Второй шанс

      Стайлз медленно садится, вытянувшись на влажной траве. Бок всё ещё болит, а его рубашка превратилась в какой-то окровавленный топ. После того как его отбросило назад у него кружится голова, вероятно он успел удариться головой об землю. Парень оглядывается, все остальные кажется более или менее невредимы после этого взрыва. Небольшая победа.       Конечно же всё оказалось не таким простым. Только не для них. Никогда. Их изгой отсутствовал всего несколько минут, когда их слух пронзил ещё один болезненный вой. У Стайлза уже болит голова от присутствия ещё одного неизвестного волка. Он даже не успел подняться с земли, как Дерек уже рычит, скрежеща когтями сталкиваясь с бетой дикого Альфы. У чужака хоть и голубые глаза, но это определённо Бойд.       Лора и Талия воют, присоединяясь к Дереку в схватке. Бойд весь в крови, его грудь в порезах, он сражается не с одним, а с двумя Альфами, и плюс Лорой. Он замахивается на Лору, и она кричит от боли. Талия хватает его за руку и выкручивает её за спину, пока они с Дереком валят его на землю.       Стайлз чувствует себя беспомощным. Как он может быть таким сильным и таким бесполезным одновременно? Он должен был предотвратить это. Лора не должна была истекать кровью. Дерек не должен был сражаться с Бойдом. Всё идёт наперекосяк, и он не знает как это остановить.       Его Лидия присаживается на корточки рядом с ним, и когда он поворачивается, чтобы посмотреть на неё, она снова исчезает. Это приводит его в ярость до такой степени, что волна магии вырывается на свободу и приковывает Бойда к земле даже без его команды. Дерек и Талия перестают бороться с ним и с облегчением оглядывается на Стайлза.       Стайлз поднимается с земли и подходит, чтобы осмотреть лицо Лоры. Слава богам бета не задел её глаза, но от виска до подбородка тянутся три царапины от когтей. Парень наклоняет её голову в сторону, чтобы лучше рассмотреть. Кожа уже начинает срастаться, но Стайлз всё равно окутывает её своей магией, приглушая боль. Кажется боль быстро утихает, пока магия окутывает девушку. Она мягко улыбается ему и убирает его руку. Он знает, что она чувствует запах его вины.       Теперь Стайлз обращает всё своё внимание на Бойда. — Он явно сбежал из плена, — говорит Талия, кивая на разорванные цепи на его запястьях и лодыжках. — От него воняет волчьим аконитом, он чуть ли не разваливается на части, но всё равно чертовски силён. Неудивительно, что одичалый его обратил, — шипит Лора, с трудом выговаривая слова из-за разорванных губ. Стайлз морщится. — Они явно дали ему недостаточно волчьего аконита, чтобы он успокоился. Что конечно выйдет им боком. Его не спасти?       Стайлз снова позволяет своей магии проникнуть в чужое сознание, и он ненавидит это ощущение. Разум Бойда — лабиринт. Он не сломлен, но в нём полный и абсолютный беспорядок. Парень быстро отстраняется, не зная сколько ещё сможет выдержать… Чувства подобные этому, заставляют его думать о Ногицунэ, а когда он думает о нём, это никогда не заканчивается хорошо. — Не знаю, что случилось, но его разум словно ребус, — говорит Стайлз. — Я имею в виду, — он корчит рожу и выдыхает, — Чёрт. Там как в «Загадочном доме Винчестеров». Куча лестниц и дверей, которые ведут в никуда.       Лора бросает на него выразительный косой взгляд. — Иногда меня беспокоит твой разум, — бормочет она.       Стайлз пожимает плечами: — Меня тоже. — Заставь его подчиниться, Дерек, — говорит Талия. — Иногда рык утверждающего свою власть Альфы может вернуть волка. Если он тебе нужен.       Дерек выглядит нерешительным. Стайлз поворачивается к нему и кладёт руку ему на плечо. — Мне кажется, это может сработать, — подбадривает парень. — Он твой, Дерек. Всегда был твоим бетой. Ты это знаешь. И сейчас нет причин, по которым что-то должно измениться.       Дерек делает глубокий вдох и рычит. Как и в прошлый раз, эта сила удивляет Стайлза. Было так похоже на Скотта, что даже защемило сердце. Бойд вырывает руки из хватки Талии и Дерека и хватается за уши, жалобно скуля. Его глаза остаются голубыми, а дыхание становится быстрым и неконтролируемым. Дерек наклоняется ближе и снова рычит. На этот раз глаза Бойда становятся карими, и он вытягивает шею. Стайлз выдыхает не осознавая, что задерживал дыхание.       Несмотря на то, что Бойд подчиняется и выходит из своего состояния, Стайлз всё равно чувствует, что в его голове царит хаос. Он окутывает его своей магией пытаясь успокоить, но это не помогает. Гнев, страх и горе бушуют внутри, и Стайлз не может это остановить. — Он в замкнутом круге, — говорит Стайлз. — Тот Альфа, он чувствует все его эмоции, и это сводит с ума.       Бойд хнычет для пущего эффекта, словно соглашаясь единственным доступным ему способом. — Укуси его, — говорит Лора. — Подчинения недостаточно, чтобы разорвать связь, пока он в таком состоянии. Укуси его и сделай своим бетой силой. Это разорвёт их связь и успокоит его.       Стайлз смотрит на Дерека в ожидании чужого согласия. Он кивает, и Стайлз замирает в ожидании, но Дерек не теряет времени. Он тут же вонзает зубы в плечо Бойда. Стайлз чувствует как связь устанавливается, и понимает, что остальные тоже это почувствовали. Обратная связь резко обрывается. Бойд падает на землю словно марионетка, у которой перерезали нити. Он рыдает уткнувшись в руку, и Дерек хватает его и заключает в объятия. Стайлз опускается на колени, чтобы обнять их с другой стороны. Он плотнее окутывает их своей магией и повышает уровень комфорта до десятки. — Это не его вина, — продолжает бормотать Бойд. — Я пытался его остановить. — В чём именно? — спрашивает Стайлз. — Всё это. Это они сделали его таким. Они пытали его годами. Это не его вина. Я пытался достучаться до него. После того как он меня обратил, мне казалось, что если пойду за ним, то смогу помочь. Но он был слишком далеко — слишком сломлен. Я просто не мог — те люди схватили нас. Пытали меня. Я даже ничего не сделал. Он ничего не сделал. Мне пришлось убить одного из них, чтобы сбежать. Я убил человека. Это был даже не взрослый. Обычный ребёнок. Не думаю, что он вообще понимал, что охотники с нами делают.       Дерек откидывается назад и крепко сжимает плечи Бойда. — Это не твоя вина. Они не оставили тебе выбора. Ты сделал всё, что мог, и этого достаточно. Теперь я твой Альфа. Мы со стаей отведём тебя домой и приведём в порядок. Потом ты сможешь рассказать нам больше. А сейчас мне нужно, чтобы ты сосредоточился на исцелении. Это он тебя так? — Дерек кивает на его грудь, которая всё ещё сильно кровоточит.       Бойд кивает. Стайлз понимает, что в чужом организме осталось недостаточно волчьего аконита, чтобы препятствовать заживлению. Проблема в том, что эти раны были нанесены его Альфой. Бойд явно пытался помешать ему напасть на кого-нибудь, но потерпел неудачу. Это был благородный поступок; Бойд всё такой же невероятный. Стайлз испытывает прилив грусти по их Бойду из прошлого. Он был таким же. Всегда преданным, всегда пытающимся поступать логично и нравственно правильно. Стайлз ненавидит себя за то, что это случилось с ним здесь, в этом мире. Он же должен был защищать их, но и тут потерпел неудачу. — Лора, передай нашей стае, чтобы они все собрались в доме шерифа. Думаю, сейчас не стоит приводить его в дом чужой стаи, — говорит Дерек.       Талия кивает, и они с Лорой уходят в дом. Вся стая выбегает из дома, чтобы помочь посадить Бойда во внедорожник. Эрика останавливается и оглядывается на разрушения вместе с Джексоном. Их глаза широко раскрыты от удивления. — Что за дерьмо, здесь произошло? — спрашивает она, открывая дверь для Дерека и Стайлза. — О ну знаешь, просто пытался защитить нас от диких волков и при этом не уничтожить весь город. Мне это удалось. В основном. Вроде. — бормочет Стайлз. — Ага, — саркастически мычит Джексон. — Теперь у нас будут дрова на долгие годы. С тобой всё в порядке?       Стайлз смотрит вниз, и следы от когтей исчезают, но на их месте остаются неровные красные линии от быстро высыхающей крови. Теперь он понимает, почему Дерек и Скотт были почти выпотрошены, а через десять минут с ними всё уже было в порядке. Альфа исцеление поистине удивительно. — Я в порядке. Бойд, вот кто не в порядке. Мы сможем поговорить, как только остановим его кровотечение. Все в машину. И побыстрее, пожалуйста! Потеря крови опасна для любого человека…волка. Да вообще кого угодно.       Они перетаскивают Бойда через средний ряд сидений, и он полулежит на коленях у Стайлза. Бойд удивлённо смотрит на своих одноклассников, но не задаёт вопросов. Стайлз понимает, что ему слишком больно, чтобы сейчас об этом думать. Его грудь всё ещё практически в труху, и как бы Стайлзу ни хотелось её исцелить, он может лишь замедлить кровотечение. Мелисса садится рядом с Бойдом и громко выдыхает. — Это…многовато, — говорит она, когда Айзек суёт ей в руки большую аптечку и забирается на заднее сиденье к Джексону и Эрике.       Стайлз видит, как меняется выражение её лица. Это осознание. Она впервые видит опасность того, что значит быть кем-то большим, чем человек, и это разбивает сердце Стайлза. Он находится по другую сторону от Бойда, его магия всё ещё останавливает кровотечение. Дерек едет быстро, Скотт на переднем сиденье. Остальные едут в машине Лидии и патрульной машине. — Хорошо, Бойд. Мне нужно, чтобы ты как можно чаще делал глубокие вдохи. Нам нужно всё почистить, — говорит Мелисса. — Нет, — говорит Стайлз. — Оборотням не страшна инфекция, и в этих ранах нет отравления волчьим аконитом. Первая помощь оборотню: остановите кровотечение и как можно лучше забинтуйте раны, пока не начнётся ускоренное заживление и они не затянутся. Если только нет отравления волчьим аконитом. Для этого нужен пепел волчьего аконита и кто-то достаточно сильный, чтобы удерживать тело, чтобы вы не поранились в процессе. — Хорошо, — кивает Мелисса. — Ладно. С этим я могу работать.       Она отказывается от антисептика и берёт марлевую повязку. К тому времени, как они добираются до дома шерифа, у Бойда всё ещё идёт кровь, но она постепенно останавливается без помощи магии Стайлза, и это хороший знак. Дерек и Айзек укладывают подростка на диван, и Стайлз начинает ставить настолько мощные обереги, что если охотник хотя бы подумает о том, чтобы приблизиться к ним, его ударит током и он умрёт на месте. Прямо как те электрошокеры охотников. От этой мысли у него кружится голова. — Нам нужно как можно скорее договориться о встрече с Арджентами, — говорит Скотт Дереку и Бойду. — Это всё выходит из-под контроля. Они не могут просто похищать и пытать старшеклассников. Это нелепо. — Я превращу их всех в кровавое месиво. Клянусь, — мрачно бормочет Стайлз. — Чёртовы охотники. — Кто ты такой? — спрашивает Бойд у него.       Его замешательство очевидно, когда он смотрит на него с дивана. По комнате разливается чувство неловкости, и Дэнни хмуро наблюдает за ним. — Я сводный брат Стайлза. Старший сын шерифа. Несколько месяцев назад он вроде как даже и не знал о моём существовании. — Те, кто нас похитил, — говорит Бойд, — Планируют убить вас всех. Они всё время говорили о том, как сильно ненавидят Арджентов и Хейлов. И их много.       Подросток выглядит встревоженным, когда смотрит на Стайлза. Но затем, слишком быстро он переводит взгляд на Скотта. То, что он говорит дальше, переворачивает их мир с ног на голову. — Они убили Стайлза. Убили Стайлза, потому что знали, что это причинит боль Альфе.       Вся стая застыла, не сводя глаз с Бойда. Его слова тяжело повисают в воздухе, давя на комнату словно неподъемный груз. Тишина настолько глубокая, что граничит с болью — как будто все в унисон задерживают дыхание. Стайлз переводит взгляд на Дерека, и то сколько чёрт возьми он выражает одним взглядом, поражает. Господи как они могли это пропустить? — Что ты имеешь в виду, говоря о том, что это они убили моего сына? — спрашивает шериф убийственно спокойным голосом, стоя в дверях кухни. — Когда они выпустили Альфу на волю, он ещё не был Альфой. Он был просто Бетой. Кажется, Стайлз нашёл его. Каким-то образом он заставил его снова стать человеком. Охотники всё время говорили что-то о том, что тот был глупцом, раз думал, что сможет защитить парня. Всё, что точно знаю, — они убили его, потому что Стайлз нарушал их планы. Один из них начал работать в местной кофейне, которую тот часто посещал. Отравили его кофе. Сделали вид, что у него случился приступ, но это был какой-то нейротоксин. — Это они сказали тебе? — спрашивает Дерек, сверкая глазами. — Те, кто мучил нас, продолжали тыкать Альфе этим в лицо. Они не переставали хвастаться. Использовали это, чтобы ещё больше сломить его. Подогревая его горе. — Бойд прерывисто вздыхает, вспоминая об этом. — Он…он чувствовал себя таким виноватым. Это было невыносимо.       Стайлз берёт Дерека за руку и сжимает её так сильно, что слышит хруст костей. Дерек даже не вздрагивает; он лишь притягивает Стайлза ближе к себе. Стайлз бросает взгляд на шерифа. Тот всё ещё стоит в дверях, а полотенца, которые он нёс, валяются на полу, полностью забытые после такого откровения. Стайлз пытается понять, что эта новость может значить. — Ты знаешь, кто Альфа? — тихо спрашивает Стайлз.       Бойд выглядит ещё более измученным. Он не желал ввязываться во всё это. По крайней мере, в их мире у Бойда был выбор. Теперь тот сидит здесь, пережив нечто гораздо худшее, чем Стайлз может себе представить. Пытки — это не весело, Стайлз знает, но ещё хуже, когда у тебя ускоренное исцеление. Они могут растягивать их так долго как только возможно. Как они и сделали с этим Альфой. — Они никогда не говорили, — шепчет Бойд, — И он уже слишком изменился, чтобы вернуться в человеческий облик. Когда они убили Стайлза, они сломали его во всех смыслах. Он любил Стайлза больше всего на свете. Я это чувствовал.       Все по-прежнему застыли, в ужасе глядя на Бойда. Джексон мёртвой хваткой сжимает руку Айзека, а Скотту приходится ловить Лидию, когда у неё подкашиваются ноги. Она беззвучно плачет, слёзы неудержимо текут из её глаз, пока она невидящим взглядом смотрит на журнальный столик. — В течение нескольких месяцев он бегал в заповеднике до и после школы. Я… Да мы все спрашивали его, почему тот вдруг заинтересовался бегом. И он…мы знали, что Стайлз лгал нам. Но мы не давили на него… Оказывается он встречался с Альфой. Он должен был…он… — Лидия не может закончить. — Почему он не сказал нам? — спрашивает Джексон. — А что бы он сказал? — спрашивает Скотт, и его голос звучит почти истерично. — Эй ребята послушайте, я каждое утро встречаюсь в лесу с диким оборотнем и кажется, я приручил его? Да мы бы отправили его в Айкен. — Вот почему он обратил вас, — говорит Дерек, такой же ошеломленный, как и остальные. — Он укусил Скотта и Лидию, потому что от них пахло Стайлзом. Бойд вероятно, оказался не в том месте не в то время. Он пытался найти Стайлза. Вот почему мы не могли разобраться в его поведении. Он идёт по мёртвому следу. В тот день, когда он пошёл в школу… — Но он бы почувствовал разрыв связи, когда Стайлз умер, верно? — спрашивает Лидия. — Он же точно считал его своей стаей. Почему же он до сих пор ищет? — Его разум помутился, — говорит Бойд. — Он не знает, что реально, а что нет, — он не может мыслить здраво. Волк настолько подавлен горем, что я не думаю, что в нём ещё осталась человеческая сторона. Он знает только, что больше не чувствует свою пару. А охотники продолжают говорить ему, что это его вина.       Дерек тянет Стайлза за руку и хватает шерифа за локоть. Он тащит их на кухню, не произнося ни слова. Мелисса быстро следует за ними. Стайлз возводит самый сильный звуковой барьер, какой только может, и пытается сдержать рвоту. Они запирают дверь. — Они убили моего сына, — решительно говорит шериф. — Мне плевать на закон и прочую чушь. Каждый из них умрёт. — Договорились, — горячо соглашается Стайлз и поворачивается к Дереку. — Дерек, в чём дело?       Его лицо искажено страданием. Краем глаза Стайлз видит свою Лидию. Она выглядит несчастной и подавленной рядом с ними, но кивает и указывает на Дерека. Так она говорит: «Послушай». Он был бы глупцом, если бы не последовал её совету. — Есть только один человек, которого Стайлз мог бы вернуть с грани безумия таким образом, — он смотрит на Стайлза. — Ты моя пара. Даже до ритуала от тебя всегда пахло как от возможной пары. Не думаю, что этот факт изменился бы в других вселенных. В тот первый день, когда я встретил тебя в лесу, от тебя пахло домом.       Лидия всё ещё яростно кивает и указывает на Дерека. Он не знает, что ей известно. Но она явно говорит, что Дерек прав, потому что она прыгает вверх-вниз, держа один указательный палец у носа, а другим указывая на Дерека. Если бы ситуация не была такой мрачной, он бы рассмеялся. — Но он напал на меня, — говорит Стайлз, всё ещё не желая в это верить. — Если он…зачем ему нападать на меня? — Он не просто одичал. Он сломан, а ты не Стайлз — не его Стайлз. От тебя не пахнет так, как от него. Никогда не пахло. От тебя пахнет мной, и ты пахнешь как Альфа. От тебя пахнет нами. — Дерек показывает большим пальцем на место между шеей и плечом. — Для него ты — ещё одно препятствие между ним и его потерянной парой. — А то что он истинный Альфа? Что насчёт этого? Объясни, Дерек. — Скотт стал Истинным Альфой, чтобы спасти нас. Я думаю, что он стал им, чтобы попытаться защитить Стайлза. Это возможно, и имело бы смысл. Его желание защитить Стайлза… — Я думал, что он появился здесь совсем недавно. Хочешь сказать, что это не так? — спрашивает Стайлз, и в его голосе слышится недоверие. — Талия сказала, что до появления дикого Альфы она чувствовала запах странного омеги на своей территории. Она предположила, что он ушёл или что тот убил его, — объяснил шериф. Он громко вздыхает, явно расстроенный. — А потом вы появились несколько месяцев спустя. Я и подумал, что знаете. — Мы не знали. Мы не знали ни об этом, ни о ведьмах, ни о том, что твой Стайлз резвился в лесу с диким Альфой, — рычит парень. — Я должен был знать. Мы должны были…       Стайлз смотрит на шерифа, а затем на Дерека. Им не рассказали всей картины. И это не первый раз. Во-первых, ведьмы знают обо всём. Хранить секреты — это одно, но умалчивать об этом бардаке — совсем другое. Стайлз понимает, что они думают не так, как он. Он это осознаёт. Они не живут в состоянии повышенной бдительности, в то время как Дерек и Стайлз полностью уверены, что это будет их постоянным состоянием до конца дней. Но это не оправдание. Стайлз взбешён. — Стайлз, мы не могли знать. Мы не могли получить доступ к его ноутбуку, а запах Альфы давно выветрился к нашему приходу. Мы просто не могли знать, — успокаивает его Дерек. — Мы думали, что он мёртв; мы думали, что они оба мертвы, потому что в тот момент это казалось логичным. Точно так же, как мы думали, что ты не волк. Это не наша вина. Мы никогда бы не догадались, что он не умер. Хейлы сами понятия не имеют. — Я сейчас совсем запуталась. Что ты пытаешься сказать? — спрашивает Мелисса, переводя взгляд с одного мужчины на другого.       Стайлз проводит руками по волосам и поворачивается кругом, прежде чем сделать глубокий вдох и опереться обеими руками на стол, глядя на них. У него нет слов, чтобы описать, насколько он подавлен прямо сейчас. — Дикий Альфа — это Дерек Хейл. Дерек Хейл из этой вселенной, — говорит Стайлз и краем глаза видит, как Лидия кивает. — А я оборотень, Альфа. Мы думали, что связь позволяет мне пользоваться способностями Дерека, но это не так. — Лидия кивает ещё раз. У него сжимается сердце. — Когда мы провели тот ритуал, Дерек уже был Альфой. Он вырезал руны на моей груди своими когтями. Так было быстрее, чем ножом. Это обратило меня. — Дерек Хейл умер шесть лет назад, — возражает шериф. — Я был там. Я помогал закрывать мешок. Это не может быть он. Это невозможно. Пуля попала прямо в сердце. — В сердце или в грудную клетку? — спрашивает Дерек. — Это две совершенно разные вещи, шериф. — Он был мёртв. Было очевидно, куда попала пуля. Нельзя вернуть людей с того света.       Шериф чуть не рвёт на себе волосы, и Мелисса усаживает его за стол. Он опускает голову на руки. Стайлз ненавидит это. Он ненавидит эту правду так сильно. Ведь если они правы то, это и был тот катализатор, который они должны были предотвратить. Хейлы сойдут с ума от ярости, как и Питер. Им не удалось ничего предотвратить. — Это возможно, — говорит Стайлз. — Питер вернулся с него. Дерек убил его, вырвал ему горло, похоронил, и он прорыл себе путь обратно через завесу в мир живых. Даже если так, волчья ягода могла быть мутировавшим сорняком, который некоторые охотники используют для усыпления. Он мог казаться мёртвым даже оборотням, в зависимости от того, насколько сильным был яд. — Они похоронили его. Я видел, как они его хоронили, — утверждает шериф. — Хейлы оплакивали мальчика. Они чувствовали, как он умер. — Охотники могли бы вернуть его с помощью правильных инструментов и ритуалов. Вероятно, они выкопали его. Земля должна была быть свежей. Этого бы не заметили, — рассуждает Дерек. — Был он мёртв или нет, уже не важно. То что он жив сейчас, всё меняет. — Твою же мать, — шипит Мелисса и тяжело опускается на стул рядом с шерифом.       Стайлз в замешательстве. Неужели охотники настолько обезумели что готовы даже на это? Вернуть оборотня из мёртвых? Годами скрывать его от семьи? Если так, то они имеют дело с чем-то гораздо более могущественным, чем ребята изначально предполагали. Они должны были быть готовы ко всему. Для них никогда ничего не было простым. Ничего. — Лидия, мы всё правильно поняли? — спрашивает Стайлз. — Это Дерек Хейл? — Лидия кивает. Ну…блять. — Они вернули его из мёртвых или инсценировали его смерть? — Лидия раздражённо выдыхает. Стайлз делает то же самое. Было бы проще, если бы он всё ещё мог слышать её. — Боже Лидия я же не вижу всего. Одна рука за воскрешение из мёртвых, две за фальшивую смерть. — она поднимает одну руку. — Сука.       И Мелисса, и шериф смотрят на него как на сумасшедшего. — И да, ещё кое-что. Лидия здесь. Наша Лидия, — признаётся Стайлз. Мелисса и шериф не меняют выражения лиц. — Она каким-то образом последовала за нами сюда. Её силы…всегда были хорошо развиты. И я полагаю, учитывая что они всегда были связаны со смертью, они только усилились, когда она умерла в нашем мире. Я вижу её. Не могу смотреть прямо на неё или слышать что она говорит. Но я всегда замечаю её боковым зрением, и она постоянно играет в шарады, указывая на Дерека и прыгая вверх-вниз. Она бы не стала лгать. И думаю, у неё есть огромное преимущество в том, что она видит то, чего не видим мы. — Будет ли у нашей Лидии подобная сила? — спрашивает Мелисса. — Я не знаю. Послушайте, никто не должен знать о Дереке Хейле. Ни одна душа за пределами этой комнаты. Хейлы не должны знать, особенно пока он жив, — говорит Стайлз, — Но я боюсь, что это не надолго. Не после смерти Стайлза. — Нам нужно сохранить в тайне и настоящую смерть Стайлза. Талия может сложить два плюс два. Хейлы — один из катализаторов, который может привести к началу конца вашего мира. В нашем мире пожар убил мою семью. Из-за него Питер стал психопатом-убийцей — мы не можем допустить, чтобы это случилось здесь, — говорит Дерек, прижимая Стайлза к груди.       Стайлз не может поверить, что упустил это. Он должен был знать, что любая его версия каким-то образом нашла бы сверхъестественное. Он должен был знать, что обязательно нашёл бы Дерека. Но они прибыли сюда так рано, что он даже и не подумал, что такое возможно. Теперь он чувствует себя некомпетентным из-за того, что упустил такую возможность. Они были так счастливы полагая, что здесь всё просто — не так запутано. И они так невероятно ошиблись. — Это просто пиздец какой-то, — бормочет Мелисса. — Согласен. — мычит Стайлз в плечо Дереку.       Его сердце разрывалось из-за этого Дерека. Его мучили столько лет. А потом Стайлз, вероятно случайно ворвался в его жизнь и заставил Дерека снова почувствовать. Он был бы настойчивым и безрассудным. Это сработало бы. Точнее и так сработало. Он вернул Дерека к жизни. А потом они убили его. Теперь Стайлз понимает, почему их разбойник так горевал. Он бы чувствовал то же самое, если бы потерял своего Дерека. — Я всё ещё могу его отследить, — говорит Стайлз Дереку, отступая. — Он прошёл прямо сквозь мою ловушку. Я смогу его найти. — Сначала мы предупредим Арджентов. Мы должны как-то с этим разобраться. Мы должны понять, чего они добиваются, прежде чем побежим и начнём убивать. Мы выясним, с чем именно имеем дело, а потом убьём их. Всех, — говорит Дерек, и его глаза краснеют. Стайлз вспыхивает в ответ. — Вы уверены, что Стайлз…? Мой сын, разве он стал бы? Зачем ему пытаться приручить дикого Альфу? — спрашивает шериф.       Он звучит потерянным, и Стайлзу жаль. — Я не знал вашего сына, — говорит Стайлз, — Но я знаю себя. Я знаю, что он ни за что на свете бы не сбежал после увиденного. Ему было бы любопытно, и он захотел бы помочь. У нас с Дереком есть теория, что наши души связаны во всех вселенных. Их бы потянуло друг к другу. Даже будучи диким, Дерек никогда бы не причинил ему вреда. Не его Стайлзу. — Он бы понял, что Стайлз рядом, чтобы помочь. Стайлз стал бы его опорой, — печально говорит Дерек. — Я должен был сказать ему, — говорит шериф. — Если бы он знал, то мог бы обратиться ко мне или Талии. Получить помощь до того, как они…       Мужчина не ошибается, но Стайлз не может сказать об этом. Это только ухудшит ситуацию. Этому человеку нужно простить себя. Он всего лишь пытался защитить своего сына. — Мы заставим их заплатить, шериф. Клянусь, — обещает Стайлз.       Шериф лишь кивает, и на его глазах выступают слёзы, когда он смотрит на рисунок древесины на столе.       В итоге никто не уходит домой. Вместо этого они берут все матрасы в доме и складывают их на полу в гостиной. Бойд медленно, но верно идёт на поправку. Они кладут его в центр кучи из тел, чтобы он знал, что ему рады. Шериф и Мелисса отпрашиваются с ночных смен и тоже присоединяются. В тесноте 12-ти человек, клубок из конечностей выглядит в лучшем случае неловко, но никто не жалуется.       Никто не разговаривает, но Скотт продолжает сжимать руку Стайлза, уткнувшись ему в грудь. Слёзы тихо и непрерывно текут всю ночь.