Who is the killer?

      По коже табуном прошлись мурашки. Сердце забилось чаще, будто бы отбивая какой-то неизвестный никому собственный ритм, сигнализирующий об опасности. Они знали, что этот день настанет. Но чтобы так скоро? Нет. Не сегодня. Слишком хороший день. Но реальность такова.       Сонхва встал с дивана и подошел к Ёсану, будто бы прикрывая того на случай чего. Он посмотрел на Хонджуна, который стоял около Уёна. — Срочно закрываем дверь. На замок. И подоприте её тумбой. И выключите свет. — на одном дыхании проговорил Сонхва достаточно низким и строгим голосом, отдавая приказ.       Уён коротко и напуганно кивнул, подлетая к двери и прокручивая замок так, чтоб дверь закрылась изнутри. — Сан, Минги, помогите с тумбой. — Чон кивнул в сторону небольшого шкафчика.       Сан молниеносно перенесся к тумбочке и подозвал рукой Минги, чтобы тот схватился за неё с другой стороны. Они в секунду подобрались к Уёну и Чон отошел в сторону, чтобы им было удобнее. Как только работа была закончена, Минги посмотрел на окно и подошел к нему снова, но только чтобы выглянуть со стороны и закрыть шторы. Нет. Они не будут туда выглядывать и смотреть. — Маленькое окно возле выхода тоже надо прикрыть, — Сан показал пальцем на стекло возле двери, которое было рядом с ним. Он затянул толстую штору и отошел в сторону. — И что теперь? — Минги нажал на выключатель.       Лишь гирлянда мягко мигала и помогала видеть напуганные лица вокруг. Блондин сглотнул и повернулся к Уёну. — Сидим здесь и… скорее всего ночуем тоже, — Хонджун вздохнул, — ради безопасности, лучше дождаться рассвета. — И где мы ляжем? — Сан выгнул бровь. — Кто-то на диван, несколько человек поместятся на ковре… кому-то придётся ютиться в креслах. — Хонджун посмотрел Сану в глаза. — На полу уместится трое-четверо человек, — Минги посмотрел вниз, — например… я, Уён, Ёсан и Сан… на диван положим Сонхва. А ты? Ким медленно моргнул: — Посижу в кресле, все равно не усну. — Да кто вообще уснет? — Блондин простонал себе под нос. — После такого-то? — Попытаться можно, тем более мы все вместе. — Сан сложил руки на груди. — Вот, вот, — Ким кивнул головой и посмотрел на Минги, — и похоже, Уён, все-таки отправляй мне фото, буду работать, пока вы спите.       Чон посмотрел на Сана, который был против до этого. — Да, да, — Чхве махнул рукой, — пусть… — Вот спасибо, разрешил. — Хонджун усмехнулся. — То есть мы просто ляжем спать и не будем думать о том, что произошло? — Минги выгнул бровь в возмущении. — А что обсуждать? Что нам угрожают? — Сан приложил пальцы к переносице. — Это и так было ожидаемо… — Подал голос Ёсан из-за спины брата. — Вот именно. — Ким кивнул и посмотрел на Сонхва.       Сонхва задержал дыхание, пытаясь не выдать охвативший его холодный ужас. Пак подошел к окну и аккуратно, едва заметно. подвинул штору одним пальцем, чтобы посмотреть, что происходит снаружи. Сердце забилось чуть быстрее, когда его взгляд встретился с загадочной фигурой за окном. Человек, или что бы это ни было, стоял неподвижно, будто статуя, но присутствие его было настолько ощутимым, что казалось, сама комната пропитывалась мрачной аурой.       Металлическая маска блестела в тусклом свете, ухмылка на ней казалась издевательской. Глаза, красные и яркие, будто угли, просвечивали сквозь прорези, наблюдая за каждым движением в комнате. Они словно проникали в сознание, вытягивая страх наружу. — Что там? — прошептал Уён, не решаясь подняться с пола. Его голос дрожал, и он бессознательно прижал колени к груди, будто это могло его защитить.       Сонхва медленно отпустил занавеску, пряча незваного гостя из вида. Но это не избавило его от жуткого ощущения, что за ними наблюдают. Он повернулся к парням, стараясь сохранять хладнокровие, хотя по телу пробегал мороз. — Он не ушёл, — тихо сказал он, но в его голосе слышалась твёрдость. — Стоит на месте. Просто смотрит. — Почему он ничего не делает? — Уён нервно облизал губы, взгляд его метался по комнате, как у загнанного зверя. — Возможно, он ждет, — предположил Сонхва, подходя ближе к парням. Его голос понизился до шёпота, словно лишний шум мог спровоцировать неизвестного. — Или ему нравится видеть, как мы боимся.       В комнате стало ещё тише. Даже шорохи снаружи теперь казались громче. Сонхва понимал, что нельзя поддаваться страху, но ощущение надвигающейся опасности душило. — Надо что-то делать, — Уён вздохнул. — Вдруг он проберется сюда? — И что мы сделаем? Ударим его кочергой? Не думаю, что у нас выйдет. — Сонхва метнул взгляд в сторону Чона.       Пак ненадолго замолчал, обдумывая слова. В окне снова раздался лёгкий стук. На этот раз более громкий, настойчивый. Будто тот, кто был снаружи, пытался напомнить о себе, загоняя их ещё глубже в угол. — Блять, — Минги провел рукой по лицу, — что за нахуй? — Так, будьте тише, — Хонджун зашипел на Сона, — и никто больше не подходит к окну. — И что делаем? — Сан сделал несколько шагов взад-вперед. — Я напишу Юнхо, мне похуй. Он должен знать, что происходит… на случай, если… ну, этот проберется или сделает что-то.       Чхве достал телефон из кармана и посмотрел на красный индикатор заряда телефона. 20%. Скоро разрядится, блять. Хотелось надеяться, что у остальных ситуация лучше. Сан зашел в чат с другом и настрочил ему быстрое и сумбурное сообщение. Но, в целом, ему показалось, что он написал логично и передал весь пиздец происходящего. — Написал? — Минги подкрался к нему со спины и Сан дернулся в сторону от него. — Не пугай так, — Чхве схватился рукой за сердце и показал экран телефона другу, — да. — Хорошо, а теперь кучнее, — Хонджун схватил Сана и Минги за рукава толстовок и повел в сторону диванов, — тем, что мы разбрелись по разные стороны… ситуации не поможем. Лучше быть всем вместе. — И чем это поможет? — Минги начал дергаться от того, как Хонджун по-отцовски держал его за толстовку. — По крайней мере вы не будете топтаться у выхода и окон, ещё раз повторю, — его темные глаза блеснули в свете гирлянд, — никто не подходит туда, ясно? — А если он ворвется? — Ёсан высказал общие переживания и поймал на себе упрекающий взгляд Сонхва. — Если, да если… будем надеяться, что ему и правда нравится нас пугать. — Нет, он не будет нападать. — уверенно произнес Сонхва. — Мне кажется, мы ему нужны живыми. Хотел бы это сделать, сделал бы втихую. А он специально провоцирует. — Пак сел на пол около дивана. — Ну пиздец. Нарвались на какого-то чурку и теперь должны сидеть здесь. Не хватает пива и чипсов. — цокнул языком Уён, ложась на пол, голову кладя на тонкие колени Пака. — Подождём до утра. — резюмировал Хва, а затем посмотрел на Хона. — Джун, ты говорил про документы. Они же с собой? Давай изучим пока есть время.       Хонджун отошел от Сана и Минги. Парни уселись возле одного кресла и упали головами друг к другу, как болванчики. Киму даже показалось, что он услышал стук их черепушек. Ёсан перелез через лежащего Уёна и залез на диван, подбирая под себя ноги и хватая с соседнего кресла плед. — Ёсан, подай мой рюкзак, — Ким сел возле Сонхва и повернулся в пол-оборота к Кану, который поднял тяжелую сумку и закряхтел, — спасибо. — У тебя там кирпичи? — Ёсан нахмурился и облегченно вздохнул, когда тяжесть исчезла из его рук. — Почти, — Хонджун открыл рюкзак, — я как знал, что мы тут застрянем.       Он достал бутылку воды, вишневый энергетик для себя и какие-то несколько пакетов конфет и снеков. Они и добавили веса рюкзаку, который и так был кожаный, а значит априори тяжелый. — Как щедро, — Минги отодвинулся от Сана и стащил упаковку мармелада, — наш спаситель.       Блондин раскрыл упаковку и протянул ее Сану, чтобы поделиться с ним.       Хонджун посмотрел на парней и усмехнулся себе под нос. Он открыл энергетик и сделал глоток, попутно доставая папку, в которой лежали все нужные документы. Ким удивленно уставился на толщину и приподнял брови. — Вот это стопочка, — Сан удивленно рассмотрел вещь ка руках друга, — много же твой отец копал. — Я не удивлен, — Хонджун отставил банку в сторону и снял петельку на папке, — тут школьное личное дело, отчеты криминалистов, данные от частных детективов, перепроверки первых криминалистов и ещё дохуя всего. — Он цокнул языком, — даже расшифровка допросов его друзей и… меня есть. — Твоего допроса? — Чхве медленно моргнул. — Ага, — Хонджун пожал плечами, — это было очень неприятно читать. — Ты все вычитывал? — Сонхва обеспокоенно взглянул на Хонджуна, беря документы в руки и начиная их аккуратно пролистывать. — Что ты обнаружил? Какие выводы сделал? — Выглядит жутко… — Уён повернулся в сторону груды макулатуры. — Сочувствую, что тебе пришлось всё это ворошить… — Да, читал и… некоторое несколько раз. — Хонджун снова взял банку энергетика и сделал глоток. — Так что давайте читать и обсуждать. Мне интересно, что думаете вы.       Он вздохнул и положил папку на свои колени в раскрытом виде. Документы лежали стопкой. Угрожающей и толстенной. Намекая на то, что читая это — он не спал. — Расскажи пока, что ты сам узнал. — Ёсан зевнул. Он смотрел не моргая на груду бумаги. Она его пугала и завлекала одновременно. — В личном деле, в первом и последнем отчете криминалистов — отличаются ножевые ранения, — Хонджун снова сделал глоток газированного напитка, который заставлял сердце биться ещё чаще, — не знаю, что это значит, но… в первом было сказано, что был нанесен удар только в живот, во втором грудь и бок, а в последнем… трапеция, живот и… икры ног, якобы его останавливал кто-то. — Извини за вопрос, но… — Минги сглотнул, — а ты что помнишь? — Из-за того, что я тогда был слишком эмоциональным и впечатлительным, да и… тут попробуй не впади в шок от тела своего старшего брата, — Ким прочистил горло, — мало, что помню. Но могу с уверенностью сказать, что у него точно была прошиблена голова, чего нигде не сказано, а ещё был ранен живот и шея… я помню, как пытался остановить кровотечение… — Так, давай об этом не будем, — Сан нахмурился, — тебя уже трясет. — Это важно, Сан, тут некуда деваться, — Хонджун сделал мелкий глоток и посмотрел на Уёна, который наблюдал за ним с колен Сонхва, — кто-то пытался что-то скрыть, но я не понимаю как ранения могут к этому относиться. — Что ещё? — Ёсан прикусил нижнюю губу и содрал сухую кожицу. Каждый чувствовал это напряжение. — Друзья говорили, что ничего не знают, но все как один упоминали о том, что Бомджун ходил какой-то запуганный и пугался каждого шороха, — Ким задумался, — из показания детектива помню, что он написал мол… слова одного из друзей не совпадали с действительностью и парень врал, что был на тренировке в то время, когда Бома убили, но тут может быть что угодно. — Ну да, может подружку завел и боялся рассказать, — Минги пожал плечами, — или из школы сбегал куда-то. Это частый случай, нам ли не знать. — Верно, поэтому я как-то не стал сильно вникать в это… — Хонджун сделал очередной глоток и причмокнул от вкуса вишни. Он задумчиво провел языком по нижней губе и продолжил, — Бомджун был очень скрытным, любил проводить время наедине с собой, как наш Ёсан, и я не удивлюсь, если он тоже знал о ходах и каких-то ещё вещах. — У тебя не осталось ничего из его? — Сан нахмурился. — Что именно? — Ким повернулся к другу. — Дневники? Записи какие-нибудь? Просто личные вещи? — Протараторил Чхве, попутно загибая пальцы. — Есть дневник, даже два вроде… но я их не открывал, могу поискать, — Хонджун пожал плечами, — может там что-то будет. Они где-то в моей комнате. — В них точно что-то есть, — Ёсан покачал головой, — я уверен. — Хорошо, — Хонджун вздохнул и покрутил кистью, аккуратно взбалтывав напиток в банке, — хм… также среди документов я нашел пару писем, но не понятно от кого они. Там Бом переписывался с кем-то, это был парень, вроде разговоры были дружескими и обычными, но… что-то меня в них смутило. Ким кивнул на папку лежащую на его коленях: — Они среди всей этой макулатуры. — Что смутило? — Сан поерзал на месте и улегся головой на грудь Минги, который облокотился шеей на кресло сзади. — Местами они говорили какими-то загадками, словно пытались скрыть что-то, если вдруг кто-то найдет эти письма, — Хонджун посмотрел вниз, пытаясь вспомнить сколько штук их было, — там примерно три от Бома и четыре ответных, я думаю Джун-ни не успел ответить на последнее. — Либо не стал? — Ёсан нахмурил брови и плотнее закутался в плед. Ему становилось холодно от рассказа Хонджуна. По телу бегали колючие мурашки. — Тоже возможно, но почему? — Ким сделал очередной глоток и затем провел по своим волосам рукой. Почему-то именно сейчас его раздражала челка. Волосы казались такими колючими и неприятными. Он снял черную резинку со своего запястья и сделал небольшой хвостик на макушке. — Что могло его смутить в письме «друга», чтобы он вдруг перестал ему отвечать? Потому что он точно его прочел — оно же было открыто. — Что если прочел не он? — Минги цокнул языком и молча попросил Уёна передать ему бутылку воды. Сохло в горле от происходящего. Пиздец как. Чон приподнялся с места и перекатил пластик в сторону друга, а потом плюхнулся назад. — Тоже возможно… не знаю, правда. — Хонджун прочистил горло. Голос звучал хрипло и инородно, хотя он пил жидкость и смачивал его почти ежесекундно — Хон. — Сан широко улыбнулся. — Да? — Ким выгнул и озадаченно посмотрел на Сана. — Я тобой горжусь, — улыбка не спадала с лица Чхве, — знаю, как это было трудно. Пересилить себя и открыть это всё. Встретиться с этим лицом к лицу… снова. — Спасибо. — Хонджун слабо улыбнулся и отвернулся, чтобы проглотить очередную порцию кофеина.       Было слегка неловко. Он очень сильно обнажал свою душу в этот момент. И если Сан знал обо всем не понаслышке и прожил те времена вместе с Хонджуном, то остальные… несмотря на то, что он потихоньку раскрывался и показывал им себя таким, какой он есть — было тяжко. Он выходил из своей зоны комфорта, буквально выкорчевывал себя оттуда. Но… это было даже приятно, по каким-либо неизвестным причинам. Этим людям хотелось доверять и рассказывать свои секреты, делиться с ними чем-то, что могло волновать.       Удивительно, как совершенно чужие люди могут сплотиться буквально за месяц и найти друг в друге что-то родное.       Сонхва все это время молчал, вслушиваясь в каждое сказанное слово, в каждый приведенный факт, в каждую названную детальку. Он нахмурил тонкие брови и свёл их к переносице, сосредоточенно глядя вникуда. Казалось, время остановилось для него. Оно полностью было посвящено осознанию того, что произошло в тот трагичный день для Хонджуна и для всей школы, ведь то дело было действительно громким. Об этом даже говорили в новостях. Сонхва помнил тот день. Тогда отменили уроки и по всей школе был объявлен день траура. Ведь умер сын влиятельного человека в Корее, как такое можно обойти и не придать огласке? При чем в одном из самых дорогих академий Сеула. Но как вышло так, что в школьном коридоре был убит учащийся? Ведь территория всегда находилась под охраной. Значило ли это, что убийца был учеником или даже преподавателем?       Пак дослушал Хонджуна и накрыл его ладонь своей, большим пальцем поглаживая грубую кожу на руках Кима. Это касание было совсем аккуратным, ощущалось так же невесомо, как перо. Он посмотрел в глаза Джуна, а затем, убрав руку и прочистив горло, вмешался в диалог: — Этот человек был кем-то из своих. — Сонхва взял в руки документы и начал их листать, отрывая страницу со снимками с места убийства. — Я смею даже предположить, что те, кто его запугивал, не были причастны к трагедии. Это сделал человек, от которого он точно не ожидал. Может даже все вместе работали сообща. И либо это кто-то из преподавателей, либо из учеников. — Почему ты так думаешь? — Уён приподнял голову и немного отполз назад, опираясь на локти. — Потому что, чтобы заехать на территорию академии, нужно иметь пропуск. И там всегда стоит охрана. Несмотря на то, что мы тогда уехали с Юнхо ночью с территории академии, нас все равно остановили и попросили пропуск. Либо есть какие-то тайные ходы. Но… — Сонхва задумался. — Давайте подумаем. Кто-то сторонний это точно не провернул был. Он бы просто выловил Бомджуна в городе, он же выезжал туда. А здесь мотив был сделать это именно в школе. Замешан ли в этом культ? Уверен, что да. Потому что у культа здесь все для каких-либо ритуалов.       Все замолчали. Напряжение росло с каждой секундой. Неужели это действительно правда — кто-то в академии являлся убийцей и до сих пор находится на территории? — Я не знаю. Может это нелогично. — Пак повел плечами. — Но мне кажется, что это 100% кто-то, кому он доверял. — Может это его таинственный друг из переписки? — Хонджун повел плечом и задумчиво посмотрел на гирлянды напротив. Следил за миганием огоньков и медленно моргал. — Самое хуевое, что неизвестно, кто он. Либо это кто-то ещё… нам нужны его дневники. — Для начала выбраться бы отсюда живыми, — Сан усмехнулся, — но да, если будет нужна помощь с поисками зови. Твоя комната, наверное, самая большая из всех в нашем корпусе… ты мог убрать дневники куда угодно. — Да, учитывая, что я хотел спрятать их, чтобы не видеть, — Хонджун закивал головой, — хорошо, что я тогда решился и вообще пробрался в его комнату, чтобы забрать что-то памятное. Теперь пригодится. — Ладно… давайте читать что-ли, — Ёсан поднялся с места и присел на корточки возле Хонджуна и Сонхва. Он взял папку в руки и перебрал бумаги, достал какой-то из документов и вернулся на свое место, — поспать бы конечно… завтра школьные экзамены начинаются. — Ёсан, похуй, — Минги дернул головой и посмотрел на друга, — нам бы ночь пережить и до корпуса добраться, а ты про экзамены говоришь. — Хватит нагнетать. — Сан пихнул Минги в плечо и сунул ему документ под названием: «Ключевые факты и найденные улики» — Молчу, молчу. — Как же курить хочется… Может этот чел не против будет, если я выйду покурить? — простонал Уён, зарываясь лицом в подушку. — Чон Уён, ты вообще когда-нибудь бываешь серьезным? — Сонхва устало усмехнулся, продолжая листать документы. — Эээ… Нет. — промычал в подушку Чон. — Может он на то и рассчитывает, чтоб я умер здесь от никотиновой ломки? — Уён. — Ну что? — Замолчи и не мешай читать. — Понял.       Уён ещё немного поёрзал на полу, а затем привстал и все же взял бумаги в свои руки. Он растянул губы в тонкую нить, от чего на его щеках появились небольшие ямочки. Как же не хотелось читать это. Не потому, что ему было страшно лезть в такие документы, а потому, что он ненавидел читать всей душой. Он был хорошим спортсменом и юрким искателем приключений на задницу, но не мог вот так сидеть и складывать пазл в голове. Минги говорил, что у него СДВГ, но Чон называл это своей «особенностью».       В комнате стало совсем тихо. Было слышно лишь то, как пальцы медленно перебирают шершавые страницы. Каждый был сосредоточен на своем документе. Один Уён не мог найти себе места. Крутился и вертелся, пытаясь найти позу, в которой будет удобно. 10 минут. 20. 30. Час. — Ты сейчас весь изведешься. — Сонхва бросил короткий взгляд на Чона, который не мог спокойно читать и как только уже не разлегся на полу. Оставалось только на потолок залезть. — Все нормально. — фыркнул Уён. — Как думаете, он ещё там? — Не смей проверять, — Хонджун метнул на Уёна взгляд, — мы уже договорились, что досидим здесь до утра. — Хочу в свою кровать, — простонал Минги и покрутил шеей. Все тело уже затекло, пиздец неудобно.       Он уже давно лежал на животе и опирался щекой на сгиб локтя. На его спине лежал Сан. Чхве вообще был в странной позе и не было ясно, как он еще не сломался. Хонджун повернулся в сторону и посмотрел на Ёсана, который читал и при этом клевал носом. Забавное зрелище. — Ёсан, если ты хочешь спать — спи. — Ким выдохнул и допил остатки напитка, а затем отставил банку в сторону. Он не читал с остальными, потому что протер это всё до дыр своими глазами. Хонджун то играл в телефон, то пытался зрительной памятью вспомнить куда в 14 лет мог запрятать дневники брата. — Нет смысла мучать себя. — Я в порядке, сейчас пройдет, — Кан помотал головой и перевернул листок документов. Он свел брови к переносице и поправил челку, которая лезла в глава, — просто надо перетерпеть. — Кто-нибудь уже что-то хочет сказать, может догадки или заметил что? — Минги неотрывно читал и грыз губы. — Я пока не дочитаю, не смогу сделать выводы. — Ёсан поправил плед на своих ногах и выдохнул. — У меня здесь… вообще ничего будто интересного и полезного, — Сан пожал плечами, — поэтому просто продолжу пока.       Сонхва поправил челку Ёсану, заправив её за ухо. Кан взглянул на старшего брата, тот лишь мягко улыбнулся ему. Затем Пак вновь вернулся к документам. — Интересное совпадение, но недавнее убийство и убийство Бомджуна произошло примерно в одно время лунного календаря. Когда луна была почти полной. — Сонхва озадаченно нахмурился. Он поёжился от холода, но продолжил сидеть на месте и просто читать. — Хоть убейте, я думаю, что его убил свой человек. А ещё мне 100% нужно сопоставить дело Бомджуна и ученика, которого недавно убили… Я уверен, что есть больше схожих деталей, которые могли обнаружиться при вскрытии. — Сонхва перелистнул страницу. — Чон Уён, сядь. — Да что? Я просто размяться. Иначе усну. Света нет, холодно и голодно. А текст ещё больше усыпляет. — канючил Чон. — Мармелад поешь, — Минги пихнул запакованную упаковку, — или шоколадный батончик. Почему один «mars»? — Это мой любимый батончик, поэтому, — Хонджун усмехнулся, — Уён, серьезно, сядь и поешь что-нибудь, уймись уже. Мельтешишь перед глазами.       Чон покосился на Хонджуна и с шумным вздохом, даже скорее драматическим, упал на колени, словно ему только что вынесли приговор. — Сколько драмы, — Сан закатил глаза и усмехнулся, — сладкий съешь сладкого и займись делом. — Дело убитого парня надо искать у директора, — Хонджун постучал себе по губам указательным пальцем, — уже список необходимого надо составлять такими темпами. Чтобы ничего не забыть. — Реально, — Минги перевернул страничку. Он беззаботно болтал ногами в воздухе и читал данные про улики по делу, так и не скажешь, что делает что-то важное. Словно веселый журнальчик рассматривает, — список покупок, только улучшенный.       Уён надул губы и шумно выдохнул через нос, строя из себя обиженного. Он взял батончик «mars», очень показательно открыл его и укусил, косясь на Сана, который только что назвал его «сладкий». Че, ахуел? Какой сладкий-то? Ладно, на самом деле, Уён чуть не умер от смущения, но говорить он об этом никому не будет. Даже Минги. А то ему уже страшно, что Сон и Чхве сближаются. Ещё секретами с ним делиться начнет, предатель. Хотелось треснуть двоим по башке. Даже если поводов особо не было.       Вот же Юнхо повезло, сидит там сейчас в своем городе с несколькими банками протеина и живет себе спокойно. Кстати о нем… — Сан, а Юнхо тебе ответил? — Уён посмотрел на Чхве, доедая батончик. — Ну… может и ответил, но у меня телефон сел, — Сан пожал плечами и посмотрел на Хонджуна, — может он тебе писал?       Ким повел плечом и открыл чаты в телефоне. Там было много сообщений от разных людей, но ни одного от Юнхо. Как странно. Где он вообще? — Не-а, ничего нет. — Хонджун надул губы. — И где этот упыреныш? — Минги задрал голову от документов и посмотрел по сторонам. — Может… Занят? Он же там вам за протеином носится. — предположим Уён, пожимая плечами. — В 11 часов? Вряд ли. — Сонхва вскинул бровь. — Может, уснул. Думаю, он нам позвонит, как увидит сообщение Сана. — Ладно, дай Бог ему здоровья. — хмыкнул Уён, ложась обратно на колени Сонхва и беря в руки документы, которые ему предстояло дочитать в ближайшее время. — Я дочитал все. — Сонхва отложил бумаги в сторону, смотря на Хонджуна. — Ничего больше не нашел. Надо к отцу в кабинет пробираться. — Пак прикусил нижнюю губу, задумываясь. В голове зрел план, о котором он вряд ли сообщит кому-либо. — В кабинет директора? — Минги подавился воздухом. — Блять. Пиздец. До чего докатились. Он переглянулся с Уёном. — На войне все средства хороши, — Сан поерзал на спине Минги и зевнул, а затем скатился вниз и оперся на его бок шеей. Парень закрыл глаза и вздохнул, — я спать. — Э, хоть дай лягу поудобнее, а то отлежишь мне спину и я потом не встану, — Минги недовольно закряхтел и сел, опираясь на кресло. Сан тут же улегся ему на колени и зевнул, прикрывая рот рукой, — тактильный ты наш, спи. — Отвали. — Сам отвали. — Мальчики, заткнитесь, — пробурчал Ёсан и перелистнул страницу, — мешаете. — Вот ты бука, — Минги показал другу язык, — может нам вообще стоит отвлечься от этого всего? Пообщаться? Поспать? Не знаю… как-то очень напряженно сидим. — Ложитесь и отдыхайте, никто не против. — Хонджун зевнул и зашел в игру на телефоне. — И ты. — пробурчал Сан. — Не, не хочу, — Ким поднял глаза на друга, который лежал с закрытыми глазами, — блять и куда я мог их деть… — Ты играешь в игру и думаешь о вещах брата? — Минги усмехнулся и отложил документы. Почти дочитал. Нужен перерыв, а то уже глаза на лоб лезли. — Да, это мне помогает сосредоточиться. — Хонджун пожал плечами и ругнулся себе под нос когда снова проиграл, и закончились жизни. Он отложил телефон на пол рядом с собой и запрокинул назад голову, упирая взгляд в потолок. — Давайте во что-нибудь поиграем? — зевнул Уён, прикрывая глаза. — Давай. Например, в молчанку. — Сонхва усмехнулся, пытаясь поудобнее устроиться. — Ну эй! — Ты проиграл. — Хва пожал плечами, продолжая улыбаться. — Минги, давай в камень-ножницы-бумага на желание. — Уён хитро прищурился и взглянул на друга. — О боже… — Сонхва вздохнул, прикрывая глаза. — Уён, с тобой на желания играть — гиблое дело, — Минги закатил глаза, — проходили и не раз.       Чон недовольно надул губы и сложил руки на груди. И почему все такие серьезные? Парень пошевелил губами в стороны и вздохнул. Посмотрел от скуки на Сана, потом на Ёсана. Че за спящее царство? — Они спят и ты спи, — Хонджун кивнул на Сана и Ёсана. Он протянул руку к Кану и забрал у того из-под руки документы, чтобы они не мешались, — поиграем в следующий раз. Выберешь игру, только нормальную.       Ким исподлобья посмотрел на Уёна и прищурил глаза. — Зануды занудские. Ну и идите в жопу. Особенно ты, Ким Хонджун. — Уён отвернулся от всех и закрыл глаза. Все еще лежал на коленях Сонхва. — Вот и славно. — Сонхва тихо рассмеялся, усаживаясь поудобнее, чтоб Чон не давил так больно ему на ноги. — Хонджун, поспи тоже. Тебе тем более стоит поспать. — Пак нахмурился. — И не спорь. Надо выключить гирлянду, думаю. — Но я не хочу… — Хонджун посмотрел на Сонхва и отвернулся. Он с протяжным вздохом поднялся на ноги и подошел к розетке. Выдернул гирлянду и помещение провалилось в полумрак. Лишь фонарики освещали все вокруг. Но и их тратить сильно не стоило. Если телефоны сядут раньше времени, что им делать? — Хон, а ты в какую игрушку играешь? — Послышался уставший голос Минги. — Не знаю, мне что-то скачал племянник и сказал — интересно, попробуй, — Ким усмехнулся, — и я подсел. — Господи. — Сон тихо посмеялся и зевнул. — Это заземляет, — Хонджун прошел к дивану и завалился на пол, облокачиваясь снова затылком на диван, — там как раз жизни должны были восстановиться.       Ким не глядя взял телефон с пола и затем опустил подбородок, чтобы заглянуть в экран. — Минги, ты тоже спи. — Сонхва казалось сейчас уже начнет ворчать на каждого. — А ты че сам не спишь? — подал голос Уён, но его рот быстренько закинули рукой. — Эээ!!!! — мычал парень. — Может стоит проверить, там ли этот человек или нет? — Сонхва аккуратно пихнул Кима в ногу. — Мне тревожно. Не думаю, что он там стоит, но… Хонджун отвлекся от телефона посреди уровня и посмотрел на Пака: — Я думал об этом… вдруг он ушел, но ждёт где-нибудь в тени? Хотя… там очень холодно, чтобы стоять и выжидать. — Может тогда и ушел? И мы можем пойти по комнатам? — Минги все не унимался. — Я посмотрю, сидите. — Хонджун вытянул руку в сторону Сонхва, чтобы тот остался на месте. Пак порывался тоже встать и посмотреть, но смысл? — Нет логики в том, чтобы делать это целой толпой. — Давай уже выгляни. — блондин прикусил нижнюю губу и прищурился, наблюдая за тем, как Ким медленно подкрался к окну и присел вниз. Он аккуратно приподнял штору и выглянул в маленькую щель. Было темно, а значит, что не будет видно приоткрытых штор. Да и у них был выключен весь свет. — Ну… — Хонджун цокнул языком. — Что там? — прошептал Минги и вытянул шею, словно смог бы так что-то увидеть. — Никого, но… — Не тяни, блять. — Череп то ли козы, то ли кого лежит, — Хонджун закрыл штору и развернулся, — что за поеботина? — И что будем делать? — Минги захлопал глазами. Он очень надеялся, что они пойдут домой. — Сидеть здесь до утра, Сон Минги, — шикнул Сонхва на блондина, который ерзал на месте, словно готов был кинуться в любую сторону, лишь бы занять себя. Его желание ввязаться в неприятности было настолько очевидным, что Хва едва сдерживал раздражение. — Сколько раз повторять? Сегодня ночуем здесь. Хочешь умереть?       Уён, до этого облокотившийся на колени Пака, шумно вздохнул и поднялся, освобождая место. Сонхва с облегчением поднялся с пола, отряхнул штаны и, бросив короткий взгляд на остальных, неспешно направился к Хонджуну. Его шаги были тихими, но уверенными, как у охотника, подкрадывающегося к цели. — Дай мне тоже посмотреть. И не спорь. — Он наклонился чуть ближе к Киму, прищурив глаза так, что взгляд его стал почти испытующим. Шагнув вперед, он уверенно потянул штору, открывая то, что Хон до сих пор пытался прикрыть.       Череп козла, темнота и лес. Вот, что он увидел перед глазами. Такой пейзаж пугал и наводил жуть, но, признаться честно, Сонхва больше интересовался, чем пугался. И зачем этот человек пытается их напугать? Почему просто не расправится с ними? Зачем предупреждает? — Мда, — пробормотал Сонхва, разглядывая то, что открылось перед ним. — И что он пытается этим сказать? — Может он просто озабоченный? — Минги цокнул языком и развел руками, а потом состроил виноватое лицо, когда Сан заерзал у него на ногах и начал ворчать сквозь сон.       Хонджун посмотрел на Сонхва, который смотрел в окно, а потом повернулся к Минги. — Ну а что? Какой нормальный человек оставит под окном череп козла? — Сон кивнул своим же словам. — Это да… но ты же понимаешь, что в этом свой смысл? — Хонджун оперся плечом на стену возле окна и мельком взглянул на Пака, который пытался что-то разглядеть в темноте. — Это культ, блять. — Я ебал эти культы. — Что ты там высматриваешь? — Хонджун сложил руки на груди и нагнулся вперёд, чтобы тоже посмотреть, что там. Ведь вроде бы он уже все видел до этого… Он оперся подбородком на плечо Сонхва и прищурился. — Ничего нового. Ты просто так в окно смотришь? Делать больше нечего?       Ким отодвинулся и снова оперся на стену возле окна. Ему было безумно интересно, что за хуйня происходит, но ещё интереснее было то, что Сонхва так разглядывал улицу, словно он там слона зимой увидел и диву давится.       Сонхва медленно и угрожающе повернулся на Кима, зло прищурив глаза. Хон аж чуть воздухом не подавился. — Ты у нас самый умный? Да? — прошептал Пак, чуть наклонившись к Джуну. — Я думаю просто, поэтому так смотрю долго. Пытаюсь понять, что он нам сказать пытается. Хочу выйти на улицу. Я вижу там какую-то надпись. — Сонхва вновь посмотрел в окно, отодвигая штору чуть сильнее. — Нет. Абсолютно нет, — Хонджун нахмурился, — было сказано не выходить, значит ждем до утра. Здесь никто не ходит и твоя надпись, как и череп — никуда не денутся. — Ким цокнул языком, — Ты не исключение из правил. Что если это приманка? — Может быть… — Минги задумчиво промычал себе под нос.       Сонхва недовольно посмотрел на Хонджуна и Минги, а потом снова в окно. — Смотри отсюда, но на улицу нет и не смей говорить обратное, — Хонджун пепелил взглядом профиль Сонхва, не отводя глаз, — Буду следить значит за тобой всю ночь, чтобы не дай бог не съебался. — Спать ложись. — тихо проворчал себе под нос Сонхва. — Тебе отдохнуть надо. Не пойду я никуда. Не надо за мной следить. — Пак развернулся к Хонджуну лицом, смотря ему прямо в глаза, даже с неким вызовом. — Мне просто интересно, к чему это всё ведется. Ты же понимаешь, что нам теперь придется постоянно вот так прятаться и следить за каждым своим шагом? — Вы там ещё долго ругаться будете? — в полусне простонал Уён, закрывая уши подушкой, на которой он лежал. — Тогда не надо говорить, что хочется туда сходить и я не буду делать выводов. — Хонджун закатил глаза и отошел от стены. Он прошел к дивану и нервно плюхнулся на пол, подбирая подушку с дальней части дивана и кладя её себе под голову. Ким устроился поудобнее и снова достал телефон. Молча открыл игру и продолжил рубиться. — Блять, вы как женатики ругаетесь, — сонно простонал Минги, — завалитесь уже и спите. — Мне всё равно туда хочется, — пробормотал Сонхва, закрывая шторы резким движением и подходя к дивану. Он тяжело вздохнул, чувствуя себя так, словно только что получил выговор. В груди вспыхнуло раздражение, и на секунду ему захотелось развернуться, показать Хонджуну язык и выйти из комнаты просто из принципа. Но он не был таким глупым. Да и жить хотелось. — И спать мне теперь вообще не хочется, — добавил он, устраиваясь на краю дивана, но так и не найдя себе удобного места.       Пак, сидевший рядом с Хонджуном, неспешно потянулся к пледу, который лежал на соседнем кресле. Молча, с привычной заботой, он накрыл им их ноги, чтобы хоть немного согреться. Температура в комнате продолжала стремительно падать, и с каждым выдохом в воздухе появлялся легкий пар. Дрожь пробегала по телу, не только от холода, но и от мысли о том, что происходило снаружи.       Сонхва прикрыл глаза, стараясь успокоиться, но сон даже не думал приходить. Внутри него бушевал ураган из тревоги, раздражения и страха. Всё это накатывало волнами, не давая сосредоточиться ни на одной мысли. Ему хотелось встать, начать ходить по комнате, сделать хоть что-то, чтобы отвлечься. Но он оставался на месте, чувствуя, как все эти эмоции буквально сжимают его изнутри.       В голове снова всплыла мысль о том, что за ними действительно кто-то следит. Не просто кто-то, а маньяк. Это слово заставляло сердце ускорять темп. Он открыл глаза и посмотрел на остальных. Они были детьми, такими же, как он. Как они вообще оказались втянуты в это? А что если утром не станет легче, а станет только хуже? А что если каждый из них действительно в опасности? Он так привык к каждому, что уже не представлял своей жизни без них. Да, это было тяжело признавать, но они стали ему дороги. Непоседливый Уён, смешной Минги, любимый брат Ёсан, умный и такой загадочный Юнхо, комфортный Сан и… Хонджун? Как описать точно его в своей жизни Хва не знал. Но внутри что-то переворачивалось слегка. Но рядом с ним было спокойнее. На странность. — Не спится мне… — тихо прошептал Сонхва, заглядывая Киму с телефон и наблюдая, как тот играет в игру. — Зависимый. — Ты просто не понимаешь, — Ким цокнул языком. Он отвлекся, когда Сонхва заглянул к нему в телефон и поэтому проиграл, — черт, это была последняя жизнь. Теперь ждать несколько часов…       Парень вышел из игры и зашел в чаты, чтобы проверить не написал ли ему Юнхо. Нет. Странно. На часах уже час ночи, а от него ни слова. — Не думаешь, что это странно, — Хонджун нажал на иконку друга, чтобы посмотреть когда тот последний раз был в сети, — его нет с… восьми часов. — Я надеюсь, что с ним ничего не случилось… — Сонхва обеспокоенно взглянул на Хонджуна. — Вдруг эти люди навредили Юнхо? Может нам стоит ему позвонить? Неважно, если разбудим. Или дождемся до завтра?       Неожиданно телефон Сонхва провибрировал. Пак озадаченно вскинул брови, посмотрел в сторону телефона, а затем на Хонджуна. Брюнет взял телефон и разблокировал экран, чтоб посмотреть, что это за уведомление.       Сообщение от неизвестного номера гласило: «Думаете, вы друзья?». — Что там? — Хонджун подвинулся и вытянул нос, чтобы заглянуть в телефон Сонхва. — Это что за шутки?       Ким поднял глаза и удивленно уставился на Сонхва. Они удивленно смотрели друг на друга и медленно моргали. Что за хуйня? Это пранк? — Я не знаю, что это и кто это… — Сонхва заблокировал телефон и убрал в карман. — И это уже не первый раз, Хон, ты же помнишь? Уёну и Минги подбрасывали похожую записку. Нас пытаются настроить против друг друга. Но кому и зачем это нужно? Я ничего не понимаю, Джун… У меня уже голова кипит от мыслей. Бомджун, документы, этот человек в черном, сообщение. Все слишком подозрительное. И везде так много знаков. Неужели то убийство школьника было приманкой? Или мы случайно заработали проблем? И почему нас просто не убьют, зачем пугают? Кто пытается нас предупредить о чем-то? — Сонхва замялся, сжимаясь. — Так много вопросов крутится в голове. — Зачем кому-то это делать вообще… — Хонджун вздохнул и сжал губы, — но я думаю, что все не просто так и мы должны были сейчас оказаться здесь. — Ким прикусил губу, — отдохни, перестань думать и просто отключись ненадолго, понимаю, что сложно… но надо. Я обещаю мы все решим и потом будем вспоминать это как страшный сон с нотками черного юмора, потому что у нас, что не день, то новое цирковое представление.       Хонджун задумался. И в чем Сонхва не прав? Каждый из его вопросов поднимал абсолютно все важные и насущные темы. Кто был тайным отправителем и почему? Был ли это один и тот же человек, что и с ситуацией Ёсана и Минги с Уёном? Как это связано с Бомджуном и кто был его тайный друг? Блять. Он говорил Паку отключиться, но сам не мог перестать думать. Вот бы закурить сейчас. Хонджун знал, что как только улица будет в его власти… на одной штуке он не остановится. Слишком много нервов и у него уже закипало внутри. Он чувствовал, как трясутся руки и не от ломки, которая бывала у зависимых от никотина, а от усталости и нервов.       Ким посмотрел на Сонхва и перевёл задумчивый взгляд на темный экран своего телефона. Обвел взглядом всю комнату и прикусил губу. И когда жизнь пошла по пизде? Никогда бы не поверил, что она за месяц может сделать настолько крутой поворот.       Сонхва аккуратно опустил голову на плечо Хонджуна. Ему не спалось. Вообще. Хотелось просто курить и всё. И домой. — Мы найдем ответы на все вопросы. — шептал Пак. — И узнаем, почему твой брат умер. И кто в этом виноват. Обещаю. Может тогда ты перестанешь так много нервничать и переживать. А то я прям чувствую твое напряжение в теле. Сейчас бы покурить на морозном воздухе и всё… Честно, я готов сейчас всю пачку выкурить… — О, прямо всю? Ай, как плохо для здоровья. Но я бы тоже не отказался… — Хонджун усмехнулся и дернул носом в сторону Сонхва, чтобы взглянуть на него, но потом отвернулся и снова посмотрел прямо. — Я тоже верю. Мы все узнаем. Жизни Ёсана и остальных больше не будет ничего угрожать и… Бомджун сможет наконец спать спокойно.       И он тоже.       Ким вздохнул и оперся щекой на голову Сонхва, которая покоилась на его плече. Он медленно моргнул. Внутри что-то кололо. Это было странно и непонятное для него чувство. Никак не мог его описать. Но резко стало спокойно. Очень. И курить, сука, хотелось просто безумно.       Порой, когда Хонджун стоял на балконе в своей квартире, то вспоминал о том дне, когда они впервые вместе курили с Сонхва. И на душе сразу становилось легче. Из раза в раз вспоминал об этом и ему больше не было нервно и одиноко, когда он выкуривал по пачке за вечер из-за очередного нервного срыва. Понимал, что это неправильно и от этого надо избавляться. Но видит Бог, что он слишком долго себе все запрещал, запирал себя в клетке и смотрел сквозь тонкие прутья на все вокруг, боясь вырваться из собственных мыслей, загонов и привычек. — Впервые захотелось спать ночью… — Хонджун сонно усмехнулся. — Давно такого не было, даже страшно. — Поспи, Джун-и. Тебе это нужно, — Сонхва говорил тихо, чтобы не разбудить остальных. Его голос звучал мягко, почти убаюкивающе. Он немного поёрзал, устраиваясь поудобнее, и указал на свои колени. — Ты можешь лечь ко мне на колени, если тебе так будет спокойнее. Уён всё равно на полу.       Пак бросил взгляд на Чона, который мирно дремал, прикрыв голову подушкой. Казалось, его ничего не могло потревожить. Сонхва улыбнулся, едва заметно. — Какие они хорошие, когда все спят. Даже милые. Особенно Минги. Посмотри, как смешно он устроился. Спит вверх ногами, будто так и должно быть.       Хонджун не мог не улыбнуться в ответ. Действительно, было что-то до боли трогательное в этой картине. Все они, такие разные, такие шумные и иногда невыносимые, сейчас были похожи на безмятежных детей. Даже в этом чужом, слегка тревожном месте.       Тишина обволакивала комнату, лишь дыхание друзей нарушало её. Сонхва чувствовал, как напряжение постепенно отпускает. Может, это и есть та самая сила дружбы? Когда ты засыпаешь не потому, что безопасно, а потому, что знаешь — эти люди не дадут тебе пропасть. Даже если за окном что-то происходит. Даже если мир чуть-чуть рушится.       Пак отодвинулся от Хонджуна и указал на свои ноги, смотря на него внимательно и ожидая, примет ли он его предложение.       Ким задумчиво посмотрел на Сонхва и потом на его колени, а потом снова на него. Это было странно. Будто бы. Но эта забота располагала к себе. Ему этого не хватало. Хонджун вздохнул и слабо кивнул. Он аккуратно лег на колени Хва и прикрыл глаза. — Я ненадолго, полежу и встану, — он подложил руку под щеку и промычал себе под нос, — чтобы тебе неудобно тоже не было.       Такого не было давно. Обычно он избегал людей. Только Сан да Юнхо водились с его характером и находили подход к нелюдимому Хонджуну. Как-то с ним пыталась заговорить девушка, ещё в старшей школе, так он осмотрел её с ног до головы и она расплакалась, сказав, что он смотрит на неё с презрением. А что он мог сделать? У него лицо такое. И характер. Изучать человека, прежде чем довериться ему.       Всегда искал подвох. Даже сейчас, чувствуя мир и спокойствие, уверенность в том, что люди вокруг на его стороне — внутри скреблось тихое чувство, которое говорило ему о том, что и их, жизнь может отобрать у него. Может поэтому он боялся сближаться с другими? Тогда он был горд собой. Потому что все менялось. Который раз он уже об этом говорит?       В кончиках пальцев кололо от… может предвкушения чего-то хорошего и теплого? Но откуда этому вообще взяться, если они проживали не самое приятное время. Буквально боролись за выживание и разгадывали загадки, которые могли стоить им нескольких, в то и всех, лет жизни. Что тогда значит это чувство? — Тебе необязательно вставать через время. Просто спи и отдыхай. Все. — строго, но одновременно мягко проговорил Сонхва, слегка касаясь волос Хонджуна. — Все будет хорошо. Ты можешь расслабиться сейчас. — Пак ещё раз обвел глазами спящие фигуры, а затем прикрыл глаза, погружаясь в собственный мир.       Прежде чем уснуть, он много думал. Как и обычно. Внутри было одновременно хорошо и тревожно. Хорошо от того, что сейчас на его коленях мирно спит Хонджун, который всегда отказывал себе в простом отдыхе, рядом сопит непоседливый Уён, чуть поодаль — Минги и Сан практически в обнимку, а сзади, на диване, спит его любимый младший брат. Пак прислушался к чужому дыханию. Лишь оно нарушало тишину. И собственное сердцебиение. Так странно было находиться среди этих людей. Он ведь давно не заводил друзей, а тут целая свора. И каждый такой уникальный и невероятный. Как бы всех их сберечь? Как укрыть от всех бед?       Почувствовав, что Хонджун окончательно расслабился и уснул, Сонхва тоже медленно, но верно стал погружаться в сон, позволяя себе наконец-то отдохнуть и ни о чем больше не думать. Не сейчас.