Как жить с ним?

Середина октября. Поттеру всё чаще снились сны, теперь не только с участием самого Волан-де-Морта. Всё начиналось одинаково: он оказывался в Министерстве магии. Сначала Гарри не понимал, что происходит, но с каждым разом узнавал всё больше. Голос Волан-де-Морта, множество дверей, лифт, Отдел тайн… Иногда он видел всё глазами змеи, скользя по коридорам и ощущая каждое движение длинного гибкого тела. Затем он входил в большое помещение, где хранились пророчества, но никогда не проходил дальше. И каждый раз просыпался с криком. Пот лил с него как вода. Гарри не понимал, что с ним происходит, а утром просто гнал эти мысли прочь. Всё время уходило на учёбу, домашние задания, подготовку к экзаменам и тренировки по квиддичу. Спал он всё хуже. Последнюю неделю и вовсе почти не сомкнул глаз, потому что боялся снова оказаться в этих коридорах, снова услышать голос и увидеть то, что видел уже сотни раз. Он знал дорогу туда наизусть. Спал максимум по три-четыре часа. Чтобы не будить соседей, он наложил на кровать защитные, заглушающие чары. Он специально задерживался в учебных залах, занимаясь до позднего вечера, чтобы не уснуть надолго и не увидеть эти сны. С Северусом он не виделся отдельно, только на уроках. Они явно отдалились. Гарри хотел бы поговорить, пусть даже и не знал о чём, пусть даже просто пожаловался бы на усталость. Хотел узнать больше о том, что его ждёт и как ему предстоит сражаться с Волан-де-Мортом. Но он не решался, потому что слишком боялся реакции Снейпа.А к Дамблдору вовсе не хотелось. *** Утро среды. Гарри проснулся в шесть тридцать, а в семь начиналась утренняя тренировка по квиддичу. Утренняя тренировка была по средам, она длилась до восьми, а в девять уже начинались занятия. За ночь он спал всего три часа и не представлял, как выдержит этот день. Так было каждую среду и он едва дотягивал до вечера. Быстро приведя себя в порядок, он надел удобную одежду. Форму брать не стал, так как тренировка была лёгкая, без особых столкновений, защита не требовалась. Вылетая из замка, на метле, Гарри увидел чистое голубое небо. Солнце ещё не взошло, но вокруг уже светлело. Воздух был тихим и холодным, Гарри накинул спортивную ветровку. Сонливость была невыносимой, и тренировался он вяло. Команда уже заметила, что он приходит на каждое занятие как выжатый лимон, но в лицо никто ничего не говорил, мало ли что он предпримет в ответ.Потому что в последнее время он был злым, даже на друзей. Все его недолюбливали из-за того что тот в начале учёбы вёл себя слишком самоуверенно, учась хорошо, выглядеть на сто, и видеть как в один момент всё это пропало, другим было смешно.Особенно слизеринцы. Вернувшись, Гарри принял душ, смыв пот и пытаясь взбодриться. Позже, когда он собирал портфель, парни в спальне начали просыпаться. — Тренировка была? — спросил Рон, заправляя кровать. Гарри стоял у зеркала, лениво поправляя гриффиндорский галстук. Тёмные круги под глазами бросались в глаза. Веки опущены, сухие губы и хмурые брови. — Да, — тихо ответил он, опускаясь на стул и прикрывая глаза. — Кстати, Анджелина сказала, что нужен вратарь. Думаю, ты бы подошёл. Рон замер, натягивая брюки. — Ну… конечно, я хочу, — признался он с неуверенностью, но и с явным огоньком в глазах. — Но, думаю, на отбор придут и те, кто лучше меня. — А ты попробуй, — спокойно сказал Гарри. — Лучше пожалеть, попробовав, чем жалеть, что не сделал. Рон замолчал, обдумывая эти слова. *** Завтрак, восемь тридцать. Всё шло как обычно, сонные лица, кислые взгляды, ухмыляющиеся слизеринцы и, конечно, их вечно мрачный декан. Гарри сел за стол и скользнул взглядом на Снейпа. Тот медленно вертел вилку в руках, небрежно ковыряя еду, которую Гарри не успел разглядеть. Поттер с грустью отвёл взгляд. Он был уверен, что их отношения как опекуна и подопечного подошли к концу. Они явно отдалились, и если Сириус станет опекуном, то общение сведётся к формату «учитель и ученик». Северус больше не обращал на него внимания, даже на уроках почти не придирался, только сухо бросал: «Не разговаривать», «Пишите», «Слушайте внимательно». Все уже заметили, что он перестал с лёгкостью снимать с него очки факультета. Это радовало гриффиндорцев и конечно Гарри слышал как шепчутся другие об этом. С этими мыслями Гарри ел овсянку, запивая тыквенным соком. Сутулился, выглядел уставшим. Рон с Гермионой о чём-то оживлённо спорили, а он делал вид, что слушает. Северус, отпив воды, поднял голову и окинул зал взглядом, отмечая, кто присутствует, чтобы потом проследить, чтобы никто не сбежал с его урока. Через несколько секунд его взгляд остановился на Поттере. Мальчик медленно ел кашу, не поднимая головы. Снейп нахмурился, в последнее время он всё чаще замечал странности в его поведении. Он увидел, как Рон что-то сказал и подтолкнул Гарри плечом. Тот вяло улыбнулся и снова уткнулся в тарелку. Гарри ощутил на себе пристальный взгляд и не ошибся. Снейп действительно внимательно смотрел на него, не скрывая этого. Поттер замер, встретившись с ним глазами. На удивление, Северус не отвёл взгляда. Щёки Гарри слегка вспыхнули, и он снова уставился в кашу, нервно сжимая ложку в руках. Снейп сурово отвернулся, но мысль о том, что с мальчиком что-то не так, не оставляла его. *** Второй урок, Защита от тёмных искусств. Гарри сидел, подперев щёку ладонью. Книга раскрыта, перо лежало рядом. Шла теория, все писали конспект, все, кроме него. Его клонило в сон. Через несколько минут он сдался и улёгся на парту. Рон, увлечённо записывая материал, даже не заметил, как Гарри заснул, повернувшись лицом к нему и спиной к профессору. Северус, закончив с журналом, прищурился, заметив неподвижную фигуру. Он медленно поднялся и направился к парте. Несколько студентов проследили за ним взглядом. Рон напрягся, понимая, что разбудить друга уже поздно. — Мистер Поттер! — голос Снейпа прозвучал достаточно громко, чтобы вырвать его из сна. Гарри вздрогнул и поднял голову. Из-за парты слизеринцев донёсся смешок. — Молчать, — резко бросил Снейп, смерив своих учеников ледяным взглядом. Гарри уже сидел прямо, чуть опустив голову. — Минус двадцать очков за такое поведение. Ночью надо спать, если вы не в курсе, Поттер, — холодно произнёс он. Поттер молчал, крутя в руках перо. — Я с кем разговариваю? — Снейп приподнял бровь. Гарри поднял на него взгляд, усталый, но твёрдый. Глаза красные, под ними тёмные круги. Северус отметил это, рассматривая их, но так и не понял причины. — Простите, сэр. Больше не повторится, — сказал он спокойно, без явного чувства вины, что лишь усилило раздражение профессора. — Надеюсь. Ответил профессор, стиснув зубы. Рон положил ладонь на плечо Гарри, молча поддерживая друга. Поттер устало посмотрел на него, но всё же вернулся к ненужному конспекту. Его всё так же клоняло в сон, но он твёрдо решил больше не засыпать. Северус, вернувшись на место, убрал со стола лишнее и скрестил руки на груди, словно обнимая себя полами мантии. Суровый взгляд скользил по рядам, но снова и снова возвращался к Поттеру, который медленно, с заметным усилием, выводил строчки. Это раздражало Снейпа сильнее, чем он готов был признать. Малфой сидел, опустив голову, но в какой-то момент заметил, куда направлен взгляд профессора. Проследив за этим, Драко прищурился и усмехнулся, сразу придумав, как этим воспользоваться. Он оторвал кусочек пергамента от черновика и, пока профессор отвлёкся, поправляя мантию, нацарапал что-то с самодовольной ухмылкой. Быстро скрутил бумагу в подобие бабочки и запустил её в сторону Гарри. Поттер поднял голову, когда перед ним упала бумажная фигурка. Он и так знал, от кого она, но всё же взглянул в сторону, и мерзкая самодовольная физиономия Малфоя только подтвердила догадку. Рон бросил на блондина злой взгляд, но ничего не сказал. Гарри спрятал бабочку за учебником, чтобы Снейп не заметил, и осторожно развернул её. «Ты замечал, что Снейп на уроках засматривается на тебя? Не отрываясь. Я заметил, ты ещё и выглядишь неважно… Он не даёт тебе спать, да? Трахает каждый день?» Гарри распахнул глаза, удивление и злость смешались в одном взгляде. Рон, мельком заглянув в записку, поморщился с таким отвращением, будто прочитал что-то омерзительное. Они оба перевели взгляд на Малфоя, который уже едва сдерживал смех от их реакции. Блондин поднял брови и, усмехнувшись, кивнул куда-то вниз, явно намекая на зад Поттера. Гарри сжал бумагу так сильно, что побелели пальцы. Брови дрожали от злости, губы сжались в тонкую линию. — Время вышло. Принесите мне конспекты, — прервал момент низкий голос Северуса. Снейп придвинулся ближе к столу, ожидая, пока ученики будут подходить. Гарри резко поднялся, хватая тетрадь, даже не заботясь о том, что почерк стал неровным. Подойдя к столу первым, он грубо положил тетрадь, не взглянув на профессора. Снейп, нахмурившись, внимательно посмотрел на него, затем на работу. Конспект был коротким и сухим. Снейп всё же поставил галочку в углу страницы. — В следующий раз подробнее, — холодно произнёс он и вернул тетрадь, заметив при этом, как Поттер сжимает что-то в кулаке. После урока Гарри выскочил из класса, не дожидаясь друзей. Гермиона с Роном поспешили за ним. — Гарри, что случилось? — обеспокоенно спросила Гермиона, остановившись перед ним. Она заметила напряжённость между ним и Малфоем, но не знала, что именно произошло. — На, почитай, — коротко бросил Гарри и протянул записку. Гермиона прочитала и с каждой строчкой всё мрачнела. В конце у неё на лице отразилось отвращение. — Идиот безмозглый, — процедила она, разорвала бумагу и сунула клочки в карман. Они пошли дальше, но позади раздался насмешливый голос Драко: — Поттер, тебе бы хоть денёк отдохнуть, знаешь ли. Он подошёл ближе, ухмыляясь, а Блейз захохотал. Гарри закрыл глаза, стараясь не сорваться. — Видите? Не такой, как все, сдерживается, — продолжал насмешничать Малфой. Гермиона шагнула вперёд, словно пряча Гарри за собой. — Ууу, заучка, — фыркнул Гойл. — Вашу компанию всегда защищает девчонка. Рон сжал кулаки и рванул к нему, но Гарри удержал друга. — Рон, не надо. Пойдём. Слизеринцы уже держали палочки наготове, но Поттер отпустил руки Уизли, обошёл их, нарочито задев мантией, и пошёл вперёд. Остаток уроков прошёл спокойно, но Гарри всё зевал и дремал, мечтая только о мягкой кровати. *** Волан-де-Морт сидел в своём кабинете, а перед ним двое Пожирателей, которым он доверял чаще всего: Люциус Малфой и Корбан Яксли. Оба стояли с выпрямленной спиной, подбородком чуть выше обычного. В воздухе смешивались дорогие парфюмы. — Месяц назад он сказал, что скоро всё будет под его контролем, — начал Лорд, глядя на Яксли. — Но, похоже, «скоро» затянулось. Корбан чуть сузил глаза, выдержав паузу. — Он действительно так говорил, но, видимо, его скоро не так уж близко. Могу встретиться с с… ним ещё раз, — ответил он, запнувшись и скосив взгляд на Малфоя. Волан-де-Морт откинулся в кресле. — Думаю, пора встретиться с ним лицом к лицу, — произнёс он с тенью усмешки. — О чём речь, мой Лорд? — осторожно спросил Люциус. Корбан еле заметно изогнул уголки губ. — О, тебе понравится, — пообещал Лорд. — Но не сейчас. Повисла пауза. Том встал, обошёл стол и встал прямо перед ними. Нагайна скользнула мимо его ног. — Скоро я заставлю Поттера прийти в Министерство и взять пророчество. Уверен что он не придёт один. Вы вдвоём и только лучшие бойцы будете ждать его в Отделе тайн. Как только он возьмёт то что нужно, схватите их и ты, — обратился на Яксли, — принеси пророчество мне. Живым оставьте мальчишку, пока я не услышу, что хочу. Убью его сам. Слова были произнесены спокойно, но в них чувствовалась угроза. — Как прикажете, господин, — первым ответил Яксли. — Конечно, мой Лорд, — добавил Люциус. — Свободны. Когда придет время, тогда сообщу. Они поклонились и вышли. Корбан, закрыв за собой дверь, поправил волосы и удовлетворённо улыбнулся. — Доброго вечера, — бросил он Малфою и скрылся, оставив того наедине с тяжёлыми мыслями. *** До ужина оставался всего час. Троица сидела в зале учёбы, как и многие другие, корпя над заданиями, особенно по Защите от тёмных искусств. Гарри же всё было безразлично. С каждой минутой он чувствовал себя хуже, но не показывал вида. Шорох переворачиваемых страниц, скрип перьев по бумаге, приглушённые голоса однокурсников, всё это раздражало и давило на виски.Поттер, подперев подбородок ладонью, сидел с полузакрытыми глазами, едва удерживая голову. Гермиона, конечно, заметила, что он уже месяц как сам не свой, а сегодня особенно. В последнее время Гарри часто срывался на них по пустякам, даже на простые вопросы реагировал раздражённо. С одной стороны, друзья понимали что, что-то происходит с его сном. С другой они тоже были людьми и не могли бесконечно терпеть его резкость. Они уже не раз уговаривали Гарри рассказать о снах опекуну или хотя бы директору, но он упорно откладывал этот разговор, загоняя себя в измотанное состояние. Даже сейчас, когда силы были на исходе, он не хотел ничего решать. Слишком уж упрямый. — Гарри, всё хорошо? — тихо, но с оттенком тревоги спросила Гермиона. Рон, сидевший напротив, поднял голову от учебника и уставился на друга. Гарри чуть дёрнулся, возвращаясь из вязких мыслей в реальность. — Да. Просто устал, — пробормотал он, убирая руку от лица и чуть сутулясь. — Я вижу, что ты врёшь, — не отставала Гермиона. — Хватит мучить себя. Расскажи уже кому-нибудь. Хотя бы Снейпу или Сириусу… Гарри медленно поднял взгляд. Его глаза были уставшими, и в них словно погас свет. — Я не хочу контактировать со Снейпом. Я… влюблён.— сказал это слово очень тихо, чтобы его услышали только двое. — И если не отпущу вовремя, потом будет больнее, чем сейчас. А Сириус… — он замолчал и тяжело выдохнул. — Он всё ещё прячется и решает вопрос с опекунством. Не хочу нагружать его пустыми проблемами. Он крутил перо в пальцах, поджимая губы. — Это не пустые проблемы, — вдруг сказал Рон, и оба посмотрели на него. Он слегка замялся, но продолжил —Нам тоже больно видеть, как ты гаснешь на глазах и ничего не рассказываешь. Гермиона кивнула и снова перевела взгляд на Гарри. — Да. Мы хотим помочь. Скажи Дамблдору или даже Снейпу. — Да нет, я же сказ… — начал он, но девушка перебила его чуть громче, чем следовало: — Я настаиваю, чтобы ты сказал об этом. Тебе важнее жизнь или то, что подумают другие? Несколько учеников обернулись на них, но, поняв, что это не их дело, вернулись к своим занятиям. Гарри почувствовал себя неуютно под их взглядами и задумался над словами Гермионы. — Ладно… Скажу. Только не кричи, — произнёс он виновато. Рон чуть ухмыльнулся, переворачивая страницу, но Гермиона была не в настроении. — Если хочешь умереть и проиграть войну, то продолжай в том же духе, — тихо, но с явной злостью бросила она, стиснув зубы. Она резко поднялась, схватила сумку и быстрыми шагами вышла из зала. Гарри остался сидеть, глядя ей вслед. — Она права… — осторожно произнёс Рон, боясь реакции друга. Поттер ничего не ответил. Казалось, он даже не услышал. *** Ужин начался всего несколько минут назад, но у Гарри не было ни малейшего аппетита. Он машинально съел пару ломтиков жареной картошки, запил соком и больше ничего не лезло. Троица сидела в тишине, лишь Гермиона иногда бросала раздражённые взгляды на соседей по столу. Рон привычно набивал рот, но он ощущал, как между ними витает странное, давящее напряжение. — Съешь ещё немного, — твёрдо, но тихо сказала Гермиона, подтолкнув к нему тарелку. Гарри не отреагировал. За учительским столом, как обычно, восседал Снейп, холодно наблюдая за залом. Его чёрные глаза несколько раз останавливались на Поттере. Он отметил, что мальчишка всё-таки что-то ест, и это, как ни странно, чуть его успокоило. Напряжение в плечах едва заметно спало. Макгонагалл рядом что-то сказала, и он чуть наклонился, чтобы расслышать, ненадолго отвлекаясь. Но в ту же секунду Гарри накрыло слабость, липкий пот, то самое тягостное ощущение, что накатывало в ночных кошмаров, связанных с Волан-де-Мортом. Голова закружилась, ноги стали не слушаться, руки дрожали. Он испугался и решил уйти, дойти до комнаты, лечь. Он встал, тяжело переступил лавку и сделал пару шагов. Голоса друзей которые спрашивали его куда он, остались где-то далеко, в ушах стоял глухой звон. Мир качнулся и в следующее мгновение глухой удар о пол. — Гарри! — крик Гермионы пронзил шум зала. Снейп резко повернул голову, как только услышал удар и крик девушки. Его взгляд мгновенно нашёл неподвижную фигуру на каменных плитах. Брови сурово сдвинулись, а внутри что-то неприятно сжалось. — Гарри… — едва слышно вырвалось у него. Он поднялся так резко, что стул с грохотом упал назад. Учителя вскакивали один за другим, но первым с места сорвался именно Снейп. Громким, властным голосом он приказывал ученикам расступиться, грубо отталкивая тех, кто мешал пройти. Он никого не видел — только его. Толпа сомкнулась вокруг Поттера. Рон уже пытался перевернуть его на спину, Гермиона, тяжело дыша, трясла за плечи, зовя по имени. Лица учеников были в удивлении, кто-то уже начал шептаться. — Отойдите! — прогремел голос, который ни с кем нельзя было спутать. Толпа нехотя расступилась. Снейп приближался быстро, и выражение его лица было таким, что ученики удивились такой реакции Северуса, который всегда контролировал себя. Он выглядел… встревоженным даже испуганным, очень сильно. Рон уже хотел приподнять Гарри на руки, но остановился, увидев, с какой скоростью к ним приближается профессор. Снейп, не колеблясь, опустился на колено, проверил дыхание, затем легко подхватил Поттера на руки. Движение было быстрым, резким, и Гарри показался ему пугающе лёгким, словно поднимал что-то очень легкое а не тело. Он развернулся и широким шагом направился к дверям, не глядя по сторонам. Друзья, Минерва и Альбус пошли следом. Снейп шёл, не замечая вокруг ничего, кроме неподвижного тела в своих руках. Худое лицо, тёмные круги под глазами, слабое, почти невесомое дыхание. Правая рука Поттера была закинута за его спину, левая лежала на своем животе. На каком-то отрезке пути Гарри приоткрыл глаза так слабо, что этого никто не заметил. Сквозь мутную картину, он успел уловить, как Снейп прижимает его ближе к себе, как близко его лицо. Он не знал сон это или реальность. Но это было последнее, что он увидел, прежде чем вновь потерять сознание.