II. Марс в созвездии Водолея: Бета Водолея («Счастливая из счастливейших»)
12 сентября 2025 г., 21:48
II. Марс в созвездии Водолея
Бета Водолея («Счастливая из счастливейших»)
«Через три дня семнадцатая годовщина смерти Гарсона». Алина, скрой уведомление. Если верить ветеринару, Гарсон прожил семь с половиной лет. Из них вместе со мной — всего четыре, но звук его цокающих по паркету когтей до сих пор периодически снится мне во сне и на утро я всякий раз просыпаюсь на влажной подушке, а Влад ворчит, что я омываю слезами и себя, и его. Гарсон остался единственным псом, запах которого я ощущал в реальности, а не в воображении или с помощью модулятора запахов (сам модулятор — редкостная фигня — даже не различает запахи апельсина и мандарина). И первым псом, который стал для меня вынесенным вовне обонянием (ещё одна причина, по которой я так привязывался к своим четвероногим охранникам и горевал, когда им приходило время покидать этот мир и меня). После Гарсона был доберман Муссон. Его из числа своих служебных питомцев выбрала для меня Лера. Он ценой собственной жизни защитил меня от нападения какого-то НКП-диссидента, который с криком «Умри, Чумной Доктор!» решил запоздало отомстить мне за лоббирование на посту главного эскулапа вакцины «Sputnik-V». Я наплевал тогда на свершение правосудия, зарядил нападавшему кулаком в печень и потащил истекавшего кровью Муссона до машины, а потом рыдал в голос в ветеринарке над телом своего спасителя и кричал «Это моя вина!» Медсестра даже подумала, что я сам его и порешил — хотя в сущности он и вправду умер из-за меня. В состоянии крайнего стресса я не сразу заметил, что нападавший полоснул мне ножом по рёбрам и рубашка у меня на боку слева пропиталась моей собственной кровью. Влад примчался тогда ко мне, прервав экосаммит в Нижнем, организовал Муссону торжественные похороны с ружейным залпом, и велел поставить ему памятник в парке возле нашей тогдашней резиденции в Путевом дворце. Я был безутешен и долго не мог выбрать себе нового охранника-друга. Влад взял с меня обещание надевать на прогулки бронежилет и приставил ко мне четверых телохранителей, вместо прежних двоих (которых я в день нападения попросту не взял с собой, потому что хотел побыть один), и новые двое неимоверно бесили меня своим бестолковым мельтешением и бесконечными прочесываниями территории. Облегченный кевларовый броник казался мне тяжелым и я надевал его через раз, обманывая Искандера, который тогда руководил моей охранной группой и верил мне на слово. С Владом мы так всегда и спали каждую ночь под одним одеялом в обнимку, даже если днем разругивались в пух и прах. Последняя крупная размолвка произошла как раз накануне того самого саммита в Нижнем и трагической гибели Муссона. Мы сильно повздорили из-за распределения финансирования и я наотрез отказался ехать туда и остался в Третьем Риме (жалкие сто миллионов, которые Влад предлагал выделить на экопроекты, были просто издевательством по сравнению с многомиллиардными контрактами, оседавшими в портфелях лоббистов колонизации Марса). После похорон Муссона у меня обострилась депрессия, которая и так периодически давала о себе знать после перенесённой НКП. Влад, опасаясь, что я вернусь к попыткам суицида, отменил все протокольные мероприятия и мы улетели вдвоем в нашу резиденцию на Алтае. Стояла поздняя весна и всë вокруг цвело и, наверное, благоухало. Я проснулся в один из дней рано утром, вышел на крыльцо нашего огромного бревенчатого дома, втянул носом розоватый от рассветного солнца воздух, не смог представить себе аромат горных трав и на автомате позвал Муссона, но быстро вспомнил, что его больше нет — так же, как моего обоняния. Я вернулся в дом, взял из аптечки снотворное, которое Влад принимал на ночь, потому что никак не мог адаптироваться к смене часовых поясов, снова вышел на улицу и принял около колодца все три блистера, запивая водой, от которой сводило зубы. Живительная влага, оставшаяся на дне металлического ковшика, отражала солнечный свет — так же, как лезвие ножа, которое предназначалось мне, а попало в грудь моего верного пса. Меня быстро стало клонить в сон, я улегся на спину среди цветущего зверобоя и родиолы розовой и, глядя в небо, приготовился умереть как Бон Скотт из AC/DC; в какой-то момент мне показалось, что надо мной склоняется чёрная морда Гарсона, а в голове зазвучала «Highway to Hell», хотя коммуникатора у меня в ухе не было. Очнулся я от ощущения, что меня интубируют, как когда-то при НКП, но быстро понял, что это не дыхательная трубка, а пальцы Влада — из-за моего сниженного рвотного рефлекса ему пришлось засунуть их мне в глотку чуть не до самых костяшек. Меня рвало на манжеты его белоснежной сорочки, которые он в спешке не успел закатать, а он приговаривал, что это лучший подарок и чтобы я продолжал в том же духе... — Чертовски хочу тебя, — произнес у меня в ухе бархатный баритон. Начинается... Алина, голосовое для Влада: «Влад, ты в робомекке. Японский НТП готов удовлетворить любое твое желание. И, в отличие от наших НТП, даже без залезания в голову». — Ты же знаешь, как я ненавижу проституток. Даже механических, — усмехнулся бархатный голос. Алина, голосовое для Влада: «Конечно, зачем тебе механические, когда у тебя есть штатная живая». — Во-первых, не называй моего любимого мужа проституткой. А во-вторых — мы не виделись с тобой почти три недели. Алина, голосовое для Влада: «Четыре-дэ видеосвязь ещё никто не отменял». — Эта видеосвязь, как ты помнишь, занимает почетное второе место в рейтинге моих антипатий. Алина, голосовое для Влада: «Третье. На втором месте у тебя мастурбация». — Витя, не иронизируй. Я правда соскучился. Алина, голосовое для Влада: «Кто это говорит — ты или твой коронованный дружок?» — Мы оба. Дуэтом. Алина, голосовое для Влада: «Вы сами продлили себе период воздержания. Не надо было совмещать две поездки». — Так было удобнее, Витенька. Лететь домой из Владивостока после Марсианского саммита, а потом возвращаться туда же через два дня, чтобы отправиться на выставку в Токио, не было никакого смысла. Это верно. И карбоновый след меньше... Алина, голосовое для Влада: «Ты мог бы не ездить на выставку роботехники. Государственной необходимости в этом не было». — Солнце мое... — он вздохнул. — Ты же знаешь, что президенту самой большой страны в мире крайне важно понимать, в каком направлении движется технический прогресс. Чтобы более грамотно выстраивать как внешнюю, так и внутреннюю политику. Так что государственная необходимость была. И в этом он тоже прав... — Ты злишься, что мое путешествие затянулось? — мягко добавил он. Алина, голосовое для Влада: «Я просто счастлив, что так вышло. Тем более, что в это воскресенье годовщина смерти Гарсона». — Kochanie... — снова выдохнул он мне в ухо, словно был не за тысячи километров, а прямо у меня под боком, на сиденье из эко-кожи. — Я вернусь завтра вечером. Тут организовалось много незапланированных встреч... И мне очень не хватает тебя рядом. А как мне тебя не хватает, если бы ты только знал... Алина, голосовое для Влада: «Твои советницы разучились ловить мышей?» — Нет. Но они кошки, а тут пригодился бы зоркий взгляд ястреба и его же острый клюв. Ну, и кое-какие другие способности. Например, чтобы уговорить одного господина сделать нам скидку на интересующий нас товар. Интересно, о каком товаре он говорит... Алина, голосовое для Влада: «Ты же знаешь, я терпеть не могу бездушные машины, а выставка всецело посвящена им». — Витенька, бездушные машины позволили нам отправить миссию на Марс. Алина, отправь Владу график изменения климата на Земле из статьи, которую я читал этой ночью на «Би-би-си». Изображение отправлено. — Витенька, я знаю про климат. Именно поэтому надо искать возможности для колонизации других планет. Алина, голосовое для Влада: «Нужно тратить средства на приведение в порядок этой планеты, а не устремляться со своими бездушными роботами к новой, чтобы загадить и ее». Алина, текстовое для Сергея Левицкого: «Сергей Матвеевич, я задерживаюсь минут на десять — пробка над Дворцовым на повороте на Университетскую». — Роботы не гадят. А твой механический Антарес — вообще милейшее существо, — зевая, продолжил у меня в ухе бархатный голос. Алина, голосовое для Влада: «Только вот это милейшее существо почему-то назвали в честь звезды в созвездии Скорпиона. Может, у него и жало где-то спрятано». Алина, голосовое для Влада: «А если ты будешь меня им попрекать, я верну его в магазин и снова заведу настоящего. А они — умирают». Новое текстовое сообщение от Сергея Левицкого. Алина, выведи на экран. «Виктор Александрович, у вас амнезия? Мы давным-давно перешли на “ты”». — Ну... Не надо так, kochanie... — отозвался у меня в ухе Влад. — Я купил для тебя какие-то супер-клубни ирисов, которые растут без почвы. Обещают цветение через три дня после активации. Что ещё за активация? Алина, голосовое для Влада: «Клубни тоже механические, что ли?» Алина, текстовое для Сергея Левицкого: «Мы не виделись 10 лет». — Нет. Так называется вскрытие упаковки, где они лежат в темноте в анабиозе, — ответил у меня в ухе голос Влада. Новое текстовое сообщение от Сергея Левицкого. Алина, выведи на экран. «Не 10, а 11». Алина, голосовое для Влада: «Восемнадцать розовых камелий, милый». — Ты мой ястребок! Скоро увидимся. Всë, отбой, — я понял по его голосу, что он улыбается, и мои губы непроизвольно дрогнули в ответ.* * *
— Роскошный у тебя пес. Смóтритесь вместе как два аристократа, — сказал Левицкий, первым протягивая мне руку. Господи, и он туда же... — Спасибо, что подождал, — я пожал ему руку, отметив, что кожа на его ладони загрубела. — Я приехал инкогнито, поэтому дорогу для меня не перекрывали. — Брось, я никуда не тороплюсь. — Ты мог бы не спускаться... — я обвёл взглядом просторное лобби с фонтаном и статуей Аполлона Бельведерского в натуральную величину. — Я стараюсь больше ходить. Врачи рекомендуют — от болей в спине. Мы поднялись по лестнице на второй этаж и пошагали по застеленному ковролином коридору. — Если хочешь, можно лапки протереть, — сказал Сережа. — Мне? — уточнил я с усмешкой. — Собачке твоей, — улыбнулся Сережа и взглянул на Антареса, который рысил рядом с нами. — Сможешь на диван его пригласить. — Звучит так, словно речь о любовнике, а не о собаке. — Прости уж старика за непреднамеренный каламбур, — рассмеялся Сережа. — Тоже мне старик! Ты почти не изменился за десять лет. — Тебе тоже больше тридцати пяти не дашь. И растительность на лице тебе идет. — А мне ведь уже сорок семь, — я провел рукой по подбородку. Так и забыл побриться... — Все мы не молодеем, Виктор Александрович. Мы подошли к двери кабинета с золоченой табличкой «Сергей Матвеевич Левицкий, генеральный директор издательского дома “Альдебаран”», и Сережа достал из кармана пластиковую карточку: — Так что насчет лапок? — Сейчас протрем. Антик! Дезинфекция лап! Пёс улегся на пол перед дверью и быстро вылизал подушечки своих длинных лап. — Батюшки, какой акробат! Как полное имя этого вышколенного красавца? — Сереженька, это робот. Просто очень реалистично сделанный. А зовут — Антарес. Так называется эта модель, ну, а я... решил не переименовывать. — Красивое имя... В честь ярчайшей звезды в созвездии Скорпиона. И означает «противник Ареса». Твой пёс — пацифист и миротворец, — Сережа снова улыбнулся и поднёс к считывателю магнитный ключ. — С его помощью я как раз пытаюсь примириться с существованием роботов, — отозвался я. — И как успехи? Дверь беззвучно вернулась на своё место за нашими спинами. Как же бесят такие двери! Невозможно понять, закрылась она или нет, и приходится оборачиваться... — Со скрипом, — ответил я с усмешкой. — У меня слишком много предубеждений. Но ещё одного живого пса я не выдержу. Ну, если он умрет... — добавил я, подходя к огромному деревянному книжному шкафу во всю стену. — Это тоже голограмма? — Конечно, — ответил Сережа и медленно сел на диван рядом с иллюзорным шкафом. — С тех пор как мы твоими стараниями присоединились к европейской экопрограмме, покупка деревянного шкафа приравнивается чуть ли не к убийству человека. — Ой, контрабандисты чего только ни возят! И дерево, и даже изделия из натуральной кожи и слоновой кости... Устали их ловить и штрафовать. Я стал разглядывать полки в поисках двух знакомых корешков. — Ближе к окну на второй полке сверху, — подсказал Сережа. — Если поднести руку к корешку, увидишь голографическую версию книги. Я быстро отыскал пурпурный торец с надписью «Шёлковая плеть» и поднес к нему руку: книга покинула полку, зависла в воздухе, рассыпая во всё стороны золотые пылинки-искры, кокетливо продемонстрировала мне лазоревый форзац и открылась на странице с оглавлением. — Красиво... — Я поначалу по пять раз на дню развлекался с этими голограммами, потом попривык... — отозвался Серёжа. — А собачку можно погладить? — Конечно. Антик, вперед, к дивану. Сидеть. — Это ведь борзая? — Сережа запустил пальцы в светлую шерсть. — Да, русская псовая. — Он подчиняется только голосовым командам? Я мысленно велел Антику лизнуть руку, которая его гладит — пёс мгновенно выполнил команду и тут же передал мне информацию о пульсе, давлении и температуре Сережиного тела. С такими показателями этого старика в его 60+ можно смело запускать в космос — например, в полёт к чертовому Марсу. — Ментальным тоже, — сказал я вслух. — А языком собирает данные о состоянии тела. — И что говорит про меня шерстнатый диагност? — Сережа похлопал по сиденью рядом с собой, скомандовал «Барьер», пес взглянул на меня, я мысленно сказал «Можно» — Антарес грациозно запрыгнул на диван и опустился на сиденье рядом с Сережей. — Что предполагаемый возраст объекта — всего 53 года. А что моложавый объект скажет про мою рукопись? — я убрал руку от книги — она растворилась в воздухе и снова материализовалась на полке в виде корешка — и посмотрел на Сережу, стараясь уловить его микромимику. — Два слова: книга гениальна. Imprimatur. Без редактуры и с минимальной корректорской правкой, — улыбнулся он, поглаживая длинноносую морду Антареса. Вроде не врет. Или?... Антик, лизни ладонь, которая тебя гладит. Хм, показатели не изменились... — И что, у тебя нет никаких замечаний? — я поднес руку к черному корешку на полке — полёт в снопе искр повторился, отразившись в полированной поверхности камней на моих перстнях, и передо мной открылось оглавление моей повести «Чётки экзорциста». Сережа махнул рукой: — Всë это будут мелкие придирки ворчливого редактора, которые не стóит принимать во внимание. Ты не утратил живости пера, которая была у тебя в 26 лет, и добавил к ней осведомленность опытного царедворца — то ещё комбо или, как сейчас говорят молодые, стерео. — А что ты скажешь насчет названия? — Хорошее хулиганство с зачеркнутыми буквами. На анимированной обложке эффект будет роскошный. — Думаешь, уловят отсылку к персонажу «Бури»? — уточнил я, не веря своим ушам. — После нашумевшей экранизации фон Триера про Сетебоса знают даже пятиклассницы. — Так вроде 16+ ценз у фильма. Там столько постельных сцен и даже гей-секс между Просперо и Ариэлем. — Кого это когда останавливало, Витя? — рассмеялся Серёжа и почесал Антика за ухом. — Серёжа, я... даже не знаю, что сказать. Я рассчитывал на критику и готовился дорабатывать текст... — я мысленно скомандовал Антику «На пол», сел на освободившееся место рядом с Сережей и потрогал своё кольцо с аквамарином. — Виктор Александрович, у вас профдеформация. У нас тут не законопрект, а литература. Книгам несовершенство иногда даже на пользу — больше жизни, — он положил ногу на ногу и похлопал ладонью по ткани своих светло-серых брюк — судя по цвету, из неокрашенного эко-льна — где тут же материализовалась длинноносая собачья морда. Его как будто подменили — просто Сергей Елеевич... — Как скажешь... Спасибо, — сказал я вслух. — Гонорар возьмешь себе? — Нет, конечно! Отдай половину на исследования климата, а вторую — во Всемирный фонд помощи пострадавшим от наводнений. — Добро. Где... купить такую собачку? — он снова погладил Антика по голове. — Это детище компании «Tomodachi». Серия «Stardogs». — «Звездные псы». Романтично, — улыбнулся Серёжа. — Ага. И все модели собак в этой серии названы в честь звёзд. Серия, правда, экспериментальная и ещё не поступила в продажу, — Антарес дёрнул ухом и посмотрел на меня. — Но если ты пришлешь мне свой домашний адрес, я пришлю тебе такого же пса. — Я не могу принять такой дорогой подарок. — Можешь. Я тебе должен за одежду и запонки, которые ты мне когда-то подарил. И за твою помощь 10 лет назад... Отказ я не приму, — добавил я и уже приготовился делать ему внушение. — Тогда можно присылать на адрес издательства, — неожиданно согласился он. — Бóльшую часть времени я провожу здесь. — Какой окрас хочешь? У них есть ещё чёрные и белые с рыжими подпалинами. — Такую же светло-пепельную, как твоя. — Этот оттенок называется «полóво-пегий». — А я-то думал, ничего сложнее «цвета брусники» не бывает. А, оказывается, брусника — это ещё цветочки, а ягодки — вот тут, на шерстке у пса, — он усмехнулся и потрепал Антареса за шею, а тот завилял своим хвостом с плюмажем. — У тебя память феноменальная просто. — Тоже профдеформация. Ну, и есть вещи, которые не так легко забыть. Вот, друг мой, ты настолько высоко поднялся, что тебе льстит даже Сергей Левицкий. Господи ты боже мой... — А ты что такой истерзанный, Витя? — спросил Серёжа, вглядываясь в моё лицо. — Муз заездил. — Муж? — переспросил он. — Муж — третью неделю в поездках, — со вздохом ответил я. — Смотрит в Токио на Всемирной выставке роботехники новые модели бездушных машин. — Говорят, «Матсушита» выпустила очередную серию секс-андроидов. — Серёжа, я терпеть не могу роботов и не слежу за новинками в этой сфере, — отозвался я, не скрывая раздражения, а Антарес положил голову мне на бедро. — У них с этими новыми андроидами какой-то скандал в духе Густава Климта и его картины «Поцелуй». — Какую историю ты имеешь в виду? Там столько анекдотов про этот «Поцелуй»... — я погладил Антика по голове. — Что он изобразил в виде безликого героя в лавровом венке себя, а в образе героини — одну из своих муз Эмилию Флëге, — уточнил Серёжа. — В силу обстоятельств ни близость, ни даже поцелуй с ней были для Климта невозможны: по одной версии, Флëге предпочитала женщин, по другой — Климт опасался заразить её сифилисом. В итоге, он реализовал своё страстное желание на картине. — Эта история всегда казалась мне сомнительной с этической точки зрения. Какое-то насилие над образом человека... Тем более, если там было портретное сходство и люди могли узнать на картине несчастную Флëге. — Или он просто был так влюблён в неё, что мог изображать на своих полотнах только её одну. — Тогда это похоже на нездоровую фиксацию. Такое, увы, искусством не лечится — только психотерапией, иногда с фармподдержкой, — сказал я, вспоминая печальную судьбу Врубеля, а Серёжа развёл руками. — А что произошло у компании «Матсушита»? — Одна из их дочерних фирм начала разработку человекоподобных роботов с использованием технологий, которые остались после создания андроидов, отправленных на Марс. Они выпустили ограниченную серию высокотехнологичных андроидов-ученых редких профессий. Если верить рекламе, нейросеть, встроенная в этих андроидов, обладает не только обширными знаниями и способностью к анализу, но и подобием эмоционального интеллекта. Они способны мыслить, как человек, и даже выстраивать с людьми отношения привязанности. — Звучит многообещающе. В чем же подвох? — Модель быстро выходит из строя и из-за обилия тонких кастомизированных настроек практически не подлежит ремонту. Ну и цена... — И сколько же стоит оснащенный эмоциональным интеллектом механический учёный? — Сто тысяч. — Всего-то? За такие деньги у нас сейчас продают какую-то навороченную модель пылесоса. Кажется, LG, но я могу ошибаться. И эти пылесосы, говорят, разлетаются, как горячие пирожки. — Андроид стоит сто тысяч долларов. Я присвистнул от удивления: — Больше трёх с половиной миллионов рублей! За эту цену можно купить электрокар. — Новый электрокар не купишь, только «гибридку». Цены на электрокары стартуют от 4,5 миллионов. Я недавно обновлял автопарк издательства и поэтому в курсе. Надо же... А в статистических отчетах по автомобильной отрасли писали, что ценовой тренд на электрокары устойчиво идёт на снижение и ценник уже опустился ниже четырёх миллионов. Надо проверить, что у нас там за аналитики такие. Алина, создай напоминание: «Проверить качество аналитики Тримстата по автомобильной отрасли (цены на новые электрокары)». Напоминание создано. Уровень приоритета? Средний. Уровень приоритета присвоен. — У нас в Петрограде при средней зарплате научного сотрудника в 80 тысяч рублей, андроид окупится примерно за 4 года, — продолжил Серёжа. — А рекомендованный производителем срок эксплуатации андроида-ученого составляет всего 5 лет. Если добавить затраты на обязательное ежегодное гарантийное обслуживание и утилизацию, которая, конечно же, не включена в стоимость, с финансовой точки зрения выгоднее нанять человека. — И как же разработчики решили проблему цены? — Никак. Решили прекратить выпуск нерентабельной модели и сделать ставку на секс-роботов. — И какая здесь связь с «Поцелуем» Климта? — Их главный инженер-разработчик брал в качестве прототипов для внешности андроидов живых людей. — Мне кажется, все так делают. Придумать внешность полностью с нуля невозможно, всë равно придётся ориентироваться на уже существующие образцы. — Да, но он без разрешения брал внешность целиком и не видоизменял ее. Для модели андроида-учёной использовал внешность своей тогдашней жены, но она работала вместе с ним и была не против. А для секс-куклы — какой-то гейши, которая прославилась тем, что никогда не спала ни с кем из клиентов, так как поклялась хранить верность покойному мужу. Говорят, нашему инженеру она тоже отказала, хотя он сулил ей баснословные деньги. — И он... из мести отдал её внешность роботу-проститутке? Серёжа кивнул: — И, судя по количеству предзаказов, эта модель будет очень востребованной. Теперь каждый, кому гордая гейша отказала, может купить себе ее точную копию и... насладиться сполна. — Какая мерзость... Откуда ты узнал про всë это? — На «Би-би-си» был большой материал. Могу прислать тебе ссылку на статью. Алина, создай напоминание: «Прочитать на “Би-би-си” статью про андроидов компании “Матсушита”». Уровень приоритета: высокий. Напоминание создано. — Нет-нет, меня это совершенно не интересует, — сказал я вслух. — Может, они всë это специально придумали, чтобы устроить шумиху и привлечь внимание покупателей. А статью на «Би-би-си» заказали за деньги. — А, может, эта женщина и вправду были его музой. — Не хотел бы я оказаться на ее месте, — я встал с дивана и снова подошёл к шкафу. — А что ты там начал говорить про свою музу? — Что он меня заездил... — Он? — удивлённо переспросил Серёжа. — У меня муза мужского пола. Пахал на мне последние две недели, словно вознамерился там же в литературных полях меня и зарыть. Я почти не спал и ел через день — и всë равно еле успевал записывать. — Как он выглядит? Твой муз. — Как врубелевский Демон. Но не с картин, а с... У тебя как со временем? Может, пообедаем где-нибудь? У меня вроде аппетит появился — надо ловить момент. — Добро. Заодно обсудим дизайн обложки твоей книги, чтобы я мог поставить задачу оформителям. — Тогда я угощаю, а ты — выбирай место — я редко бываю в городе и не знаю приличных заведений. — Ты по-прежнему не жалуешь только вкус баранины? — Мне всё равно, чтó есть, Серёжа. Жизнь без обоняния лишена вкуса. — Значит, так и не вернулось... Я покачал головой, а он сочувственно посмотрел на меня. — Тогда пошли в панорамный над «Метрополем» — побалуем хотя бы твоё зрение. У них ещё и Мишленовская звезда с прошлого года. Тут рядом, можно пешком прогуляться. Антареса берем? — Да. Я обещал Владу, что всюду буду брать с собой Антика... Вдобавок к телохранителям, — добавил я со вздохом, в красках представляя себе бестолковое мельтешение чёрных костюмов. Мы вышли на практически безлюдную залитую июньским солнцем набережную и пошли в сторону Благовещенского моста. Два чёрных костюма пошли за нами, а два других — справа, на расстоянии трёх метров. — Как ты, привык к своим охранникам? — поинтересовался Сережа. — Скажем так, я почти смирился с их присутствием, — ответил я с усмешкой. — Были еще покушения, кроме тех, о которых писали в СМИ? Я махнул рукой, вспоминая, сколько этих покушений было, и погладил по голове Антареса: — Постоим у реки? — Конечно, — отозвался Сережа с непривычной сговорчивостью. — Только вниз уже не спуститься — вода поднялась и затопила площадку. — Уже? Обещали только через две недели, как раз к началу экосаммита. — Да нет, из-за потепления климата и таяния ледников уровень воды в принципе стал выше. Ветер едва шевелил развешенные на фонарных столбах белые треугольные флаги с синим логотипом экосаммита, солнечный свет превращал трепещущую гладь реки не то в ртуть, не то в расплавленное серебро, а на противоположной стороне под прозрачным защитным куполом сверкали золотом куполообразные главы Исаакия. — С каким трепетом мы защищаем свои памятники рукотворные, — сказал я, указывая на собор, — и с каким безразличием относимся к памятникам, которые природа создавала без нашего участия на протяжении миллионов лет. — Предлагаешь накрыть защитным куполом всю планету? — усмехнулся Серёжа. — Если бы мы были менее беспечными, все эти купола не потребовались бы вовсе, — отозвался я и облокотился на изъеденный кислотными дождями каменный парапет, ощущая, как усталость и недосып дают о себе знать. Кто бы мог подумать, что поездка в Выборг так меня вымотает. И кто бы мог подумать, что Влад станет для меня Морфеем, без объятий которого я не смогу нормально спать... Сережа медленно облокотился на парапет справа от меня. — Как твоя спина, Сережа? — Терпимо. Без ухудшений. — Сейчас болит? — Немного. Пусть твоя боль отступит. Я незаметно провёл рукой возле его поясницы: моя ладонь сначала сделалась горячей, словно я приложил её к раскалённой плите, потом — холодной, как лёд, а затем снова обрела привычную температуру. Моя усталость сразу умножилась на два. — Легче? — спросил я, а Сережа с озадаченным видом потер спину. — Да, вдруг отпустило. — На операцию не хочешь? У тебя... явные показания. Эффект будет хороший. Могу порекомендовать... — Я не доверяю хирургам, — перебил меня мой визави. — Те еще коновалы. — Не скажи. Мне коррекцию зрения сделали очень удачно. С очками я распрощался. Правда, так и не избавился от привычки поправлять их на лице, — я посмотрел на Сережу и дотронулся средним пальцем до переносицы. — Фантомные очки, — усмехнулся он. — Призрак увечности... — отозвался я. — И таких призраков у вечности много. — Ты всегда любил игры слов, — улыбнулся Сережа, а я снова почувствовал усталость и щемящую тоску по тёплым рукам, в объятьях которых мне всегда так сладко спалось. Мы продолжили свой путь к Благовещенскому мосту мимо пристани, по обе стороны от которой томились под защитными куполами из прозрачного переработанного пластика массивные сфинксы. Над ними на высоте пятнадцати метров от земли все ещё тарахтели в пробке электрокары, дожидаясь, пока ДПС откроет коридоры облёта. По оценкам специалистов из Нагойского университета, шум и постоянное мельтешение над головой, усиливает стресс горожан, а в Техническом университете Чалмерса экспериментально доказали, что фоновый уровень шума, превышающий 40 децибел, негативно сказывается на когнитивных способностях и снижает производительность труда... Ничего, на время саммита отменим здесь все полёты, а дальше при грамотно выстроенной пиар-кампании к концу года петроградцы сами захотят отказаться от использования частных электрокаров — как минимум в исторической части города, где увеличить расстояние между воздушными трассами и жилыми кварталами попросту невозможно. — Спустимся к грифонам? — предложил Серёжа. — А то пристань скоро начнет погружаться под воду. Я жестом подозвал одного из телохранителей и обозначил ему маршрут. Через полторы минуты бестолковый досмотр был окончен и мы с Серёжей наконец спустились на гранитную пристань, где ненасытная река уже завладела нижними ступенями пристани. Мы повернули направо к полукруглой гранитной лавочке, у торцов которой сверкали натертые до блеска головы грифонов. — Здесь можно загадать желание. Чтобы сбылось, надо положить одну руку грифону в пасть, а второй — погладить его по голове, — проинструктировал меня Серёжа и отошел к правому крылатому зверю, а мы с Антаресом остались возле того, что был слева — он держал в зубах букетик живых васильков. — Забавно: кто-то вложил грифону в пасть васильки. На языке цветов они означают «Я не смею выразить тебе свои чувства», — сказал я и коснулся кончиками пальцев прохладных шероховатых стеблей, а правую ладонь положил на теплую отполированную макушку. Пусть Влад вернётся из Японии как можно раньше... Сережа приблизился ко мне и стал наглаживать Антареса: — Наверное, дети баловались и принесли сюда цветы с моста. Со вчерашнего дня он весь завален васильками по случаю годовщины убийства Кóрзуна. — А почему люди несут туда именно васильки? Потому что они символизируют жизнь и власть? — Всë прозаичнее. Корзун был родом из поселка Вырица. Это тут неподалеку, в Гатчинском районе. На гербе городского поселения, в состав которого впоследствии вошёл посёлок, изображены синие васильки. Ничего себе проза... Прямо-таки геральдический выбор. Как будто этот Корзун был особой королевских кровей... — Хочешь зайти на мост? — предложил Серёжа. Этого ещё не хватало! — Если мы задержимся ещё, у меня пропадёт аппетит, — ответил я. — Тогда идём в ресторан? Или по протоколу здание должна сначала проверить служба безопасности? Должна, но не станет, иначе мы попадём в ресторан только через час.* * *
Неплохо мы потрудились с тобой, неплохо — и в Выборг съездили, и в издательство на обратном пути заскочили. Я погладил Антареса и взглянул на знакомую мускулистую фигуру в стеклянном киоте с табличкой, которая на русском и английском сообщала, что внутри находится черно-белая акварель Михаила Врубеля «Демон», написанная в 1891 году. Алина, голосовое для Степана: «Степа, я вернулся. Напомни, когда у нас следующий день посещений в Галерее?» Новое голосовое сообщение от Степана. Алина, включи. — 9 июня, Виктор Александрович. Алина, голосовое для Степана: «Иностранные группы будут?» Новое голосовое сообщение от Степана. Алина, включи. — Да. Французская в 14:00 и английская в 15:00. Алина, голосовое для Степана: «Я проведу для них экскурсии сам». Новое голосовое сообщение от Степана. Алина, включи. — Понял вас, Виктор Александрович. Внесу в расписание. Алина, голосовое для Степана: «Спасибо, Степа». Алина, добавь в календарь 9 июня экскурсии по галерее в 14:00 и в 15:00. События добавлены. А вот и прекрасный букет пионов... И зачем я их нюхаю? Двадцать лет не чувствую запахов и каждый раз нюхаю цветы. Видимо, жду чуда... Без запаха они выглядят так, словно сделаны из пластика. Хотя, может... Нет, живые. Пожухлый листочек и в вазе вода... Я ваш аромат потерял навсегда. Антик, ко мне!... А, ты ведь неживой и тоже не чувствуешь запахов. Боже мой, не-жи-вой... Новое голосовое сообщение от Степана. Алина, включи. — Поужинать не желаете? Накрыть на стол у Прозерпины? Алина, удали последнее голосовое от Степана. Голосовое сообщение удалено. Алина, голосовое для Влада: «Милый, я не ребёнок и сам разберусь, когда мне есть». — Kochanie, вчера ты согласился поужинать в это же время. И я решил тебе напомнить... — произнес бархатный баритон извиняющимся тоном. — Тем более, что ты сегодня весь день в разъездах. Уже донесли. Двор императора Тиберия нервно вейпит в сторонке! И кто донёс? Тот же, кто предлагает накрыть для меня стол. Алина, голосовое для Влада: «Милый, я откажусь от услуг Степана — они слишком дорого мне обходятся. И заведу андроида». — Ты же ненавидишь роботов. Алина, голосовое для Влада: «Доносчиков я ненавижу сильнее. Андроид хотя бы будет мне лоялен — в соответствии со своими настройками». — Степан как раз проявляет лояльность, — зевая, отозвался бархатный баритон, — заботится о тебе. Алина, голосовое для Влада: «Он лоялен тебе, милый, а не мне...» Я хотел добавить, что это бесит, но замешкался — и через положенные три секунды сообщение ушло незаконченным. — И это бесит? — спросил голос Влада, а я понял, что мой собеседник улыбается. Алина, полный приоритетный чат с Владом. Полный приоритетный чат включён. — Меня всё здесь бесит без тебя, — сказал я. — Ты примиряешь меня с действительностью, как голубые каски ООН. — Они уже десять лет как зелёные. — Ладно, уел. — Я приеду завтра, kochanie. — Я хочу, чтобы завтра наступило сегодня. Сейчас. — Поторопить время не в моей власти. — В твоей власти выйти на связь по видео. В твоём президентском люксе ведь есть проектор. — Хорошо. Наберу через сорок минут, как закончу с принятием отчётов, — ответил он со вздохом. — Всё, отбой. Алина, отключи полный приоритетный чат и включи приоритетный чат для входящих голосовых с Владом. Полный приоритетный чат отключён. Приоритетный чат для входящих голосовых сообщений включен. Новое текстовое сообщение от Сергея Левицкого. Алина, выведи на экран. «Как добрался до дома?» Теперь и он считает меня слабаком, о котором надо заботиться. Алина, текстовое для Сергея Левицкого: «Всё в порядке, Сережа. Не беспокойся». А рука всё ещё мёрзнет... Антик, ко мне. Включи режим грелки. Какой ты восхитительно тёплый... И смелый. Почти как Муссон. Пойдём на диван. Барьер! Чем же занять себя? Ничего не хочется... Новое текстовое сообщение от Сергея Левицкого. Алина, выведи на экран. «Витя, а я ведь сожалел тогда, 20 лет назад. Даже очень». Вот это новость! Алина, текстовое для Сергея Левицкого: «Ты серьезно?» Новое текстовое сообщение от Сергея Левицкого. Алина, выведи на экран. «Да. Плохо было не только тебе». Алина, приоритет для входящих текстовых от Сергея Левицкого. Приоритетный чат для входящих текстовых сообщений включен. Алина, текстовое для Сергея Левицкого: «И почему было плохо тебе?» Даже интересно, что он ответит. «Подспудно я чувствовал вину за то, что сделал». Алина, текстовое для Сергея Левицкого: «Ты про водителя своего, который меня домогался, чтобы проверить, поддамся я или нет?» «Да. И про слежку. И про свою паранойю». Алина, текстовое для Сергея Левицкого: «А этого вашего художника тоже ты ко мне подослал тогда на выставке?» «Нет. Он сам решил раскрыть тебе глаза на то, какой я мерзавец». Алина, текстовое для Сергея Левицкого: «Ты не мерзавец, Серёжа». А обыкновенный нарцисс. И это, как известно, не лечится... Но как же холодно! Антик, принеси с кровати плед. Молодец! Какой уютный. И ничуть не истрепался за пять лет — вот что значит ручная работа... Тати ещё так трогательно пожелала тогда, чтобы наш с Владом союз был таким же, как это полотно из эко-шерсти — тёплым, мягким и прочным. Алина, покажи фото из папки «Свадьба». Всё-таки свадьба в японском стиле была хорошей идеей. А цветущую вишню в нашем саду почти не отличить от сакуры. Только вот наряды... Точнее, мой наряд. И как я мог не проконтролировать? Доверился Этьену, а тот сделал по краю моего жакета хаори золотую роспись. Я почти ничего не знал тогда о японском костюме, а Влад только перед самой церемонией обмолвился, что росписью в Японии обычно украшают кимоно невесты. Я был вне себя от ярости и хотел всё отменить. Влад предложил поменяться хаори, но его жакет, конечно, был велик мне в плечах. Тогда он предложил обойтись вообще без хаори, оставшись в нижних рубахах нагадзюбан и штанах хакама, но это разрушило бы атмосферу и мне пришлось смириться. Хорошо хоть, что у меня в волосах не было украшений кандзаси, а под нагадзюбаном — дамских панталонов сасоёке... С тех пор с Этьеном я больше не разговаривал, хоть он и пытался меня убедить, что всё получилось непреднамеренно, а его обожаемому Алеку такая же роспись на домашнем кимоно пришлась по душе. Тоже мне оправдание! Учитывая, что вкуса к одежде у Алека не было, сколько я его помнил. Тогда же с помощью интернета и пары книг я восполнил досадный пробел в знаниях, касающихся японского костюма. Алина, закрой папку. Алина, открой Новости на Симплексе. Всё чисто. Алина, открой Дайджест новостей с сайтов бессистемной оппозиции. Чисто, чисто, чисто... На «Эдельвейсе» ничего нет. И даже на портале «Буревестника» всë спокойно... Значит, младший из Алфеевых не успел связаться со своим папашей. Или тот осторожничает... Алина, включи VPN и открой сайт боевой группы «Свободные радикалы». А вот и новость о нападении на Виктора Говорова. Опубликована десять минут назад. Значит, скоро информация появится на сайте «Буревестника» и станет достоянием широкой общественности. Надо сыграть на опережение. Алина, голосовой вызов для Сергея Подольского из PR-отдела. Вызов начат. — Здравствуйте, Виктор Александрович, — проговорил знакомый голос после первого же звукового сигнала. — Необходимо срочно обезопасить публику от дезинформации на сайте «Буревестника». — Требуется ограничить доступ к конкретной странице или ко всему порталу? — Лучше ко всему порталу. На 48 часов. Как было бы замечательно объявить и их экстремистской организацией и закрыть доступ к этой помойке навсегда. — Будет сделано, Виктор Александрович. И надо посмотреть, не успела ли новость разлететься. Успела: сайты двух «желтых» газетенок опубликовали ссылки на исходник с краткими аннотациями. Значит, придётся рассказывать о происшествии Владу, иначе он прочтет обо всем в своей вечерней сводке новостей СМИ и разозлится, что я не предупредил его сам... Что ж, настроим технику. Алина, включи камеру для видео-связи и проверь настройки. Подключаюсь к камере видео-связи. Камера включена. Проверка качества изображения... Чёткость изображения 85% Рекомендую протереть объектив. Сейчас протрем. Благодарю! Чёткость изображения 100% Проверка фокусировки камеры... Фокусировка в норме. Проверка качества звука... Качество звука 100% Проверка микрофона... Микрофон включён и работает в режиме «Тихая комната». Шумоподавление отключено. Для лучшего результата рекомендую закрепить клипсу с микрофоном на вороте одежды. Сейчас закрепим. Благодарю! 3d-сканер готов к работе. Для лучшего результата сканирования рекомендую сместиться на 40 сантиметров вправо. Благодарю! Сканирование начато. Но как же холодно... Сканирование завершено. Антик, ко мне! Проектор готов к работе. Молодец! Барьер! Место! Выберите на плане комнаты место размещения трёхмерной проекции собеседника. Место 2. Вот и входящий звонок. Наконец-то увижу его... Алина, прими звонок. Видеозвонок начат. Встроенный микрофон отключён. Используйте выносной микрофон. Над кроватью напротив меня рассыпался сноп золотых искр и материализовалась знакомая фигура в красной юкате, полы которой были распахнуты, обнажая рельефный торс. Справа от проекции тела Влада появился квадратный горшок с каким-то бонсаем. — Красивая юката. Что это за материал? Эко-лён? — спросил я. — Да, — Влад зевнул, прикрывая рот тыльной стороной пальцев. — Окрашенный каким-то новым безопасным составом. — Тебе идёт этот оттенок красного. Становишься похож на своего Кагуцути. А что это за Мамврийский дуб там с тобой рядом? — А, это бонс... со мн... вместе отскан... — У тебя микрофон съехал, звук прерывается. Влад запахнул юкату, знакомым движением завязал на ней пояс, словно подпоясывал самбовку, и поправил клипсу с микрофоном: — Так лучше? — Да. Как твой джетлаг? — Только стал засыпать без снотворного. Теперь после возвращения в Третий Рим придётся начинать всë сначала. Я подошёл к кровати, сел на матрас рядом с ним и провел пальцами по его затылку. Все эти новые технологии — одна большая иллюзия, ощущения физического присутствия всё равно нет. Хотя без обоняния я вообще существую в отключке от жизни, словно под перманентной заморозкой. Я не помню, как пахнет его кожа и волосы... Осталось только тепло его тела, которое через эти проекторы передается как-то неестественно. — О чем задумался? — Влад поднес мою левую ладонь к своим губам — их температура не отличалась от температуры кожи на мочке его уха. — Да так... Думаю, что ты прав насчёт проекторов — фигня это всё, — я вернулся на диван и натянул на плечи плед. — Как твои дела? — взгляд Влада стал внимательным. Пытается считывать меня, но через проектор этот номер не пройдет, поэтому он и не жалует четыре-дэ-видео-связь. Руку снова обдало холодом, я рефлекторно засунул её подмышку, случайно задел новый пирсинг на соске и зажмурился от боли: — С переменным успехом. — Что-то случилось? — встревоженно спросил Влад. — Милый, зачем мне эти телохранители? Они такие тупые... — Что произошло? — Всё закончилось хорошо. — Витя, что у тебя произошло? — с нажимом в голосе спросил он. — Всплеск народной любви, — я изобразил пальцами левой руки кавычки. — Опять... — он закрыл лицо рукой. — Не «опять», а «снова». — Что на этот раз? — Повестка прежняя: «Уйди, Чумной Доктор, мы тебя не хотим». Собирались плеснуть в лицо из бутылки, но Антик сработал на опережение, — я погладил шелковистую шерсть на шее пса-избавителя. — Что было в бутылке? — Нашатырный спирт. Неразбавленный. Хотели сделать мне приятно, — я снова изобразил пальцами кавычки, — и выбрали запрещённое к продаже вещество. Но спасибо, что хоть не краска и не зеленка. — Ожог от нашатырного спирта не менее опасен. — Милый, ты там гуглишь, что ли? — усмехнулся я. — Как ты умудряешься всё совмещать? — Привычка... А ты... еще и лечил этих преступников? — добавил Влад, указывая на мою руку, которую я снова сунул подмышку. — Он был один. Я оставил его как есть. Там пара синяков — он больше испугался, чем пострадал физически. Но я не понимаю, зачем мне чертовы телохранители, которые совсем не ловят мышей. — Заменим на более толковых. — Толковые закончились три года назад. Когда Искандер ушел на пенсию. — Kochanie, не драматизируй. Мы кого-нибудь подберем. А кого ты лечил? — Знакомого. — Зачем? — Ему было больно, мне стало его жалко. — На тебе самом лица нет. Когда ты спал в последний раз больше двух часов подряд? — Восемнадцать дней назад. Ну, в ночь с 14 на 15 мая накануне твоего отъезда, — ответил я и снова погладил Антареса. — Понятно, — отозвался Влад со вздохом. — Что тебе понятно, милый? — Что ты себя не бережешь. — Мне забраться в стеклянный бокс к «Прозерпине»? — я указал большим пальцем на стену у себя за спиной. — Или к «Демону»? — Витенька, надо спать. — Мне не спится без тебя. — Чтобы заснуть, нужно для начала лечь в кровать. — Милый, у меня был паршивый день... Я и так чувствую себя слабаком и ты еще мне добавляешь. — Витя, в здоровом теле... Иди ты к чёрту со своими наставлениями! Алина, заверши звонок. Видео-звонок завершен. Выносной микрофон отключён. Встроенный микрофон включён. — Витя, ты же знаешь, что я очень не люблю, когда ты вот так... Алина, стоп. Отключи приоритет для входящих голосовых с Владом. Приоритетный чат для входящих голосовых сообщений отключён. Перед глазами всплыло сообщение от Левицкого «Ты правда не считаешь меня мерзавцем?» Нет, твою мать, я пошутил! Алина, отключи приоритет для входящих текстовых с Сергеем Левицким. Пометь его последнее сообщение как непрочитанное. Приоритетный чат для входящих текстовых сообщений отключён. Новое голосовое сообщение от Влада. Алина, перешли Владу видео, которое было снято сегодня в 15:30. Видео-файл отправлен. Алина, текстовое сообщение для Влада: «Влад... Я... Возвращайся скорее. Пожалуйста. Мне очень плохо». Теперь я официально слабак с большой буквы С. Новое текстовое сообщение от Влада. Алина, выведи на экран и включи полный приоритет для текстовых с Владом. Полный приоритетный чат для текстовых сообщений включён. «Я буду дома через 5 часов. Обещай мне, что ничего с собой не сделаешь». Алина, поставь на его сообщение реакцию «Ок». «Обещай мне». «Обещаю». «Дай мне слово чести». «Даю слово чести». «Ты мне нужен, Витя. Как никто другой. Пиши каждые 15 минут. Можешь присылать смайлики, если неохота словами». «Как ты насчёт музыки, милый?» «Я за, kochanie». «Начнём с классики». Алина, отправь Владу звуковую дорожку «Black Sabbath — N.I.B.» Дорожка отправлена. «Я думал, ты начнёшь с классической музыки)» «А я начал с классического хард-рока», — ответил я и велел Алине добавить анимированный смайлик-электрогитару. — «А это — переосмысление эстетики Black Sabbath молодыми французами из Новой Англии». Алина, отправь Владу звуковую дорожку Blanc Dimanche «N.E.B.» Дорожка отправлена. «Новая группа. Одна из немногих, где нет женщин. Их даже из-за этого на Музфест не взяли». Зато я пригласил ребят выступить на световом шоу дронов, которым завершится экосаммит в Петрограде. Я представил, как Blanc Dimanche исполняют третью часть сонаты #2 Шопена, более известную как «Похоронный марш», в память о безвременно почившем супруге Президента, а световые огоньки складываются на тёмном небе в объемное изображение могильного камня с надписью «R.I.P. dear Vic. You were too bright for this world», но очередное сообщение от Влада выдернуло меня из мира небесно-кладбищенских фантазий: «И когда у нас Музфест?» «В субботу вечером. Обещают даже динозавров из Disturbed», — ответил я, — «Как тебе Blanc Dimanche?». Алина, замени полный приоритет для текстовых с Владом на приоритет для входящих текстовых. Приоритетный чат для входящих текстовых сообщений включён. Алина, текстовое для Сергея Левицкого: «Думаю, ты тогда заботился исключительно о себе, а обо мне просто не думал». На экране у меня перед глазами всплыло сообщение от Влада: «Интересное переосмысление. Только я не понял, к чему там в конце речитатив “Люк, я твой отец”» Алина, текстовое для Влада: «Это игра слов, милый. В тексте песни “Люк” пишется не как имя персонажа из “Звёздных войн”, а как сокращение от “Lucifer”. В финале песни мы узнаём, что речь шла о всем известном падшем ангеле. Прямо как в песне “N.I.B.” Black Sabbath». Я добавил к сообщению анимированного херувима, который размахивал крыльями, словно колибри. «Остроумно. Пришли ещё что-нибудь из классики рока, kochanie». Алина, отправь Владу звуковую дорожку Iggy Pop «In the Death Car». Дорожка отправлена. Алина, текстовое для Влада: «Я тут подумал, что эту песню можно назвать нашей с тобой». Новое текстовое сообщение от Сергея Левицкого. Алина, выведи на экран вторым потоком. На экране слева всплыло сообщение от Левицкого: «Это великодушное признание, Люцифер». Алина, текстовое для Сергея Левицкого: «Ты слушал группу Blanc Dimanche?» Новое текстовое сообщение от Сергея Левицкого. Алина, выведи на экран. «Нет. Вижу, что название группы — антитеза Black Sabbath. В каком жанре играют?» Алина, текстовое для Сергея Левицкого: «Пост-прогрессивный панк-метал». Алина, текстовое для Сергея Левицкого: «Название жанра звучит то ли как рекурсия, то ли как плеоназм, но группа интересная. Кстати, ребята родом из Новой Англии, из Ниагара-Фолз». Справа всплыл новый месседж от Влада: «Я согласен, kochanie. Иногда вся наша с тобой жизнь здесь напоминает поездку в катафалке живьём». И иногда нестерпимо хочется наконец доехать до пункта назначения. Интересно, что у нас тут в аптечке?... А ее уже обчистили! Алина, текстовое для Влада: «Очень остроумно, милый». Алина, добавь анимированный смайлик «Аплодисменты». Доносчик Степа убрал даже эластичный бинт, которым я заматывал запястье — наверное, испугался, что я могу на нем повеситься... Хорошо хоть мирамистин на месте, а то нечем было бы промывать свежпроколотый сосок. Как забавно, друг мой: ты собираешься на тот свет и беспокоишься о соске... Новое текстовое сообщение от Сергея Левицкого. Алина, выведи на экран. «Пришли какую-нибудь их песню, которая тебе нравится». Алина, отправь Сергею Левицкому песню Blanc Dimanche «N.E.B.» и включи её через колонки. Дорожка отправлена. Выносные динамики включены. Mon ange, Je te dis, le ciel est vide sans toi Mon ange, Je te pris, reviens vers Moi... Как хорошо в тёплой воде — сразу начало отпускать. Надо было сначала залезть в ванну, а не бежать донимать Влада. Какой же ты слабак, друг мой... Алина, текстовое для Влада: «Ещё что-нибудь из классики, милый?» И параллельно погуглим про матсушитовских андроидов-ученых. Вот и та самая статья на «Би-би-си», про которую говорил Левицкий...
