На руинах прошлого.

      Когда Фридериус распахнул свои глаза, ему открылся вид на знакомое отчасти захламленное, но чистое помещение. Эта комната уже довольно продолжительное время находилась в его распоряжении, но то ли от того, что он эльф или по иной причине, она казалась ему чем-то чужим, далеким. Вскинув руки к потолку перед собой, мужчина внимательно осмотрел их. Будто подтвердив свои догадки, его глаза пристально уставились на дрожащие конечности. Ему не хотелось это осознавать, но прошлое даже после довольно продолжительного времени продолжало вторгаться в его жизнь.       Фридериус тяжело выдохнул, прежде чем приподняться на диване, что устало заскрипел под ним. Помещение затянула ночная тень, уродуя окружающее убранство, делая из него силуэты неизвестных существ, что, оскалив свои клыки пристально наблюдали за хозяином жилища. Но они все были будто сотворенные под копирку и напоминали эльфу только одно ужасное уродливое чудище из прошлого. Тупое тянущее противное чувство беспомощности подобно молоту ударило в грудь, сбивая дыхание.       Закрыв лицо руками, Фридериус вновь погружался в мысли, что тяготили еще с давнего времени. Казалось, даже крики сквозь столетия доносились до его ушей, заставляя вздрагивать. Произошедшее невозможно исправить, а этот неподъемный груз приходилось нести и по сей день. Тяжелое дыхание эхом разносилось по помещению, превращаясь в низкое дикое рычание.       Воспоминания из прошлого всплывали раз за разом, с каждым днем искажаясь, уродуясь. Но несмотря на неприятные ощущения и боль в груди, Фридериус не противился им. Эльф позволял этим чувствам полностью захватить себя, терзать и мучать. Только так он мог, хоть ненадолго ощутить заслуженную кару за совершенные им преступления.       Когда еще недавно бушующая буря в груди наконец-то начала стихать, Фридериус вскинул голову, осматриваясь. Было еще довольно рано для подъема, но он как никто лучше знал, что сон к нему более не вернется. Эльф не мог ничего с собой поделать, поэтому не спеша поднялся, продолжая осматриваться. Он ощущал что-то странное, что подсказывало ему о дурном, но капитан не был в силах понять происходящее. Запустив руку в свои растрепанные волосы, Фридериус навострил уши, прислушиваясь ко всему вокруг. Глаза сами собой по привычке сомкнулись, позволяя ему полностью сосредоточиться на окружающих ощущениях.       Где-то вдалеке было слышно завывание ветра, топот и гогот, доносившийся со стен крепости. Не было чего-то из ряда вон выходящего, от этого внутри тревога только больше росла. Фридериус вновь распахнул глаза. Лицо, как и прежде приняло безэмоциональное выражение. Его взгляд вновь подобно холодному клинку пронзал все пространство. Многие года своей жизни он посвятил запретному учению и замечательно понимал, что его чувства и ощущения не могут его подводить, а значит в стенах этой крепости происходит что-то ужасное и ему нужно действовать.       ***       Легкие шаги вели капитана к двери в его кабинет. Древесина под ногами издавала еле уловимый даже для него шум. Поступь ассасина была не слышна для обычных обитателей мира, а вот для него самого, его шаги были громкими. Фридериус замечал, что из-за отсутствия должной практики, его движение становились неуклюжими, а сам он создавал все больше шума. Эльф все меньше начинал походить на себя прошлого. Но эта мысль даже немного его радовало.       Рука медленно осторожно коснулась дверной ручки, и та податливо открылась. Механизм, спрятанный в дерево, тихо щелкнул. Фридериус увидел своего подопечного, что с серьезным лицом сосредоточенно погрузился в работу. Стопки окружили его подобно вражеским отрядам, что нападали со всей сторон и стремились застать его врасплох, но Дефо и не собираться отступать. Его карие глаза внимательно вчитывались в многочисленные строчки из букв, которые скрывали за собой тонну ранее незнакомой и далекой для его понимания информации. Эльф отчетливо видел с каким усердием мальчишка, что казалось еще только недавно научился ходить, работает на должности, с которой даже не каждый умелый страж мог справиться.       Фридериус смотрел на своего подопечного и чувствовал вину за то, что такому маленькому пареньку пришлось взгромоздить на свои плечи всю эту рутину, что ему приходиться переделывать и переписывать то, что делает капитан. К большому удивлению эльфа, Дефо не сдавался и продолжал упорствовать. Конечно, Рен не был идеален и допускал ошибки, но при этом не давал и намека, что он бросит все и отступит.       Фридериус невольно улыбнулся. Перед глазами всплыли воспоминания, как кадет приехал в крепость и как себя вел вначале путешествия. Всегда ли этот мальчишка был таким серьезным и собранным? Неужели трудности так хорошо влияют на это дитя? Может ли он, обычный эльф со своим прошлым, когда-нибудь стать свидетелем триумфа Дефо? Фридериус осмотрел себя и виновато покачал головой. Он не сможет способствовать росту этого паренька. Здесь, в стенах этой крепости, этот прекрасный цветок завянет, не получив должного ухода и опеки. Эльфу было неприятно это осознавать, но было необходимо сделать все, чтобы более их пути никак не были связаны, необходимо защитить и убрать из столь брошенного и забытого места.       Переведя взгляд на часы, капитан только удостоверился в своей догадке. Было еще слишком рано, чтобы беспокоить мальчишку своим присутствием. Фридериус шагнул назад, медленно закрывая за собой дверь. Он чувствовал, что Дефо приходиться довольно трудно. Эльфу хотелось бы, чтобы Рен поделился с ним тревогами, но казалось, что весь прогресс которого им удалось добиться в походе бесследно исчез.       Кончики сапогов повернулись в сторону. Шаг за шагом. Нерушимая тишина. Легкое завывание ветра. Еле ощутимая влага в воздухе, что говорила о прошедшем дожде. Послышались тяжелые шаги. Кто-то поднимался по лестнице, к которой Фридериус только и успел подойти. Эльф замер, внимательно смотря в проем, ожидая гостя.       На ступенях показался Остин с недовольным лицом. Было заметно невооруженным взглядом, что его тяготили какие-то не очень приятные мысли. Сам по себе ночной старшина не отличался достаточной выдержкой, но он был довольно исполнительный и ответственный. Именно это и послужило тому, что Лауэс занял эту должность. В свое время Фридериусу пришлось приложить немало усилий, чтобы несмотря на ограничения повысить мужчину.       Когда их глаза пересеклись, Остин замер. Страж явно не был готов повстречать капитана так рано, но буквально через мгновение удивление сменилось новой волной недовольство. Подойдя поближе к эльфу, человек немного сведя брови, поклонился в качестве приветствия:       — Доброе утро, капитан. Что-то произошло? Вы так рано встали. Вас потревожил Дефо? — в интонации без трудности читалось недовольство. Эльф слегка наклонил голову в бок. Что-то все-таки произошло. Должно быть это как-то относилось к кадету и в то же время участники произошедшего не хотели, чтобы это узнал капитан.       — Доброе утро. А что-то должно было произойти? — Фридериус внимательно следил за мимикой подчиненного. Эльф достаточно хорошо изучил все повадки служащих в этой крепости, и понять их было для него проще, чем заполнять документы. Лауэс довольно умело пытался скрыть беспокойство. Мужчина был погружен в собственные тревоги, но при этом, как и полагает руководителю сохранял хладнокровие. Смотря на него Фридериус видел то, насколько Остин вырос за все время, что они были знакомы.       — Нет. Прошу прощения, — старшина немного склонил голову, — Я просто обеспокоен тем, что Вы сегодня нормально не поспали. Полагаю мальчишка так Вам покоя дать и не может?       — Полагаешь Дефо стал бы меня будить? — Фридериус приблизился к старшине с холодным взглядом. Остину было некуда отступать. За ним оставалась лишь лестница. Подобно загнанному в угол зверю, мужчина насупился.       — Не могу знать.       — Тогда скажи мне, — эльф немного прищурился, скрестив руки на своей груди, — Есть ли причина, по которой ему следовало бы меня разбудить? — Фридериус почувствовал, что происходящее в крепости начало выходить из равновесия. Мужчине стоило вести себя куда более сдержанно в тот момент, когда он прочитал направление. Эльф понимал, что не может оберегать Дефо днем и ночью и что он бросил его на произвол судьбы, надеясь, что все решиться само. Это было столь недальновидно, что Фридериус ненароком подобно своему наставнику начал себя винить. “Всегда думай дальше, чем твои глаза могут увидеть, чем твой слух может услышать”.       — Никак нет, сэр.       — Тогда что у тебя в руках? — эльф внимательно вцепился взглядом в сжимаемую бумагу в руках у старшины. Остин опустил взгляд на свои запястья, а после вновь посмотрел на начальника.       — Дефо попросил меня узнать как можно более подробную информацию о происходящем за стенами у стражей, — Остин говорил спокойно и размеренно. В манере его повествование чувствовалось как безразличие смешалось с усталостью.       Фридериус ощутил неприятное растущее чувство внутри. Он не хотел, чтобы его слова ранили Рена только больше. Эльф замечательно понимал, каких трудов стоило пареньку все это, но он и подумать не мог, что кадет так серьезно воспримет его слова. Должно быть капитану следовало пояснить более подробно, что он имел ввиду.       — Капитан, — Остин вырвал Фридериуса из мыслей. Эльф немного попятился назад, будто испугавшись неожиданного обращения к себе, — Я должен Вас предупредить.       — Говори.       — Я уверен, что Дефо что-то задумал. Он необычно себя ведет. Ко всему прочему, он меня попросил о странном. Я конечно же отказал ему. Но если Вы позволите, я полагаю, что яблоко от яблони… Ну Вы сами замечательно понимаете, о чем я.       Фридериус почувствовал, как внутри все опустело. Страх съел все без остатка. А что, если все действительно повторяется, только теперь его чувства предупреждают его. На этот раз он ведь готов? Ведь так? Ему следует сейчас же вернуться назад и выяснить правда ли это или только злые языки. Но, что, если догадки Лауэса правильны? Как ему тогда поступить?       Невольно эльф стиснул с силой зубы. Казалось, он услышал, как под давлением они скрипят. Кончики ушей вздрогнули. Тело напряглось. Все его существо начало готовиться к худшему. Фридериус как бы не старался, не был готов до конца кому-либо доверять. Должно быть это отпечаток неприятного прошлого, от которого он так отчаянно бежит. В нем начали драться две силы. Одна никак не была готова поверить, что мальчишка был предателем и подобием старшего брата, а вторая кричала об опасности.       — Я тебя услышал. Можешь идти.       Остин еще раз поклонился. Фридериус немного посторонился, пропуская старшину дальше. Он внимательно прислушивался к шагам мужчины, что медленно удалялся от него. Должно быть эльф хотел уловить в них скрытую ложь. Как его учили - тело говорит куда больше, чем вообще способен сказать язык. Но тело старшины было верно ему и не говорило о притворстве и лжи.       Неприятное давящее, душащее чувство стремительно расползалось по телу. Терпеть на своей территории такого же как Мирон эльф не хотел. Фридериусу хватило и первого инцидента, чтобы понять - за детским личиком может скрываться чудовище пострашнее любого хосса. Капитану хотелось, искренне хотелось верить, что Рен другой, что это все лишь недопонимание и ложь. Мужчина начал путаться в своих мыслях пытаясь понять, как теперь ему следует себя вести.       Ступенька одна за другой вели его прочь от источника переживаний и дум. Но даже несмотря на это, эльф не чувствовал и толики облегчения. Оставить все как есть было бы самым непростительным и нелогичным. Когда эльф наконец-то оказался на улице, он жадно глотал воздух. Казалось, он все это время не мог нормально дышать, а теперь обретя свободу, решил по-настоящему ей насладиться.       Весь двор покрывали большие лужи, что служили самым ярким напоминанием о недавно разбушевавшейся погоде. Вскинув голову к небу, Фридериус только больше ощущал тревоги, свалившиеся на его плечи сразу после пробуждения. Сон, а после и новости о подопечном, казалось, окончательно заполонили его разум. Нужно было привести голову в порядок, поэтому эльф стремительным шагом направился к тренировочному плацу.       ***       Дверь со скрипом открылась и в кабинет зашел Остин. Рен поднял свои глаза, смотря на гостя, который явно был чем-то разозлен. Дефо показалось, что причиной для такого поведения являлся сам парнишка. Для кадета это было нелогично и непонятно. Чем же он мог заслужить такое отношение? С последней их встречи он так и не покидал главного здания, а кабинет оставлял лишь на небольшое промежуток времени и только с целью одеться в форму, что наконец-то хоть немного, но высохла.       Несмотря на тяжелый взгляд старшины, Рен заметив бумаги в его руках, подскочил с места. На лице парнишки появилась улыбка. Дефо был уверен, что этот день пройдет прекрасно, ведь все пока складывалось ровно так как он того сам желал. Подойдя к своему временному подчиненному, Рен слегка наклонил голову, как бы благодаря за проделанную работу:       — Вы уже собрали информацию? Спасибо.       — Ты уже встречался сегодня с капитаном? — мужчина недоверчиво прищурился, изучая кадета. Не особо желая делиться проделанной работой, Остин протянул листы с информацией.       — С Фридериусом? Разве он не должен спать в такое время? — Рен испуганно поджал губы и посмотрел на часы. Нет. Все было в порядке. Время для связи еще не наступило. Он никуда не опоздал. Так к чему все это? Страх окатил его с головы до ног, а после подобно ледяной жидкости стекал вниз, вызывая неприятные ощущения, — Он проснулся?       — Да, мы разминулись с ним возле лестницы.       — Вот как… — раздосадованно договорил Рен. Ему было не ясно, почему капитан не поздоровался с ним и не посетил кабинет. Неужели эльфу было неприятна его компания? Или он вновь был неуверен в работе кадета и теперь подобно экзаменационной комиссии пошел проверять его. Дефо не хотел показывать свою досаду и переживание, а потому уткнулся в документы, начал тщательно изучать их, — Очень жаль, что он не зашел.       — На этом все? — Лауэс довольно громко цокнул. Самой Богине было известно, насколько этому мужчине было не по себе вести беседу с мальчишкой. Наверное, именно по этой причине, Рен каждый раз ощущал давящее чувство, которое будто невидимое облако парило вокруг Остина и сопровождало того повсюду.       — Ах, да. Спасибо еще раз Вам, — Рен внимательно посмотрел в лицо мужчине. Лауэс не скрывая своего презрения развернулся и стремительно подошел к двери. Остин распахнул ее, а после с силой захлопнул за собой.       На этот раз мужчина куда больше был зол на Рена, хоть тому было совершенно не понятно, чем именно он успел заслужить подобное отношение. Дефо тяжело выдохнул понимая, что пока что с этим он не способен хоть что-то сделать. Кадет хотел бы изменить и его отношение к себе, но на данный момент еще было не время. Он был готов ждать столько сколько потребуется.       Ночь стремительно подходила к своему логическому завершению. Скоро вся природа начнёт просыпаться, станет слышно пение птиц, что еще не покинули эти земли и не отправились вдаль на юг. Рен ощущал как силы начинают его покидать. Он много сегодня работал и теперь он по-настоящему хотел, чтобы время его караула как можно быстрее окончилось.       Дефо медленно направился в сторону места капитана, внимательно изучая показания. Все было действительно спокойно. В памяти невольно всплывали слова Винсента. Насколько важно изучить все еще раз? Может отчету в этот раз стоит действительно посвятить больше времени чем хотелось бы? Дефо помнил слова капитана о выборе приоритетов. Что важнее обмен информацией или простая работа с редакцией? Ответ казался куда более очевидным.       На этот раз Рен не подведет свое руководство. Он должен доказать, что способен выполнять доверенную ему работу. Отодвинув всю ранее сделанную и все еще ожидающую документацию в сторону, Дефо принялся к изучению старых данных, которые были заархивированы Лукой в отдельной весомой книге.       Да, может он не опытен, несостоятельный, но это не лишает его возможности обратится к опыту своих коллег и наставников, которые с трепетом хранят свои знания на бумаге. Распахнув громадный толстый переплет, Дефо моментально узнал почерк своего наставника. Лука лично архивировал данные и приводил все в порядок. Губы Рена невольно задрожали. Ему было еще куда расти. Он ни в коем случае не должен отступать и сдаваться. На мгновение Дефо показалось, что он увидел еле различимый силуэт того, кем хотел бы стать в будущем.       ***       Когда дверь открылась, Фридериус неспешно вошел в кабинет связного. Франц удивленно подскочил со своего места. Гном был явно не готов к подобному развитию событий, а потому нервно посматривал то в окно, то на часы. Застать капитана в такую рань, он никак не был готов, а потому подобно выброшенной на берег рыбе лишь безмолвно открывал и закрывал рот.       — Доброе утро, — почти шепотом произнес эльф. Тело горело после непродолжительной тренировки и дарило приятное ощущение блаженства, расползающегося от сердца во все уголки тела. Решение капитана было хорошим и теперь он мог здраво рассуждать, не поддаваясь излишним эмоциям, — Все готово?       — Д-доброе... — Вур, еще не до конца осознав происходящее, спрыгнул со стула и поклонился, — Вы будете выходить на связь?       — Нет, просто хотел удостовериться, что на этот раз все пройдет без проблем, — Фридериус неспешно пробежался глазами по помещению внимательно изучая каждую деталь. Дело было совершенно не в том, что он не знал уголков этой комнаты, а в том, что он пытался проанализировать какие вещи больше прочего, привлекают к себе внимание. К счастью для капитана, он довольно хорошо понимал способности подопечного, хоть иногда тот все же и мог его поразить.       — Вы для этого так рано встали? — Франц недовольно покачал головой. Не трудно было догадаться, что подобное развитие событий ему было совершенно не по душе. Гном еще некоторое время что-то бурчал себе под нос, прежде чем вновь поднял глаза на капитана. Несмотря на то, кто именно был перед ним, Вур не мог сдержать своих эмоций, что лились через край, и подобно зайцу нервно постукивал ногой.       — Ни в коем случае. Мне просто не спалось, — эльф тяжело выдохнул, оборачиваясь в сторону. Его зеленые глаза с интересом уставились в небольшое окошко, куда тянулись провода от машины. Вдалеке виднелись бесчисленные поля с перелесками и уползающая стена. Горизонт понемногу сменял свой цвет, окрашиваясь в куда более теплые и приятные цвета. Хоть солнце еще не показалось на небосводе, но Фридериус уже ощущал его тепло.       — Должно быть этот мелкий опять опоздает, — недовольно пробурчал себе под нос гном. Фридериус удивленно посмотрел на подчиненного с повисшим немым вопросом на лице.       — Мелкий? — капитан слегка улыбнулся, приседая на корточки перед Францом, — Между нами, — эльф говорил шепотом, как бы игриво осматриваясь по сторонам, будто действительно боялся, что их кто-то может подслушать, — Он куда выше тебя.       — Ха! — лицо Вура озарила улыбка. Гном просмеялся про себя, не сводя взгляда с капитана, — У Вас я смотрю хорошее настроение.       — Есть желание его испортить?       — Зачем же мне этим заниматься? С этим прекрасно справляется Дефо. По Вашему лицу видно, что вы с ним еще не успели пересечься, — Франц довольно фыркнул, задирая свой курносый нос выше.       — Я видел его уже сегодня, — улыбка капитана стала куда более сдержанной. Фридериус встал на ноги, выпрямляясь, — Я просил быть к нему чуть более снисходительным. Между ними повисла тишина. Стражи молча изучали друг друга, но никто не решался нарушить установившийся порядок. Фридериус быстро понял, что ему не по силам изменить взгляды подчиненных. Все что эльфу остается - сдерживать их желание выпустить накопившийся гнев на мальчишке. Подобный ход мысли быстро похитил некогда видневшуюся улыбку с лица капитана. Фридериус тяжело выдохнул в попытке отпустить ситуацию и устало двинулся к окну. Франц внимательно следил за действиями эльфа, который казалось только сильнее погружался в свои мысли.       — Простите. Мне не следовало это говорить.       — Все в полном порядке, — Фридериус пристально вглядывался в далеко раскинувшиеся земли, что понемногу обретали цвета от лучей встающего солнца. В небе пролетела небольшая стайка птиц. Казалось, одна из них была столь слабой и хрупкой, и совершенно не поспевала за своими товарищами. И вот выбившись из сил, она уселась на небольшой выступ в стене, чтобы перевести дух. Зеленые глаза с интересом всматривались в маленькое и хрупкое создание, что столь безрассудно остановилось на его территории. Где-то внутри Фридериус ощутил знакомое чувство, предшествующее охоте.       Мир вокруг для капитана, казалось, потерял всякое значение и краски. Теперь все его сознание сконцентрировалось на бедном маленьком создании, что, отбившись от остальных, стал легкой добычей. Даже самый неумелый охотник для него теперь являлся серьезной опасностью. Подбородок сам собой опустился ниже. Тело начало пружинить. Азарт, взявшийся из простого наблюдения, только больше охватывал эльфа, что до этого момента сдерживал его глубоко внутри себя. Черные, еще влажные пряди волос упали на лоб, чем привели Фридериуса в сознание. Будто очнувшись ото сна, его зрачки расширились. Больше капитана не занимала маленькая отбившаяся от стаи птица.       — Я хочу понаблюдать за работой Рена, — Фридериус поднял свои глаза на небо. Мужчина заставил себя расслабиться и успокоиться, забыв о произошедшим еще мгновение назад.       — Что вы хотите? — Франц с недоверием посмотрел на спину капитана, как бы ожидая, что тот обернется, и гному удастся уловить хотя бы толику мыслей начальства.       — Ты все правильно услышал, — капитан слегка повернул голову в сторону, не сводя взгляда с пейзажа. Его лицо снова походило на каменные лики на монументах - спокойное, хладнокровное и безразличное, — Мне нужно, чтобы он меня не заметил.       — Вы хотите, чтобы я спрятал Вас? — Вур рассмеялся, а после, не увидев и намека на шутку на лице эльфа, начал понемногу стихать, — Капитан, Ваше присутствие и так трудно заметить, а Вы хотите прямо спрятаться?       — Верно. У него не должно быть и шанса случайно обнаружить меня здесь.       — Вас понял. Сейчас придумаем, что можно сделать.       ***       Рен неспешно переставлял ноги, поднимаясь по закрученной каменной лестнице вверх. Сердце колотилось от предвкушения грядущего. Сегодня у него будет попытка исправить вчерашнюю оплошность, но для этого все должно быть идеально. Дефо нервно прокашлялся, и посмотрел на записи в своих руках. Он изучил все как можно подробнее и был уверен в принятом решении говорить прямо и открыто. Но даже это не было способно хоть немного утихомирить мандраж.       Остановившись у небольшого окошка, через который свет проникал в темный коридор с лестницей, Рен невольно замер, вглядываясь в горизонт, откуда показывалось солнце. Внутри Дефо чувствовал некоторое смешанное ощущение, что появилось еще в давнее школьное время. В детстве кадет частенько смотрел на то, как солнце становилось все холоднее и все меньше оставалось на небосводе. Это дарило спутанное ощущение тревоги и некоторого разочарования. В такие моменты Рен как никогда понимал течение времени. Вот и скоро с неба начнут падать белые холодные лохмотья, а одежда станет куда больше и тяжелее. Начиная с такого времени, жизнь в деревеньках начинает замедляться, пока зимой и вовсе почти не останавливается.       Тяжело выдохнув, Рен неспешно продолжил подниматься по лестнице. Это не было тем, что должно его беспокоить сейчас в его ситуации. Теперь он житель города. Да, таковым он будет недолго, но кто знает, может удача улыбнется ему и Дефо станет как его брат, работать в главном штабе. Там то ему не будет страшен ни снег, ни ураган, ни холод. Хоть и не особо желая, но Рен частенько думал о предстоящем. Подобные мысли для него были тяжелыми, ведь он и предположить не мог, что с ним случиться завтра, а уж тем более через несколько лет. И вот перед ним показалась деревянная дверь. Единственное, что отделяет Дефо от последней, завершающей его обязанности на сегодня в крепости. Тревога и переживание заставили его, осмотреть себя. Из-за дождя и неудачного места для сушки, форма была не в самом лучшем состоянии. Рен насупился, представляя, как подобный внешний вид может не прийтись по душе капитану. Дефо отчаянно отряхнул форму, будто надеялся на благоприятные последствия этих действий.       Вдох. Выдох. Кадет дернул за ручку, и та податливо открыла дверь, впуская того внутрь.       — Доброй ночи, Франц, — Рен зашел, внимательно осматриваясь по сторонам, будто надеялся найти что-то.       — Уже утро, — сухо ответил гном, что сидел за своим столом. Его глаза лишь на мгновение оторвались от журнала, а после вновь опустились. Рену не стоило труда понять, что ему и здесь не рады, но он не винил в подобном отношении, ведь парнишка был уверен, что заслужил подобное со стороны Вура.       — Все готово? — голос немного дрожал, выдавая Дефо с потрохами. Сколько бы он не готовился и как бы не старался, но пока ему не удавалось поверить в свои силы хоть немного.       — Да, — Вур вновь поднял свой взгляд на гостя. В его глазах с легкостью читалось негодование и еле сдерживаемое недовольство, — Я всегда хорошо выполняю свои обязанности, — последние слова довольно сильно укололи кадета, будто гном явно указывал на место мальчишке.       — Я не хотел… — не успел договорить свои слова Рен, как его в тот же момент перебил Франц.       — И не надо, — даже не беря во внимание низкий рост, гном обладал довольно пугающей аурой. В одном взгляде мужчины чувствовалась сила. Рен даже понемногу начал ощущать вину внутри себя, будто это все происходило только из-за него. Дефо все больше ощущал то, что ему здесь не место. Да, Оскар стал менее холоден к нему, но кто знает, может все это лишь искусное притворство. Потупив свои глаза в пол, Рен неуверенно зашагал на свое место, где его уже ожидала трубка, — Я скажу, когда можно будет говорить.       Дефо сел на пол, кивая в знак согласия. Огромный неизвестный механизм пришел в движение. Послышался нарастающий шум, которое казался настолько громким, что был способен пробиться через все на свете и проникнуть даже в сознание паренька. Хотя Рен был бы даже не против, чтобы это громыхание полностью перебило его собственные мысли, наводящие хаос. Закрыв глаза, Дефо погрузился в свое сознание. Нужно было привести мысли в порядок. Ему совершенно не хотелось, чтобы кому-то пришлось переходить через все это, а тем более видеть разочарование Фридериуса.       Дефо искренне завидовал Луке, которого даже толком не знал. Мужчина был таким уверенным и сильным. Рену точно просто жизненно необходимо хоть незначительно приблизиться к нему. Полуэльф был похож на дальнюю яркую и недосягаемую звезду, пленяющую одним своим существованием.       Карие глаза открылись и устремились на слегка влажные и дрожащие руки. Сколько же усилий и времени ему нужно, чтобы хоть немного приблизиться к такому как он? Должно быть и вечности не хватит.       — Сейчас начнем, — голос Вура вырвал Дефо из самокопаний. Гном уже заканчивал с настройкой чудо устройства, — Первая связь будет с крепостью Батор, как и вчера.       — Понял, — голос Рена все еще дрожал, не желая возвращаться в норму. Тяжелый вздох. А точно ли он готов? А все ли пройдет хорошо? А что, если его действия возымеют лишь обратный эффект? Сможет ли после очередного позора он посмотреть в глаза капитану? Белки противно защипало, а нижняя челюсть слегка вздрогнула, будто предвкушая возможное развитие событий.       — Доброе утро, на связи заместитель капитана крепости Батор Стив Шкино, - послышался уже отчасти знакомый голос. Это был тот самый человек, что отчитывать Дефо в прошлый раз. Они снова встретились и, наверное, будут встречаться еще раз за разом, пока Рен не вернется в город.       — Д-доброе утро, выполняющий обязанности из крепости, - голос кадета то и дело пропадал из-за переизбытка тревоги. Казалось, все тело не собиралось ему более подчиняться и теперь он был в руках у куда более могущественных сил, — Аагор Рен Дефо. Прошу прощения за прошлый раз, — кадет невольно поклонился машине, будто надеялся, что это каким-то удивительным образом тоже будет передано его собеседнику.       — Ты… — интонация Стива обрела куда более пренебрежительный окрас, будто он подвергся всему тому же, что и коллеги Рена с крепости Аагор. Дефо моментально ощутил давящее чувство в горле, будто кто-то с силой сжимал его, — Хоть на этот раз не опоздал. Так у нас все тихо.       Активность хоссов вдоль нашей территории не замечено. Патрули сообщают похожую информацию. Подобные вести идут и с юга.       — Понял, спасибо, — Рен закрыл глаза, приводя свои мысли в порядок и собираясь заговорить. Повисла тишина.       — Связь прервалась? — по интонации было понятно, что мужчина на том конце обращался не к кадету, но Дефо моментально встрепенулся. Карие глаза распахнулись будто наполнившись уверенностью.       — Нет. Все в порядке. Прошу меня простить, — Рен поднялся на ноги, ощущая, что только таким образом он сможешь чувствовать себя увереннее. Вся эта ситуация напоминала ему тренировочный бой, которых он проходил сотни раз во время обучения в академии. Вдох. Выдох, — Докладываю, — голос более не дрожал. Тело напряглось будто готовясь к выпаду. Вместо машины Дефо теперь лицезрел противника. Он тоже вооружен и наверняка во много раз искуснее его, но отступать было некуда, — Информации о движениях не сообщалось, и согласно вашему докладу — на юге подобная ситуация, поэтому необходимо срочно принять меры.       — Что? Что ты несешь? — удар прошел по касательной, но явно задел противника. Было близко и теперь оппонент начинает понемногу закипать. Наступила очередь Дефо для обороны. Все должно быть четко и быстро, — Исполняющий. Помни кто ТЫ. Не смей указывать.       — Я не указывал, — все пошло именно так как того и ожидал Дефо. Рен был готов к подобной атаке, ведь почти все и всегда привыкли ему напоминать о его месте, поэтому выпад был блокирован без серьезных усилий, — Мои более опытные коллеги пояснили, что подобное поведение несет не лучший “знак”. Поэтому я и прошу предпринять действия дабы обезопасить границы и предупредить других о возможных непредвиденных последствиях.       — Это было согласовано с капитаном? — и вот Рену указали на слабость. Да, он не подготовился. По правде, Дефо испытывал стыд от одной мысли, что ему необходимо высказать свои предположения капитану. Чувство вины никуда не делось.       — Нет, — голос из машины хотел уж было что-то сказать, но Рен не позволил нанести следующий удар, — Капитану Фридериусу я собираюсь сообщить чуть позже. Мне бы хотелось отметить, что во время нашей вылазки было замечено увеличение хоссов. Они действовали крайне осторожно, что означает лишь одно — найдены способы обойти преграду не попав на глаза стражам. Я изучил записи разговоров из прошлых годов и пришел к выводу, что ситуация совпадает с тем, что происходило уже ранее. Тогда промедление стоило множества жизней. Поэтому прошу Вас. Донесите это до руководства и прислушайтесь к словам неопытного новичка, — в конце своей речи Рен поклонился, будто перед ним стоял самый настоящий заместитель капитана.       — Хорошо, — Стив говорил куда спокойнее. Должно быть подобная речь произвела на него впечатление и теперь он действительно смог воспринять слова паренька всерьез, — После изучение указанных тобой материалов я приму решение по поводу доклада. До связи.       — До завтра…       Связь прервалась. Машина вновь загромыхала. Только теперь Рен ощутил слабость в ногах. Ему было невыносимо страшно, но он справился. В такой момент Дефо ощутил, что хотел бы услышать голос Райана. Капитан бы по своей натуре поддержал его и похвалил. Рена от подобных мыслей бросило в холодный пот. А ведь он капитан крепости Батор, почему же Дефо не думает что-то подобное о своем начальнике? Неужели, все его нутро поняло, что здесь кадету не место.       Рен вскинул голову к потолку, будто что-то неожиданно привлекло его внимание там среди мрака, до которого не может добраться свет. Он чужой. Здесь. А может и везде? Смогли бы его в другом месте принять? Хоть где-то…       — Почти закончил, — вырвал Рена из самокопания Вур. Машинально Дефо посмотрел на гнома. Франц более казалось не злился на кадета. Мужчина был погружен в свою работу и его лицо разгладилось, от чего, казалось, даже помещение стало светлее.       — Спасибо, — Рен снова опустился на пол, с интересом наблюдая за связным. Дефо чувствовал, что это все не его место. Какой из него руководитель? Уж тем более офицер. У него ни опыта, ни понимания как общаться с другими. Рен был удивлен, что хоть немногие не испытывали к нему неприязни. Это уже было само по себе подобно чуду, не заслуженному чуду.       — Готово, — машина пронзительно затрещала, а после замолкла, — Тьфу на тебя, — Франц с недовольством стукнул по небольшому выступу на механизме и тот привел устройство в действие.       — Доброе утро, на связи крепость Грод, — послышался добродушный расслабленный голос. Казалось того, кто был на том конце совершенно не волновали формальности, правила тона и субординация.       — Доброе утро. Выполняющий обязанности из крепости Аагор, — повторил заготовленную фразу Рен. Кадет был уверен, что голос принадлежал не капитану, но кому-то столь же знакомому, - Рен Дефо. С юга новостей нет. Все мирно и спокойно, поэтому я предлагаю усилить…       — Рен? Это Эйг! Помнишь меня? — в сознании паренька моментально всплыло лицо задорного дворфа, с которым они пили. Глаза Дефо округлились от осознания, что он и подумать не мог, что тот будет заместителем в крепости. Они были так не похожи с Лукой и от этого Рен совершенно не понимал, как столь разные личности могут быть на одной должности.       — Конечно!       — Успокойся. Пусть с юга не переживают. С нашей стороны нашли пару брешей в стене сегодня ночью. Всех, кого застали из хоссов перебили. Голубя в штаб послали. Скоро починим. Извести Фридериуса, чтобы он был в курсе, — голос дворфа был полным жизни и задорности, хоть и слова совершенно не совпадали с этим. Даже интонация, с которой он произносил это все была далека от той, которая соответствовала всей ситуации.       — Понял.       — А еще, малой, когда к нам? Как видишь у нас тут весело, — Эйг не удержавшись рассмеялся. Все поведение дворфа было совершенно неуместно, что вызывало в Рене смешанные чувства. Даже если отбросить все формальности, Дефо почувствовал, что сидение за бумажками было совершенно не то, как он представлял себе службу. Становясь стражем, он верил, что сможет убивать множество хоссов и наберется опыта. Но жизнь пошла совершенно иначе, отчего на душе становилось тоскливо.       — Когда судьба нас сведет. Буду рад поохотиться с Вами. А где стену прорвали? — говорить что-то подобное было немного не по себе. Дефо был совершенно точно не на своем месте, а значит и все вокруг было не таким. Подобные мысли не шли ему на пользу, поэтому Рен не мог сделать ничего кроме, как перевести тему.       — Три пролома с севера от нас. Но все они почему-то в нашу сторону шли, так что нам повезло. Ну ладно. Ждем тебя, Рен. Удачи.       — И Вам.       Машина вновь загромыхала, медленно сбрасывая обороты и стихая. Рен как завороженный смотрел на нее. Когда шум наконец-то стих, Дефо пришел в себя и, поднявшись на ноги стремительно зашагал к небольшому столу. Кончик пера коснулся черной жижицы. Мысли паренька были так далеко от того, что он с особой осторожностью записывал на листы книги. Когда дело наконец-то было сделано, Рен устало выдохнул, закрывая чернильницу и оставляя перо в сторону. Работа была закончена. Он сделал все, что было в его силах, а теперь остается немного. Дефо медленно поднял карие глаза.       — Рен, поговорим? — голос капитана послышался прежде, чем кадет успел его заметить. Фридериус стоял в дверях. Зеленые глаза довольно холодно следили за мальчишкой, от чего тот вновь ощутил медленно растущую тревогу.       — Да, конечно.       ***       Они шли молча по длинной, казавшейся в тот моменту Рену бесконечно извивающейся стене. Лицо капитана выглядело серьезным, холодным. Каждый раз, когда карие глаза поднимались и смотрели на Фридериуса, Рена переполняла тревога. Он почти сразу отводил взгляд вниз. Дефо понимал, что произошло что-то важное. Должно быть даже он был виноват в этом, но кадет был не в состоянии и предположить, чем заслужил подобное отношение.       Несмотря на солнечные лучи Рен ощущал как его тело замерзает. Ледяные руки касаются его под одеждой, заставляя трястись. Даже не свойственная ему ломота в костях заставляла его запутаться в происходящем. С ним происходило что-то странное. Рен вновь поднял глаза на капитана и уж было хотел спросить, но Дефо заметил заинтересованные острые взгляды стражей. Они все с интересом наблюдали за ними. От этого кадет сжался, приобнимая ладонями себя за руки.       — Рен, — вдруг заговорил Фридериус, замедляя свой шаг. Зеленые глаза пронзили кадета, застав того врасплох. Дефо внимательно вглядывался в лицо мужчины, в отчаянной попытке понять, что происходит. Когда они совершенно остановились, кадет понял, что это место было выбрано не просто так. Здесь они были совершенно одни. Окружающие явно не смогли бы их услышать,а значит разговор должен был быть только для них двоих, — Твоя работа. Ты справляешься?       — Ну, — Рен нервно уставился на свои ноги, пытаясь понять, что же такого он успел натворить. Казалось, этот день шел куда лучше прошлого, но в голосе эльфа читался холод и отстраненность, а значит он разочаровался в нем. Сердце понемногу начинало биться сильнее, — Прикладываю все возможные усилия, капитан. Прошу скажите, где я допустил ошибку. Я исправлюсь.       — Ты допустил ошибку? — эти слова были подобны мечу, что пронзили Дефо. В ужасе он поднял свои округлившиеся от ужаса карие глаза на мужчину. Холодный, безразличный взгляд. Перед ним более не было того Фридериуса, что был с ним в пути. Дрожь пробежалась по телу, заставляя мышцы с большей силой сжиматься, — Я не говорил об “ошибке” или я чего-то не знаю? — Я, — дыхание сбилось. Сердцебиение отдавало в виски. Мир вокруг начал понемногу плясать. Дефо отчаянно проматывал воспоминания в своей голове. Что произошло сегодня вызвавшее подобный гнев со стороны капитана? Рен не мог поверить, что эльф мог бы беспричинно так с ним поступить. Или мог? Что вообще сейчас происходило? Карие глаза забегали по округе в отчаянной попытке найти подсказку. Тишина, повисшая между ними, начинала казаться бесконечной и такой оглушающей. Все вокруг будто стихло. Дефо лишь слышал свое сбивчивое дыхание и бешеное сердцебиение.       — Я слушаю, — зеленые глаза неподвижно следили за мальчишкой. Складывалось впечатление, что капитан даже не моргает дабы не упустить и мгновения. Фарфоровая кожа эльфа казалось такой безжизненной как у мертвецов в видениях Рена. В то же мгновение чья-то неизвестная рука с силой сжала сердце в груди, не позволяя тому биться. Боль быстро распространилась по телу.       — Е… Если… Если я совершил ошибку… то прошу накажите меня, — из последних сил выдавил из себя Дефо. Его голос дрожал и осип. Дышать, да вообще делать хоть что-то стало невыносимо больно. Что-то внутри начинало съедать его заживо. Хотелось разорвать одежду и достать это нечто поселившееся в нем, но парнишка из последних сил сдерживал себя.       — Я хочу услышать это от тебя, Рен.       Мир пустился в пляс. Дыхание покинуло тело. Ноги задрожали не в силах более его держать. Рвота подошла к горлу. Дефо смутно помнил, как из последних сил бросил себя к краю крепостной стены. Высунувшись через проем, Рен быстро опустошил свой желудок. Спазмы заставили слезам появиться на его глазах, отчего весь мир вокруг стал каким-то излишне причудливым и нереалистичным. В путающемся сознании Дефо лишь обрадовался, что его “обед” оказался за крепостью, а не на ее территории. Где-то вдалеке слышался голос Фридериуса. Эльф что-то говорил. Тон казался встревоженным, но понять, о чем шла речь было уже не в силах парнишки.       — Бесполезно, — послышался голос над ухом. Он был оглушающе громким, — Они никогда тебя не признают. Они всегда будут тебя ненавидеть. Пора признать это.