Второй шанс

— Эм, парни? — Скотт окликает их через несколько мгновений, или через несколько дней, или даже через несколько лет. Дерек не знает. Он уже потерял представление о времени и всё что имеет значение, — это Стайлз и его губы, прижатые к губам Дерека.       Но Скотта не так-то просто проигнорировать и он зовёт их ещё раз, теперь громче и настойчивее. — Парни!       Стайлз и Дерек отстраняются друг от друга при звуке отчаянного голоса Скотта. Ветер опасно свистит вокруг них. Скотту самому с трудом удаётся удержаться на ногах, когда он выкрикивает их имена, находясь всего в нескольких футах от них.       Дерек совсем забыл, что подросток был свидетелем их перепалки. — Я очень рад, что вы смогли разобраться в ваших отношениях и всё такое, но может быть, вы перестанете устраивать какие-то торнадо из-за своей сдерживаемой сексуальной неудовлетворенности, окей?       Лицо Стайлза тут же краснеет. Он смущённо потирает затылок и сверлит взглядом землю. Окружение вокруг внезапно становится интереснее, чем Дерек или Скотт. Буря утихает и это определённо отвечает на прошлый вопрос Дерека. Это Стайлз был причиной бури. Дерек знал что он могущественен. Он чувствовал его силу в их связи. Магия Стайлза потрескивала в линиях, когда эмоции обострялись и это было просто невозможно игнорировать. И эта связь была свидетельством чужой силы. — Ну ладно, — неловко начинает Стайлз, торопясь сменить тему. — Так, что мы будем делать с той парой омег, которые сейчас стоят не менее чем в двухстах футах от нас, раненые и напуганные до смерти?       Ответом на его вопрос являются звуки шагов по лесной подстилке, лёгкий шум который становится громче по мере приближения омег. Их дыхание громкое и затруднённое, а чужие сердца бьются быстрее, чем у нормальных людей. Встревоженный Стайлз расширяет границы барьера, на всякий случай останавливая его рядом с омегами. Когда эти двое выходят из тени, впервые становясь видимыми, у Стайлза внутри всё переворачивается. Он тут же тянется, чтобы ухватиться за руку Дерека для поддержки — инстинктивная реакция, помогающая удержаться в вертикальном положении, когда его колени опять подгибаются. Он никак не ожидал увидеть перед собой этих омег. Не здесь. Не с их цепочкой прошлых событий. И всё же они здесь.       Эйден и Итан тяжело опираются друг на друга, всё ещё тяжко дыша. Их запахи заглушены страхом, настолько сильным, что это ощущается даже на большом расстоянии между ними. Их одежда грязная и вся изорванная. Они оба покрыты царапинами и синяками, начиная с лиц и заканчивая руками — и вероятно их даже больше, но остальное скрыто под изодранной одеждой — Стайлз может только догадываться, каких ещё повреждений он не видит.       Когда они подошли ещё ближе, Стайлз заметил источник проблемы: одинаковые огнестрельные ранения — у Итана в левую ногу, а у Эйдена в бок. Стайлз почувствовал как страх подступает к горлу. Страх только усиливается и Стайлз начинает тщательно исследовать подростков, рассматривая их внимательнее. Вокруг рта Эйдена чёрная жидкость. Это Аконит.       Стайлз подавляет свой страх. Сейчас это никому не поможет, тем более близнецам. Он лезет в карман и достаёт маленький мешочек, который носил с собой с тех пор как они впервые посетили Дитона. Он подбрасывает содержимое в воздух и близнецов окружает круг из рябины. Они удивлённо смотрят на него одинаковыми широко раскрытыми глазами, когда парень приближается. Он хочет поближе рассмотреть их раны, но ему не слишком хочется подвергаться резким ударам когтей отчаявшихся омег. Хотя он сомневается, что подростки причинят ему вред в таком состоянии. Для них это было бы равносильно самоубийству, — но он всё равно не решается рисковать с ними в этой вселенной. В конце концов, они убили всю свою стаю в его мире, чтобы стать Альфами. Он не знает, на что они способны здесь. — Дай-ка я посмотрю вас, — тихо говорит он. Он старается выглядеть как можно менее угрожающим. Запах страха, боли и отчаяния настолько силен, что в такой близости от них вызывает тошноту. — Не похоже, что у вас много времени, так что я бы предложил вам сотрудничать.       Близнецы опадают на мягкую траву внутри круга. Они без колебаний выполняют просьбу Стайлза. Эйден задирает свою изодранную рубашку, а Итан распарывает штанину своих джинсов. Раны может и в разных местах, но в основном они идентичны. Чёрные вены поднимаются по их телам к сердцам в манере, которая слишком хорошо знакома Стайлзу, напоминая ему о том времени когда рука Дерека выглядела такой же и волк умолял Стайлза отрубить ему руку, прежде чем аконит доберётся до сердца. Стайлз направляет свою магию на раны, делая всё, что в его силах. Его магия — не панацея от всех бед. Она лишь на мгновение остановит распространение яда. Он поднимает на них глаза, любуясь их блестящими от пота лбами и тем, как они оба расслабляются под воздействием чужой магии. — Я не смогу удерживать долго этот яд, так что вам лучше вкратце объяснить, почему вы прибыли со стаей, намеревающейся убить нас. — Мы пришли не с ними, — говорит Итан качая головой, хотя это и стоит для него больших усилий. — Всё было просто не вовремя. Мы слышали, что Альфа в Бейкон-Хиллс делит территорию с Талией Хейл. Мы подумали, что вы соберёте свою стаю, а нам не особенно нравилась наша. — Это ещё мягко сказано, — бормочет Эйден. — Они ублюдки.       Итан кивает в знак согласия и с беспокойством наблюдает, как Эйден вытирает чернильную кровь с губ. — Мы как раз собирались обратиться к вам, когда наткнулись на охотников в паре округов отсюда. Мы ничего не делали. Клянемся вам. Они напали на нас как только поняли, кто мы такие. А потом они пытали нас несколько дней, прежде чем нам удалось сбежать.       Итан останавливается. Он делает вдох, который становится значительно менее прерывистым, чем раньше, но всё равно звучит нездорово, с хрипом и придыханием. — Мы не хотели проявить неуважение, приехав так поздно или без предупреждения, но у нас было не так много времени после того, как нас подстрелили. — Мы решили, что вы — наш лучший шанс выжить, — добавляет Эйден. — Все знают, что Талия Хейл заключила соглашение с Арджентами. Мы подумали, что это распространяется и на вас. И у вас будет доступ к патронам, которые могли бы нам помочь.       Стайлз смотрит на Дерека и ему даже не нужно задавать вопрос, который вертится у него в голове. Дерек уже кивает, его мысли на одной волне со Стайлзом. Они не позволят близнецам умереть. — Мы ещё не совсем разобрались с Арджентами, — признается Стайлз. — Но вам мы можем помочь.       Стайлз встаёт и преодолевает барьер из рябины, затем зовёт шерифа. Стайлз, Дерек и Скотт уверены, что они смогут вернуть близнецов в дом, но на этом всё. Им нужно больше помощников. Шериф подбегает к ним, его взгляд сразу же приковывается к близнецам, прежде чем повернуться к Стайлзу. На его лице проступает беспокойство. — Уберите всё с кухонного стола и откупорьте парочку своих волчьих пуль, — говорит Дерек. Он бросает взгляд на близнецов. — Мы хотим предложить этим двум омегам убежище.       Шериф спешит обратно, чтобы всё приготовить на кухне в то время как Стайлз, Дерек и Скотт тащат близнецов в дом. Когда они приходят, остальная стая уже собралась на кухне с удивлением наблюдая как Дерек и Стайлз укладывают Эйдена на стол. Его рана ближе к сердцу, чем у Итана. Дерек быстро разрезает футболку подростка.       Скотт помогает Итану сесть на один из стульев, придвинутых к стене. Он кладёт раненую ногу Итана на другой стул. — Шериф, — зовёт Дерек. — Мне нужно, чтобы вы подожгли этот аконит и отдали мне пепел, как только я вытащу пулю. — Вы уверены, что его пули сработают? — спрашивает Итан, с беспокойством наблюдая за своим братом. — Я чувствую запах, — говорит Дерек. — Это пуля того же типа. Стандартная для охотничьего сообщества.       Магия которую Стайлз использовал несколько мгновений назад, чтобы остановить распространение яда, быстро ослабевает. Чёрные вены поднимаются всё выше к сердцу Эйдена. Его глаза вспыхивают жёлтым и Стайлз на мгновение пугается. У близнецов, какими он знал их, всегда были голубые глаза.       Но как только эта мысль падает ему на голову, он тут же отбрасывает её. У Эйдена мало времени, как и у Итана. Стайлз может подумать о цвете их глаз позже.       Он достаёт из-под раковины пинцет и склоняется над Эйденом, чтобы с его помощью поковыряться в ране и вытащить пулю. Эйдена снова рвёт чёрной желчью и он тут же давится ею. Дерек переворачивает его на бок стараясь, чтобы желчь не попала в легкие Эйдена. Они же не для того тащили его на кухню, чтобы он задохнулся. — Может, сначала простерилизовать их? — спрашивает Лидия.       Она и остальная часть стаи в ужасе наблюдают за происходящим. Её взгляд в частности прикован к чёрной рвоте, разбрызганной по столу и стекающей на пол. Это первая доза опасностей, с которыми сталкивается стая в новом мире. — Нет времени, — отвечает Стайлз. Он старательно ковыряет пинцетом в ране, пытаясь достать пулю. — Яд почти добрался до его сердца. В любом случае с ним всё будет в порядке. Он оборотень. Меньше всего его беспокоит мой ржавый кухонный пинцет.       Кончик железного пинцета натыкается на пулю и Стайлз раздвигает рану, зажимая пулю. Он с трудом вытаскивает её. Окровавленная пуля падает на пол с тихим стуком и брызгами крови, а Эйден кричит в агонии.       Шериф высыпает на стол горсть свежего пепла, готового к использованию. Дерек кладёт Эйдена обратно на спину и придерживает его верхнюю часть тела. Он смотрит на Скотта. — Помоги мне его придержать.       Скотт бросается на помощь Дереку, удерживая Эйдена за ноги, в то время как Стайлз использует свою магию, чтобы тоже немного помочь. Он свободной рукой сгребает немного пепла и засыпает в пулевое ранение. Эйден кричит и мечется. Стол начинает трескаться. Вероятно, они будут должны шерифу новый стол после того как всё это будет сделано.       Но пепел делает своё дело. Чёрные прожилки исчезают, и рана начинает заживать прямо у них на глазах. Эйден тяжело дыша, лежит на потресканном столе, всё ещё окровавленный, но его кровотечение уже прекратилось.       Стайлз не теряя времени подходит к Итану, который прислонился головой к стене. Он уже вытащил пулю из бедра своими когтями. Пуля лежит в луже крови на кухонном кафеле под его окровавленной рукой, что делает пинцет бесполезным. Дерек и Скотт подбегают, чтобы помочь Итану лечь на пол. Они наваливаются на него всем своим весом удерживая на месте, как это было с Эйденом. Стайлз хватает горсть пепла и опускается на колени вместе с остальными. — Просто давайте уже, — бормочет Итан.       Стайлз так и делает, засыпая рану Итана пеплом точно так же, как он минуту назад сделал с раной Эйдена и всё идёт своим чередом — за исключением того, что Итан в своих метаниях не ломает ещё больше мебели шерифа. Итан тяжело дышит, он едва на грани сознания, но чёрные вены исчезают и тело Итана начинает исцеляться.       Тишина, которая окутывает комнату, оглушает. Стайлз откидывается назад, его колени протестуют против твёрдого пола под ним. На него накатывает волна усталости. — Срань господня, — нарушает тишину Джексон. — Что чёрт возьми, с ними случилось? — Охотники поймали и пытали их. Им удалось сбежать, но их успели подстрелить пулями, содержащими аконит. Они едва не погибли. — объясняет Дерек.       Он замолкает и смотрит на Эрику и Айзека. Дерек знает что он сказал, что это может случиться и с ними. Но то, что это произошло прямо у них на глазах, — совсем другое дело. Они оба стремились избавиться от человеческих ограничений. Айзек хочет иметь семью, которая будет любить его. Он хочет чувствовать связь со стаей, и он хочет быть в состоянии защитить эту стаю. Но он может делать всё это как человек, но Эрика хочет жить, не опасаясь своей болезни. Она хочет быть сильной, здоровой — частью чего-то большего. — Они ничего не сделали плохого, особенно что могло бы спровоцировать охотников. Они просто столкнулись с теми, кто не следуют правилам. Вы всё ещё готовы заплатить такую цену? Быть волком — значит погибнуть быстрее, чем если бы вы были человеком.       Будет справедливо дать им шанс ещё раз. Эрика и Айзек смотрят друг на друга, а затем снова на Дерека. Они кивают головами и этого достаточно для ответа. Если бы они всё ещё хотели получить силу, несмотря на такой риск, Дерек и Стайлз не стали бы с этим спорить. — Почему они всё ещё без сознания? Я думал, что у оборотней отличное исцеление, — говорит Джексон. — Их пытали несколько дней. Скорее всего, их накачали большими дозами аконита и подвесили на заборе под напряжением, если можно так сказать. Охотники очень любят убивать электрическим током, а аконит наносит большой урон оборотням. Если они подвергались воздействию в течение длительного периода времени, то им потребуется день или больше, чтобы прийти в норму. У обоих сильные ожоги на теле. К завтрашнему дню все должно пройти. Так что на будущее, если в вас попадёт аконитовая пуля или стрела, немедленно выньте её. Чем дольше она остаётся в теле, тем сильнее будет отравление.       После этого ребята успокаиваються, во всяком случае настолько, насколько это возможно в доме полном волков. Дерек и Стайлз поселили близнецов в комнате для гостей и Стайлз запер комнату рябиной в качестве меры предосторожности на случай, если намерения близнецов прийти к ним не были чистыми, как они утверждали. Спать будет легче если знать, что близнецы не представляют угрозы в комнате, закрытой рябиной. Остальная часть компании проводит следующий час или около того за уборкой кухни. А Дерек заказывает Шерифу новый столик в онлайн магазине.       Позже они все собрались в гостиной, болтая друг с другом, пока события дня не вошли в привычное русло. Да, это было их первое столкновение с опасностью, но оно будет не последним. Каждому не терпится изложить свои собственные версии произошедшего.       Дерек и Стайлз стоят в дверях комнаты. Стайлз утыкается носом в шею Дерека и некоторое время просто дышит. Дерек обнимает Стайлза за талию и крепко прижимает к своей груди. Они остаются в таком положении несколько минут, просто наслаждаясь комфортом который приносят им обоим эти объятия. Магия Стайлза до этого неугомонная под его кожей, превращается в низкий приятный гул, в то время как Дерек почти теряет самообладание.       Как только они отстраняются друг от друга, сколько бы времени ни прошло — минуты или часы, — Айзек выходит из гостиной. Он останавливается перед ними, как обычно, избегая зрительного контакта. Вместо этого он смотрит на пятнышко грязи возле лестницы. Когда он начинает говорить то его голос звучит тихо и робко. — Уже комендантский час. Я должен был быть дома часа два назад. Мой отец будет в ярости.       Стайлз и Дерек обмениваются взглядами. Стайлз протягивает руку и успокаивающе кладет её на плечо Айзека. Взгляд подростка скользит по Стайлзу, а затем возвращается к лестнице. — Айзек, тебе и необязательно возвращаться туда. Ты ведь, итак, знаешь это, да? — мягко спрашивает Стайлз. — Тебе больше не придётся проходить через всё это. Теперь у тебя есть мы.       У Айзека капают слёзы. Он качает головой. — Я…я должен вернуться за своими вещами и я…у вас сегодня полный дом людей.       Стайлз готовит аргумент, но Джексон подходит к Айзеку сзади и сам останавливает его. — Ты можешь остаться у меня на ночь, — говорит Джексон. Он бросает серьёзный взгляд на Стайлза и Дерека. — Мои родители не будут возражать и я у тебя в долгу учитывая, каким придурком я был. Так что завтра мы прокрадёмся к тебе домой и заберём твои вещи.       Айзек переводит взгляд на Джексона и тот ошеломлённо смотрит на него, его щёки быстро краснеют. — Хорошо, — говорит Дерек. — Но это значит, что Айзеку нужно поговорить с шерифом, прежде чем вы уйдёте. Вы двое, держитесь вместе. Я не хочу, чтобы вы ходили куда-то по одному. Как вы уже поняли, нам сейчас есть о чем беспокоиться, кроме одичалого. Завтра мы сходим с вами обоими, чтобы забрать вещи. Никуда не сбегайте. — волк делает паузу. — Это приказ.       Джексон твёрдо кивает. Он не собирается спорить с Дереком по этому поводу, потому что ему важно завоевать его доверие. Кроме того Джексон знает, что им с Айзеком так или иначе понадобится помощь, когда они вернутся за вещами Айзека. Тренер Лэйхи — страшный человек и Джексон сомневается, что он сможет сдержаться из-за чужака в доме.       Джексон кладёт руку на плечо Айзека и ведёт его к шерифу на кухню. — Айзеку нужно кое о чём с вами поговорить, — говорит Джексон и хлопает Айзека по спине.       Он не медлит. Этот разговор предназначен только для Айзека и шерифа. Джексон возвращается на диван к Дэнни и Скотту. В комнате начинаются разные разговоры о сверхъестественном и школе. Все пытаются разрядить свою нервную энергию с помощью разговоров и Дерек поощряет их. Они со Стайлзом присоединяются к разговору, наполовину прислушиваясь к своей стае, наполовину — к разговору на кухне. Разговор получился долгим и когда они вдвоём возвращаются в гостиную, шериф выглядит так будто постарел на десять лет. Дерек понимает. Гнев и потрясение которые охватили Дерека в их предыдущем мире, когда он узнал о жестоком обращении с Айзеком, произвели похожий эффект.       Дерек встаёт, когда Айзек и шериф входят в гостиную, чужие разговоры немедленно стихают. — Сегодня никто не уходит домой один, — объявляет он. — Слишком много угроз появляется. Поддерживайте с друг другом связь и всегда держите телефоны заряженными.       Никто не протестует. Они все знают об опасностях которые подстерегают их, даже когда они сидят здесь вместе. Все они один за другим покидают помещение, пока оно почти не опустеет, каждый из ребят уходит с парами: Скотт с Дэнни, Лидия с Эрикой и Джексон с Айзеком. В гостиной остались только Дерек и Стайлз. Близнецы наверху, всё ещё оправляются от полученных травм. Шериф исчез где-то в глубине дома, чтобы написать отчёт насчёт Айзека и его ситуации в доме.       Дерек и Стайлз крепко обнимают друг друга. Дерек утыкается носом в шею Стайлза. Он не знает, как долго они так сидят, вновь прижавшись друг к другу. Время не имеет значения, поскольку они наслаждаются присутствием друг друга. — Я хотел их смерти, — спустя некоторое время бормочет Стайлз, уткнувшись в плечо Дерека. — Хотел убить их за то, что они лишь подумали о том, чтобы причинить кому-то из вас боль.       Дерек сжимает его крепче. — Знаю, я тоже.       Стайлз отстраняется, чтобы посмотреть Дереку в глаза. — Мы очень сильно связаны, — тихо говорит он, проводя пальцами по руке Дерека. — Не думаю, что мы бы по-настоящему могли потерять друг друга, даже если бы попытались. Но до всего этого — ещё до того, как мы потеряли стаю, — и когда я был ещё простым человеком, уже тогда я и представить не мог, что действительно могу потерять тебя. Я знал, что это возможно, но сама мысль об этом была просто невыносима. — Я знаю, — говорит Дерек. Он обхватывает Стайлза за шею, проводит большим пальцем по подбородку и мажет взглядом по тени, которая начала формироваться. — И ты остался. Несмотря ни на что ты никогда не отпускал меня и я… Я не хотел быть ни с кем, кроме как с тобой, но всё… Для меня всегда всё заканчивалось одинаково плохо. Кейт, Дженнифер…       Стайлз прижимается лбом к лбу Дерека, их носы соприкасаются. Дерек прерывисто вздыхает. — Я бы никогда не сделал тебе больно, Дерек.       Дерек кивает и закрывает глаза, потому что смотреть на Стайлза прямо сейчас — это слишком тяжело. — Я так боялся рискнуть — особенно, если бы это значило, что я могу потерять даже ту дружбу, что у нас уже была.       Волк снова открывает глаза и встречается взглядом со Стайлзом. От пристального взгляда Стайлза у него едва не вышибает дух. — Тогда это правда что, — говорит Стайлз, указывая между ними. — Это вот всё было и раньше… — Намного раньше. — Хорошо.       Дерек смеётся и Стайлз заворожен тем, как искрится смех в его глазах. Стайлз не может удержаться и прижимается губами к губам Дерека, как бы страстно он ни желал, чтобы губы Дерека прижались к его губам. Поцелуй всё же получился нежным, несмотря на предвкушение и их голод. Стайлз тянется к бедрам Дерека, когда поцелуй становится глубже и крепко сжимает их. Они теряются друг в друге, в поцелуе, в желании, в любви между ними.       Когда они наконец отстраняются, Стайлз смеётся и звук его смеха получается таким мягким и негромким. Дерек вопросительно поднимает бровь, глядя на него. — Из-за тебя Дэнни боится даже взглянуть на меня.       Глаза Дерека наливаются кровью, когда он давит большим пальцем на пульс Стайлза. — Очень хорошо. Дерек снова целует его.