Божественная трагедия

V

Машина остановилась на пустыре, покрытом рыжей глиной. В этом ноябре ещё ни разу не было снега, поэтому нивы стояли голые, черные и маслянистые. Все четверо чертыхаясь вылезли из девятки (как она ещё не завязла?) и Филипп, меся грязь выданными шевалье сапогами последовал за новыми знакомыми. Пришли они к ангару. Уже темнело. Гуськом влезли внутрь через дыру в листе металла. фабьен нащупал в темноте рубильник и зажёгся свет. Фабьен, видимо, мог ориентироваться тут хоть с закрытыми глазами, видимо он проводил здесь немало времени. Внутренности ангара были завалены хламом, преимущественно ящиками с неизвестным содержимым. Среди ящиков стояла буржуйка. Труба, отходившая от бочкообразного тела печки и заканчивающаяся в листе металла, была покрыта копотью. Между изогнутым листом металла и трубой были зазоры, в которые выглядывало грустное осеннее небо. Рядом с буржуйкой, за импровизированной перегородкой на ящики было брошено стёганое покрывало и ещё какое-то жалкое тряпье. Поодаль стоял старый ржавый холодильник. "В таких бараках обычно ебут в углу" — промелькнуло в голове у Филиппа. — сейчас мы тут кое что разберем и пойдем на полигон. Филипп, которого пока к делам фирмы не подпускали, уселся на ящик и принялся наблюдать. Тусклая неоновая лампа освещала лица противным светом и противно трещала. — можно ли выключить лампу? — Филипп жалобно посмотрел на своих похитителей, а теперь уже товарищей по цеху. — У меня голова раскалывается. — простонал Филипп. — сейчас выйдем на стрельбище и все перестанет. — слова шевалье Филиппа не особо утешили. — у нас есть только одна попытка, — говорил шевалье когда они стояли посреди огромного поля с автоматами наперевес. — поэтому нужно чтобы все было идеально. Я больше по идейной части, а практические рекомендации тебе даст Фабьен. Ты как, стрелял когда-нибудь? О, вот и фабьен. Он тебе все объяснит. — План таков, — начал фабьен. — Людовик живёт по адресу Ленина 13 б, пятиэтажка-многоквартирник. На последнем этаже. Его окна выходят на дорогу, это нам не выгодно, поэтому машину оставим за поворотом, у торца здания. Четвертого числа он будет весь день дома, никаких обязанностей и встреч у него нет. Он разбирается со своими долгами и в целом мало выходит на улицу в последнее время. Мы прослушали его телефонную линию, разузнали все что могли, не без помощи господина бонтана. — бонтан кивнул. — четвертое число - наш единственный шанс. Если вдруг что-то пойдет не так, то... — фабьен махнул рукой и выплюнул бычок, который он нервозно мусолил губами последние минут десять. — основная часть плана вот в чем: мы засылаем к нему проститутку. Не бойся, мы уже нашли кандидатуру, она не подведёт. Согласилась за небольшой куш в 10 косарей. Зачем ему проститутка? Он всегда заказывает проститутку по четвергам. Да, это из подслушанного по телефону. Так как мы перехватили линию, то когда он позвонит вышлем ему нашу подсадную утку. У нее под мышкой будет шокер. Когда она будет подниматься в подъезд мы должны будем уже сидеть под окнами и ждать условного знака. — как мы будем сидеть под окнами? Там весь двор видно, спрятаться негде, разве что под козырьком. Но не он нас заметит, так другие. — вмешался Филипп — верно, поэтому мы должны будем притвориться алкашами, там таких полно, вам самому известно. — на эти слова фабьена Филипп задумчиво кивнул. — как только проститутка подаст сигнал тем, что помигает светом два раза, как бы случайно для Людовика, мы должны будем ринуться туда. В этот момент Людовик уже должен быть голый и безоружный. Ты же знаешь, что в столе его кабинета лежит кольт? Таков твой братец, да. — у Филиппа пробежали мурашки по спине. Только сейчас он осознал что собирается сделать. — тут мы врываемся внутрь и наставляем на Людовика все стволы. Проститутка в это медленно одевается, пока мы держим Людовика под дулом. Он, в ужасе начинает что-то лепетать, дескать вы, братцы, чего, я ж вас знаю, вы ж мои самые близкие люди (после шлюх разумеется) а мы ему кааак.... — стойте. — Филипп прервал фабьена потому что не выдержал. Поморщился с минуту и продолжил. — а я вам на что? Вы могли провернуть этот план и без меня. Почему я должен быть втянут в это.... Дело. — ну, во первых проверить, верны ли наши данные относительно субъекта, есть ли какие-то нюансы, а главное чтобы ворваться. — куда ворваться? — к Людовику, куда ж ещё. У вас есть дубликат ключей. — ВЫ САМОЛИЧНО ВЗОРВАЛИ МОЮ КВАРТИРУ ЭТИМ УТРОМ, КЛЮЧИ ВИСЕЛИ НА ГВОЗДЕ В КЛАДОВКЕ. ЕСЛИ ВАШ ПЛАН С ЛЮДОВИКОМ НАСТОЛЬКО ЖЕ НЕ ПРОДУМАН, ТО... — Филипп осекся потому что его за плечо тронул шевалье, покручивая связку ключей на указательном пальце свободной руки. Филиппу пришлось согласиться с этим фактом. — а он ничего не заподозрит из-за взрыва моей квартиры? Думаю он будет обеспокоен. — вы сильно переоцениваете брата. Он и ухом не поведет. Кроме того, единственная газета в городе N перекуплена нами, они хотели конечно очень хорошую сумму, да... — фабьен замедлил темп речи, и бессмысленно глядя в пространство задумался. — но в ней не появится ни слова о взрыве. Взрыв был довольно тихий, ну, не смейтесь, настолько тихий насколько мы смогли себе позволить, да ещё и в четыре утра, так что не думаю, что кто-то вообще это заметил. Вас же никто особо не знает из прилегающих домов? Ну и славно. — я все равно не понимаю, — Филиппу по прежнему игра казалась уж слишком нечистой. — зачем ради связки ключей, которую можно было выкрасть через окно, так рисковать и к тому же втягивать меня в ваши дела? Если бы я оказался идейно не верным? Вы уничтожили мою квартиру, хорошо! Но меня зачем втягивать? — а тут мы с вами, уважаемый Филипп и подошли к самому главному. Раз одну крышу у нас отняли, мы воздвигнем себе другую. В виде вас. За свою безопасность и последствия можете не опасаться: на вас никто и не подумает. Ваша квартира взорвана, очевидно с целью покушения на вашу жизнь. Покушение на вашего брата. Очевидно какая-то мразь целится именно в вашу семейную линию, которая в последнее время уж очень истончилась. Но с вас тоже потребуется пара вещей: так как вы будете нашей крышей, вы обязаны будете нас выгораживать. Раз уж вы вне подозрения, то будьте добры, постарайтесь. Ещё одно: вы старательно откладывали на ремонт вашей халупы. — Филипп вскинул бровями. — ну вот, раз квартиры у вас больше нет, а наше дело входит в круг ваших интересов, то предлагаю разделить деньги поровну между нами. Но, если дело потребует сверхурочных расходов, сумма будет изъята из вашей части. На остальные ваши финансы мы ни в коем случае не претендуем. Остаток плана договорю чуть позже, хотел вам карту показать. Я закончил. Пока фабьен и Филипп говорили, шевалье и бонтан расстреляли уже по несколько мишеней, приделанных к черенку лопаты, воткнутой в целину. — темнеет уже, — напомнил шевалье. — пробуй давай, а то так и останешься неучем. — шевалье перекинул винтовку времён первой мировой со своего плеча на плечо Филиппа. — вот, смотри, штык. Он тебе нахуй не нужен, закрепи его задом наперед и не трогай. Правильно. Дальше, смотри, закидываешь на плечо. Да ты что, ничего не знаешь? У тебя в школе сколько за норматив по сборке калаша было? — мы не собирали автомат. — а мы собирали. Ты где учился? — в лицее. — понятно. А я в кадетском корпусе. Заебал отца, так он меня туда и сплавил. На всю жизнь осталось только отвращение к солдатчине и умение хорошо стрелять. Ну, только не мотай калаш, это не коромысло. Отдача будет, ничего, не развалишься. — раздался металлический щелчок, выстрел и мишень зазияла дырой сбоку. — Уже хорошо. Это ещё в темноте и с 30 метров. А там мы будем стрелять в упор. Поэтому тренируйся с ближнего расстояния. — в вечернем воздухе прогремело ещё несколько выстрелов и звук медленно улёгс я на остывшую землю. Совсем стемнело.