Who is the killer?

Что может быть хуже ситуации, когда ты возвращаешься домой после допроса, на котором ты должен был давать показания против собственного отца? Ответ: возвращаться домой после допроса, на котором ты должен был давать показания против собственного отца и быть Чон Юнхо, попавшим под дождь на мотоцикле. Да, это было ужасно. И Чон, наверное, больше пребывал в расстроенных чувствах от полностью промокшей одежды, чем от очередного осознания, что его отец дебил коего поискать надо. Он зашел на свой этаж и увидел около двери своей комнаты Минги, который принёс ему по его просьбе еду. Юнхо возвращался за полночь и не успел ничего съесть. Да и компания Сона действительно могла сделать этот день лучше. Кстати о нем. В жизни Юнхо было ещё что удивительное — чувства к этому самому блондину, которые проснулись ещё около месяца назад. Но Чон не был конченным, поэтому решил не втягивать в свою ужасную жизнь ни в чем не виноватого Минги. И слава Богу. Иначе… Только представьте, во что это бы вылилось. Знакомство с родителями вышло бы не очень и их роман сразу же был бы обречен. Но не об этом уже. Юнхо подошел ближе к Минги, пытаясь натянуть улыбку. Но как только он увидел лицо Сона, едва сдерживающего себя от смеха, ему и самому стало смешно с себя и своего положения. — И что ты? — Юнхо хотел нахмуриться, но у него никак не получалось. — Смешно тебе. Сейчас отогревать меня будешь, понял? — Ты похож на мокрую собаку, — Минги постарался сдержать смех вновь. Он поправил тубус на плече и перехватил пакет с едой, которую он принёс для Юнхо, — а, вот, надо на машине ездить, а не крутого из себя строить. И для кого вообще созданы прогнозы погоды? Блондин выгнул бровь и ещё раз осмотрел Юнхо с ног до головы. Удивительно, как ему удавалось оставаться настолько привлекательным даже когда он промок до нитки. Что за болезнь эта такая и почему Минги не мог отвести глаз? Сон через силу заставил себя посмотреть в сторону и сжал губы в тонкую линию, прежде чем снова заговорить. — Тебе повезло, что я сидел в студии до ночи и очень расположен к твоей персоне, чтобы сейчас стоять здесь, — Минги играючи закатил глаза и снова посмотрел на Юнхо, — ну, как дела? Как прошло? Ты в порядке? — Ох, ну уж спасибо, Сон Минги. — Юнхо поклонился в реверансе. — Давай зайдем ко мне, я в душ схожу и мы поговорим, окей? Потому что с мокрой псиной разговаривать не очень приятно. Минги усмехнулся и коротко кивнул. Ещё бы. У него и не было выбора, кроме как послушаться парня. Они спешно зашли в комнату Юнхо. Внутри было идеально чисто. Светлые тона, заправленная постель, аккуратные стопки книг на рабочем столе. Пахло деревом и хвоей. Как интересно было наблюдать за тем, насколько разные комнаты у всех парней. Чон включил приглушенный свет и кивнул Минги в сторону кровати. Что? Так сразу что ли? После того, как Сон расположился на кровати, Юнхо ушел в душ. Минги ещё раз прошелся глазами по интерьеру в комнате, замечая множество мелких деталей. Оказывается, Юнхо тоже иногда рисовал для себя. А ещё он очень любил читать. И у него была коллекция маленьких фигурок человека паука на полочке около кровати. Дома у Чона было очень уютно и тепло. И сразу хотелось спать. Настолько комфортной была обстановка. Через двадцать минут Юнхо вышел из душа, переодевшись в домашние серые штаны и черную майку, он аккуратно проходился полотенцем по своим темным волосам. Такой уютный и милый. Чон сел на кровать рядом с Минги, продолжая вытирать волосы. — Второе пришествие Христа. Я будто бы заново родился. — Юнхо усмехнулся. На его плечах по-прежнему оставались небольшие капельки воды, которые красиво играли в теплом и тусклом свете. — Как же я заебался, ты бы знал. — простонал Чон, укладываясь мокрой головой на ноги Минги. — Теперь моя очередь стать мокрой псиной? — Минги усмехнулся, но отодвигать Юнхо не стал. Он отклонился назад, опираясь на ладони за своей спиной. — Ты бы поел, а потом уже спал. Весь день наверное на голодный желудок ходил. Блондин посмотрел на макушку Юнхо. На то, как медленно поднимались и опускались его плечи. Парень о чем-то думал и не шевелился, но Минги мог поклясться, что слышал, как шестеренки крутятся в голове Чона. Он пережил очень тяжелое потрясение. Переживал его всю свою жизнь из-за свихнувшегося отца. И как Юнхо удалось остаться таким… хорошим и милым? Наверное, в этом была и заслуга тех, кто оберегал его: старших детей в культе, неравнодушных к маленькому Юнхо; Сана и Хонджуна, которые того не подозревая, всегда были рядом с Чоном и спасали его от тяжелых потрясений. Минги восхищался Юнхо. Его силой и упорством, отверженностью, смелостью, где-то жертвенностью. Сон протяжно вздохнул и оторвал взгляд от Юнхо, задирая подбородок к потолку. Просто ли это восхищение? Он бы соврал, если бы сказал, что его не тянет к Чону. Нет. Он ему нравился. Однозначно. И когда это началось? Наверное, Минги впервые почувствовал как что-то меняется в тот день, когда они откровенничали с видом на Сеул. Тогда, Юнхо ему показался особенно открытым, таким, каким он его ещё не видел до этого. Но было ли это взаимно? Или же со стороны Юнхо была лишь дружба и желание, чтобы кто-то был рядом в тяжелые моменты? Эти вопросы мучали блондина, но он каждый раз стряхивал их, как пыль с полки, которая навязчивым образом появлялась там из раза в раз. — О чем думаешь? — тишину нарушил сонный голос Юнхо. Чон взглянул на Минги. Тот сидел и продолжал смотреть в потолок. Есть перехотелось. Зато захотелось поцеловать Сона. Но пока что — пока что — он этого не сделает. — Эй, ну обрати на меня свое внимание. Минги медленно опустил голову и выгнул бровь: — Думаю… с какой руки тебя уебать за то, что голодаешь. Выбирай: с левой или с правой? Он широко улыбнулся и покачал головой, а затем тихо вздохнул. Блондин отвел взгляд, но затем вновь посмотрел в глаза Юнхо. — Да так, обо всем и сразу… и ни о чем одновременно. — Да я что-то перехотел есть. — Юнхо провел рукой по мокрым волосам, не отрывая взгляд от Минги. — Хорошо, что ты пришел. Спасибо. А то я с ума бы сошёл. Еда была предлогом, если ты не понял. Я, если честно, немного перекусил. — Ах даже так? — Минги сделал обиженный вид. — То есть я, вышел раньше, оставил работу, свернув её в ту поеботу, что стоит в углу возле того стола, именуемую — тубусом, пошёл, купил тебе еды, пришел, а ты перекусил? — Блондин цокнул языком. — Это предательство, Чон Юнхо. Сон закатил глаза и снова посмотрел в потолок, переводя дух. Сердце забилось сильнее от слов Юнхо и ему нужно было мгновение, чтобы снова собраться с мыслями и посмотреть на него. Минги опустил подбородок и с вызовом выгнул бровь. — Так нравится моя компания, что пошёл на такие меры предлогов? Я польщен. — Минги расплылся в улыбке. — Вы посмотрите на него, этот павлин сейчас распустит свой хвост. — Юнхо мягко рассмеялся и закатил глаза. — Да, мне нравится твоя компания, Минги. Очень нравится. «И ты мне нравишься» Сердце пропустило кульбит. Что же это такое? Юнхо покраснел от своих мыслей и отвел взгляд. И почему он так теряется с ним? Никогда такого не было. А тут все чувства обострились. Боже, он сейчас просто спалится с поличным. — И мне твоя. — Минги отвернулся и посмотрел на стену, пробегаясь глазами по аккуратно расставленным книжкам на полке. Не заметил, как начал вычитывать название каждой и приметил ещё один атрибут Человека Паука: набор комиксов, несколько томов. Таких ярких и пестрых, как сам Юнхо. Блондин облизал губы и впился в нижнюю зубами, грызя ее. Тишина не была некомфортной, но она заставляла много думать. И почему они не болтали как обычно? Что поменялось? Минги скользнул взглядом дальше подмечая остальные мельчайшие детали комнаты Юнхо. Как же сильно он отличался от него самого. Сон не был настолько чистоплотным. В его части комнаты всегда царил творческий беспорядок, отличный от вакханалии Уёна, но тем не менее. Даже рисунки беспорядочно висели на стенах и многие отклеивались, но он не трогал их, говоря, что он художник и так видит. Минги на мгновение прикрыл глаза и прислушался к своему дыханию, к биению сердца. Оно ускорялось, как мотор самолета, и он ничего не мог с ним поделать. Волновался? Да. Но почему? Черт. Минги тихо усмехнулся и открыл глаза, впиваясь взглядом в все те же комиксы. Даже стало интересно почитать их. Настолько сильно он пытался себя отвлечь. — Не верю, что все это закончено. — тихо произнес Юнхо. — Просто не верю. Как-будто бы все, что произошло вчера, не было реальностью. Пиздец… Я представляю, как вы злились на меня. И были правы. Когда я увидел Хонджуна, думал, он меня убьет. Боялся, что и ты тоже… — Юнхо примкнул взгляд к Минги. — Мы были очень злы, Хонджун… он считает тебя членом своей семьи и поэтому, думаю, его страх был больше чем злость, — Минги повел плечом, все ещё смотря в сторону, — но в глубине души, мы все знали, что ты такая же жертва обстоятельств, как и все мы. Знаешь… ведь мы давно заподозрили, что происходит что-то. Ты не особо хорошо умеешь скрывать свои переживания, как бы не пытался. Блондин наконец повернул голову к Юнхо и заметил, как тот смотрит на него. — Я тоже злился, потому что в моменте подумал… что вся твоя искренность была ложью. Это было странное и липкое чувство, от которого я не мог избавиться, — Сон дернулся и цокнул языком, отгоняя призрака прошлого прочь, — но опять же… как бы я не старался ненавидеть тебя, у меня не получалось. Словно чувствовал внутри, что все гораздо глубже, чем кажется. И я рад, что это так. Минги снова отвел взгляд, но уже в другую сторону и посмотрел на прикроватную тумбочку, а затем на фигурки Человека-Паука. По лицу пробежала тень улыбки. Облегчение. — Ещё ты пропал на целую неделю, как и Хонджун… — Минги нахмурился. — Потому, когда увидел тебя там, среди этих людей, когда мы пошли на твои поиски… ты выглядел беспомощным, потерянным, но одновременно радостным что ли? Наверное, это было потому что ты понял, что несмотря ни на что твои друзья не отвернутся от тебя. И был бы прав. Потому что это так. Юнхо, никогда не сомневайся в том, что у тебя нет никого, кто бы смог выслушать тебя, поддержать и просто побыть рядом. Знаешь же? Взгляд вновь притянулся к Юнхо, продолжавшему изучать его. Минги натянуто улыбнулся и отвел взгляд. Разоткровенничался так, что даже стало неловко и он снова отвернулся, чтобы рассмотреть фигурки. — И что это за любовь к Человеку-Пауку? — А что ты тему переводишь, а? — Юнхо хитро улыбнулся. — Человек-паук — это герой моего детства. Просто персонаж, с которым мне нравится себя ассоциировать. — Чон раскрылся в довольной улыбке. — Часть моей души. Я вообще все странное люблю. Поэтому я с тобой общаюсь, Сон Минги. И ещё… — Юнхо потупил взгляд в стену. — Может у меня сегодня останешься? Типо… Я просто хочу побыть с тобой сейчас. Не хочу быть один. А именно с тобой после всего этого хочу побыть. Если ты не против. — Все странное значит? Я видимо хорошо для коллекции гожусь, — Минги усмехнулся и посмотрел на Юнхо, — хорошо, я останусь, раз ты просишь. Я не против. Блондин вздохнул и снова посмотрел на игрушки Юнхо. Персонаж, с которым он любит себя ассоциировать. Странное он любит… Было ли заложено что-то большее в этих словах? У Минги кровь забилась в ушах от эмоций, но он сглотнул и наваждение исчезло. Как всегда. — Ты будешь самым главным экземпляром в моей любимой странной коллекции. — Юнхо улыбнулся, наблюдая за каждым движением Минги. Интересно, он когда-нибудь догадается? Почему-то Чону принципиально не хотелось делать признание в чувствах банальным и стандартным. Да и смотреть на то, как хмурится Минги, было намного веселее. — Хорошо, я останусь, раз ты просишь. — парировал Юнхо. — Вот уж вынуждаю, да? — Да, ещё как вынуждаешь, я вообще в заложниках, — Минги покосился на Юнхо, — мне стоит бояться, я все ещё помню, что ты обещал убить меня. Вдруг в этих фигурках заключены души твоих прошлых жертв? Блондин тихо посмеялся от лица, которое состроил Юнхо из-за его слов. Нет. Вы посмотрите на это. — На самом деле, я рад быть здесь. И это было сказано скорее, в благодарность за то, что ты не хочешь чтобы я уходил, — Сон вздохнул и медленно моргнул, — мне здесь хорошо. С тобой. — Я? Обещал убить тебя? Не помню такого. — фыркнул Чон, конечно же, соврав. Потому что он помнил, как они шутили об этом. — Ты просто нагоняешь смуту. — Юнхо хитро улыбнулся. — Минги. Поехали на то место. На моё. Прямо сейчас. — Что? Сейчас? — Минги выгнул бровь. — У тебя даже голова не высохла, а там такой мороз. Он цокнул языком. — А хер с ним, поехали, почему нет? Люблю ночные путешествия.

***

Машина мягко урчала, разрезая тишину ночи. За окнами проносились огни редких фонарей, в их свете снег казался синим, почти неоновым. Юнхо вел уверенно, одной рукой сжимая руль, другой по привычке теребя кольцо на пальце. Минги сидел рядом, закутавшись в капюшон. В салоне пахло морозом, дорогим одеколоном и чем-то терпким, почти пряным — запахом Юнхо. Совсем скоро они были рядом. Они поднялись выше, туда, где дорога становилась уже, а деревья расступались, открывая панораму ночного города. Фары машины выхватили заснеженную площадку, ограждённую старым металлическим барьером. Здесь никого не было — только тишина, холодный воздух и величественный вид на раскинувшийся внизу город. Огни домов и улиц мерцали, словно рассыпанное золото, неон вывесок пульсировал в темноте. Где-то далеко двигались крошечные машинки, их фары напоминали светлячков. Над всем этим висело чёрное небо, и в его глубине, сквозь тонкую пелену облаков, проглядывали звёзды. Минги вышел первым, зябко передёрнул плечами и сунул руки в карманы. Мороз щипал щеки, но внутри было странно тепло. Юнхо, закрывая машину, подошёл ближе, встал рядом. Несколько секунд они просто молчали, глядя вниз. Затем Чон перевелвзгляд на полную луну. Он усмехнулся своим мыслям и посмотрел на Минги. — Луна сегодня красивая, правда? Минги неотрывно смотрел вперёд перед собой. В моменте он даже ничего не понял. Просто продолжил любоваться видом и луной, но потом осознал. В это же мгновение все вокруг заиграло новыми красками и у него перехватило дыхание. Он слышал как кровь стучит в ушах. Пальцы на руках начало колоть, но совсем не от холода, пробивающего до костей. Нет. Дело было совершенно в другом. Так клишированно, но… блять. Это сносило голову. Так мягко и робко, но чувственно Юнхо произнес эти слова… блондин даже ещё раз прокрутил их в своей голове, чтобы убедиться в реальности. Не смел повернуть головы и все также молчал. Но тишина не могла продолжаться вечно. Даже если волнение сейчас прошибет стратосферу. Минги выдохнул и посмотрел на легкие облачка горячего пара, уносящиеся вверх. Он прищурился, смотря на желтый диск луны. — Знаешь… она настолько красивая, что и умереть можно. — Блондин облизал пересохшие от мороза губы и усмехнулся. Черт. Ему ведь не казалось? Или же это все глупые шутки и он сейчас себя выставит идиотом. Минги осторожно повернул голову, чтобы взглянуть на Юнхо, рассматривающего его с каким-то неподдельным восторгом. Блондин снова отвел взгляд: — Да, определенно умереть. Да неужели он понял. Хвала небесам. Луна, спасибо. Юнхо аккуратно схватился за рукав куртки Минги и потянул его на себя. Как только они оказались рядом друг с другом, Чон медленно приблизился к лицу Сона, обжигая того своим дыханием. Они дотронулись до кончиков носа друг друга, и тогда Юнхо прикрыл глаза, накрывая губы Минги своими. Это был безумно чувственный и нежный поцелуй. Он так долго этого хотел. Ещё с той их поездки сюда. Поэтому этот момент ощущался как настоящий подарок. Чон углубил поцелуй, пользуясь моментом, когда Минги попытался вдохнуть из-за недостатка воздуха. Юнхо положил руки на шею блондина и притянул его ещё ближе к себе. И как бы сейчас раствориться в человеке? Через пару мгновений Юнхо отпрянул от Минги, сделав это также медленно, и заглянул в глаза Сона из-под полуопущенных пушистых ресниц. — Ну сейчас точно умереть… — тихо прошептал Юнхо, проведя кончиком языка по нижней губе, все еще чувствуя вкус Сона. На воротнике пальто теперь ютился не только аромат Чона, но и аромат Минги. Блондин тихо усмехнулся и посмотрел на Юнхо. Руки медленно поднялись к его пальто и схватились за лацканы. Минги повел носом вправо и поцеловал Чона сначала в один уголок губ, а затем в другой. Господи, блять. У него кружилась голова от смеси ароматов, витавших в воздухе. Одеколон Юнхо мешался в бешеном унисоне с его. — Спрыгнем вместе? — Минги усмехнулся. — Раз уж умереть собрались, правда я бы предпочел остаться в живых, но это так, к слову, для рассмотрения варианта. — Ты идиот? — Юнхо рассмеялся, уткнувшись лбом в плечо Минги. — К слову, ты реально идиот. Варианта «умереть» после поцелуя со мной быть не должно. Там другой вариант должен быть. — Какие мы уверенные в себе. Думаешь ты настолько хорош? — Минги вздернул брови в вызове. — Что я аж должен был перестать хотеть умереть. Блондин осторожно поднял левую руку выше, перебирая пальцами по рукаву пальто Чона, а затем по плечу, и перебираясь на голову Юнхо. Он медленно и методично принялся перебирать волосы парня, слегка оттягивая их назад, словно расчесывая. Ради такого момента стоило жить. Его сердце отбивало какой-то неистовый ритм. Хотелось смеяться, плакать и кричать одновременно от всех эмоций, которые накрывали его с головой. — Сон Минги, ты кидаешь мне вызов? — Юнхо вскинул брови. — Или мне кажется? Если я не настолько хорош, — брюнет приблизился к губам Минги, обжигая их дыханием. — Тогда почему я чувствую, как сбивается твоё дыхание и как ты начинаешь немного дрожать? На улице не так холодно. Минги слегка оттянул волосы Юнхо назад, впиваясь своими острыми глазами в его: — Возможно, это просто твое влияние? М? Может я тебя боюсь? Мы возле того самого леса и рядом ни души. Блондин облизал губы, чувствуя как на них все ещё остался сладкий привкус губ Юнхо. — Ну да, утащу тебя в лес, и кто искать будет? Уён? Да он и сам потеряется. — Юнхо нагло усмехнулся, томно смотря на Минги и чувствуя, как нарастает желание искусать его губы, а затем нежно поцеловать. — Если бы я был маньяком, я бы однозначно спрятал бы тебя в подвале и никому не показывал. — Эти слова не делают легче ситуацию, потому что у тебя есть коллекция игрушек, а по закону серийных маньяков… — Минги закатил глаза. — Я заткнусь, иначе спугну тебя своими сравнениями фильмами раньше, чем что-либо начнется между нами. — Минги, говори столько, сколько посчитаешь нужным. — Юнхо усмехнулся. — Мне нравится твой бред сумасшедшего. И это меня цепляет в тебе ещё больше. Твоя легкость. — Льстишь? — Минги прищурился и качнулся чуть вперёд, задевая нос Юнхо своим. — Льсти-ишь. Но продолжай, мне нравится. Он на секунду задумался, но слова вырвались сами по себе: — Ты мне нравишься. Если ты ещё не понял. — А луна сегодня по-особенному красивая, да? — Юнхо вновь задел носом кончик носа Минги и утянул его в новый поцелуй.