Veni, vidi...

Veni, vidi…

I. Венера в созвездии Скорпиона

Альфа Скорпиона («Противник Ареса»)

      «Да не тычь ты в неё шокером, она и так в отключке. Еще на тот свет отправится, а нам отвечать...» — до боли знакомый мужской голос сменился до боли знакомым стрекотаньем. Я выкрикнула «Нет!» и резко села в постели.       Опять...       Свесив ноги с края кровати, я коснулась ступнями прохладного скользкого ламината. Но как же колотится в груди... Вдох-выдох, вдох-выдох... Лоб весь мокрый и шея сзади тоже... Вдох-выдох, вдох-выдох...       Напротив меня в тусклом сумеречном свете звучно переливались по камням струи водопада под щебетанье птиц и стрекот цикад — вот тебе и звуки шокера во сне. Вдох-выдох, вдох-выдох…       Я дотронулась до коммуникатора в ухе, поднялась с кровати и направилась в ванную.       Доброе утро, Яна.              В Токио двенадцать часов тридцать три минуты.       Третьеримское время шесть часов тридцать три минуты.       У вас три неотвеченных текстовых сообщения. От Мамы. От Лили. И от абонента с незнакомым номером, предположительно, из Германии.       Анна, прогноз погоды в Выборге на сегодня с климатическими нормами — в виде графика.       Суточный прогноз погоды на 8 июня 2040 года для города Выборг готов.       Анна, текстовое для доктора Ирины Мальцевой: «Ира, у меня опять флешбэки во сне».       Сообщение отправлено.       А в Выборге всë как по нотам — снова собирается циклон.       Видео-вызов от Алëнушки.       Я быстро надела халат, завязала пояс, кое-как пригладила волосы, потому что руки у меня всё ещё тряслись, и встала напротив зеркала.       Анна, прими вызов.       — Мам, я офф, — зевая, проговорила Алëнка.       — Хорошо, солнышко. Ты помнишь, что ты сегодня после школы едешь домой, а не к бабушке с дедушкой? Не забудь захватить свои вещи.       — Да помню я, мам, — она вздохнула и закатила глаза — в точности, как Маша. И почему они учатся друг у друга только плохому?       — Папа тебя заберёт на машине, чтобы ты не тащила тяжести в метро, — сказала я вслух. — Сколько у тебя уроков?       — Семь. Русичка илнулась, но вместо неё поставили алгебру. Хотя она ва-ще не подрывает... — Алёнка переставила коробку с хлопьями и пакет молока и недовольно наморщила нос. — А ты помнишь про завтрашний концерт?       — Да, солнышко.       — Всë, мам, я офф. И так дилэйнулась, пока гладила форму и пэкала вещи. Вечером увидимся.       То есть три часа ночи, когда прибывает мой поезд — это у нас вечер... Значит, распорядок дня она не соблюдает... А, я совсем забыла про разницу во времени — в Третьем Риме на момент моего прибытия будет только девять вечера.       Я молча помахала Аленке на прощанье.       Видео-вызов завершён Аленушкой.       Алгебра ее не подрывает... Сколько сил я потратила, чтобы школьная программа по математике для девочек не заканчивалась в третьем классе, а была полноценной — как у мальчиков. С другой стороны, все мои усилия были в том числе для того, чтобы она могла морщить на математику свой веснушчатый нос.       Но какая же она стала взрослая — и форму погладила, и сама напоминает про концерт. А еще каких-то пять лет назад даже портфель без меня найти не могла. А сколько лет назад я в последний раз была на рок-концерте? Наверное, лет двадцать. Точно! Ходили вдвоем с Несмеяной в 2020 как раз на «Disturbed». Лëня тогда за что-то обиделся на меня и в последний момент отказался идти и его билет пропал. А Машка, наоборот, обиделась, что мы её с собой не взяли, устроила сцену, обозвала нас тихушницами и неделю с нами не разговаривала, хотя её бы всë равно не пустили в Колизей в её 8 лет. Дрейман жёг напалмом или, как они теперь говорят, подрывал — струны на гитаре в том числе — а Несмеяна весь концерт отплясывала и улыбалась как завороженная — так подрываться из-за порванных струн можно только в 15. Алëнку алгебра так не подрывает, посмотрим, что она скажет про Дреймана.       Унитаз сам смыл воду, а я в который раз отметила, что стульчак с подогревом и встроенным гигиеническим душем с регулировкой температуры воды — отличная вещь. Может, стоит поставить такой дома? Надо посмотреть, сколько он стоит...       Анна, голосовое для Любимого мужа: «Лëнь, у Алёнки сегодня семь уроков. Ты обещал забрать её из школы».       Я вымыла руки, сполоснула рот, глотнув минеральной воды из стеклянной бутылки, и выбросила одноразовую эко-щётку, картонная ручка которой уже начала расползаться от влаги.       Мое отражение в зеркале несло на себе видимую печать недосыпа, тревожных снов и вчерашнего злоупотребления саке. Попробуем реанимировать...       Я умылась, промокнула кожу полотенцем и побрызгала на лицо спреем.       Интересно, с чего это Лиля решила мне написать. Наверное, опять поссорилась с Колей. Надеюсь, хотя бы никакого форс-мажора...       Анна, выведи на экран сообщение от Лили.       «Янка, на Виктора снова было покушение. В Петрограде».       Неожиданно. С другой стороны, покушения никогда не бывают запланированными. Ну, для жертвы.       Анна, найди новости про покушение на Виктора Говорова.       Найдено 16 статей.       Хм, все старые. Но, получается, это седьмое покушение за последние пять лет. И предыдущие шесть носили символический характер — зеленка, аэрозольная краска — но всё равно такой стресс...       Анна, текстовое для Лили: «Как он? В новостях про новое покушение ничего».       Новое текстовое сообщение от Лили.       Анна, выведи на экран.       «Я тоже не знаю подробностей. Коля сказал только, что Влад уже вернулся из-за этого в Третий Рим».       Значит, плакали мои надежды переговорить с Владом на обратном пути по поводу увеличения финансирования.       И кто может прояснить нам ситуацию по нападению в Петрограде? Понятно, кто. Я поднесла руку к фотоэлементу и включила душ. Интересно, через сколько секунд вода отключится... Но одно сообщение точно успею записать.       Анна, одноразовое голосовое для Артема: «Веселье для Викзорциста — ваших рук дело?»       Какие же тут мягкие халаты... Жаль, я не спросила, каким кондиционером для белья пользуются в гостиничной прачечной.       Ваше голосовое сообщение было прослушано и удаляется из чата.       Новое текстовое сообщение от Артема.       Анна, выведи на экран.       «Нет:)»       Надо же, вода так и льется. Выходит, на премиум-номера стандарты экономии не распространяются. А биоразлагаемые зубные щётки они, видимо, закупили для отвода глаз надзорных органов.       Анна, одноразовое голосовое для Артема: «И ты ничего об этом не знаешь?»       Ваше голосовое сообщение было прослушано и удаляется из чата.       Новое текстовое сообщение от Артема.       Анна, выведи на экран.       «Нет:)»       Похоже, он единственный, кто до сих пор использует смайлики из скобок. И, похоже, он наврал мне, что они в своём «Буревестнике» завязали с силовыми методами.       Анна, полный приоритет для голосовых с Артемом. И включи автоудаление всех сообщений после окончания разговора.       Полный приоритетный чат включён.       Автоматическое удаление сообщений настроено.       — Тёма, ты же обещал, что больше никто не пострадает.       — Никто и не пострадал. Просто сильно испугался, — буднично проговорил у меня в ухе голос Артёма, точно речь шла не о покушении, а о прогулке по городу.       — Что на этот раз?       — Одна пахучая субстанция чуть до лица не долетела. В кафе.       Господи, чем они его облили?...       — Испортили мне весь мой план, — сказала я вслух.       — Хотела пообедать с Виком? — зло рассмеялся Артем.       И ведь ему совершенно не жалко — ни Виктора, ни меня...       — Хотела на обратном пути переговорить с его мужем по поводу финансирования моих научных исследований. А теперь он из-за вашей инициативы умчался в Третий Рим раньше.       — Можно подумать, вы с ним в командировке не наговорились, — недовольно отозвался он.       Надо же, ревнует.       — Он старается ко мне не приближаться, — сказала я.       — А что у тебя там за водопад на заднем плане?       — Вода в душевой.       — Ты там голая стоишь и со мной разговариваешь? — снова спросил он с усмешкой.       — Я в халате. Душ работает вхолостую, от лишних ушей.       — Жаль. У меня уже воображение разыгралось.       — Если оно разыгралось, ты легко представишь меня без халата, — ответила я, снова подходя к зеркалу.       Анна, сними трехсекундное видео и отправь Артёму одноразовым сообщением. Я помахала в зеркало рукой.       Видео отправлено.       Ваше видео просмотрено и удаляется.       — Могла бы помочь мне и распахнуть халат, — проговорил у меня в ухе голос Артёма.       — Тëма, ты знаешь, как я люблю, когда мною командуют.       — Знаю, — примирительным тоном отозвался он. — А почему Влад старается к тебе не приближаться? Боится не устоять? — его голос снова стал насмешливым.       — Боится, что муж ему потом мозг вынесет. Говорят, у того чуйка, как у Кумской сивиллы. А там, куда чуйка не дотягивается, информаторы.       — Даже смешно. Мне Лена регулярно выносит из-за тебя мозг, но меня это не останавливает.       Нашел, над чем смеяться... Треплет бедняжке нервы. Забавная деталь в этом всего одна: что его жену зовут Лена, а моего мужа — Лëня.       — Когда возвращаешься на базу в Выборге? — спросил Артём.       — В понедельник.       — Скинь номер рейса. Встречу.       — Я ещё не брала билеты.       Анна, отключи полный приоритет с Артемом.       Полный приоритетный чат отключён.       Все сообщения в чате удалены.       И воду в душевой тоже выключаем.       Так, надо будить нашу гейшу, а то пока то, пока сë... А, может, она уже сама ушла? Я щелкнула замком, открыла дверь и снова очутилась в пространстве, наполненном плеском водопада и тревожным стрекотанием цикад. Надежды не оправдались — моя японская гостья всë ещё была тут. Так, а куда я задевала пульт? И как отключить это всё без него? Вот тебе и умный дом...       Новое голосовое сообщение от Любимого мужа.       Анна, включи.       — Я помню, милая. И про концерт тоже помню.       Анна, полный приоритет для голосовых с Любимым мужем.       Полный приоритетный чат включён.       — Какой ты у меня внимательный. А ты помнишь, что я по тебе очень соскучилась? — мой голос на фоне звуков водопада и пения птиц, наверное, звучал так, словно я нахожусь в Эдеме.       — Об этом... я могу только догадываться, — с досадой проговорил мой собеседник под отрывистые булькающие звуки.       Таак...       — Влад уже вернулся домой, а ты всë ещё развлекаешься в стране Восходящего Солнца, — продолжил он после паузы.       Уже донесли. Чертовы царедворцы при дворе Тиберия!       Я подошла к окну и нащупала на стене возле подоконника кнопку — шторы разъехались в стороны, а комнату залило ярким светом послеполуденного токийского солнца, в его лучах за окном текли в воздухе в разные стороны ровные потоки электрокаров. Какое же у них плотное движение... Хотя чему я удивляюсь? У них тут летающий кар стóит, как у нас какая-нибудь допотопная «гибридка», на которой тебя в половину наших мегаполисов попросту не пропустит Эконадзор.       — Лëнь, у его мужа случился форс-мажор.       — Видишь, у него, в отличие от тебя, муж в п-приоритете, а не работа, хотя он п-президент, — продолжил голос Лëни всë тем же обиженным тоном.       — Я буду дома сегодня вечером.       В ответ снова прозвучали булькающие звуки. У него там ещё восьми утра нет, а он уже...       — Ты там выпил, что ли? — спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал непринуждённо, хотя меня переполняло раздражение.       — Ну, выпил с горя, как узнал... Две рюмки коньяка...       Надеюсь, ты хотя бы отключил кодирование...       — А кодирование отключил?       — Милая... Меня сейчас вырвет.       Звучит так, словно его тошнит от меня... И ругать его нельзя, иначе он, чего доброго, бросит ходить на свои «12 шагов».       — Иди скорее в ванную, — проговорила я, едва сдерживаясь. — А потом ложись спать. Аленку забирать не надо — я договорюсь с Несмеяной.       — Х-хорошо... — слабым голосом ответил страдалец.       А вечером еще придётся делать ему капельницу. С возвращением домой, Яна Петровна!       Анна, отключи полный приоритет с Любимым мужем.       Полный приоритетный чат отключён.       А гейша наша продолжает спать лицом в подушку. Но какая же фигура — попа как будто высечена из белого мрамора... Как же её зовут — Юки, Юри?       — Эй, просыпайся! Доброе утро.       — Охайë, — пробормотала обладательница эффектных ягодиц и повернулась на бок, демонстрируя полностью гладкий лобок без малейших следов раздражения на коже. Привет-привет... Похоже, наша гейша в свободное от чайных церемоний и танцев плодородия время подрабатывает «ночной бабочкой»... Так, телефон её на столике, а где коммуникатор? А он у неё тоже остался в ухе после того, как мы слушали вчера на синхре «Blanc Dimanche».       Юки-Юри тронула ухо пальцем и пробормотала что-то по-японски.       — Вставай, нам скоро выходить, — сказала я.       Анна, синхронный перевод с японского.       Синхронный перевод с японского языка включён.       — Вакаримас... — зевая, начала Юки-Юри, а на её голос тут же наложился бодрый голос Анны, который произнёс у меня в ухе «Понимаю. Уже встаю».       — Завтракать будешь? Есть кукурузные хлопья. Или яичницу могу пожарить.       — Молоко есть? — спросил голос Анны, а моя гостья почесала щеку с остатками белого церемониального грима, который был светлее её кожи на каких-то полтона.       — Есть, — ответила я, заглянув в мини-бар, где стояли два последних пакетика молока.       — Тогда хлопья, — отозвалась гостья и прошагала в ванную.       Но как же её зовут?... И главное — сколько ей лет? Вчера она вела такие интеллектуальные беседы, что можно было подумать, ей уже есть двадцать пять, а сегодня при свете дня — девчонка девчонкой... Так, про свою-то девчонку я забыла.       Анна, текстовое для Царевны Несмеяны: «Свет, сможешь забрать сегодня Аленку из школы и отвезти её домой? У нее уроки закончатся в 15:20».       Сейчас ещё придётся её уговаривать... Насколько же проще всë делать самой.       Так, надо достать мой телефон из сейфа. Но сначала надо одеться.       Я скинула халат, натянула трусы, джинсы и футболку, надела носки, открыла шкаф и набрала комбинацию цифр — дверца открылась, я забрала телефон, сунула его в нагрудный карман футболки и сняла с вешалки пиджак. На задней стенке шкафа притаился выключатель с надписью «Holo», который я немедленно перевела в положение «Off». Наконец-то тихо...       — Экономишь воду? — с улыбкой проговорила юная гейша голосом Анны, закрывая дверь ванной, и указала на белую стену, где несколько мгновений назад растекалась голограмма водопада.       Я усмехнулась и закрыла шкаф.       — Не знала, что в премиум-номерах нет ограничений на расход воды в душе, — продолжила она, указывая пальцем себе за спину. — В люксах я такого не встречала...       — Часто бываешь в люксах?       — Как повезёт, — она снова улыбнулась и подмигнула мне.       Совсем ещё девчонка... И как её занесло в это ремесло? Но спрашивать бесполезно — всë равно соврет.       — А вообще это смешно: сейчас месяц воды, в префектуре Áйти и в Саге люди страдают от наводнений, а мы в Токио должны, наоборот, воду экономить, — добавила она и завязала пояс на халате.       — Это не смешно, а грустно.       — Да у нас вся планета какая-то грустная. У Биби даже песня такая есть, «Blue Planet», знаешь?       — Что за Биби?       — У нас так сокращённо называют группу «BBTTSS».       — Аа, про них я слышала, — я достала из навесного шкафа над мойкой коробку с хлопьями и две розовые керамические миски и выудила из ящика две ложки. — И кто, по-твоему, сделал нашу планету грустной?       — Не знаю, — она усмехнулась. — Но точно не я. Я вообще хочу улететь отсюда на Марс, как только там организуют колонию для людей, а не только для андроидов. Вот уж где точно не придётся экономить воду.       — Там её попросту нет.       — Найдут, — она махнула рукой. — Говорят, можно лед как-то растопить или снег. Или там снега нет?       — Там везде песок. И регулярно случаются песчаные бури. Лёд есть, но он под поверхностью — нужно бурить, чтобы до него добраться. К тому же, оказавшись на поверхности, такой лёд часто испаряется, минуя жидкую фазу.       — Как лёд может испариться? Он должен таять.       — А это сухой лёд. Он состоит не из воды, а из твердого диоксида углерода.       — Сухой, говоришь... А вот я совсем не сухая, — она с лукавой улыбкой откинула назад свои гладкие чёрные как смоль волосы. — Давай ещё раз по-быстрому, а? — она подошла вплотную ко мне, сунула мою правую руку себе под халат между ног и практически повисла у меня на шее. Фух...       — Прости, но у меня нет времени, — я вытерла успевшие увлажниться пальцы о свой халат, который свисал со спинки стула. — Давай лучше завтракать.       Две белоснежные руки разочарованно съехали по моей груди. Надеюсь, мои вставшие соски она нащупать не успела...       — А что... означает твоё имя? — поинтересовалась я, когда мы сели за стол в кухонном уголке.       — Юки значит «снег», — зевая, ответила моя гостья.       Значит, всë же Юки, а не Юри.       Юки насыпала себе почти полную миску хлопьев, поочерёдно вскрыла оба пакетика молока по 200 миллилитров каждый и залила содержимое своей миски. Эх, молодость — можно есть в три горла и не получать потом внушений от врачей на медосмотре по поводу увеличения индекса массы тела. А мне придётся ограничиться кофе — жевать сухие хлопья нет никакого желания, есть с ней из одной миски как-то слишком интимно...       — Говорящее у тебя имя, — я нажала на кнопку кофемашины.       — Намекаешь на цвет моей кожи?       — Ага. А ещё так звали героиню из аниме «Меланхолия Судзумии Харухи». Она там у них была чем-то вроде искусственного интеллекта. Ты похожа на неё. Такая же умная.       И ещё на одну героиню похожа — уже из моей личной истории...       — Очень старое аниме, — рассмеялась Юки, а её бледные щёки окрасились в смущённый розовый.       Черт, сколько же ей лет?       — А тебе сколько лет? — спросила я.       — Двадцать четыре.       — А если честно?       — Двадцать два.       — А совсем честно?       — Девятнадцать, — ответила она уже без всякого смущения и сунула в рот полную ложку хлопьев.       Вот это да! Она старше Аленки на каких-то два года...       — Кофе будешь?       — Благодарю за предложение, но я вынуждена отказаться — мне уже достаточно жидкости.       Как же вы достали со своей национальной боязнью обидеть собеседника явным отказом!       — А тебе сколько лет? — спросила Юки, дожевывая хлопья.       — На двадцать пять лет больше, чем тебе.             — Сорок три. Выглядишь моложе...       Или она плохо считает или ей всего восемнадцать... Зато я сегодня даже после уходового спрея с чудодейственным экстрактом эвилиш патлаудер выгляжу на все сорок пять. Надо, кстати, не забыть в ванной свой дорогущий флакон...       — А что значит твоё имя? — Юки снова зачерпнула ложкой хлопья.       — «Милость божия».       — Тоже говорящее, — она улыбнулась, — языком умеешь, как божечка.       — Тогда уж, как богинька, — рассмеялась я.       — Женщины так не умеют, — отозвалась она с видом эксперта. — Слишком мягко делают и я обычно не могу кончить. А с тобой прямо как с искусным мужчиной — вы можете всю дорогу напрягать язык.       Надеюсь, про предохранение мы с моим напряжённым языком вчера не забыли...       Я глотнула кофе, а Юки ещё несколько раз зачерпнула ложкой из своей миски:       — А твоё имя русское?       — Еврейское.       — Ты еврейка?       — Нет.       — А кто ты по гороскопу?       — Скорпион.       — Я про китайский гороскоп, — улыбнулась она.       — По китайскому — не знаю.       — В каком году ты родилась?       — Посчитай сама. Я же сказала тебе, на сколько лет я тебя старше.       — Скажи так. Я не люблю считать в уме, а калькулятор открывать лень.       Наверное, она уже забыла, какой мнимый возраст мне озвучила.       — Я родилась в 1995, — ответила я.       — А месяц какой?       — Октябрь.       — Ты рождена в год Деревянного Кабана. Значит, ты ответственная и любишь учиться. А ещё ты сильная личность и терпеть не можешь, когда тобой командуют.       А ведь эта характеристика не так уж далека от истины... Или дело в эффекте Барнума, которым пользуются составители любых гороскопов, и я верю в это описание, потому что оно беззастенчиво мне льстит?       — И теперь понятно, почему ты такая мужественная в постели, — с улыбкой добавила Юки, развязала пояс на своём халате и стала наматывать его на палец.       Фух… Ну уж нет. Если ей восемнадцать, она всего на год старше моей Алëнки. Я молча глотнула кофе и достала из кармана телефон.       — А с кем ты разговаривала перед тем, как я встала? — не унималась Юки.       — С мужем.       — А он не будет против, что ты тут со мной...       — У нас открытый брак.       — Повезло. И какие у вас порядки? Ты расскажешь ему про меня?       — Спросит — расскажу. Одевайся, Юки, нам скоро выходить.       — А дети у тебя есть? — Юки встала из-за стола и скинула халат прямо на пол, с явным удовольствием снова демонстрируя мне свою точеную фигуру.       — Трое дочерей, — ответила я, с трудом отводя взгляд.       — Ничего себе! Никогда бы не подумала, что ты рожала. Ты... такая узкая, — Юки, не торопясь, надела бесшовный лифчик, а поверх него — футболку со стразами и расправила на узких бёдрах тончайшие стринги.       — Я и не рожала — они удочеренные. У меня бесплодие.       — И кто-то на тебе женился? — она округлила глаза и чуть не свалилась на пол, натягивая на тонкие ноги супер-облегающие джинсы.       — Кто-то женился.       И теперь напивается от семейного счастья...       — Повезло... У нас бесплодным ничего не светит. Поэтому я и пошла в школу майко, — она застегнула молнию и пуговицу на джинсах и одернула футболку. — А ты... очень религиозная?       — В смысле?       — Ночью, когда я тебя лизала, ты то и дело повторяла «Да, вера. Да, вера». Я подумала, что это какая-то мантра.       Та ещё мантра.       — Я не помню, что я говорила. А нам с тобой пора на выход, иначе я опоздаю и мой начальник будет недоволен.       Я допила кофе, вернулась в спальную зону и заглянула под кровать, где не без удовлетворения обнаружила кучку смятых латексных салфеток. За салфетками спрятался пульт дистанционного управления от всех умных устройств в номере. Может, нам дома всë-таки завести умные шторы? Удобная штука и крючки не надо поправлять... Надо посмотреть, сколько они стоят.       Юки тем временем собрала со стульев свои шёлковые одеяния и убрала их в наплечную сумку, ловко скрутив в аккуратные валики. Хорошо, что я упаковала свои вещи в чемодан ещё вчера днем.       Новое текстовое сообщение от Валентина.       А вот и начальник.       Анна, выведи на экран.       «Влад улетел ночью. Забирать груз будем без него. И оттуда сразу на поезд».       Анна, полный приоритет для текстовых с Валентином.       «Я в курсе про Влада, Валь. Разведка доложила».       «Братец мой постарался?»       «Его опередили другие информаторы. А братец твой опять забыл кодирование отключить», — добавила я, а Валя прислал в ответ три анимированные смайлика, изображающие фейспалм, и следом — фразу «Встречаемся в лобби через 15».       Анна, отключи полный приоритет.       Полный приоритетный чат отключён.       Новое текстовое сообщение от Царевны Несмеяны.       Анна, выведи на экран.       «Конечно, Жанчик, заберу без проблем — и Аленку из школы, и тебя вечером с вокзала». Сообщение сопровождал анимированный смайлик в виде руки, напрягающей бицепс.       Вот это да! Её как будто подменили — сама сговорчивость.       Новое текстовое сообщение от Царевны Несмеяны.       Анна, выведи на экран.       «Машину возьму?»       Вот и ответ. Кто-то просто очень хочет полетать. Ну, полетай-полетай.       Анна, поставь на последнее сообщение Царевны Несмеяны реакцию «Оk».       Юки уже стояла в дверях с сумкой через плечо, покачивая в руке роскошный веер-опахало с изысканной акварельной росписью в лилово-голубых тонах: по зеркальной глади озера скользила в лунную ночь лодочка с силуэтами двоих пассажиров.       Я тоже закинула на плечо сумку, поднесла правую руку к лицу и ощутила запах корицы, хотя кофе у меня сегодня был без пряностей. В груди заныло. Да, Вера...       Надо вымыть руки.       Я зашла в ванную, смыла ностальгическую корицу, забрала со столика возле раковины флакон со спреем, сунула его в сумку и застегнула молнию. Ну и видок у вас, Яна Петровна...

* * *

      Моё купе класса «Золотой» отличалось от «Серебряного», в котором я ехала из Третьего Рима на Дальний Восток, лишь наличием гардероба, куда я сразу поставила чемодан и повесила пиджак. Зато в «Серебряном» у меня была попутчица — молодая ФСО-шница по имени Инга, с которой мы, правда, почти не общались, так как она сразу заваливалась на верхнюю полку, через две минуты начинала там храпеть и с трудом отрывала голову от подушки, когда мы прибывали в пункты назначения. Сейчас я была одна не только в купе, но даже в вагоне, так как все ФСО-шники уехали ночью вместе с Владом и мы с Валей были единственными пассажирами элитного скоростного состава. В итоге Вале с нашим ценным грузом достался люкс Влада, а мне — купе в соседнем вагоне, изначально предназначавшееся Вале.       Заперев дверь изнутри, я первым делом достала из уха почти разрядившийся коммуникатор, положила его в кейс и поставила на зарядку, затем вытащила из нагрудного кармана телефон, проверила сообщение от мамы — она зачем-то интересовалась, когда я вернусь, хотя я ей уже сообщала — и, повторно удовлетворив её любопытство, открыла месседж с незнакомого номера. Он перестал быть незнакомым, едва я прочитала обращение «Дорогой господин Бодлер». Привет из прошлого. Сколько же лет мы с ним не выходили на связь? Похоже, столько же, сколько я не была на рок-концертах... А, нет, даже дольше.       Поезд тронулся, я расположилась на обтянутом ярко-синим велюром диване, добавила номер в контакт-лист и только потом заметила, что записала его «Роман». Интересно, когда он стал для меня Романом? После его рассказа о том, как он влюбился в своего лучшего друга? Не знаю. Точнее, уже не помню. Но факт остаётся фактом: прекрасный Ромео навсегда стал Романом, а, может, даже просто романом — коротким и не имевшим последствий. И помню я о нём лишь потому, что он был первым. Первым, кто разбил мне сердце. Хотя первым мужчиной при этом так и не стал. А тот, кто стал моим первым мужчиной, практически сразу стал первым лицом государства. Выходит, он первый мужчина для всей страны. Что, Яна Петровна, губа-то у вас не дура?       Интересно, каким стал Ромка? Узнáю на той неделе. Надо только постараться, чтобы они не пересеклись с Артёмом, а то будет потом выносить мне мозг со своей ревностью.       В верхней части экрана всплыло уведомление от доктора Ирины Мальцевой. Ира спрашивала, могу ли я созвониться по видеосвязи через десять минут. После моего утвердительного ответа она предложила мне, не теряя времени, заполнить чертов опросник. Как удачно, что коммуникатор разрядился — никто не залезет в голову и не проверит, вру я или нет.       Итак, ставим галочки. Бессонница. Нет. Повышенная тревожность. Нет. Резкие перепады настроения. Нет. Уровень стресса и нагрузок за последние 7 дней. Высокий. Количество крепкого алкоголя (≥40°) за последние 7 дней. До 100 граммов. До 250 граммов. Более 250 граммов. Третий вариант. Употребление никотина (включая испарители). Нет. Наркотические средства, включая сильнодействующие анальгетики, за последние 7 дней. Викодин закончился десять дней назад. К сожалению. Или к счастью? Учитывая, что рецепт на него достался мне без назначения, наверное, к счастью — можно с чистой совестью ставить галочку в графе «Не употреблял(а)». Случайные сексуальные связи за последние 7 дней. 1–3. Больше 3. Не было. Шесть раз. Точнее, семь — в понедельник девиц было двое. Но придётся выбрать вариант «Не было», иначе, моя прелесть, нам снова назначат мерзкие антидепрессанты. А вот и звонок от Иры. Принять.       — Яна, здравствуй! — проговорила Ира, поправляя очки.       — Салют... — ответила я, пытаясь сохранять невозмутимый вид, хотя мне сразу стало казаться, что она уже знает про все мои ухищрения.       — Какие у тебя флешбэки? Опять твой повторяющийся кошмар?       — Ага...       — Странно, что больше никаких симптомов, — сказала моя собеседница — в линзах её очков отражался монитор компьютера, а звуки голоса сопровождались пощелкиваниями мышки. — И злоупотреблений, кроме алкоголя, тоже никаких...       — Пить приходилось на протокольных мероприятиях... А так, ты меня знаешь, я не по этому делу.       — Ян, а что с твоим коммуникатором? — спросила Ира, словно мой предыдущий ответ её совершенно не впечатлил. — Почему ты заполняла анкету без него?       Заговорить зубы не удалось...       — Разрядился, — ответила я вслух.       — Включи, пожалуйста, демонстрацию экрана на твоем смартфоне.       — Ир, ты думаешь, я тебе вру?       — Врать можешь не ты, а твой обострившийся ПТСР, — спокойно сказала Ира и распалась на множество пикселей, а я включила демонстрацию своего экрана, где на панели задач висел подтверждающий мою искренность значок перечеркнутых наушников.       — Хорошо, спасибо, — облик Иры снова стал чётким и она посмотрела на меня испытующим взглядом, — Как твоё самочувствие в целом?       — Нормально. Кроме кошмарика, ничего не беспокоило.       — А... рука не болит?       Болит — натрудила с девицами за последние дни.       — Нет, не болит, — сказала я вслух.       — Что-то тут не сходится... — Ира покачала головой. — Раньше у тебя за неделю до флешбэков начиналось компульсивное поведение в виде беспорядочных сексуальных связей и обострялся твой локтевой синдром, а теперь флешбэк возник внезапно как изолированный симптом...       — Ир, всë дело в высоком стрессе и отсутствии возможности нормально работать.       — Я опасаюсь, что это гормональные перепады. Видимо, придётся снова назначить тебе курс антидепрессантов.       Мой хитрый план обернулся против меня... Надо было мне не писать ей после флешбэка, а потерпеть до Третьего Рима, там раздобыла бы у Катюхи викодин...       — Когда? — спросила я, стараясь изобразить на лице заинтересованность.       — В ближайшее время. Но сначала ты должна прийти ко мне на очный приём. Как ты насчёт понедельника?       — В понедельник никак, Ир. Я уезжаю из Третьего Рима к себе на базу в Выборг.       Она пощелкала мышкой:       — Тогда приходи в субботу вечером.       — В субботу тоже не могу — иду с семьей на концерт. Обещала им, — ответила я, стараясь изобразить сожаление.       — Тогда давай в воскресенье в первой половине дня.       — Ир...       — Да? — она поправила очки.       — Можно отложить визит до окончания экосаммита? Мне нужна сейчас ясная голова, а антидепрессанты... Сама понимаешь.       Ира вздохнула:       — И когда ты сможешь прийти?       — 23 июня.       Ещё один вздох:       — Хорошо. Но ты должна пообещать, что в эти две недели не будешь принимать никакие лекарства без назначения.       Как она меня вычисляет? В глазах у меня этот викодин, что ли?       — Обещаю, — сказала я вслух.       — Я рассчитываю на тебя. И верю, что ты справишься, — она посмотрела на меня так, словно от меня зависело будущее человечества. — И на всякий случай сейчас выпишу тебе анксиолитик. Будешь на ночь принимать по одной таблетке, чтобы лучше спать. На твоё самочувствие днём он не повлияет.       Поезд продолжал нестись со средней скоростью 620 км/ч, с каждой минутой приближая меня на десять и три в периоде километра к Третьему Риму, где меня ждала предсказуемая, как ежедневный закат, семейная жизнь, вечно недоступный, как севшее за горизонт солнце, Влад и возможность снова получить от Катюхи сулящий быстрое облегчение рецепт. Дальше, в Петрограде, меня ждал Артём со своей вечной непредсказуемостью и потенциальная встреча с Ромой, который за эти годы стал для меня незнакомцем, а еще дальше, в тихом парке «Монрепо» под Выборгом — работа, которая всегда обезболивает в тысячу раз эффективнее любого викодина. Я приеду туда, с головой погружусь в исследования и даже мысли о Владе отойдут на второй план, а уж чертовы флешбэки — и подавно. Никакой Веры, никаких глаз, смотрящих на меня с презрением — всë будет смыто холодными водами Финского залива, словно в Овчей купели. А потом я раскрою тайну Петроградской аномалии, узнаю, как спасти нашу планету от наводнений, и никакая колонизация Марса станет не нужна. А если успею до окончания экосаммита, то программу по поиску воды на Красной планете можно будет не просто заморозить, а сразу же свернуть и потратить освободившиеся средства на приведение в порядок родной планеты. И уже в сентябре этого года меня включат в список кандидатов на Нобелевку по экологии и тогда в октябре следующего года я её получу и наконец докажу всем, что я...       И почему в поездах всегда тянет думать на философские темы — о своей судьбе, о судьбах мира? Потому что ты в ограниченном пространстве физически и мозг компенсирует тебе это, расширяя границы внутри? Или это просто привычка, двухвековой тренд со времён изобретения железной дороги? И то, что нынешние поезда благодаря магнитной подушке не касаются рельсов и управляются не машинистами, а компьютерными навигаторами, ничего не меняет.       Я откинула верхнюю полку, разулась и забралась туда с телефоном. Ну что, немного приятных эмоций перед сном. Я ткнула в иконку с алым бутоном и надписью «РП» на экране, но интернет был слишком слабым и дальше заставки с надписью «Рандеву с Президентом: Чувственные впечатления» и красной розой, на которой искрились анимированные капли росы, я не продвинулась. Что ж, откроем папку со скриншотами и фото. И как Он умудряется сохранять такую свежесть? Как будто принимает эликсир молодости. Или, может, какие-то кремлёвские таблетки? Недоступное Солнце на моём горизонте. Огромная пылающая звезда, вокруг которой вращаются все планеты. И я среди них — разгоряченная до предела Венера — совсем близко — передо мной в очереди лишь Его Говоровское Высочество Меркурий... А чёртов Артём лишил меня личной беседы с Солнцем, которая могла бы состояться прямо сейчас. И, кто знает, вдруг Он вспомнил бы, как когда-то первым... Я расстегнула джинсы, сунула телефон в нагрудный карман, руку — в трусы и закрыла глаза. И пальцы Его были подобны крыльям колибри, а я была как раскрывшийся Ему навстречу цветок... Навстречу Солнцу. Королю-солнцу. Опали меня, сожги до тла… Гигантская пылающая сфера приближалась, я летела ей навстречу, а у меня в груди слева становилось невыносимо горячо, я плавилась, сливаясь с золотыми лучами, пока в сердце мне не ткнули электрошокером, а солнце не открыло два презрительных до боли знакомых женских глаза и, рявкнув «Подстилка режима», не плюнуло мне в лицо огненным протуберанцем.       Я очнулась. Солнечный свет падал через приоткрытые деревянные жалюзи прямо мне на глаза. Я нащупала в нагрудном кармане футболки, под которым бешено колотилось сердце, ощутимо нагревшийся телефон и сняла блокировку — в верхней части экрана болталось уведомление от Вали «Зайди ко мне. Надо кое-что обсудить». Открыв чат, я поставила на его сообщение реакцию «Оk», вставила в ухо уже успевший зарядиться коммуникатор, слезла с полки, надела кроссовки, накинула пиджак и, открыв цифровой замок, сдвинула дверь купе.       В проходе было безлюдно, лишь ближе к двери в тамбур бесшумно кружил по лазоревому ковролину плоский робот-пылесос, собирая рассыпанные кем-то хлебные крошки. Как только я приблизилась, маленький уборщик почтительно уступил мне дорогу со словами «Пожалуйста, проходите». Значит, поймал сигнал от моего коммуникатора и считал, какой язык выставлен у меня по умолчанию.       Перейдя в другой вагон, я засмотрелась в окно на бескрайние терракотовые дюны пустыни Гоби, кое-где поросшие редкими кустарниками.       Анна, это территория Китая или уже Монголии?       В настоящий момент вы перемещаетесь с востока на запад вдоль Монгольской Гоби со скоростью 650 км/ч по старому участку Транссибирской железнодорожной магистрали.       Вот так бы, наверное, выглядела поверхность Марса, если бы там была какая-то вода. Иронично, конечно, что на Марсе дефицит воды, а здесь, на Земле, её переизбыток. И вдвойне иронично, что в обоих случаях это и представляет главную экологическую проблему. Будет втройне иронично, если мы здесь найдём способ справиться с излияниями воды, а на четвертой планете от Солнца в то же самое время найдут её источник. Получится какой-то обмен века. Или даже тысячелетия. А может, миллионолетия. Ну вот, опять потянуло на широкие обобщения — ох уж эта магия поездов.       Я одернула пиджак, постучала в дверь, возле которой висела золоченая табличка с надписью «Купе 36», и лишь в самый последний момент успела застегнуть молнию на джинсах, которая так и оставалась незастегнутой.