Второй шанс

      На следующее утро шериф отвозит Бойда в полицейский участок. Он почти оправился от ран, нанесённых одичалым. Ему всё ещё невероятно больно, а красные линии от когтей, которые когда-то были рваными, ещё не исчезли. Тем не менее он идёт на поправку, в основном благодаря тому, что у них такая большая стая. Его разум ещё в раздоре. Смесь страха и шока от пережитой травмы будет заживать гораздо дольше. Но он не пасует и остаётся стойким и молчаливым, но Дерек и Стайлз чувствуют каждую его эмоцию, и это разбивает им сердце.       Они оба пережили пытки в руках охотников. Не бывает вот так легко просто оставить всё это позади. Душевные раны всегда заживают гораздо дольше, а способности оборотня не помогают в вопросах разума. Итан и Эйден держались рядом с Бойдом. У них двоих гораздо больше опыта от пыток охотников, чем у Стайлза, и Дерек хотел, чтобы те были рядом. Вся их жизнь была сплошным беспорядком, междоусобицами в стае и охотниками, постоянно идущими по их следу.       Тем не менее здесь они казалось, расслабились и Стайлз внимательно наблюдал за ними. Он заметил, что они ходили по дому на цыпочках, хотя и пытались вести себя уверенно. Чем дольше они там находились, тем комфортнее себя чувствовали. В конце концов они признались, что не понимали, что такая стая как эта, вообще может существовать отдельно от семей. Даже тогда такая мирная обстановка была редкостью. Тот факт, что им посчастливилось найти такую стаю, в некоторые дни почти ставил их на колени. Когда Бойда приводят в стаю, травмированного и потрясённого, близнецы привязываются к нему. Кажется, Бойд расслабляется в их присутствии, и Стайлз уверен, что они помогут ему справиться со всем.       К сожалению, единственный способ объяснить пропажу Бойда — это сказать, что он сбежал. Бойд не спорит, когда шериф предлагает это; он даже признаёт, что это какое никакое правдоподобное объяснение. Дерек и Стайлз решают, что им нужно будет обсудить это в ближайшее время, и близнецы переглядываются. Всё, чего Бойд когда-либо хотел, — это принадлежать кому-то, иметь семью, по словам Дерека. Кажется, этот Бойд хочет того же, и они намерены дать ему это.       Если не считать Бойда, Стайлз и Дерек беспокоятся о шерифе. Его взгляд пуст. Запах горя и сожаления вокруг него настолько силён, что они задыхаются, когда тот проходит мимо. Виски всё ещё заперто в шкафу, но Стайлз не уверен, как долго оно там пробудет. На самом деле Стайлз подумывает о том, чтобы выбросить бутылку. Они не знают как ему помочь, кроме как отомстить охотникам — разорвать их на части. Стайлз готов на всё, лишь бы увидеть их всех мёртвыми. Стайлз и Дерек из этого мира заслуживают справедливости — возмездия.       Дерек готовит завтрак в напряжённой тишине. Никто не притрагивается к тостам и яйцам, как только они оказываются на тарелках. Аппетит у всех отсутствует, и никто не осмеливается включить кофеварку. В их памяти ещё свежо воспоминание о том, как был убит Стайлз. В обозримом будущем кофе придётся пить из какого-нибудь другого источника.       Ни у кого дела не идут особенно хорошо. Скотт продолжает смотреть на Стайлза глазами побитого щенка, и у него сжимается сердце. Лидия сидит подавленная и хлюпает носом рядом с Джексоном, её глаза красные и опухшие. Остальные утешают ребят, как только могут, но помочь кому-то пережить такое тяжёлое событие, как убийство лучшего друга, никогда не бывает легко.       Единственный раз, когда на их лицах появляется подобие улыбки, — это когда шериф звонит Дереку из участка, чтобы сообщить, что неподалёку от дома Стайлза были найдены три тела. Вооружённые мужчины, явно замышлявшие что-то нехорошее, каким-то образом были убиты электрическим током. Оказывается, его барьер сработал даже лучше, чем он рассчитывал. От этой новости настроение немного улучшается, но не настолько, чтобы развеять тревогу.       Стайлз по-прежнему возит их в школу, умудряясь усадить всех в свой восьмиместный автомобиль. Они не могут позволить себе пропустить занятия. Никому из них не нравится мысль о расставании; им даже не нравится, что Бойд уехал с шерифом. Что ещё хуже, дорога до школы не находится под защитой Стайлза. Ему пришлось отказаться от некоторых защитных заклинаний, чтобы усилить другие, когда его магия начала сбоить. Каждый раз, когда машина проезжает через светофор, они задерживают дыхание, но похоже охотников на их обычных местах нет.       Когда они входят в школу, все разглядывают их. А как же иначе? Обычно они не появлялись все вместе. Для некоторых это было пугающе. Стайлз может себе это представить. Лидия, Скотт, Джексон и Дэнни долгое время были самыми популярными ребятами в школе. Добавьте к этому нескольких изгоев, горячих новеньких близнецов и парня, который подозрительно похож на их погибшего лучшего друга? Это было практически самое грандиозное зрелище, которое школа Бейкон-Хиллс видела за последние десятилетия. Мельница слухов очень сильна.       Когда звенит первый звонок, они расстаются только для того, чтобы пойти на занятия. Расписание Дэнни очень похоже на расписание Стайлза, и они держатся вместе первую половину дня. Его магия следует за остальной стаей, обеспечивая комфорт там, где это возможно. Сегодня тихо, по-видимому, после убийства охотников всё успокоилось. Стайлз одновременно напуган и благодарен. — Мы сможем победить? — тихо спрашивает Дэнни, сидящий рядом с ним на уроке химии. — Мы сможем их одолеть? Остановить их?       Стайлзу не нужно переспрашивать, о чём тот говорит. Дэнни умён и всегда был таким. Это вот-вот должно было перерасти в войну между ними и охотниками. Стайлз беспокоится не столько о победе, сколько о том, как он выйдет из этой ситуации, когда всё закончится. Он не сможет долго сдерживать магию. В конце концов, она одолеет его и заберёт то, что хочет, и Стайлз боится того момента когда это случится. Он может только надеяться, что когда всё закончится, он всё ещё будет жив. — Мы сможем и сделаем это, — спокойно и уверенно отвечает Стайлз.       Дэнни долго смотрит в свою тетрадь, постукивая карандашом по страницам. Харрис всё ещё бубнит что-то перед классом, но Стайлз не может понять, о чём мужчина говорит. Харрис даже не осмеливается взглянуть в его сторону. Стайлзу как-то всё равно.       Спустя казалось бы, целую вечность Дэнни наконец поворачивается к Стайлзу и с любопытством смотрит на него. Стайлз возводит барьер и полностью сосредотачивается на нём. — Ты сказал, что до всего этого ты был человеком. Как ты это сделал? Я чувствую себя таким беспомощным. Итан беспокоится. Я вижу это каждый раз, когда он смотрит на меня. Как ты с этим справлялся? Зная, что ты обуза.       Стайлз смотрит на Дэнни и видит на его лице выражение поражения. Он помнит, как выглядел так же, когда Скотта обратили. Он помнит, как чувствовал себя беспомощным перед лицом сверхъестественного. Он никогда не забывал ни одной мрачной мысли, которая была у него в тот момент. Они до сих пор крутятся у него в голове, как напоминание о том, что было и что может быть снова. Но он знает, что даже будучи человеком, он сыграл важную роль в выживании своей первой стаи. Без него они не прожили бы так долго, как и он без них. — Ты не обуза, — мягко говорит Стайлз. — Я бы солгал, если бы сейчас сказал, что это было легко, Дэнни. Честно говоря, поначалу я был очень безрассудным. Большую часть времени ходил с бейсбольной битой. И я бы не советовал так делать. Она ни черта не помогает против оборотней, если только она не сделана из рябины и не обмотана волчьим аконитом. Может, мне даже стоит подарить тебе такую.       Дэнни немного смеётся над этим, часть напряжения покидает его плечи. — Дело в том, что у людей есть свои преимущества. Оборотни невероятно сильны, но у них есть серьёзные недостатки, которых нет у вас, людей. Волчий аконит и рябина — огромные проблемы; их криптонит, если можно так назвать. На людей, они не подействуют ни в малейшей степени. Лучший способ для оборотней сражаться с охотниками — это когда есть и другие люди на их стороне. Грубая сила и скорость ничего не значат, если они не могут их использовать, потому что их сдерживает рябина или они накачаны волчьим аконитом. — Думаю, в этом есть смысл. Я никогда не смотрел на это с такой точки зрения. — Но кроме того, каждому волку нужен якорь. Это может быть что угодно, но я понял, что люди — самые сильные. Я для Дерека, он для меня, Эллисон для Скотта, Джексон для Айзека, ты для Итана. — Я? — удивлённо спрашивает Дэнни. — Ты не замечаешь, какой он спокойный рядом с тобой? Учитывая его травму, он безупречно себя контролирует. Это всё ты Дэнни. Не недооценивай себя.       Дэнни улыбается и после этого долго молчит. Однако Стайлз чувствует, что он нервничает. Судя по тому, как он каждые несколько минут поглядывает на него, он явно хочет что-то сказать. В конце концов, ближе к концу урока Стайлз устаёт и возводит ещё один барьер, магия по-прежнему подчиняется его приказам. — Тебе станет намного лучше, если ты просто скажешь, что тебя беспокоит, — говорит Стайлз.       Дэнни делает вдох и смотрит Стайлзу в глаза. В его взгляде читается решимость, и Стайлзу сразу становится любопытно. — Ты должен сказать им, ну кто ты на самом деле. Думаю, это может помочь. Они должны знать, — говорит Дэнни.       Стайлз приподнимает бровь. Конечно, он не мог…хотя, это же Дэнни. — А кто я? — Стайлз прищуривается, глядя на него. — Ты — Стайлз. Может, не тот самый, но ты всё равно он. Постарше, но он. Верно?       Стайлз долго смотрит на него, прежде чем вздохнуть и отложить ручку. Конечно, Дэнни всё понял. Он не знает, почему так удивлён. — И как ты пришёл к такому выводу?       Дэнни пожимает плечами. — Было несколько разных намёков. Я слышал, как Дерек однажды назвал тебя Стайлзом, и ещё то, как ты смотришь на всех нас. Будто знаешь нас всю жизнь. А ещё родинки находятся в точно одних и тех же местах. — Дэнни ухмыляется, глядя на его изумлённое лицо. — Я годами рассматривал тебя в раздевалке. Невозможно, чтобы все они были одинаковыми.       Стайлз смеётся. Это первый настоящий смех, который он издаёт за несколько дней. Дэнни смеётся вместе с ним, когда звенит звонок. — Оставлю эту деталь на потом. Я должен был догадаться.       Когда их смех стихает, выражение лица Дэнни становится серьёзным, и его пытливые глаза устремляются прямо на Стайлза. Что-то в Дэнни всегда было не так. Он всегда был умнее, спокойнее. Никогда не принимал участия в том, в чём не было необходимости. Стайлз всегда восхищался его способностью устанавливать границы, ставить себя на первое место и иметь силы уйти от всего этого. Стайлз никогда бы так не смог. — Так почему ты здесь? Как ты здесь оказался? — спрашивает Дэнни. — Я не лгал, когда сказала, что мы с Дереком потеряли нашу стаю. Так и было. Мы потеряли вас всех. Ну ты уехал до того, как всё пошло наперекосяк, так что я не уверен насчёт тебя.       Дэнни кажется удивлен: — Правда? — Мы думали, что ты ничего не знаешь о всей этой истории с оборотнями. Джексон хотел оградить тебя от всего и уберечь. И Итан тоже. Оказывается, ты всё это время знал. Честно говоря, я не удивлён. У меня никогда не получалось заставить их понять искусство дипломатии, а некоторые вещи оборотням просто невозможно объяснить. Перед отъездом Итана, после того как Эйден был убит… — Дэнни кажется, хочет что-то спросить, но Стайлз поднимает руку. — Не спрашивай, это очень долгая история. В любом случае ты сказал ему, что знаешь обо всём этом сверхъестественном дерьме, которое происходит, и свалил. По сути, просто сбежал от всей этой ситуации. После этого я тебя больше не видел, а Джексон к этому времени уже давно уехал. Он переехал в Лондон после того, как превратился в ящерицу и убил кучу людей, когда Дерек обратил его. — Чёрт возьми. Неудивительно, что ты был против того, чтобы он получил укус в самом начале. Ты беспокоился, что он может… — Да, хотя здесь он совсем другой человек. Мы с моим Джексоном никогда не дружили — он меня ненавидел. И Скотта тоже. — Дэнни выглядит удивлённым этой информацией. — Мы выросли по-разному. Мне кажется, что Эллисон была — главная причина нашей разницы. Она не росла с нами. А перевелась к нам где-то в старших классах. — В этом есть смысл, — соглашается Дэнни. — Именно наша Эллисон привела Скотта и Стайлза в группу в начале средней школы. — Да, в этом большая разница. Но это оказало огромное влияние, потому что этот Джексон совсем не похож на того, кого я знал. Я уверен, что потенциал был, но возможности не появлялись. Тебе стоит оставить всю эту историю с ящерицей при себе. Я уверен, что если он получит укус в этом мире, то станет обычным оборотнем. Здесь его любят, и он это знает. В моём мире он этого не знал.       Дэнни кивает: — Ну да, он уже беспокоится об этом. Неужели я действительно бросил Итана? Вот так просто? Трудно представить. — Есть много вещей, которые ты не можешь себе представить, пока они не произойдут. Например, потерять всю свою стаю за два дня, а затем оказаться в другой вселенной после проведения ритуала, чтобы получить второй шанс спасти их. — Чёрт. Полный отстой. Наверное, кто-то забыл добавить мелкий шрифт.       Стайлз снова смеётся, но без особого веселья, но Дэнни не обижается. — Нет, тот старый придурок, который его создал, опустил эту часть. Но даже если бы он этого не сделал, мы бы всё равно решились. На мой взгляд, оно того стоит. Вы не такие, как они, ни в коем случае, но мы всё равно в вас влюбились. Сделать так, чтобы с вами не случилось того, что случилось с нами? Это того стоит. В каком-то смысле это всё равно что получить второй шанс. Просто не тот, на которого мы рассчитывали. Ну да ладно, мы отклонились от темы. Я хотел сказать, что справился со всем этим дерьмом на 100% по-человечески. Я не становился сверхъестественным, пока не встретил Дерека, и не пересекал вселенную. Так что перестань чувствовать себя бесполезным. Ты невероятно важен для этой стаи.       Дэнни расслабляется так, как Стайлз никогда раньше не видел. Стайлз даже сам чувствует себя немного легче. Он не знает, смогут ли они рассказать остальным о том, кто они такие. Стайлз чувствует, что возможно им стоит это сделать. Было бы здорово снова носить своё имя. В любом случае люди похоже, и так ежедневно об этом узнают. Это лишь вопрос времени, когда Лидия сложит два плюс два. Ему нужно будет обсудить это с Дереком.       Они проводят остаток дня вместе. Дерек проверяет их каждый час, чтобы убедиться, что вокруг школы нет охотников. Сегодня они подозрительно молчаливы. Никого из них не видели в городе или на краю заповедника, и это беспокоит Стайлза. Ему кажется, что те к чему-то готовятся. Дерек и Талия чувствуют то же самое — настолько, что встреча с Арджентами назначена на этот вечер в 8 часов.       Эллисон заметила, что сегодня они в плохом настроении. Она несколько раз посмотрела на Стайлза, и он понял, что девушка хочет спросить, но пока молчит. Она просто наблюдает за остальными, пока ребята занимаются своими делами, стараясь держаться как можно лучше. Однако после обеда она впервые встречается взглядом со Скоттом, который сидит через проход. Он тихо и болезненно скулит, когда они смотрят друг другу в глаза.       Ей не нужно быть в стае, чтобы услышать в его голосе боль. Она оказывается в коридоре и в его объятиях прежде, чем Стайлз успевает моргнуть. Подросток ловит её вопросительный взгляд поверх плеча Скотта. Он беззвучно произносит «потом», надеясь, что это удовлетворит её до их сегодняшней встречи. Кажется это и правда помогает, и когда звенит звонок, она неохотно отпускает Скотта, целует его в щёку и идёт на урок. После объятий Скотту становится лучше. Стайлз рад этому и благодарен за то, что видит, как сильно Эллисон всё ещё любит Скотта.       Когда звенит последний звонок, никто не хочет расходиться по домам. Они возвращаются в дом шерифа. Большую часть дня они слоняются без дела и делают домашнее задание, и каждый погружён в свои мысли. Дерек и Стайлз готовят бургеры на ужин, и постепенно ребята начинают разговаривать друг с другом. Оба Альфы рады, что ребята говорят о повседневных вещах, пока едят.       Когда они собираются уходить на встречу с Арджентами, Скотт встречает их на подъездной дорожке. — Обещаешь позвонить, когда поедешь домой? Чтобы мы знали, что с тобой всё в порядке, — спрашивает он.       Парень выглядит словно ребёнок, а не так, как представлял себе Стайлз. Это был не его Скотт, весь из острых углов, татуировок и мускулов. Это был Скотт с растрёпанными кудрями, мягкими глазами и подобием невинности, которую Стайлз хотел бы, чтобы его Скотт никогда не терял. У него болит сердце, потому что Скотт не заслуживает всего этого; никто из них не заслуживает. Они заслуживают жить в мире без страха и быть окружёнными людьми, которые их любят. Людьми, которые ставят их на первое место. — Обещаю Скотти, — отвечает Стайлз.       Скотт крепко обнимает его, и Стайлз застигнутый врасплох, откидывается назад, прижимаясь к груди Дерека. — Обещаешь, что ты не умрёшь? — тихо спрашивает Скотт.       Тогда сердце Стайлза разбивается, он скулит и крепче обнимает Скотта. Все его инстинкты кричат о том, что нужно защищать, потому что Скотт теперь его бета. Он до сих пор не может с этим смириться. Он всегда чувствовал себя обязанным защищать их, даже в своём мире, но теперь? Теперь он не просто позволит миру сгореть ради Дерека, он сделает это и ради них.       Дерек обнимает их обоих, и Стайлз прижимается носом к волосам Скотта. — Обещаю, что сделаю всё, что в моих силах, чтобы остаться. Но ты знаешь, что я не могу обещать, что не умру. Я не могу так поступить с тобой, Скотти. Не могу так поступить ни с кем из вас. Но я клянусь, что буду сражаться до последнего вздоха, если до этого дойдёт. Мы оба будем сражаться.       Джексон выходит через парадную дверь. Айзек скорей всего слышал наш разговор, — понимает Стайлз. Он осторожно оттаскивает Скотта от Стайлза и заключает уже в свои объятия. Скотт прячет лицо в плечо Джексона и отказывается смотреть, как они уходят. — Будьте осторожны, — кричит им Джексон, когда они садятся в машину.       Когда они выезжают на дорогу, Дерек вздыхает и крепче сжимает руль. — Эти переживания ведь не из-за встречи с Арджентами, не так ли, — тихо говорит Дерек. — Нет. Нет, не из-за неё. — подтверждает он.       После этого они не разговаривают.

***

      Хейлы встречают их на улице неподалёку от дома Арджентов. О парковке на подъездной дорожке не может быть и речи. Если поблизости прячутся другие охотники, они не хотят, чтобы те узнали об их присутствии. Сейчас они исходят из предположения, что соглашение Талии с их стаей привело к расколу между всеми оборотнями и Арджентами. Стайлз хочет, чтобы они думали так как можно дольше.       Непрерывное жужжание цикад наполняет воздух, смешиваясь с тихим напряжением ночи. Стайлз внимательно прислушивается, готовый уловить любой звук, который может означать нападение. Дом Арджентов находится за пределами владений Стайлза, и это его настораживает. Он знает, что некоторые охотники Арджентов пошли против кодекса — против Эллисон и Криса. А это значит, что они могут попасть в ловушку.       Дерек стоит рядом с ним, скрестив руки на груди и настороженно глядя на дом Арджентов дальше по улице. Их предыдущая встреча казалась многообещающей, но Стайлз знал, что не стоит бездумно заходить в дом охотника. В их мире доверие нужно заслужить, а семье Арджентов ещё только предстоит его заслужить. Не полностью.       Вдобавок ко всему, Стайлз всё ещё пытается контролировать свой гнев. Он больше всего на свете хочет выследить каждого охотника и убить их самым мучительным способом, но он знает, что это неправильно. Они должны видеть всю картину. Они должны знать, кто и почему стоит за этим. Также всё ещё есть небольшая загвоздка в том, что магия может уничтожить город и всех его жителей. Его контроль только ухудшался, а беспокойное присутствие Ногицунэ делало всё хуже. Как будто он чувствует, что тот его ждёт.       Ни один из них не оборачивается на звук кроссовера Талии, подъезжающего к их внедорожнику. Они просто ждут, когда та подъедет к ним вместе с Лорой и Питером. На их лицах застыло серьёзное выражение. Они провожают взглядом Дерека, направляющегося к большому и внушительному дому Арджентов.       Слишком большой для двоих, он возвышается в лунном свете. Красивый и роскошный, он излучает печаль, которую Дерек и Стайлз чувствуют, даже не прислушиваясь. Он такой, каким Стайлз его запомнил, но всё же другой. Из-за отсутствия матери Эллисон в доме явно не хватает ландшафтного дизайна и украшений. Как и всё в этой вселенной, он такой же, но в то же время другой во многих отношениях. Иногда это выводит их из себя, а иногда они благодарны за различия. Сегодня вечером Стайлз благодарен. — Думаешь, они попытаются связать нас в подвале и пытать? — спрашивает Стайлз без тени юмора. — Будем надеяться, что они откажутся от тактики запугивания и прислушаются к доводам, — отвечает Талия. — Они были дружелюбны с тех пор, как мы расправились с ведьмами, но на самом деле они благоволят только Питеру. Они сплотились, когда вырезали тот ковен, и по какой-то причине их кажется, забавляет его особый юмор. — Питер приподнимает бровь глядя на неё, но ничего не говорит. — Будем надеяться, что они прислушаются к информации, которую мы им предлагаем. — У Криса не хватает духу на пытки после смерти Джерарда. Так что с нами всё будет в порядке, — рассуждает Питер. — По вторникам мы даже играем в покер. — Прости Питер, но ваши свидания по вторникам не внушают мне особой надежды, — говорит Стайлз, закатывая глаза. — До сих пор не могу поверить, что вы двое — друзья. Это просто…странно. — Пойдём, — говорит Талия направляясь к дому, её чёрное платье развевается на ветру. — Давайте уже покончим с этим.       Они вчетвером молча идут по дороге, но Дерек и Стайлз останавливаются всего через несколько шагов. Хейлы в замешательстве смотрят на них. Затем усиливается ветер, и они понимают, что произошло. Стайлз и Дерек останавливаются и внимательно осматривают дом. В воздухе витает медный запах крови и смерти. Не говоря ни слова, они выпускают когти и клыки, оценивая ситуацию.       Стайлз слышит, как где-то в доме щёлкает затвор пистолета, и приглушённый возмущённый крик. Эллисон. Они впятером рассредоточиваются: Дерек и Стайлз идут к боковой части дома, чтобы лучше видеть, а Хейлы — к задней. Через окно гостиной они видят Эллисон, привязанную к стулу, с глубокой раной на щеке и разбитой губой. Криса нигде не видно, но у двери в коридор стоят на страже два охотника. Ещё несколько человек валяются мёртвыми на полу. — Думаешь о том же, о чём и я? — шепчет Стайлз Дереку. — Считаешь магия поможет?       Стайлз делает паузу. Магия беспокойно бурлит внутри него, вырываясь наружу и пытаясь добраться до охотников. Она словно отдельное существо внутри него, удерживаемое в плену против своей воли. Проблема не в том, чтобы сотрудничать, а в том, чтобы сдерживать и контролировать её. Стайлз смертельно боится дать ей слишком много свободы. Боится того, что это может значить для него. Но у него нет выбора. — Магии нравится убивать охотников. Мне почти не придётся командовать. Но не думаю, что смогу скрыть, что оборотень.       Дерек кивает. Они мало что могут с этим поделать, разве что надеяться, что Ардженты отнесутся с пониманием — конечно при условии, что они смогут их спасти. — Дерек, если я потеряю контроль… — начинает Стайлз, чувствуя как в груди нарастает тревога. — Ты не умрёшь, Стайлз. Я обещаю, что не позволю этому случиться. — Дерек целует его в лоб. — Ты войдёшь через это окно и позаботишься об охране. А я пойду за Эллисон.       Стайлз делает глубокий вдох и сосредотачивается, пока Дерек занимает позицию у другого окна. Эллисон ловит взгляд Стайлза, и он замечает облегчение в её глазах. Когда Дерек разбивает окно, Стайлз разбивает своё. Осколки стекла разлетаются по комнате, и этот звук режет им слух. Магия, опьяненная мыслью о геноциде охотников, обвивается вокруг острых осколков и направляет их, словно кинжалы, в приближающихся к ним охотников.       Удар смертелен. Они падают на пол, кровь вытекает из чужого горла и торса. Один из них точно лишился глаза. Фу. Стайлза слегка подташнивает, когда он поворачивается, чтобы найти Дерека, который развязывает Эллисон. Стайлз остаётся лицом к двери. Он слышит, как к комнате приближаются чужие шаги. По меньшей мере ещё трое направляются в их сторону. — Сколько их? — спрашивает Дерек, пока Эллисон снимает оружие с мёртвых охотников на полу. — По меньшей мере двенадцать, а может и больше. Я убила троих, прежде чем они меня связали. Не знаю, что с отцом. Они застали нас врасплох. Некоторые из наших сразу перешли на их сторону. Убили всех наших верных охотников, которые были здесь, или поймали их. Просто считайте, что любой кого вы видите, — враг. — Без проблем, — шипит Стайлз, когда в комнату вбегают ещё трое мужчин. Эллисон стреляет в одного из них, а магия Стайлза с яростью разрывает на части двух других, разбрызгивая их останки по дальней стене. — После этого вам придётся заплатить кучу денег за уборку. — Мы сожжём этот дом, если придётся. Я просто хочу, чтобы все ублюдки сдохли.       Стайлз кивает. Ему нравится, как девушка это говорит. С такой ненавистью и яростью, с такой уверенностью, что это почти физически ощутимо. Если в ней и осталось что-то неизменным, так это её преданность справедливости и стремление бороться за то, во что она верит. Стайлз готов с этим работать. Да он будет работать с этим в любой день недели. — Куда они могли утащить Криса? — спрашивает Дерек. — Я не знаю. Меня схватили в моей комнате, и тогда началась стрельба. Они явно всё спланировали, но я не думаю, что они рассчитывали на ваше появление. Мы с папой никому не рассказывали о встрече. Всё подозревали предателей в наших рядах с тех пор, как я узнала о Ксандере и его друге. — Есть идеи, кто они? — спрашивает Стайлз. — Я узнала некоторых из них. Они точно были близки с моим дедом и Кейт до их смерти. Уж слишком большое совпадение, чтобы ничего не значить. — Супер. Сторонники Джерарда. Всё становится только лучше и лучше, — бормочет Стайлз.       Они идут по коридору в кабинет Криса, но находят только ещё больше мёртвых охотников. Затем Дерек и Стайлз слышат человеческий крик боли из той комнаты, что Эллисон назвала Оружейной. Они направляются к ней, и по пути Стайлз убивает ещё двух охотников. Он проклинает огромные размеры дома Арджентов. Здесь слишком много мест, где могут прятаться их враги. Эллисон всаживает пулю в шею другого, когда тот выбегает из столовой с пистолетом наготове. — Откуда ты знаешь моего дедушку? — спрашивает Эллисон, забирая ещё один пистолет у мёртвого охотника. — А кто не знает твоего дедушку? Он — воплощение кошмаров для таких людей, как мы. Буквально страшилка для детей из мира сверхъестественного.       Стайлз с гримасой стряхивает с плеча какой-то неизвестный кусок мёртвого охотника и смотрит на Эллисон. Она выглядит почти удивлённой. — Обоснованный довод, — соглашается она.       Они делают шаг вперёд. Стайлз слышит, как пуля вылетает из ствола прямо перед тем, как пронзает плечо Дерека, слишком близко к сердцу, чтобы почувствовать себя комфортно. Стайлз рычит и оборачивается. От его рыка сотрясаются стены. В его груди закипает ярость, когда магия разрывает охотника позади них на части, окрашивая стены и потолок его кровью.       Он оборачивается к Дереку, который держится за плечо. Стайлз отмахивается от его руки и осматривает рану. Обычная пуля охотника. Эллисон быстро извлекает её из пистолета, который она раздобыла несколькими минутами ранее, и протягивает Стайлзу. Она ничего не говорит о его красных глазах или когтях, но явно удивлена.       Магия поджигает волчий аконит прежде, чем он успевает отдать приказ. Дерек берёт пепел и прикладывает к ране после того, как Эллисон расколупывает пулю одним из своих ножей. Он молчит, но Стайлз знает, что ему больно. Он чувствует это каждой клеточкой своего тела. — Спасибо, — мычит Дерек после того, как рана заживет. — Не стоит, — отвечает ему Эллисон. — Давайте поторопимся.       Питер, Талия и Лора стоят у двери оружейной, когда группа поворачивают за угол. Все трое покрыты волчьей шерстью и кровью. По пути они явно убили нескольких других охотников. — Крис внутри, — рычит Питер. — Он жив, но они знают что мы здесь. И это их не радует. Мы — большая ложка дёгтя в их бочке мёда. С ними не вся группа. Они не планировали, что мы будем помогать Арджентам.       Услышав эту новость, Эллисон вздыхает с облегчением. — Это поклонники Джерарда. — говорит Стайлз.       Талия потянула за переносицу, и выражение её лица было почти таким же, как у Стайлза раньше. Питер был в ярости, а Лора выглядела напуганной. Все эти реакции были оправданными, учитывая обстоятельства. — Как нам туда попасть? Внутри дверь обшита рябиной, — раздумывает Лора, и в её голосе слышится разочарование. — Я разберусь, — говорит Стайлз, у которого всё ещё красные глаза. — В сторону.       Народ быстро сдвигается, а магия расползается по полу чёрными дымными щупальцами. Стайлз чувствует, как ей не терпится попасть внутрь и как сильно она жаждет смерти охотников. Дверь складывается пополам и падает вперёд. Магия врывается внутрь, разбрасывая пепел и оседая вокруг вражеских охотников. Они роняют оружие и хватаются за горло. Стайлз спасает одного из них, а остальные падают на пол с пустыми глазами. Магия выжала из них всю жизнь. Эллисон бежит к отцу, которого держали под прицелом.       Кажется он не пострадал, но выглядит невероятно побитым. Очевидно мужчина был знаком с этими людьми. Вероятно он даже охотился вместе с ними и своим отцом когда-то. Стайлз напоминает себе, что всё это в прошлом, и делает глубокий вдох, отводя взгляд от Криса.       Питер хватает оставшегося в живых охотника за шею и прижимает к стене. Стайлз смотрит на него в упор. Охотник выглядит так, будто увидел привидение. Эллисон смотрит на него с другого конца комнаты. — Это Ксандер. Уверена, что он может рассказать нам о том, что планируют его друзья, — рычит Эллисон. — Нас слишком много. Вам не победить. Мы убьём всех! — кричит Ксандер.       Магия прижимает его к стене, и мужчине сразу же становится трудно дышать. Питер отпускает его, видя, что магия делает за него всю работу. Стайлз даже не просил её об этом. Она сделала это сама. Он больше не контролирует её. Она делает то, что хочет, и это вызывает у него волну ужаса, но он не может сейчас показать это остальным. Не сейчас, не перед Арджентами. Однако Дерек точно мог это почувствовать, судя по выражению его лица. — И в чём выгода? — спрашивает Стайлз. — Что именно вы задумали? — Как ты выжил? Мы же убили тебя несколько месяцев назад, — выдавливает из себя Ксандер. — Ты не мог выжить!       Стайлз хочет получить от этого человека как можно больше информации. Если ему придётся притвориться дурачком, чтобы уточнить некоторые детали, он так и сделает. Он наклоняет голову набок, словно его смутили слова Ксандера. — В смысле, как это я выжил? — спрашивает он, нахмурив брови. — Да! Ты живой. Но это невозможно. Токсина было в пять раз больше, чем нужно, чтобы убить человека! Укус не должен был помочь! — Что значит, обращение не должно было сработать? — Стайлз снова отражает ситуацию.       Он позволяет тишине между ними воцариться. Тишина заставляет людей чувствовать себя неловко. Она заставляет их говорить, чтобы заполнить её. — Ты не мог воскреснуть. Ты человек. Не притворяйся, что Альфа тебя не обратил. Жаль, что он всё равно сошёл с ума, когда подумал, что ты сдох. По крайней мере, всё прошло по плану. Он никогда больше не станет человеком, и ты ничего не можешь с этим поделать!       Талия низко и угрожающе рычит из-за спины Стайлза, и он поднимает руку. Сохранить в тайне ситуацию со Стайлзом невозможно, когда такая информация у всех на виду. Кто предупреждён, тот вооружён. Глаза Стайлза темнеют, когда он подходит ближе к Ксандеру, его тень угрожающе нависает над ним, пока он смотрит на охотника. — Хочешь сказать, вы не смогли воскресить человека с помощью того ритуала? Интересно. Поведай мне Ксандер. Как вы нашли ритуал? — голос Стайлза спокоен, он почти убаюкивает. — Удивительно, на что ты можешь быть способен, когда в твоих руках жизни могущественных существ. — Могущественные существа? Какое существо достаточно могущественно, чтобы воскрешать мёртвых? — Я всё сделал сам.       Стайлз улыбается. — О да ладно, Ксандер. Ты же не ожидаешь, что мы поверим, что это ты провёл ритуал? Охотники не настолько умны. Особенно те, кто последовал за Кейт и Джерардом. Твоему крошечному мозгу трудно воспринимать сверхъестественное. Но это так мило, что ты думаешь, будто мы можем поверить, что у тебя хватило сил на что-то подобное.       Лицо Ксандера краснеет, и Стайлз понимает, что задел его за живое. — Мы сделали всё сами! Мы! Ведьмы только подсказали нам, где искать!       Джекпот. Стайлз знал, что у ведьм должна быть причина находиться в Бейкон-Хиллс. Это многое объясняет — не всё, но больше, чем ожидал Стайлз. Он смотрит на Талию. Она даже не смотрит на охотника; она наблюдает за Стайлзом. Она знает больше, чем показывает, и Стайлз в конце концов докопается до истины. — Ведьмы, да? Это ведь не тот самый ковен, который напал на Хейлов и стал причиной смерти Виктории Арджент, не так ли? — спрашивает Стайлз, и на его лице появляется ухмылка. Ксандер слегка бледнеет и оглядывает комнату. Он понимает, что сказал слишком много. — Так я и думал. Ты действительно плохо справляешься с ролью злодея. Ты это понимаешь, да? Просто ужасно плохо. — Это всё твоя вина! Если бы ты просто оставил Альфу в покое, всё уже было бы кончено! — кричит он.       Стайлз замолкает, его улыбка становится кислой. Его взгляд темнеет, когда он смотрит на Ксандера. — Восхитительно, — мычит он. — Ты и правда думаешь, что я — Стайлз, да? — охотник кивает, и парень смеётся. Его смех звучит скорее устрашающе, чем забавно. — Но ты ошибаешься. Я нечто намного хуже Стайлза, но думаю ты и так это чувствуешь, правда? Скажи мне, какая это часть меня кажется тебе невинным мальчиком-подростком? Потому что именно таким и был Стайлз. Невинным.       Стайлз позволяет своим глазам покраснеть и улыбается, сверкая клыками в ярком флуоресцентном свете оружейной комнаты. На лице Ксандера появляется выражение холодного ужаса. — Да кто ты такой? — охотник дрожит. — То, кто я такой уже неважно. Важно то, насколько ты сейчас увяз в дерьме. Потому что я не уверен, что ты это чётко осознаешь, — Стайлз наклоняется к его уху. — Рассказывай, что они планируют, или я окрашу эту стену твоей кровью. Но я не буду делать это быстро. Я не буду делать это гуманно. Я позволю магии медленно разрывать тебя на части, кусок за куском. И когда ты наконец-то будешь умирать, я исцелю тебя и сделаю всё снова, раз за разом.       Магия сжимается вокруг него, и Ксандер кричит, кричит, чтобы Стайлз остановил её, пока она не разорвала его изнутри. Магия не знает жалости, но кажется она распознаёт возможности. Она разумна. — Нас послали сюда, чтобы убить Арджентов и охотников, которые всё ещё им верны. Как только они будут устранены, мы собирались объявить войну Хейлам и всем, кто на них похож. — Что ещё? — магия разрывает его изнутри, и Ксандер снова кричит. — Зачем Альфа? Зачем Бойд? Какой в этом смысл, если вы всё равно собирались убить Арджентов? Почему бы просто не убить нас всех и не покончить с этим? — Мы думали, что их можно убедить отказаться от Кодекса, как Джерарда и Кейт. Альфа должен был устроить кровавую бойню и закончить то, что начали Джерард и Кейт, подставив Хейлов, но Стайлз помешал ему. — И поэтому вы убили его. — Да. Но это сработало не так, как мы рассчитывали. Мы думали, что это приведёт альфу в ярость, и он наконец сделает то, что должен был сделать: убьёт всех и вся, кто попадётся ему на глаза. Заставит всех понять, что придерживаться кодекса бесполезно. Переманит другие семьи на нашу сторону. А затем он обратил какого-то бету, но ты сразу заявил на него права, — Ксандер сердито смотрит на Дерека. — А потом он укусил Бойда, и мы схватили его, прежде чем ты успел добраться до него. Мы собирались сломить его и отправить в город, но он сбежал, и снова вы. Вы всё испортили! Поэтому мы изменили план. Сначала убьём Арджентов, чтобы они не смогли нас остановить. — Остановить для чего? — Мы сами убивали людей и подставляли стаю. Но первоначальный план был намного слаще. Наша месть за Джеррарда и Кейт. Когда мы наконец поняли, кто был тем альфой… — магия моментально свернула ему шею, и Стайлз проводил взглядом тело, которое скатилось по стене и приземлилось с глухим стуком.       Питер рычит от разочарования — на его лице явное отвращение. Они были правы. Они забрали Дерека, чтобы отомстить Хейлам. Как же это… Стайлз даже представить себе не мог, насколько они извращённые…с другой стороны, они были верны Джеррарду и Кейт. В конце концов он понимает, что совсем не удивлён. Они были заурядными садистами-психопатами, зацикленными на одной стае. Стандартно для охотничьего сообщества. Проблема заключалась в том, что они нарушили законы природы. — Он же собирался рассказать нам, кто такой одичалый оборотень! Зачем ты это сделал? — кричит Питер, его глаза горят голубым.       Стайлз уныло смотрит на него. — Какая разница, кто он? Они лишили его всякой идентичности, которая у него была. Всё, что от него осталось, — это измученное существо, обезумевшее от горя. — шепчет Стайлз. — Он только что признался в убийстве Стайлза? — в ужасе спрашивает Эллисон.       Все оборачиваются к ней и видят слёзы в её глазах. Крис выглядит таким же разбитым. Они не знали. Они даже не подозревали. Ни Стайлз, ни ведьмы. Ни о чём. Это немного успокаивает Стайлза, который беспокоился об их намерениях. Они действительно пытались защитить город. — Мы узнали об этом прошлой ночью, — говорит Дерек. — Бойд последовал за тем альфой в дом Хейлов, когда тот напал на нас. Как только мы привели его в чувство, он рассказал нам, что охотники насмехались над нашим разбойником из-за смерти мальчика. Хвастались этим. Использовали это как инструмент, чтобы ещё больше исказить его разум. — И почему из-за него… — Эллисон замолкает, складывая два и два. — Так вот почему Стайлз так часто бегал по заповеднику. Он пытался помочь этому альфе, да?       Стайлз кивает: — Не просто пытался. Он ему и помог. Заставил его вернуться в человеческую форму. Не думаю, что у оборотня были какие-то воспоминания о прошлой жизни. Стайлз пытался это выяснить. — Это…невероятно хреново, — голос Криса дрожит, когда до него наконец доходит серьёзность ситуации. — Мне нужно сделать несколько звонков. Избавиться от этих тел. — мужчина замолкает, проводит рукой по губам и смотрит на Стайлза. — Я хочу, чтобы ты кое-что понял. Мы должны разобраться с этим без других охотников. Я бы с удовольствием завербовал ещё одну семью, но если они узнают, кто ты такой, — говорит он Стайлзу. — Мы ничего не сможем сделать, чтобы помешать им убить тебя. Ты слишком загадочен. Даже наши оставшиеся охотники не должны знать. — Я прекрасно осознаю последствия, — бормочет Стайлз. — Тогда мы справимся сами, — твёрдо отвечает Талия. Её лицо непроницаемо, и Стайлз смотрит на неё. — Нам нужно найти их базу и выяснить, сколько там осталось последователей. Мы сможем рассчитывать на то, что вы будете работать с нами? — Считайте, что мы официально союзники, — заявляет Эллисон. — Договор со стаей Хейлов официально распространяется на стаю Хейлов-Стилински. А теперь кто-нибудь может наконец отвести меня к Скотту?       Она едва сдерживается. Её глаза блестят, а руки дрожат, сжимая арбалет. — Да, пойдём, — говорит Стайлз. — Поговорим об этом завтра.       Стайлз и Дерек выводят Эллисон из дома и сажают в свой внедорожник. Она молчит, пока они едут обратно к дому шерифа, пока не сворачивают на подъездную дорожку. Она ловит взгляд Дерека в зеркале. — Спасибо вам за то, что вы сделали сегодня вечером. Учитывая, как я обошлась с вами обоими, вы не обязаны было этого делать, и я бы поняла, если бы вы просто ушли. Вы поставили на кон свои жизни ради нас. Это что-то да значит. — Ты тоже часть стаи, — говорит Дерек, и Эллисон выглядит удивлённой. — Скотт любит тебя, и я не встану между вами. Любовь у волков другая. Наши эмоции глубже. Помни об этом в следующий раз, когда решишь поставить свою жизнь охотника выше любви к нему. — Следующего раза не будет. — обещает она, выходя из машины.       Скотт выбегает за дверь прежде, чем Эллисон успевает дойти до крыльца. Он обнимает её так крепко, как только может, и они оба плачут. Дерек и Стайлз слышат, как она бормочет извинения на ухо Скотту, пока они ведут их через открытую входную дверь. Соседям не нужно знать об их драме.       Стая внутри, с тревогой рассаживается по комнате. Волки вероятно почувствовали, что что-то пошло не так, и Стайлз чувствует себя виноватым за то, что не позвонил. Он ожидает криков или гневных слов, но ничего такого не происходит. Вместо этого, как только Джексон видит их, покрытых кровью, он пересекает комнату и крепко обнимает Стайлза. Остальные быстро присоединяются к ним, их беспокойство и облегчение ощутимы в воздухе. Стайлз посылает по комнате волну спокойствия, чтобы убедить всех, что всё в порядке. — Что случилось? — спрашивает Джексон, пристально глядя на окровавленное плечо Дерека. — Ты должен был позвонить и сообщить, что с тобой всё в порядке. — Всё было не так просто. Другие охотники напали на Арджентов до того, как мы добрались туда. Мы спасли Криса и Эллисон, но они потеряли всех своих охотников, которые были в их доме сегодня вечером, — объясняет Дерек. — Однако теперь мы заключили договор с семьёй Эллисон и оставшимися. Ну теми немногими, что остались.       Скотт вздыхает с облегчением, всё ещё обнимая Эллисон. Лидия вытаскивает её из рук Скотта, а затем тащит наверх, чтобы смыть кровь с её лица. Эрика следует за ними. Стайлз опускается на диван, и Дерек падает рядом с ним. Он измотан, всё ещё в крови и покрыт внутренностями охотника. Вероятно, он уже испачкал диван. — Я на 100% эмоционально и физически истощён, — говорит он, уткнувшись носом в незапятнанное кровью плечо Дерека. — Мы оба. — соглашается Дерек.       Остальные решили не задавать вопросов о крови и внутренностях. Теперь, когда он присмотрелся, он почувствовал их запах. — Нам нужно сжечь одежду, — бормочет он, глядя на свою испачканную футболку.       Джексон многозначительно смотрит на него, уставившись на разбросанные вокруг останки. — Я сдерживаю свои обещания, Джексон. Я убью каждого, кто приложил руку к его смерти, — тихо говорит Стайлз. — Сегодняшние охотники умерли в крови и страхе, но этого было недостаточно. Этого никогда не будет достаточно, но это начало.       Джексон кивает и позволяет Айзеку тащить его за руку вверх по лестнице. — Можно мне поговорить с вами двумя? — внезапно спрашивает Бойд. — Наедине?       Стайлз поднимает взгляд. От Бойда пахнет нервозностью. Стайлз понимает, что тот не знает их и что он в их стае всего день, но парню всё равно ненавистно то, что он боится с ними разговаривать. Стайлз встает и жестом приглашает Бойда пройти на кухню. Дерек следует за ним и прислоняется к столешнице рядом со Стайлзом, пока Бойд садится на один из кухонных стульев. Он сидит, положив руки на колени, и вздыхает. — Что бы это ни было, ты можешь рассказать нам. — поощряет Дерек. — Когда я сегодня вернулся в дом бабушки с шерифом, она была расстроена. Я не мог объяснить, где был. Она выгнала меня. Я не знаю, куда идти. Шериф сказал, что мне стоит поговорить с вами.       Стайлз вздыхает с облегчением. Уж с этим они справятся. — А что насчет твоих родителей? — спрашивает он. — Если честно, у меня нет родителей.       Стайлз очень хочет спросить, но не спрашивает. Бойд когда-нибудь доверится ему, если захочет. Он мало что знал о своём Бойде до того, как стая Альфы убила его. Дерек иногда говорил о нём. Он никогда не произносил этого вслух, но Стайлз знал, что у Дерека были свои любимчики, и Бойд был первым в этом списке. Невозможность найти его здесь заставляла Дерека беспокоиться целыми неделями. — Бойд, ты — стая, — говорит Дерек. — Мы со Стайлзом не позволим тебе остаться без крова. Мы строим дом для стаи в нескольких милях от дома Хейлов. Строительство начнётся через несколько дней. Когда наш дом будет готов, у тебя там будет постоянная комната. А пока вы с Айзеком можете жить в его комнате здесь. Завтра я привезу ещё одну кровать.       Бойд застыл, уставившись на них двоих. Стайлз догадывается, что он ожидал каких-то намёков или осуждения, и ему становится невероятно грустно за Бойда. Они ждут, пока он осознает сказанное. — Вот так просто? — спрашивает он через некоторое время. — Вот так просто. — лучезарно улыбается Стайлз. — Наша стая — семья. Мы теперь семья. Это значит, что мы заботимся друг о друге. Но в данный момент мы в основном как Банда Брэди. — Дерек отвешивает ему подзатыльник, и Стайлз без особого энтузиазма рычит на него, коротко сверкнув глазами. — О. — Бойд выглядит так, будто он в восторге. — Мне кажется ты преувеличиваешь.       Дерек подходит и кладет руку на плечо Бойда. — Она позволила забрать свои вещи? — спрашивает он. — Нет, она просто велела мне уйти. Она никогда и не была…гостеприимной.       Дерек кивает и поворачивается к Стайлзу. — Прокатимся? — спрашивает он, и уголки его губ приподнимаются в улыбке.       Стайлз вымотан, но это стоит того, чтобы вложить в это дополнительную энергию. — Я всегда за, Хмуроволк. Пойдём, — подталкивает Стайлз Бойда, направляясь к двери. — Мы скоро вернемся, — кричит Дерек. — Хм, — Бойд оглядывает их с ног до головы. — Вы оба выглядите так, будто только что вышли со съемок фильма ужасов. Может, сначала переоденетесь?       О, точно. Хотя может, это и пригодится. Не то чтобы он хотел ходить в одежде, покрытой кишками, но это могло бы быть забавно. — Пригодится, — с ухмылкой говорит Стайлз. — Кроме того, всё не так плохо. Я имею в виду, посмотрите! — он указывает на свои штаны. — Тут всего несколько пятен крови.       Бойд закатывает глаза. — Будьте осторожны, — кричат Итан и Эйден с кухни. — Дайте нам знать, если что-нибудь понадобится.       Бойд растерянно нахмурившись, следует за ними к внедорожнику. — Куда мы идём? — спрашивает он. — Забирать твои вещи. А ты что думал? — Все в крови? — Ты вроде говорил что она не очень приятная, да? — уточняет Стайлз. — Ну да, но…? — Не волнуйся, Куджо. Дай своим Альфам разобраться с бабулей. Я слышал, что волки хорошо с ними ладят.       Дерек закатывает глаза, а Бойд почти смеётся.