Твоя честность — не самое лучшее качество
6 апреля 2025 г., 17:32
Всю поездку к дому бабушки Бойд молчит. Стайлз и Дерек разговаривают на переднем сиденье, надеясь вывести его из ступора, но ничего не выходит. Они быстро добираются до места назначения. Когда они подъезжают к крошечному синему домику, он освещается фарами. Стайлз понимает, что никогда не видел этот дом в своём мире. Дерек вероятно видел, но он — нет, и это странно, видеть его только сейчас. Он был обветшалым и грязным. Да и выглядел так, будто его следовало уже снести.
— Ты хочешь пойти с нами или остаться здесь? — спрашивает Дерек.
Бойд пожимает плечами и открывает дверь. Стайлз очень надеялся, что ему не придётся внушать пожилой женщине страх перед сверхъестественным, но он был готов на всё, если понадобится. У него просто было предчувствие, что он возненавидит старушку. Судя по хмурому лицу Дерека, он уже был уверен, что не ошибся в своих предположениях.
Дерек и Стайлз идут по бокам от Бойда, поднимаясь по старым деревянным ступенькам на крыльцо. Бойд громко стучит в дверь. Она едва не трещит на старых ржавых петлях. Дерек кладёт руку на поясницу Стайлза, и парень опирается на неё, пока они ждут ответа. Он слышит дыхание внутри, но не шаги. Вероятно дама надеялась, что они просто уйдут.
— Она ни хрена не слышит, — шипит Бойд и снова стучит.
Наконец после пятиминутного стука, дверь открывает крошечная старушка. Она выглядит злобной, прямо как и все такие же личности. Женщина поправляет свои уродливые очки и усмехается, глядя на Бойда сквозь седую чёлку.
— Что ты здесь делаешь? — ворчит она на подростка. — Я же сказала тебе уйти! Я больше не собираюсь тебя терпеть!
Дерек скрещивает руки на груди и смотрит на Стайлза. Его раздражение отчётливо чувствуется. Даже подавать голос совершенно не нужно.
— Я здесь, чтобы забрать свои вещи, а потом уйду, — говорит Бойд.
— А что, если я не хочу отдавать их тебе? — высокомерно спрашивает она. — Я не обязана тебя впускать. Я не обязана тебе ничего отдавать. Я и так отдала тебе достаточно! Проваливай!
Стайлз закатывает глаза, а Дерек глухо рычит. Кажется, она этого не слышит.
— Я разберусь, — говорит Стайлз, прежде чем Дерек превращается в Альфу и набрасывается на маленькую бабульку.
Он кладёт руку на плечо Бойда и тот отступает, позволяя Стайлзу встретиться лицом к лицу с мерзкой женщиной, стоящей перед ними. Она невероятно низкая, может 150 сантиметров в лучшем случае. Стайлз смотрит на неё сверху вниз. Она ахает, увидев их с Дереком окровавленные лица. Очевидно, она была слишком занята словесной атакой на их товарища по стае.
— Послушайте, вы хотели, чтобы он ушёл. Поздравляю! Он ушёл из вашего дома. Ура! — Стайлз вяло взмахивает руками над головой. — Однако он хочет забрать свои вещи. У вас есть два варианта: впустить нас, чтобы мы забрали его вещи, или я попрошу своего парня аккуратно поднять вас и отодвинуть в сторону. Или, что ещё хуже, у нас была очень долгая ночь, как вы наверное понимаете. — парень указывает на свою окровавленную одежду. — И если вам интересно, то это не наша кровь…и не наши внутренности, если уж на то пошло. Так что я настоятельно рекомендую вам убраться с моей дороги.
— Как вы смеете! Я звоню в полицию… — начинает кричать она, пытаясь захлопнуть дверь.
Стайлз останавливает её движением руки.
— Тш-ш-ш, видите ли, это не очень-то поможет вашей ситуации, бабуля. Мой отец — шериф. Бойд переезжает жить ко мне и вышеупомянутому парню. — Стайлз указывает большим пальцем на Дерека, который как он уверен, всё ещё выглядит невероятно устрашающе. — Как по вашему, мой отец отреагирует на то, что вы отказываетесь отдать его новому гостю его же вещи?
Она пристально смотрит на него в течение долгой минуты, но неохотно отходит в сторону. Её сердце бешено колотится в груди, она нервно сглатывает.
— Замечательный выбор, — саркастически говорит он, входя в дом.
Бойд ведёт их в свою комнату. Она находится в самом конце длинного коридора. Ковёр старый и тёмный. В некоторых местах он протёрся до основания, но рядом с облупившимися плинтусами видно, что раньше он был зелёным. В доме стоит удушливый запах заплесневелых сигарет. Для обычного человека он, вероятно был слегка неприятным. Для них же он был просто ужасным.
Бойд хватает из шкафа спортивную сумку и начинает запихивать в неё одежду, не особо обращая внимание на то, что берёт. Спальня маленькая, а односпальная кровать недостаточно длинная и широкая, чтобы на ней мог спать кто-то ростом с Бойда. Они слышат, как его бабушка кричит, чтобы они поторопились. Когда она всё же произносит первое гомофобное ругательство, Стайлз с низким рычанием выходит из комнаты.
Дерек и Бойд смотрят ему вслед. Бойд поднимает бровь и смотрит на Дерека, который выглядывает в открытую дверь. Они прислушиваются.
Они слышат рычание, за которым следует пронзительный визг бабушки. Через мгновение Стайлз с грохотом возвращается в комнату, и его глаза снова становятся карими. Дерек улыбается.
— Она ещё жива? — спрашивает волк.
— К сожалению, — отвечает Стайлз.
— Жаль, — мычит Бойд, начиная складывать одежду в спортивную сумку.
Оказывается Стайлз был единственным, кому нужно было беспокоиться о своём характере. Он конечно не покалечил её, но вероятно в обозримом будущем вызывал кошмары. Парень не уверен, что это может быть альфа в нём, но он не может вынести, когда кто-то причиняет боль или оскорбляет его стаю. Это заставляет его кровь закипать, а бабушка уже и так надавила на много кнопок, чтобы избежать гнева.
— Мы можем что-нибудь сделать, чтобы помочь тебе собраться? — спрашивает Дерек.
— Просто возьму свою одежду. Больше меня ничего не волнует, — отвечает Бойд.
— Справедливо, — говорит Стайлз. — Просто забери свои самые хорошие вещи. Мы купим тебе всё остальное, что нужно, чтобы заполнить пробелы.
При этих словах Бойд делает паузу и вопросительно поднимает бровь.
— Зачем вам покупать мне что-то?
— Семья, — отвечает Дерек. — Мы обеспечиваем всё, что нужно стае. Это включает в себя еду, одежду, туалетные принадлежности и всё остальное, что вам может понадобиться или быть нужно. Мы заботимся друг о друге. Со временем и ты сможешь помогать стае. А пока мы позаботимся о всех вас.
Бойд кажется не может найти, что на это ответить. Он кивает и продолжает запихивать одежду в сумку. Стайлз начинает напевать мелодию из «Банды Брэди», и это вызывает у Бойда улыбку. На этот раз Дерек целует его в висок, проходя мимо в противоположный конец комнаты.
Стайлз видит ещё один рюкзак и начинает разбирать сломанный комод Бойда. На другой стене висит несколько пар обуви, и Дерек бросает их в сторону Бойда. Прежде чем Стайлз застёгивает молнию на рюкзаке, он видит фотографию молодого Бойда и девушки, которую не узнаёт. Он кладёт фотографию в рюкзак, думая, что та может понадобиться ему позже.
— Давайте выбираться отсюда, — говорит Бойд, направляясь к двери.
— Согласен. Если мы задержимся надолго, я могу начать проклинать бабушку.
— Не позволяй мне тебя останавливать, — бормочет Бойд, когда они уходят. — Этой сучке не помешал бы один болезненный фурункул.
— Твое желание для меня закон, Куджо.
Стайлз не мог удержаться от того, чтобы снова не сверкнуть на неё глазами, когда они проходили мимо. Он даже доходит до того, что захлопывает дверь с помощью магии, когда они выходят. Да и что она с этим сделает? Расскажет кому-нибудь? Её бы отправили в психушку. Стайлз получает огромное удовольствие от её испуганного визга. А Бойд улыбается всю обратную дорогу.
Позже, когда они возвращаются на свои места в гостиной, Бойд толкает Стайлза в плечо, перегнувшись через храпящего Скотта. Стайлз смотрит на него, вопросительно приподняв бровь.
— Спасибо. — шепчет он.
Стайлз не спрашивает, за что. Он видит это в глазах Бойда. Спасибо, что спас меня, спасибо, что принял меня, спасибо, что защитил меня, спасибо, что прикрыл меня. Всё это читается в его тёмных глазах. Он чувствует, как Дерек улыбается ему в затылок и притягивает ближе. Лицо Стайлза смягчается, когда он протягивает руку через Скотта и кладёт её на плечо Бойда. Тот сразу же расслабляется от прикосновения одного из своих Альф. Стайлз не станет лгать. Он наслаждается осознанием того, что может подарить им такое утешение.
Они снова засыпают, прижавшись друг к другу в гостиной. На этот раз со слезами на глазах и надеждой в сердце.
***
На следующий день, в субботу, стая просыпается медленно. Стайлз и Дерек конечно встают первыми, за ними следуют Дэнни и Скотт, которые присоединяются к ним на кухне, чтобы приготовить завтрак. Стайлз бросает лопатку Дэнни, который роняет её, но в конце концов успевает словить. — Ты отвечаешь за яйца, умные штанишки, — говорит Стайлз, запрыгивая на стол рядом с Дэнни. — Умные штанишки? — спрашивает Скотт. Дэнни полуобернулся к Дереку, который переворачивает блинчики. Он смотрит через плечо на Скотта. — Ну я знаю, кто они. — отвечает парень. Скотт немного дёргается, и Дэнни ухмыляется, возвращаясь к яйцам. Дерек бросает на Стайлза вопросительный взгляд поверх головы Дэнни. Стайлз невинно поднимает руки и создаёт звуковой барьер. Магия издаёт что-то вроде сердитого ворчания, но соглашается. — Он слышал, как ты назвал меня Стайлзом, и очевидно запомнил все расположения родинок Стайлза. — объясняет Стайлз Дереку. Дерек рычит, и Дэнни быстро отпрыгивает на пару футов назад, выставив перед собой лопатку в качестве защиты. Скотт хихикает, сидя за столом. — Не твоего Стайлза! Господи. Ты что специально пытаешься заставить его убить меня? — спрашивает Дэнни у Стайлза, прежде чем осторожно вернуться к яйцам. — Кроме того, этот Стайлз нам как родитель ну или типо того. Это было бы странно. — Я точно не собираюсь обращать внимание на то, что ты называешь меня мамочкой стаи, Дэнни. Кроме того, Дерек не собирается тебя убивать…больше. Что скажешь, Волчонок? Дерек бросает взгляд на Дэнни. — Пока он продолжает держать свои мысли при себе, — тихо рычит Дерек. — Обещаю. — говорит Дэнни. Дерек кивает и ободряюще толкает его в плечо, чтобы Дэнни не боялся за свою жизнь. Дерек — такой заботливый волк. Он бы убил Стайлза, если бы тот когда-нибудь сказал это вслух, но это не меняет фактов. Дерек души не чает в членах своей стаи. Стайлз предполагает, что он тоже, но не так сильно как Дерек. Остальная часть стаи с этим конечно не согласна. — Так вы ребята, расскажете остальным? — спрашивает Скотт. — Я имею в виду, вы же не можете вечно хранить это в секрете, да? — Не думаю, что сможем, — говорит Дерек. — Но я думаю, что сначала нам нужно разобраться с охотниками. Мы не знаем, как все это воспримут, и мы со Стайлзом не хотим, чтобы мы сейчас разделились. Это слишком опасно. Скотт кивает со своего места за столом. Вскоре после этого входит Эрика, за ней — Бойд и Айзек. Сердце Стайлза наполняется радостью, когда он наконец видит их всех троих вместе и целыми. Он знает, что у Дерека тоже такое же выражение лица. Дэнни определённо замечает это. Стайлз мало что ему рассказывал, но Дэнни прекрасно знает, что в своих прошлых жизнях они видели слишком много смертей. Не нужно быть гением, чтобы понять это, особенно когда они смотрят такими нежными взглядами на этих троих, сонно прислонившихся друг к другу за столом. Дерек накрывает на стол завтрак, когда в дом заходит остальная стая, а за ними шериф, который выглядит более чем измотанным, с усталыми глазами и бледным лицом. Несмотря на это, он кажется немного оживился, и его глаза хоть и усталые, немного светлее чем вчера. Эллисон смотрит на него. Этим утром она не получала вестей от отца, и Стайлз видит, что она беспокоится. — Всё в порядке? — спрашивает она. — В твоём доме беспорядок, но мы вынесли все тела. Твой отец думал, что ты ещё спишь. Он просто не хотел тебя будить, — отвечает Стайлз. — Я позвоню ему, посмотрю, что можно сделать, — говорит девушка, вставая из-за стола. — Сегодня мы идём к Хейлам на тренировку. Вы с Крисом можете присоединиться к нам. Это в пределах барьера Стайлза. — говорит Дерек. Эллисон выглядит удивленной этим предложением. — Не думаю, что Талия будет этому рада, — неуверенно мычит Эллисон. — Я уже обсудил это с ней; именно она и предложила, чтобы Крис тоже пришёл. Улыбка озаряет лицо Эллисон, когда она смотрит на Дерека. — Тогда я спрошу и дам вам знать. Она выходит из комнаты, и Скотт выглядит воодушевлённым и невероятно благодарным. Стайлз понимает. Этот Скотт был привязан к Эллисон даже сильнее, а это о чём-то да говорит. Они были вместе с младших классов. Их связь была крепкой, и разлука с ней была очевидно невероятно болезненной. — Итак, скольких из них ты прикончил прошлой ночью? — спрашивает Джексон слегка возбуждённым тоном. — Мы вынесли из дома шестнадцать тел. Плюс-минус пару, — небрежно замечает Шериф. — Плюс-минус? — спрашивает Бойд. — Некоторые из них были разорваны на куски. Много кусков, — говорит Шериф, откусывая яичницу. Все смотрят на Стайлза, который пожимает плечами. — А ты что думал я шучу, когда говорю, что превращу их в кровавое месиво? — спрашивает он. — Повезло, что их вообще смогли собрать. — Не знаю, можно ли назвать это везением, сынок. В любом случае спасибо тебе. — Не нужно благодарностей. Судя по тому, что они говорили, их там ещё много. В этом и заключается суть ситуации. Сколько их там вообще? Они знают, что те планируют. В основном они знают, почему они это сделали, даже если некоторые детали всё ещё не ясны. Вопрос в том, как они собираются выследить их всех? Потому что сам Стайлз собирается сделать то же самое. Ему всё равно, сколько это займёт времени и что ему придётся сделать. В конце концов, он увидит как все они умрут. Вместе со всеми, кто им помогал. Если они действительно хотят этой войны, Стайлз им её даст, но когда они будут молить о пощаде, он не проявит милосердия. Он оставил «милосердие» в своём мире вместе с телами погибших членов стаи. Эллисон сопровождает их до дома Хейлов, а Крис планирует присоединиться к ним позже. Ардженты потеряли большинство своих охотников, а те кто не погиб, покинули город, опасаясь новой атаки. Это был удар по их обороне мягко говоря, но по крайней мере, Крис и Эллисон были на их стороне. Два охотника лучше, чем ни одного. У Дерека и Стайлза есть скрытый мотив для этого визита. Им нужны ответы — исчерпывающие — и они полны решимости получить их сегодня. Если Стайлз сможет достаточно долго сдерживать гнев Дерека из-за того, что его мать, которая на самом деле не его мать, не посвятила его в дела. Они смогут получить ответы. Поведение Талии в доме Арджентов было непонятным. Сначала они хотели списать её отсутствие реакции на шок, но выражение её лица не было шокированным. Оно было спокойным. Таким спокойным, какое бывает, когда очень долго злишься. Она не задавала вопросов. В отличие от Питера. Она что-то знала. Беты приступают к тренировкам с Питером и Корой, а Дерек и Стайлз идут поговорить с Талией и Лорой наедине. Стайлз возводит вокруг кухни барьер, и они неловко смотрят друг на друга. У них не было возможности поговорить наедине с тех пор, как на них напал дикий альфа. Лора откашливается: — Значит, ты точно Альфа. И мы знаем, как это произошло? Вступить в разговор. Стайлзу это кажется отличной идеей. — Дерек обратил меня ещё до того, как мы умерли. Он вырезал руны на моей груди своими когтями. Никто из нас даже не подумал о том, что он в тот момент Альфа. Скотт умер совсем недавно, и мы просто не подумали. Но…я никогда не слышал, чтобы у оборотней была магия. Обращение должно было превратить меня во что-то другое. Талия качает головой. — Не всегда. У Девкалиона есть…способности, необычные для волка. Как и у некоторых других. Дары, которые не вписываются в стандартную модель оборотня. Я признаю, что быть таким же сильным, как ты — неслыханно, но не обязательно невозможно. Ты не думал, что может быть тебе всегда было суждено стать волком? Иначе ты бы не обратился. Ты же понимаешь. — Она права, — говорит Лора. — Если бы тебе не суждено было стать волком, ты бы им не стал. Как Лидия. — Это…вы оба правы. Однако это не объясняет, почему мне кажется, что магия и мой волк не должны быть в одном теле. Это становится проблемой. Я всегда думал, что если я когда-нибудь стану волком, мне придётся бороться за контроль. Но проблема не в волке. Проблема в магии. — Из тебя получился бы исключительный оборотень. Признаю это. Контроль и сила, подобные твоим, нечасто встречаются у укушенных волков. — Талия похлопывает его по плечу. — Почему ты не сказала нам, что Альфа изначально пришёл сюда в качестве Беты? — невозмутимо спрашивает Дерек. Талия смотрит на него, поражённая вопросом. Стайлз хочет дать ему пощёчину. Они же хотели постепенно подвести к этом. Ну и что случилось с их постепенным планом? Стайлз смотрит в небо в поисках ответов, но не находит их на гладком белом потолке над собой. — Лора, иди тренируйся с остальными, — говорит Талия, не сводя глаз с Дерека. — Но… — протестует девушка. — Сейчас же, — властный голос Талии не оставляет места для споров, и Лора быстро уходит. Когда дверь с тихим стуком закрывается, Дерек и Стайлз выжидающе смотрят на Талию. Её раздражает этот вопрос, и то, что она отсылает Лору означает что, то что она собирается сказать, будет не очень хорошим. — Мы рассказали вам о нашем мире. Мы предоставили вам все подробности, которые вам нужно было знать. Но вы всё равно кое-что от нас утаили. Сначала ведьмы, а теперь это. О чём ещё вы нам не рассказали? — спрашивает Дерек. — Как альфа этой стаи, я обязана защищать её. Ведьмы не были важной информацией. — твёрдо заявляет она. Стайлз слышит в её голосе скрытую альфа-интонацию, и у него сводит зубы. Внезапно он понимает, почему альфы из разных стай с трудом ладят друг с другом. Это действует ему на нервы. И он понимает, что если бы он был бетой, то это не имело бы значения. Его глаза сверкают вызовом. — Чушь, — спокойно говорит Стайлз. — Может, Ардженты и остальные члены вашей стаи и не знают, но ты знаешь. Ксандер сказал, что ритуал, который вернул одичалого, был проведён тем самым ковеном, который пытался взять под контроль вашу стаю. Если это правда, то зачем им появляться здесь постфактум? Потому что история о том, что они заставили вашу стаю выполнять их приказы, была в лучшем случае сомнительной. — А альфа? — добавляет Дерек. — Зачем скрывать это от нас? Разве ты не задавалась вопросом, почему в один день он был бетой, а в другой — стал альфой? Это важные детали, Талия. Истинный альфа — это совсем другая проблема. Талия смотрит на них в упор. Она стискивает зубы, но потом Стайлз замечает это: дрожание руки лежащей на боку, учащённое сердцебиение и лёгкий запах тревоги в комнате. Это едва заметно, но это есть. Дерек берёт слова обратно. — Ты знала. Ты всё это время знала, кто он такой. — шепчет Дерек, и его потрясение очевидно. Талия прерывисто вздыхает и упирается руками в стол. На мгновение она опускает голову, и тяжесть этого знания явно сказывается на ней. Затем она поднимает взгляд на них, и её лицо становится суровым. — Конечно, я знала. Я бы никогда не спутала своего сына с кем-то другим. Я поняла это в ту же секунду, как он вошёл на мою территорию. Но он был слишком поглощён, чтобы понять, кто я…чтобы понять, кто эта стая. Я месяцами пыталась достучаться до него, притворяясь, что не могу его поймать. Я искала его годами. И вдруг он появляется как из-под земли. — Ты знала, что они сделали, — шепчет Стайлз. — Ты знала с самого начала. Ты знала о ритуале. — Они пытались скрыть свой запах, но я учуяла их на его могиле. Я Альфа. Они должно быть знали, что я их учую. Я тайно эксгумировала Дерека с помощью Дитона. Гроб был пуст. Потом мне позвонил охотник из одной из семей волков в Бразилии. Он говорил о том, что казалось невозможным, и о шабаше ведьм, которые заключили сделку с людьми Джерарда. Эти охотники прославились на весь мир. Любой кто не следует кодексу, ищет их. Старые семьи избегают их из-за методов. Последователи Джерарда искали способ настроить другие семьи против кодекса. Способ начать войну между нами всеми, как хотел Джерард. На протяжении десятилетий этот человек хотел лишь одного — уничтожить нас и всё, что не является человеком. Созданный им культ не умер вместе с ним. Джерард был для них богом. Они были в ярости. Я убила Джерарда, а Питер убил Кейт. Дерек стал их возмездием. Они хотели, чтобы я знала. — Они думали, что ты или твоя стая нападёте, когда узнаете, — предполагает Стайлз. — Они воскресили моего сына из мертвых и пытали его, пока не лишили рассудка, и я не смогла спасти его. — слёзы текут из её глаз, и она сердито вытирает их. Она делает несколько глубоких вдохов, пытаясь обуздать свои эмоции. — Однажды он появляется, и у меня наконец появляется шанс вернуть его, но я не смогла. Тогда Стайлз… — её голос срывается. — Однажды Стайлз наткнулся на нас, когда мы дрались, и Дерек тут же остановился, как только почувствовал его запах. Он остановился и просто уставился на Стайлза, и я поняла, что если и есть надежда, то она связана с ним. Только запах пары может так остановить одичавшего волка. — Вот как он смог так долго встречаться с Альфой, и никто об этом не узнал. Ты помогала ему, — говорит Дерек. — Да, и это сработало. Стайлз привёл его ко мне. Он…он не знал, кто я и даже кто он, но он знал, что со мной и Стайлзом он в безопасности. Я не могла рассказать семье. Если бы они узнали… — Питер бы взбесился от ярости. — Стайлз вздыхает. — Он бы только подыграл им. Талия кивает: — Этого я и боялась. Питер не остановился бы ни перед чем, чтобы убить меня и занять место альфы. Когда ты сказал мне, что ваш Питер убил Лору, ты подтвердил то, что я всегда знала о его способностях. Единственной моей надеждой было заставить Дерека вспомнить нас и сказать, где найти охотников, которые в этом виноваты. Мы могли бы заставить его свидетельствовать об их преступлениях. Если бы мне это удалось, я смогла бы привлечь Арджентов и другие семьи на нашу сторону. Однажды я уже была близка к тому, чтобы найти их. — Ведьмы. — понимает Дерек. — Да. Они заключили сделку с охотниками, которые забрали Дерека. В обмен на ритуал ковену позволили спокойно заниматься своими делами, не опасаясь охотников. Но изначально охотники хотели провести ритуал не для Дерека. Они хотели провести его для Джерарда и Кейт. — Но оно не может вернуть человека к жизни. Джерард этого не знал. Он знал, что умрёт от рака. Ритуал должен был стать его страховкой на случай, если ты его не укусишь. — говорит Дерек. — Когда охотники поняли это, они забрали моего сына и обвинили ковен в том, что они солгали Джерарду. Как и большинство ведьм, они продолжали торговать ради своей безопасности. Они приехали в Бейкон-Хиллс по заданию охотников. Дерека было не так просто сломить, как они думали. Годами они пытались, но безуспешно. Поэтому они послали ведьм, чтобы те овладели стаей. Как только им это удалось бы, они заставили бы нас напасть на Арджентов и город. Оправдывая аннулирование кодекса. Потому что если бы наша семья, которая никогда не причиняла вреда людям, вдруг могла без предупреждения нападать на окружающих… — То значит любой другой оборотень мог бы так же. — заканчивает Стайлз. — Когда они потерпели неудачу с Питером и остальными, они взяли Викторию и натравили её на детей Питера. Все знают, какой у Питера нрав. Чего они не учли, так это того, что Эллисон и Крис будут следовать кодексу до конца и позволят Виктории умереть, чтобы спасти наших детей. Они не подумали, что это наоборот укрепит наш союз. Они думали, что это настроит Арджентов против нас, но и в этом они потерпели неудачу. — Как ты всё это узнала? — спрашивает Стайлз. — Кое-что я узнала от других охотников, например от того, что был в Бразилии, или от волков, которых они поймали, но те сбежали и выследили меня. Но в ту ночь, когда мы убили ковен, я оставила одну из них в живых. Ненадолго — только для того, чтобы увести её подальше от остальных. Я пытала её, пока она не рассказала мне всё, что знала, а потом я разорвала её на части. Но я так и не смогла их найти. Они всегда были на шаг впереди меня. — Итак, как только ты расправилась с ковеном, они удвоили усилия, чтобы избавиться от Дерека. Когда он наконец-то достаточно обезумел, чтобы освободиться, он находит Стайлза, который возвращает его рассудок, — говорит Дерек. — Да, и Дерек был так близко. Он вёл себя как обычный человек, просто не помнил свою жизнь до того, как охотники воскресили его. Как только они поняли, что их план снова провалился, они пришли за ним. Стайлз и Дерек держались от них подальше, месяцами ускользали от них. Они прятались глубоко в заповеднике. Я научила их заметать следы. Я пыталась защитить Стайлза, но… — Охотники были в отчаянии. — вздыхает Дерек. — Всё, что они пытались сделать, провалилось. Никого из нас, даже Дерека, нельзя было заставить нападать на невинных людей. Думаю, это было скорее безумие, чем отчаяние. Они зациклены на нас. Они могли бы напасть на другие стаи, но именно мы убили Кейт и Джерарда. Они хотят нашей смерти и хотят сделать это самым жестоким способом. Стайлз был сыном шерифа. Мне всё равно, в каком они были отчаянии. Они должны были понимать, что убивать его было глупо. — И Дерек стал истинным Альфой? — Однажды утром они попытались схватить Стайлза в заповеднике, когда он шёл на встречу с Дереком. Они вычислили встречи. Меня там не было, но Стайлз сказал мне, что Дерек убил пятерых из шести с тремя пулями из волчьего аконита в груди. После четвёртого убийства его глаза покраснели, и я поняла, что произошло. Он стал альфой, чтобы спасти свою пару. Стайлз знал, как лечить раны от волчьего аконита. Я научила его. В тот день он спас Дерека. Их связь и раньше была крепкой, но после этого она стала нерушимой. Она молчит несколько мгновений. Дерек и Стайлз дают ей время. Секрет такого масштаба тяжелее, чем может себе представить большинство людей. То, что она наконец-то может выговориться, сильно влияет на неё. — Когда Стайлз умер я поняла, что они должны быть в этом замешаны, но я не могла доказать это. Они были очень осторожны, чтобы Ардженты не заметили их присутствия. Они послали лишь нескольких, чтобы выяснить, что помешало плану. Они хорошо маскировались, и я никак не ожидала, что это будет глупая кофейня. Дерек потерял всё своё самообладание, когда почувствовал разрыв связи. Его вой был самым ужасным звуком, который я когда-либо слышала за всю свою жизнь. После этого я поняла, что надежды больше нет. Даже здоровым волкам трудно пережить что-то подобное, а Дереку… — У него не было шанса. — шепчет Стайлз. — Я всё ещё пыталась достучаться до него. Как я могла не пытаться? Потом, когда появился ты, я всё надеялась… — Талия печально смотрит на Стайлза. — Но мне не потребовалось много времени, чтобы понять, что это не работает. Вы разные люди. У тебя есть свой Дерек, и они не взаимозаменяемы. Я не жду, что ты простишь меня или доверишься мне, но я надеюсь, что ты понимаешь, почему я скрывала это от тебя. Узнать о твоей судьбе здесь могло быть такой же большой угрозой, как и то, что узнал Питер. Я не знала, что ты будешь делать. Вы оба и так храните столько гнева в своих сердцах. — Мы собирались скрыть это от тебя по тем же причинам. Осуждать тебя за это было бы лицемерием, — мягко заявляет Дерек. — Важно то, что ты нам рассказала. — Ты ведь собиралась убить его той ночью, не так ли? Когда я сказал тебе, что убить его это милосердие, — говорит Стайлз. Стайлз смотрит на неё. Он видит боль и усталость в её глазах. Удивительно, что ей удалось сохранить рассудок после всех этих лет. Стайлз не смог бы этого сделать. Знать, что Дерек где-то там, куда он не может добраться — где он страдает? Он бы давно сошёл с ума. Знать, что именно ему придётся избавить его от страданий? Это убило бы его. Стайлз знал, что Талия была сильной женщиной, но это открыло ему глаза. Поставить остальных своих детей — свою стаю — выше другого ребёнка… Стайлз не мог этого понять, но он осознавал. Они в корне отличаются друг от друга. Для Стайлза, если кто-то из них был в опасности или ранен, то все они были в опасности. Никто из них не успокоился бы, пока они не оказались в безопасности, даже если бы все они погибли, пытаясь это сделать. Такими они были, или может быть, это было из-за пережитой ими травмы. Стайлз внезапно с холодным ужасом осознаёт, что он не так уж сильно отличается от Питера. — Я уже давно знала, что его не спасти. Но я не могла заставить себя поверить в это. До тех пор, пока ты не подтвердил, — признаётся она. — Даже после потери Стайлза он всё равно не делает того, чего они от него хотят. Он не в своём уме, но мой сын всё равно не убийца. Должно быть, они ненавидят его за это. — её улыбка едва заметна на мгновение, прежде чем исчезнуть. — Я лишь хочу, чтобы он обрёл покой. Стайлз кивает. Он не может винить её. Охотники знали, что делают с Талией. Они знали, и им это нравилось. Стайлзу не нужны были дополнительные причины, чтобы желать им смерти, но этот мир продолжает подбрасывать их при каждом удобном случае. Он не может винить Талию за то, как она справилась с ситуацией, и он знает, что Стайлз, где бы он ни был, тоже её не винит. Это заставляет его задуматься, не получает ли их Лидия информацию от кого-то на той, другой стороне. — Мы сохраним это в тайне, — заявляет Дерек. — Но с этого момента никаких секретов. — Спасибо за понимание. — мягко отвечает Талия. Дерек собирается выйти из кухни, но подойдя к двери оборачивается. — Я знаю, что я не он, но чего бы это ни стоило. Я бы не стал винить тебя за то, что ты не смогла меня найти. Я бы не стал винить тебя ни в чём. — говорит он ей. — Я бы тоже не стал, — соглашается Стайлз. — Даже если бы ты сказала Стайлзу «нет», я готов поспорить, что он всё равно сделал бы это за твоей спиной. Потому что я бы сделал. С этими словами они оставляют её на кухне, чтобы она пришла в себя после разговора. Дерек присоединяется к спаррингу с бетой, а Стайлз садится на ступеньки между Джексоном и Лидией. Джексон улыбается ему и придвигается чуть ближе. Парень уже научился понимать, когда Джексону нужно объятие. Стайлз обнимает его за плечи и прижимает к себе, пока они наблюдают за тем, как остальные тренируются с Хейлами. Бойд обладает поразительным самоконтролем, раз он смог продержаться с диким альфой последние несколько недель. Конечно, Бойд в его мире всегда обладал поразительным самоконтролем. Гораздо большим, чем Айзек или Эрика. — Как у них там дела? — спрашивает Стайлз. — Хорошо. Бойду отлично удаётся сдерживать свой гнев. Айзек испытывает больше трудностей, но Эрика побеждает их обоих, — говорит Джексон. — В рукопашном бою и в уклонении. — Вот это моя Женщина-кошка, — гордо улыбается Стайлз. — Чем вы трое занимались? — Жена Питера поработала со мной, пытаясь понять, кем я могу быть. Мои сны становятся всё ярче. Я не могу перестать рисовать это здание и нас, — говорит Лидия, поворачивая свой блокнот к Стайлзу. — Но я выгляжу странно. Я не похожа на себя. Не знаю почему. Я всё пыталась исправить это, но всё равно получается одинаково. Дэнни ловит его взгляд и выглядит обеспокоенным. Стайлз сохраняет невозмутимое выражение лица, но он знает это здание так же хорошо, как свой собственный дом. Это старый лофт Дерека. Он, близнецы и его Лидия стоят перед ним. Её рисунок этого конкретного здания означает, что скорее всего, именно это была база охотника. Это невероятно полезно. Его Лидия понимает, что пора появляться. На её лице самодовольная улыбка, и Стайлз предполагает, что она специально внушила такой образ Лидии. Это объясняет её отсутствие после встречи с одичалым. Что ещё важнее, ей удалось передать ему чёткое послание. Каким-то образом есть способ призвать её через завесу. — Ты это чувствуешь? — спрашивает Лидия, задумчиво склонив голову набок. — Словно холодное статическое электричество. Ты делаешь что-то с помощью своей магии? Стайлз всё надеялся, что она сама поймёт, кто она такая. Несмотря на силу, это был не самый лучший дар. Однако теперь её способности начали проявляться быстрее. Ей нужно знать. Слишком многое поставлено на карту, чтобы держать её в неведении. — Лидия, я знаю кто ты. — мягко говорит Стайлз. Ей нужно было представить, что быть банши — это хорошо. Может быть, если она отнесётся к этому оптимистично, а не травмировано, как его Лидия, ей будет легче. — Что? — спрашивает она с дрожью в голосе. — Ты Банши. — Банши? — спрашивает Лидия с ноткой страха в голосе. Стайлз успокаивает её страх с помощью магии. Напряжение уходит из её плеч, и она забирает свой рисунок, задумчиво глядя на него. — Здесь нечему бояться. Клянусь. Банши могут быть очень сильными и чрезвычайно полезными. У вас есть способность чувствовать смерть, а это значит, что иногда мы можем её предотвратить. Будущее не предначертано, оно постоянно меняется, постоянно находится в движении. Твои видения тоже будут меняться. — Звучит жутковато, — говорит Джексон. — Откуда ты знаешь, что она такая? — Ну, во-первых, этот рисунок. Я думаю, что это видение будущего. Но кроме того, меня преследует одна из моих старых подруг, если можно так выразиться. Лидия чувствует её. Холодное статическое электричество? Ты чувствуешь призрака. Они смотрят на него в ужасе. — Не в плохом смысле! Скорее, она пытается помочь нам с этим сверхъестественным бардаком. Это сложно. Не спрашивай. — Стайлз потирает затылок. Они понятия не имеют, насколько всё сложно, и он надеется, что пока так и останется. — Я могу спасать людей с помощью видений? — спрашивает Лидия. — Да. Чем сильнее ты становишься, тем больше проявляются твои способности. Ты научишься кричать. Отсюда и название. В некоторых сверхъестественных кругах тебя также называют воющей женщиной. Некоторые банши могут делать по-настоящему крутые вещи с помощью своих криков. Не все они так сильны, как будешь ты. Я чувствую твой потенциал. — Как мне это контролировать? — тихо спрашивает она. — Дело не столько в том, чтобы контролировать, сколько в том, чтобы обуздать, научиться ориентироваться, отточить. Самое важное? Не всё, что ты увидишь, поначалу будет иметь смысл. Нам также нужно убедиться, что ты не уйдёшь в состояние фуги и не окажешься рядом с мёртвым телом, не понимая как ты там оказалась. Это не бывает весело. Но послушай. Это будет нелегко. Ты должна держаться. Никогда ничего не скрывай и не переставай говорить с нами об этом. Это конечно ещё не всё, но мы можем поговорить об этом чуть позже. — Ты много знаешь о банши. Откуда? — подозрительно спрашивает она. — В моей старой стае была одна, — тихо говорит Стайлз. — Она была…она была потрясающей. Она спасала мне задницу столько раз, что и не сосчитать. Держу пари, это она преследует меня и злорадствует над своими странными, но суперкрутыми способностями после смерти. — Мне очень жаль. — говорит Лидия. Стайлз пожимает плечами и крепче прижимает к себе Джексона. Его Лидия выглядит удивлённой, но грустной. Трудно не грустить, когда ты мёртв и преследуешь своего товарища по стае в другой вселенной. Он задаётся вопросом, не поэтому ли она не ушла. Может быть, она застряла здесь, потому что ей здесь не место. Эта мысль тревожит его, учитывая, что они с Дереком тоже здесь не на своём месте. — Мне тоже, но теперь я могу сосредоточиться на вас. Кроме того, я уверен, что остальные прячутся где-то за завесой и смеются над тем, в какую передрягу я попал, — шутит Стайлз. Джексон фыркает от смеха, но Лидия просто задумчиво смотрит на него. Кора с улыбкой плюхается рядом с ней. — Как дела? — весело спрашивает она. — Я только что узнала, что я Банши, — чопорно сообщает Лидия. — О чёрт, вот это да! — улыбается Кора. — Банши — это так круто. Так и знала, что стоило вас подслушать. Лидия улыбается и краснеет. Стайлз рад, что для неё это не будет так страшно, как для его Лидии. Он ловит взгляд Дерека, стоящего на другом конце двора. Он знает, что тот слушал. Волк улыбается ему, подмигивает и смеётся, когда отвлекается, давая Эйдену возможность повалить его на землю. Стайлз присоединяется к ним, радуясь возможности снять напряжение. Позже, когда стаи заканчивают тренировку, Талия ставит последнюю миску на стол, когда они входят в столовую с урчащими от голода животами. Все следы их разговора исчезают с её лица, и она выглядит как обычно. Поразительно, как легко она скрывает свои эмоции, запах и всё остальное. Ей определённо придётся научить их этому. — У вас новый стол? — спрашивает Стайлз, садясь рядом с шерифом. Талия смеётся. — Вы с Дереком всё продолжаете добавлять новых участников. Мне пришлось расширить стол. Когда ваш дом будет построен, я закажу для вас такой же. И убедитесь, что размеры вашей столовой достаточно велики, чтобы он поместился. — Так точно, мэм. — отдает честь Стайлз. Шериф и Мелисса пришли на ужин, пока ребята тренировались, чтобы не готовить самим или для стаи чуть позже. Они редко пропускали эти ужины. — Талия, всё выглядит так потрясающе. Спасибо, что пригласила нас, — говорит Мелисса. — Приятно хоть раз не готовить самой. — она бросает взгляд на Скотта и близнецов, которые смущённо накладывают еду на свои тарелки. — Конечно, как я уже говорила наши стаи могут быть разделены, но мы всегда будем делить нашу территорию и наш стол с союзниками. — она улыбается Крису и Эллисон, которые всё ещё немного нервничают, но в то же время рады быть здесь. Никто не теряет времени даром, наполняя свои тарелки. Талия готовит лучше всех в их обеих стаях. Все разговаривают и смеются. Стайлз однако занят тем, что забирает вредную еду из рук шерифа. — Если ты не отдашь мне это картофельное пюре, я выгоню тебя из дома, сынок, — угрожает шериф. Стайлз передает картошку Дереку, который только смеётся. — Это просто невозможно, пап, — Стайлз пошевелил пальцами. — Я же волшебный оборотень, помнишь? Шериф закатывает глаза: — И почему я постоянно забываю, что мой второй сын — волшебник? Все за столом смеются. — Кстати, о волшебстве, — говорит Стайлз. — У нас новый член семьи. — шериф выжидающе смотрит на него. — Бойд будет жить в одной комнате с Айзеком. — Чёрт, ну наконец-то, — улыбается Айзек, хлопая Бойда по спине. Бойд улыбается, но выглядит немного неуверенно, когда смотрит на шерифа. — Чем больше, тем веселее, — говорит шериф. — Хотя мне кажется, что Айзек и Бойд должны занять главную спальню. Ему, — шериф указывает вилкой на Бойда через стол. — Нужна как минимум двуспальная кровать. А в главной спальне мы можем поставить две двуспальные кровати. Я займу их комнату. — Сэр… — начинает Бойд. — Не называй меня «сэр», парень. Теперь ты в стае, а значит, ты член семьи. Меня зовут Ной. Кроме того, я закон. С законом не поспоришь. Но ты поможешь мне передвинуть мебель. — Бойд благодарно кивает. — А теперь, пожалуйста, передайте мне уже это картофельное пюре. Я заслужил его после того, как отказался от своей комнаты. Стайлз сдаётся. Он прав: — Ну ладно, но только один черпак.
