоко сглатывает и протягивает руку в знак обещания. Это проявление его чистых извинений и согласия на такой исход, желание заявить что даже так он готов. Дерек долго смотрит на протянутую руку Джексона, а затем пожимает её.       В этот момент напряжение покидает комнату. — Рад, что с этим покончено, — серьёзно говорит Скотт. — Надеюсь вы ребята уже объяснили всё об оборотнях, или Джексон сейчас только что всем о них раскрыл.       Джексон становится до смешного бледным, прежде чем Стайлз ободряюще хлопает его по спине. — Не волнуйся. Мы уже говорили о волках и магии.

***

      Остальной вечер проходит в непринуждённой обстановке. Они едят пиццу и смеются над глупыми шутками. Разговоры ведутся в каждом углу комнаты, от лакросса до подводки для глаз и всего остального, что между ними. Всё спокойно и непринуждённо, пока шериф не входит в парадную дверь. У мужчины бледное лицо и усталые глаза, но на нём появляется улыбка, когда тот видит подростков в своей гостиной. Он слегка улыбается и машет всем рукой, а затем переводит взгляд на Дерека и Стайлза.       Им не нужно спрашивать. Они понимают, что что-то не так по обеспокоенному выражению чужих глаз. Стайлз крепче прижимает Дерека к себе за плечи, и вся болтовня в комнате внезапно прекращается, когда шериф начинает говорить. — Вернон Бойд объявлен в розыск. Как мне кажется никто из вас его не видел, да? — Его сегодня не было в школе, — вспоминает Скотт, и остальные кивают в знак согласия. Он размышляет, а после в его голове что-то щёлкает. — Стойте, думаете его тоже укусили?       Стайлз и Дерек обмениваются взглядами, но ничего не отвечают. Они не могут сказать всем, что Бойда, скорее всего тоже укусили, потому что в их мире и он был оборотнем. Они не могут говорить об этом сейчас, может быть даже никогда. — Иногда Альфа по запаху может определить из кого получился бы хороший волк, — медленно произносит Дерек. — Может этот Альфа и не в своём уме, но пока что он обратил лишь Скотта и Лидию. Те самые два человека, которым я бы и сам предложил укус, а теперь и Бойд пропал? — Раз — случайность. Два — совпадение, — начинает Стайлз. — Три — закономерность. — подхватывает его шериф. — Я позвоню Талии.       Мужчина уходит в другую комнату, на ходу доставая из кармана свой телефон. Эрика и Айзек переглядываются сидя через диван. Страх, что промелькнул между ними, не остаётся незамеченным Стайлзом или Дереком. — Полнолуние через три дня. Вам двоим нужно быть начеку, пока всё не закончится, Джексон, тебя тоже касается, — говорит Дерек. — Это значит, что ты никуда не должен ходить один и Айзек, никаких поздних дежурств на кладбище.       Все взгляды подростков в комнате обращаются к Айзеку. Он открывает рот, чтобы что-то сказать, но быстро закрывает его. — Он попытается напасть на Скотта? — спрашивает Джексон. — Если это он его обратил, не значит ли что он может как-то влиять на Скотта? А как же Лидия?       Стайлз удивлённо поднимает брови. Этот Джексон и близко не казался глупым когда дело касалось здравого смысла. Вероятно, за это они должны были благодарить покойного Стайлза этой вселенной. — Скотт уже заявил о своей преданности мне. Теперь я его Альфа. Это отменяет принадлежность к другому, — объясняет Дерек, и его глаза мелькают красным для пущей убедительности. — А что касается Лидии, то она не волк, но и не совсем человек. Если тебя укусили, ты либо меняешься, либо умираешь. — Но я то не умерла и естественно не чувствую, что умираю, — усмехается Лидия.       Стайлз смеётся. — То, кем ты являешься, мы пока пропустим, — говорит он. — Важно то, что этот Альфа сейчас в уязвлённом состоянии. Он застрял в своей полной форме, тем более она сильно искажена. — Хочешь сказать, что не все Альфы выглядят так? — спрашивает Лидия, и в её голосе звучит надежда. — Дерек не превращается в такого же? — Нет, такая форма только у Альф с психологическими проблемами, — отвечает Стайлз. — Дерек превращается в огромную шерстяную грелку для ног.       Дерек закатывает глаза и щипает Стайлза за бок. Парень хихикает. Форма Дерека не сильно изменилась с тех пор как он стал Альфой, и правда в том что Стайлз немного скучает по его волчьей форме. — Я перевоплощаюсь в настоящего волка. Это редкая способность, и я не слышал чтобы она была ещё у кого-то за пределами семьи Хейлов, — поясняет Дерек. — Но сейчас это не важно. Важно пережить это полнолуние, никого не обратив. Последнее, что нужно этому городу, — это новые волки, которые не могут контролировать свои обращения. Стилински присмотрит за вами, когда вы будете в школе, а я буду поблизости.       Стайлз вздыхает и выпрямляется. Он поворачивается к ним лицом. По опыту знает, что им нужно рассматривать наихудший вариант развития событий. Им нужен план «Б». Им всегда нужен был план «Б», на всякий случай. Он, как и Дерек, усвоил это на собственном горьком опыте. — Есть и другие угрозы, о которых вы должны знать, — говорит Стайлз. — Скоро на нашу территорию забредут и другие волки. Некоторые захотят, чтобы Дерек стал их Альфой, а некоторые попытаются оспорить его и Талии права на территорию. — Если один из этих оборотней приблизится к вам, — мне плевать, чего они хотят, — просто бегите, — твёрдо заявляет им Дерек. — Волки, которые действительно намерены стать частью стаи, объявят о себе мне, а не членам моей стаи. Это будет расценено как угроза. Если они вдруг будут угрожать вам или причинят какой-либо вред, я позабочусь о том, чтобы они пожалели, что вообще пришли в город. — Если вы загнаны в угол и не можете сбежать, значит вы дерётесь, — добавляет Стайлз. — А как мы будем сражаться с оборотнем? — растерянно спрашивает Айзек. — Если человек, один и безоружен, значит дерешься не ради того, чтобы убить. Ты должен сопротивляться как только можешь. Выигрываешь время, пока мы не придём. Ты сможешь позвать нас. Я научу, — отвечает Стайлз. — А если волк то ты дерешься ради того, чтобы выжить. Омега будет слабее, потому что у него как у оборотня нет стаи, чтобы черпать из неё силы. — Если получится так, что вас загнали в угол более чем одна Омега, придётся обдумать свои варианты, — продолжает Дерек. — Если будете пытаться уклонится от одного, то вы откроетесь для другого и он обязательно воспользуется этим моментом чтобы вас убить. Конечно мы не хотим чтобы вам пришлось кого-то убивать. Вообще когда-либо. Но мы также не хотим, чтобы кто-то из вас умер. Когда до такого дойдёт, решение конечно принимать вам и только вам. Но прежде всего, первое, что вы должны будете сделать, — это позвать нас. Мы услышим. Мне всё равно где вы будете и что делаете; мы услышим ваш зов и найдём вас. Просто живите пока мы не доберёмся. — А что если вы не успеете? — спрашивает Эрика. — Мы успеем, — тут же отвечает Дерек, и на его лице появляется легкая улыбка. — Стилински поймёт, что кто-то в беде и он будет знать, где вас найти. Зная этого парня, можно догадаться что тот уже что-то да придумал. — Ну ещё бы, — усмехается Стайлз. — У меня конечно было кое-что наготове ещё в тот момент, когда мы только встретились, но давайте не будем об этом.       Парень конечно всё это время знал, что существует вероятность того, что Альфа может добраться до ребят. Он знал это и был не настолько глуп, чтобы мечтать о том что такого исхода событий не будет. Не очень умно недооценивать оборотня, — да и вообще кого бы то ни было, если уж на то пошло. — Если Альфа вас укусит, — говорит Стайлз. — Сохраняйте спокойствие и знайте, что мы вас найдём. У вас будет несколько часов до того, как начнётся обращение, к этому времени мы уже будем рядом. — Но мы ведь всё равно будем твоими волками, да? — спрашивает Эрика у Дерека. — Как Скотт? — Конечно. Тот Альфа не сможет удержать вас, если вы просто объявите меня вашим Альфой.       Ребята дружно вздыхают с облегчением. В комнате снова воцаряется тишина, поскольку каждый погружается в свои мысли. Они не могут предсказать будущее; никто из них не может, но они могут изменить его в свою пользу. Быть вместе, сплочёнными — это их единственная надежда на будущее в новом мире. Это их единственная надежда на то, что эта вселенная станет намного лучше, чем та которую Стайлз и Дерек оставили позади.       Несколько мгновений спустя, когда все погрузились в свои мысли, шериф возвращается в комнату с телефоном в руке. Хотя шериф и не произнёс ни единого слова, Стайлз понял, что хороших новостей не будет. — Сегодня вечером Талия и Лора выслеживали дикого Альфу. С ним был бета. Крупный, и Талия уже почти уверена, что это Бойд.       Словно по сигналу, заставляя всех среагировать, рядом с домом разносится разъярённый вой Альфы и беты.