Причины

«Вместе с настоящим пониманием, позволяющим победить врага, приходит любовь к нему.»

«Игра Эндера»

Маштаб и дотошность отчётов после присоединения Земо к команде возросли в разы. Сэм монотонно и на удивление терпеливо уже час повторял директору «да, нам нужен самолёт», «да, нам важно лететь в Ригу». Выходные на Мадрипуре доверия к их группе почему-то не прибавили. Но Баки заметил, что на фразах типа «нет, мы не собираемся устраивать бойню» и «нет, мы не будем организовывать международный скандал» Уилсон по-детски держал скрещенными пальцы за спиной. Барнс в сотый раз посмотрел на часы, всем сердцем ненавидя бюрократию, из-за которой они вынуждены торчать здесь за пустыми разговорами. Размял шею, обернулся на Гельмута, который на удивление не уснул под монотонный голос Сокола в освещенном лишь экраном проектора зале. Резкий, до боли в зубах неприятный звук помех от колонок резанул по ушам, немного оживляя обстановку и заставив всех присутвующих скривиться. Когда в ушах перестало звенеть, Барнс снова огляделся. Потом ещё раз в попытке понять, что не так. Земо. На первый взгляд барон все так же смотрел на Сэма пустым взглядом, но… Если присмотреться, то легко заметить как пальцы Гельмута беспомощно скребли по перчатке, если прислушаться — уловить чужой заполошный пульс. Баки некстати вспомнилось как короткие ногти Земо до крови впивались в ладонь после Мюнхена, да и пару неприятных раз после. Барнс прошёл восьмерых психотерапевтов, сложно было не понять.

Это не его дело.

Это не его дело.

Этонеегодело.

Это…

Баки покосился на барона, убедился, что директору и Сэму плевать на происходящее в зале, и чуть ли не за шкирку выволок несопротивляющего Гельмута из зала. Втолкнул Земо в ближайшую пустую полутемную комнату, запер дверь, прижал за плечи к стене. — Скажешь считать по квадрату, и я тебя пырну, — предупредил Гельмут не открывая глаз. — А… — И на «пять предметов» тоже, — перебил его барон. — Чем помочь? — тихо спросил Баки. — Тишины будет достаточно, спасибо. — Тишина — паршивый выбор, когда внутри громкость выкручена на максимум. Земо выдохнул, ссутулился. — Что предлагаешь? — Говори со мной. Барон открыл глаза и рассмеялся. — Когда мы разговариваем, мы ругаемся. Не думаю, что мне сейчас нужно ускорять сердцебиение. Барнс сделал три глубоких вдоха и выдоха, медленно переместил живую руку Земо на грудину, чуть сдвинул вправо. — С-4 или Семтекс? — спросил он. — Что? — вскинул брови Гельмут. — Ты слышал. Что выберешь? — Семтекс. — М16 или AR-15? — М16. — Беретта или SIG Sauer? — Вопрос с подвохом. Smith&Wesson. Убедившись, что сердцебиение барона выровнялось до приемлемой сотни, Баки убрал руку. — Это тебя в Ваканде научили? — спросил Земо подняв взгляд. — Этому пришлось учиться самому, — сложил руки на груди Барнс. — Не думал о психотерапевте? Гельмут невесело рассмеялся. — Семьдесят процентов моей личности основано на гостайнах. Не стоит так подставлять бедного доктора. Потом улыбка барона окончательно погасла, и Баки не увидел в его взгляде подвоха: ни насмешки, ни вызова, ни лабораторного интереса. — Спасибо, Джеймс. Земо подошёл к двери, повернул щеколду, и, не оборачиваясь, тихо сказал: — Знаешь, не всё катастрофы кричат сотней голосов, некоторые ощущаются как взрыв гранаты G60. Гельмут вышел, а Баки просто смотрел ему вслед. Он знал как взрываются G60. Оглушающе.

***

Едва ступив на латвийскую землю Земо будто скинул несколько лет. В апартаментах это стало особенно заметно: на своей территории, в окружении собственных вещей Гельмут стал спокойнее, вальяжнее, а значит опаснее. Баки старался не выпускать барона из вида ни на секунду, этот поганец даже в условиях базы стабильно умудрялся разжиться оружием, и Барнс перестал конфисковывать ножи уже после третьего. Земо меж тем добрался до спальни и со сладострастным стоном скрылся в гардеробной. — Тебе нельзя ничего забирать, — предупредил Баки вставая в дверях. — А что прикажешь делать, если выданная ЩИТом одежда сгорела. — Она же не сгорела. — Дай мне три минуты и мусорное ведро. — Гельмут, — устало выдохнул Барнс, закатывая глаза. — Одно дело запереть меня, чипировать, лишить связи с миром, заставлять выполнять приказы, но это, — на пол перед Баки приземлились футболка, — уже перебор. Барон вышел к нему в классических брюках, водолазке и пальто, и был чертовски похож на Земо из другого мира. — Ты утрируешь. — Возможно, — качнул головой Гельмут. — Но сейчас одежда одна из немногих вещей, которую я могу контролировать. Сунув руки в карманы, он подошёл почти вплотную к Баки, заглянул в глаза. — Обыскивать будешь? — Не сегодня, — спокойно выдержал игру в гляделки Барнс. — Но нам всем будет очень неудобно, если я буду постоянно держать тебя за шкирку, поэтому пообещай, что не будешь никого убивать. — Без острой на то необходимости. — Никого. Не. Убивать. — Ладно, тучка моя, обещаю, — сдался барон после затянувшейся паузы и протянул Баки руку с оттопыренным мизинцем. — Поверю на слово.

***

Столкнувшись на улице с Уокером, Сэм чертыхнулся. Земо был прав, они действительно занимаются чёрной работой, пока новый Капитан блистает на публике. — Зечем вы вытащили его из тюрьмы? — ткнул Джон в барона вместо приветствия. — У вас должна быть очень хорошая причина. — Сбавь обороты, — вмешался Уилсон, молясь, чтобы Гельмут держал язык за зубами. — Росс всё согласовал. — Ради вот этого? Земо с презрением посмотрел на указывающую ему в грудь капитанскую руку, упрямо вздернул подбородок. Баки скользнул к нему, готовый вмешаться, кажется впервые в противостоянии Капитана Америки и террориста осознанно вставая на сторону террориста. — Гордишься собой? — продолжал Уокер, не сводя глаз с барона. — Думаешь ты весь такой хитрый? Принципиальный? Думаешь, ты особенный? Вот только вопреки всем твоим стараниям Капитан Америка по-прежнему велик и силён, в отличии от тебя. — Зато я в цирке не выступаю, — пожал плечами Земо. Сэм Уилсон любил Стива Роджерса как брата. Сэм Уилсон уважал символ Капитана Америки. Сэм Уилсон закусил щеку изнутри, чтобы не захихикать.

***

Баки старательно не замечал, как Земо сверлит его взглядом, хотя Сэм зашёл в здание фонда едва ли пять минут назад. — Они ему ничего не расскажут, — заметил барон. — Сэм умеет ладить с людьми. — Не спорю, но дело сейчас не лично в Сэмюэле, а в том, что он символизирует. Они ему ничего не расскажут. — У тебя есть другая идея? — Зависит от того, прострелишь ли ты мне ногу, если я отойду от тебя дальше, чем на два шага. Барнс развёл руками, предоставляя барону свободу действий. Гельмут отошёл к стайке детей, гоняющих мяч неподалёку. На удивление легко нашёл с ними общий язык. — Ты же в перчатках? — Уже через пару минут Земо потянул Баки за рукав в сторону детей. — А что? — насторожился тот. — У тебя очень специфическая рука, незачем всем знать кто ты. — Гельмут! — У Ани в команде недобор, ты же не оставишь даму в беде? — барон представил его кудрявый светловолосой девочке. — Снова пытаешься меня продать? — едва слышно уточнил Барнс у самого уха Земо. — Сдать в аренду. И в этот раз покупатель куда привлекательнее. — Сбросивший пальто Гельмут уже пятился к одной из команд. — Давай же, волчонок, это явно не худшее, на что я тебя подбивал. Гонять мяч с детьми оказалось… весело. Странно, непривычно, но весело. И хорошо, что ребята не вели счёт, потому что команда Баки пропустила как минимум на два гола больше, чем команда Земо. После окончания игры Барнс присел на скамейку. Получивший всю нужную информацию Земо рухнул рядом минутой позже. Раскрасневшийся, улыбающийся, счастливый. — Боже, — засмеялся он, — как Зимний Солдат может быть настолько плох в обороне? — Это же дети! — Вот именно, это же дети! — повторил за ним Земо, но с явным осуждением. — Я должен заботиться об их самооценке! — Так вот что было с Паркером? — беззлобно поддел его барон. — Ой, завали. Земо улыбнулся, подставляя лицо солнцу. Баки посмотрел на часы, прикидывая успеет ли до возвращения Сэма купить бутылку воды. — Папа! — Звонкий детский голос раздался чуть в стороне. Земо дернулся, оборачиваясь на звук, а долгую секунду спустя потух. Сгорбился, обхватив себя правой рукой. Левая сжалась в кулак.

Мужчину, потерявшего жену,

называют вдовцом.

Ребенок, потерявший родителей,

зовется сиротой.

Но нет слова для родителя,

который потерял своего ребёнка.

Гельмут же в один день сорвал фулл-хаус. Баки поежился. До этого момента он никогда не думал о Земо в подобном ключе: как о сыне, муже, отце. Как о человеке, у которого были причины… И тогда это пришло: не жалость, не прощение, но понимание. Барнс подвинулся ближе, осторожно, будто касаясь ядовитого растения, положил ладонь Гельмуту между лопаток. Тот вздрогнул, но не отстранился. В таком состоянии быть одному — чертовски плохая идея.

***

Земо сидел на диване, запрокинув голову, но уже без холодного полотенца на ней. — Как голова? — уточнил Баки, убеждая себя, что из вежливости. — Лучше. — Гельмут отставил пустой стакан. — Есть что-то символичное в том, что в неё прилетел капитанский щит. — У вибраниума с тобой личные счёты. Постарайся не убивать короля страны, где добывают адамантий, а то совсем вилы. А, чёрт, с адамантием у тебя тоже не задалось. Барон хмыкнул, не став развивать эту тему. Потом задумчиво протянул. — А это ты по-геройски нёс бессознательного меня до машины? — Нет. — Беззастенчиво соврал Барнс. — Упустил такую возможность… — посетовал Гельмут. Баки не стал говорить, что при виде неподвижного барона на полу, в груди что-то неприятно ёкнуло.

Мне стоит спрашивать,

что было в остальных трех?

Земо, не обращая внимания на внутренние терзания Барнса, осторожно стянул перчатки, проверил повязки. Сжал ладонь так сильно, что ногти впились в кожу, закрыл глаза. — Чем помочь? — Сел Барнс рядом. — Это не приступ, — предупредил Гельмут тем же тоном, что обещал пырнуть недавно в кладовке. И уже спокойнее добавил, — просто так легче. Баки подвинулся чуть ближе к Земо, протянул к нему левую руку ладонью вверх. — Эту не раздерешь. — Пояснил Барнс в ответ на вопросительно поднятые брови. — Ты не совсем уловил суть, да? Баки слегка шевельнул пальцами, и пластины бионики чуть вздыбились: недостаточно чтобы порезать кожу, но достаточно чтобы чувствовать. Гельмут усмехнулся, но осторожно положил свою руку сверху, сжал. Прикрыл глаза, стараясь выровнять дыхание. — Спасибо, Джеймс. Убедившись, что дыхание барона подуспокоилось, Барнс положил между ними планшет, свободной рукой протянул Земо наушник. — Я знаю, как взрываются G60.