Нескучный декрет

      Новый год Марина отмечала у родителей. И, что сразу стало заметно, если к Марининой бабушке Витя приходил, будто домой, то к своей бабушке зашел как в гости.       — Поздоровайся с бабой, — сказала Марина.       — Баба, — как-то неуверенно пролепетал Витя.       — Да, баба, — подтвердила Марина.       Вскоре Витя более-менее освоился, однако этот факт не прошел мимо матери.       — Не признает, — произнесла она.       — Редко видит, — ответила Марина. — Раз в неделю. Меня чаще. Бабу тоже чаще.       В один из дней Марина с матерью на два дня ездили на горнолыжный комплекс, расположенный в трех часах езды от города. На машине дедушки, с ночевкой в бунгало.       Первый час машину вела Марина, потом мать, потом снова Марина. Приехав и заселившись, мать все-таки сказала:       — Марин, ты только не обижайся, но херовая ты мать. Такое чувство, что по залету родила, хотя понятно же, что все было не так.       — Я же тебя херовым водителем не называю, — ответила Марина. — Хотя для хорошего водителя поездка в три часа — это не проблема.       — Да, ты водишь лучше меня, — согласилась женщина. — Но ты же тоже не можешь вести машину три часа подряд.       — Не то, чтобы не могу, а не хочу, — сказала Марина. — Я бы могла вести полтора и полтора часа с остановкой где-нибудь на полчаса, чтобы отдохнуть. Но ты же сама захотела за руль.       — Не то, чтобы захотела — стало тебя жалко, что устанешь, — ответила мать. — Но ты же точно так же, как и я, можешь вести только в тишине, без разговоров даже сзади, с выключенным радио. Но какая разница, какой кто водитель, хорошая мать не стала бы оставлять ребенка с бабушкой то чтобы выйти на работу такую рань, то чтобы съездить покататься на лыжах.       — Как сказала баба: тебя вырастила, меня вырастила, Витю тоже вырастит, — произнесла Марина. — Самое главное, что ей это в радость и она не против. Я вот с бабой выросла и вообще не страдала, что, оказывается, как же это так, ребенку нужна мать, а не передержка в добрых руках.       Однако несмотря на этот разговор, выходные пролетели весело. Марина много каталась по учебной трассе, потом погуляла с матерью по окрестностям, вечером посетила кафе с живой музыкой.       — Это правильно, что ты все-таки решила родить, — сказала женщина. — Хоть одна не будешь. Найдется хороший мужик — прекрасно, не найдется — и ладно. А то, когда ты преподавать пошла, я уже испугалась, что навечно одна останешься. Где там кого искать, разве что из заочников.       — Меня на конференции в соседнем городе чувак клеил, — ответила Марина. — Аж через нашу кафедру потом заходил. Но это же неперспективно — из другого города. И, что самое главное, служит. Хоть и в институте.       — В институте — это не служит, это почти что работает, — произнесла мать. — А так, может, ты бы переехала и тоже бы служила.       — И что бы я там вела? — спросила Марина. — В ведомственном.       — Историю, — ответила женщина.       — Я в технаре историю вела — один заочник, который из военных, вылез со своим мнением, что я идеологически неправильно эту историю веду. А я просто не могу вести ее идеологически правильно, я помню, что с научной точки зрения исследователь не имеет права занимать какую-либо позицию. Он должен быть беспристрастным. Ну ладно в технаре, он как прокомментировал, так и попросил разрешения не ходить на пары, а в институте так же нельзя. Да и кто меня взял туда?       Один раз Марина сходила в детский центр, где с радостью сама поиграла в сухом бассейне с шариками, но больше ходила с Витей на прогулки в местный лес, где то катала сына на саночках, то сажала его на лавочку и, помахивая ручкой, сама каталась на этих же саночках с откосов.       «Дура, врежешься в дерево — так и будете оба валяться в снегу и орать», — подумала Марина, но решила, что если что — место людное, их найдут обязательно.       В первый день после праздников Марина вышла на работу. Сегодня ей должны были сдавать два человека. Одного она не видела ни разу в жизни, второй немного походил в сентябре, а потом больше не появлялся.       — Уважаемые студенты, — начала Марина, раскладывая билеты. — Здесь, — девушка показала рукой направо, — билеты полегче, вот здесь, — показала влево, — посложнее. Советую брать справа.       Один студент взял билет ровно посередине, второй будто специально слева.       По мнению Марины, не повезло ни первому, ни второму. Однако первый студент попытался изобразить ответы на вопросы и ушел с тройкой, а второй, посидев, какое-то время, остался сидеть с пустым листом бумаги и, по-видимому, пустыми глазами.       — Возьмите билет отсюда, — сказала Марина и показала на билеты справа.       Студент вытянул еще один билет. Немного посидел, потом вышел из кабинета.       Марина несколько растерялась. Судя по тому, что студент не взял с собой вещи, можно было предположить, что он пошел плакать. Решив, что она попробует повытягивать его — вопросы же интуитивно понятные: про дисциплинарные взыскания и про развод в суде, девушка придумала первые два уточняющие вопроса.       «А дальше как само пойдет», — подумала Марина.       Через пять минут в кабинет пришла несколько раздраженная Катерина. Следом за ней студент.       Катерина перемешала билеты, потом еще раз, разложила аккуратно, чуть внахлест, а потом сказала:       — Выбирайте любой.       Студент взял ближайший к нему билет.       — Включаю таймер, время пошло, — произнесла Катерина. — Двадцать минут.       На удивление студент начал что-то писать. Минут через десять сказал:       — Я готов отвечать.       «Просто сидите молча, принимаю экзамен я», — написала Катерина на листе бумаги и пододвинула к Марине.       Чувствуя, что очередной скандал близок, Марина кивнула.       Ответ про Конституцию был, в целом, неплохим. Принимая самостоятельно, Марина, возможно, дотянула бы отвечающего до пятерки.       — Чем отличаются права от свобод? — спросила Катерина.       Ответа на вопрос не последовало.       — Кто является гарантом прав и свобод человека? — продолжила Катерина.       — Президент? — предположил студент.       — Да, — ответила Катерина. — А почему президент Российской Федерации — это гарант прав и свобод, гарант Конституции?       Тишина.       — Какие полномочия отражают статус президента как гаранта Конституции? — продолжила Катерина.       «Валит или она всегда так спрашивает? — подумала Марина. — Я же на ее зачете вообще ни черта не знала…»       — Переходите ко второму вопросу, — произнесла Катерина.       На вопросе про муниципальную службу студент сразу же поплыл. Катерина задала какие-то уточняющие вопросы и сказала:       — Вы мне рассказываете про государственную службу. «Неудовлетворительно». Первая пересдача будет тоже комиссионной, раз вы настаиваете, что преподаватель предвзятый. Комиссия будет полностью нейтральной.       «Анна, Молохин и Харенков — можно сразу думать, куда будешь восстанавливаться, в какой вуз, — подумала девушка. — Ворона, Варвара, Катерина — шансы еще есть. Комбинации — зависит от того, кого больше будет».       Студент вышел. Катерина взяла ведомость Марины, сказала:       — Сейчас деканат перепечатает на две разные. Свою перепишете.       Марина пришла в деканат, заполнила обновленную ведомость.       — Пойдемте ко мне, — сказала Катерина.       Марина пришла в кабинет заведующей, села.       — Расскажите свою версию, — произнесла Катерина.       — Разложила билеты как всегда, — сказала Марина, понимая, что версия студента может быть еще хуже, нежели правда. — Сказала, что справа полегче, слева посложнее. Предложила взять справа. Он взял слева. Сидел, молчал. Я предложила ему сменить билет и взять справа. Он посидел и вышел.       — После чего пришел ко мне и сказал, что преподаватель заставила его сменить билет, хотя он знал ответ по первому, — продолжила Катерина. — Марина Исаевна, будьте осторожнее. Пусть бы он сам попросил о смене билета. Или, в конце концов, сказал бы, что не знает, что отвечать, и вы тогда бы предложили взять второй билет.       Катерина подумала, взяла телефон, позвонила куда-то:       — Вера Марковна, здравствуйте! Примите пересдачу по правоведению у одного студента. Только у меня к вам просьба: вытягивать не надо. Просто честно примите, объективно.       Рассказ о проведенной пересдаче Марина узнала одной из первых.       — Мне Екатерина Васильевна сказала, чтобы я перед началом пересдачи включила диктофон и проговорила, что ведется аудиозапись, — говорила Вера Марковна. — Глупость, конечно, но я так и сделала, мне нетрудно. Есть же позиция Верховного суда, что все эти предупреждения необязательны. Но здесь, видать, это для другого делалось.       — Да, для другого, — ответила Марина.       — Это же ваш студент, Марина Исаевна? — уточнила Вера Марковна.       — Да, — подтвердила Марина.       — Слушать будете? — спросила женщина.       — Я бы хотела, — ответила Марина.       — А где комиссия?       — Это первая пересдача, комиссия не положена. Но диктофон включен, ведется аудиозапись. Вадим Арсеньевич, берите билет и готовьтесь.       — Марина Исаевна, я сейчас промотаю, — произнесла Вера Марковна. — Там минут пятнадцать тишины.       — Хорошо, — согласилась Марина.       Достаточно четкие ответы на вопросы, потом уточняющие вопросы Веры Марковны.       — Он же выучил, — не поверила своим ушам Марина.       — Было бы глупостью не выучить, — прокомментировала Вера Марковна. — Как слышите, я задала ему буквально по паре вопросов на понимание. Ответов нет. Он не юрист, поэтому тройка. Да и, конечно, невозможно за неделю не просто заучить все, но еще и понимать тонкости, детали. На это не зря полгода дается. Возможно, Екатерина Васильевна скажет, что тройка здесь завышена, но он же не юрист.       — Да вряд ли, — ответила Марина и подумала: «Я бы такому четверку поставила. В ситуации обычного экзамена».       Катерина подтвердила тройку, сказав, что просила аудиозапись не для того, чтобы кого-то проверить, а больше для подстраховки. Однако Марина никак не могла избавиться от слов Веры Марковны про «было бы глупостью не выучить».       «Я же не учила, — думала Марина. — К пересдачам только так не учила. Правда, подобных ситуаций у меня не было, поэтому не совсем корректно спрашивать, но все же…»       Донельзя впечатлившись этими словами, Марина уже дома отыскала валявшиеся где-то в углу ответы на вопросы кандидатского минимума, и решила их время от времени почитывать, чтобы хоть что-то запомнить.