Wyrm and Cub

Глава 25: Она волчит в лесу Поездка на север совершенно не походила на путешествие на юг для Сансы. Теперь ей приходилось делить лошадь с Джейн, а путь пролегал далеко от Королевского тракта. Они часто ели прямо в седле, не делая остановок. Вместо того чтобы останавливаться в деревнях и городках, они разбивали лагерь за их пределами, пока Дом один отправлялся за припасами. Сирио уже пробовал сделать это сам, но трактирщик запросил с него слишком высокую цену за то, чтобы наполнить фляги. Поэтому теперь за провизией ходил Дом, сохранив ланнистерскую одежду, чтобы лучше скрыть свою личность. Казалось, они двигались гораздо быстрее, чем в прошлый раз, когда ехали на юг. Вместо того чтобы направиться прямо на север, как можно было бы ожидать, они пошли в обход Божьего Ока, двигаясь на запад. Их путь пролегал вдоль Черноводной, пока они не добрались до города Водопадный Омут. Дом вошёл в город в ланнистерском облачении, когда из трактира вышла группа мужчин. Приняв его за своего, они окликнули его. Дом собрался с духом и подошёл. Он не узнал ни одного из них, и это дало ему понять, что они, по крайней мере, не были стражниками из Красного Замка, отправленными на поиски беглецов. — Я думал, мы тут одни, — усмехнулся низкий, круглолицый солдат. — А вы чего здесь? — с улыбкой спросил Дом. — Пришли пополнить запасы перед тем, как двинуться в Каменную Септу, — ответил мужчина с песочными волосами. — И найти женщин, до которых ещё не добрались люди Горы, — добавил самый высокий из них, хмыкнув. — Ты один? — поинтересовался старший из них. — Надо проверить ещё пару близлежащих городков, — пожал плечами Дом. — После того как я налетел на служанку, несущую королю ужин, и она его уронила, мне теперь придётся колесить по округе. Королю пришлось есть чужую порцию, а мне — отдуваться. Они рассмеялись над его выдуманной бедой, и Дом, извинившись, отошёл, едва сдерживаясь, чтобы не обернуться. Он потом пожалел бы, что не оглянулся тогда, чтобы заподозрить неладное ещё до того, как они выехали на поле, где Дом встретился с Сирио и девушками. Санса ахнула и встала на ноги вместе с Джейн, когда всадники спешились. — Это ещё что? — спросил старший из них. — Случайно наткнулся на них, пока мы ставили лагерь, — ответил Дом. — И ты сразу предложил им один из своих бурдюков? — спросила женщина с песочными волосами, кивнув на Джейн, державшую бурдюк, который Дом принёс из трактира. — Нельзя же позволять таким красавицам страдать от жажды, — усмехнулся Дом, не сводя глаз с приближающихся стражников. Те стояли на расстоянии, но достаточно близко, чтобы их можно было достать. Их было восемь: все вооружены и в доспехах, как будто собирались в набег. Двое держали копья на плечах, поверх кольчуг и нагрудников, при мечах и со щитами. — Редко доводится услышать такие правдивые слова, — сказал круглолицый стражник, уставившись на Сансу, которая сняла шарф, как только они остановились. Дом уловил жадный блеск в его взгляде и мягко произнёс: — Может, всем нам стоит двигаться дальше? Незачем терять время — у нас ведь долг перед короной, не так ли? — Это может и подождать, — хмыкнул самый высокий из них, делая шаг в сторону девушек. — Господа, — спокойно произнёс Сирио, вставая между мужчинами и девочками. — Нам пора идти. Высокий солдат бросил взгляд на его руку, покоившуюся на рукояти меча. — Уйди с дороги. Сирио покачал головой и отбросил капюшон назад. — Нет. Солдат вытащил меч, и остальные последовали его примеру — мужчины с копьями сняли их с плеч. Дом обернулся к Сирио и вытащил кинжал. — Сэр! — выкрикнул он и, развернувшись, метнул кинжал в одного из копейщиков. Лезвие вонзилось ему прямо в лицо, пробив переносицу. Стражник пошатнулся, а Дом бросился вперёд, выхватил копьё из его рук и, держа его выше головы, ударил тупым концом другого противника по лицу. Затем он резко перевернул копьё и вонзил остриё в лицо ещё одному врагу. Сирио же, положив левую руку на эфес меча, одним резким движением перехватил его в правую, выдернул клинок и увернулся от удара высокого солдата. Его первый выпад пробил противнику челюсть, и тот начал захлёбываться кровью. Когда тот попытался нанести ответный удар, Сирио уже отскочил назад, вырывая меч из его горла. Джейн закричала. Санса отступила к ней, когда круглолицый мужчина повернулся в их сторону. Он сделал пару шагов — и застыл, усмехнувшись: перед ним стояла Арья в чёрном пальто и шапке, держащая Иглу направленной прямо на него, защищая сестру. — Отойди, мелкая… Он не успел договорить: копьё, пущенное Домом через поле, ударило ему в руку, пробив её насквозь, хотя и не достигло груди. Завопив, он вырвал древко и обернулся — в это время старший из их отряда уже вступил в бой с Домом, а к нему присоединился ещё один. Рыжеволосые и бородатые стражники пытались ударить Сирио, который ловко уклонялся, выжидая свой момент. Круглолицый повернулся к девочкам и занёс меч над Арьей. Она попыталась парировать удар, но тот оказался настолько сильным, что выбил Иглу в сторону «Арья!» — закричала Санса, слёзы выступили на глазах, когда солдат поднял её сестру за руку, и та вскрикнула от боли. Он схватил Арью за левую руку своей левой рукой, повернувшись спиной к Сансе достаточно, чтобы та успела опуститься на колени, схватить камень и метнуть его в сторону его шлема. Раздался глухой звон, и круглолицый солдат обернулся. — Какого чёрта ты… — начал он. Арья отпустила Иглу, позволив ей соскользнуть в правую ладонь, и резко всадила клинок вверх, пронзив челюсть мужчины. Он отпустил её и отшатнулся, держась за рану. Арья с грохотом упала, застонала и поднялась на ноги. Увидев, как он сжал рану левой рукой, стараясь не ронять меч из правой, она мгновенно перекинула Иглу обратно в левую и рванулась вперёд. Клинок вспорол руку и челюсть, прошёл выше, вонзаясь в череп. Глаза Арьи расширились, рот приоткрылся — она отшатнулась, наблюдая, как мужчина обмяк и рухнул, а кровь хлестала из его рта и разрубленной головы. Сирио нахмурился, видя, как девочка уставилась на тело. Он увернулся от удара, проскользнул мимо солдата с песочными волосами и вонзил меч ему в шею. Развернулся, уклонившись от бородатого противника, который случайно ранил своего товарища в плечо. Сирио не дал времени на восстановление — его клинок скользнул в глаз бородача, а затем он резко рубанул вниз, стряхивая кровь и мозг с лезвия. Обернувшись, он увидел, как Дом, взяв щит у убитого врага, вступил в схватку с последним из стражников — старшим. Тот ударил первым, но Дом выставил украденный щит, врезавшись в его собственный, а затем, захватив оба щита, скользнул мечом снизу — прямо в горло врага. Когда последний противник пал, Дом вытер клинок об чужой сюрко и подошёл к остальным. — Кто-нибудь ранен? Санса и Джейн стояли молча, не отрывая глаз от Арьи. Та переводила взгляд с Сирио на Дома, затем — на тело убитого ею человека. — Ты хорошо справилась, Арья, — сказал Дом, кивнув. — Он бы убил тебя. — Он говорит правду, — подтвердил Сирио. — Ты защитила сестру и себя. Запомни: если не защитишь себя — не сможешь помочь другим. Арья медленно кивнула, всё ещё ошеломлённая. К её удивлению, Санса шагнула вперёд и крепко обняла её. Старшая сестра зарыдала, наконец позволив слезам выйти. И если бы Арья не сделала это… Санса бы сделала. Как только их мечи были очищены, Дом снял с себя облачение Ланнистера и, вместе с Сирио, перетащил тела, прочесывая их и забирая то, что им нужно было, прежде чем сбросить их в воды Черноводной. — Спасибо, — сказала Санса, вытирая глаза, и отошла от Арьи. Девушка слегка улыбнулась, её глаза блеснули, когда она покачала головой. — Мне пришлось. — Я знаю, — кивнула Санса. — Мне жаль, что ты это сделала. — Мне жаль, что ты это увидела. — Арья нахмурилась, опустив взгляд. — Ты, должно быть, считаешь меня чудовищем. Санса мягко улыбнулась и потянулась к плечу сестры. — Я думаю, ты достаточно сильна, чтобы сделать то, что я никогда не могла. Арья посмотрела на сестру, улыбнулась и покачала головой. — Ты могла бы, если бы пришлось. Ты бросила в него камень. Если бы на нём не было шлема, и он был бы тяжёлым, он мог бы убить его, если бы попал в нужное место. Санса усмехнулась. — Может быть. Но я никогда не смогу владеть клинком так, как ты. — Возможно, вам понадобится, — сказал Дом, возвращаясь к ним. — Здесь. Он вручил Арье кольчугу убитого ею мужчины, а Джейн и Санса получили кольчугу самого маленького из группы. Хотя каждая из девушек могла бы утонуть в этих доспехах, это было лучше, чем ничего. Дом также передал им пояса для мечей, сняв ножны для мечей, которыми они не умели пользоваться, оставив лишь кинжалы. Он даже держал мягкие оружия и стальные колпаки, украденные у мертвецов, пока Сирио надевал свою собственную украденную броню. — Нам это надеть? — скептически спросила Джейн, переводя взгляд с шлемов на кольчугу и пояс. — Вы могли бы ехать без доспехов по воюющим землям, — предложил Дом. — Я держал их под водой и оттирал кровь, как мог, хотя большая часть осталась на их сюрко. Или передавалась по почте. — Но они… — Лучше носить одежду мертвеца, чем присоединиться к нему в могиле, — оборвал её Дом. — Наденьте их, и мы сможем уйти, прежде чем другие придут искать своих товарищей. Они сделали, как он сказал. Арья надела кольчугу под сюрко, а девушки просто надели свои поверх платьев. К счастью, вес кольчуг уменьшился, когда они завязали пояса на талии. Девушки аккуратно завязали на головах мягкие армейские шапки, пряча волосы Сансы, прежде чем надеть стальные шлемы. Они не только забрали свои доспехи, но и лошадей. Сирио и Арья взяли украденных скакунов Ланнистеров, а Джейн пересела на верховую лошадь. Дом сменил сюрко Ланнистеров на чёрную куртку, не желая рисковать носить красное, когда они двигались дальше на север. Он предпочитал быть никем, пока шли. После стычки с гвардией Ланнистеров они продолжили путь на восток. Они остановились к западу от Божьего Ока, и могли видеть Харренхол через озеро, когда отдыхали ночью. Как обычно, Дом ненадолго ушёл, пытаясь раздобыть еды, надеясь отложить ещё один визит в город. Когда он вернулся, в руке у него был маленький заяц, а лук, который он украл у лошадей Ланнистеров, он положил обратно в седло. Санса сидела рядом с Джейн, которая разглядывала несколько собранных цветов, и наблюдала, как Арья сражается с Сирио. Время от времени он останавливался, чтобы поговорить с ней. Санса видела силу своей сестры всё больше по мере их путешествия. Не только в том, как она убила того солдата, но и в том, как мало её пугало происходящее. Дом и Сирио помогли ей смириться с необходимостью убить человека, но мысль об этом всё ещё заставляла желудок Сансы выворачиваться. Это не было отвратительно, но видеть, как жизнь уходит из человека, когда его кровь ещё не вся вытекла, а тело дёргается на мгновение, перед тем как замереть — это оставляло след в душе. Казалось, Сирио постоянно давал уроки, даже пока они ехали. — Размер не имеет значения, — сказал он девочкам, когда те спросили, будут ли кинжалы полезны, если на них нападут солдаты. — Колибри может ускользнуть от льва. Ей нужно только воткнуть клюв в глаз. А волк? У него есть когти и клыки. Если понадобится, используйте свои. Только не кусайте доспехи. Дом тоже давал свои уроки. — Этого достаточно, чтобы убить, — сказал он, показывая, какое давление нужно, чтобы проткнуть кожу кинжалом. — Ещё немного — в нужное место, и они умрут. Бейте, режьте, делайте всё, что можете. Вскройте им горло — и они истекут кровью, пока будут гнаться за вами. Наблюдая, как Дом орудует ножом для свежевания, быстро снимая шкуру с зайца, она задавалась вопросом, нравится ли ему всё это. Вся эта кровь и убийства. Сирио, казалось, просто игнорировал происходящее, словно волноваться было ниже его достоинства. — Они мало думают о тебе — ты думай о них ещё меньше, — сказал он Арье. Но Дом говорил о смерти иначе — холодно, спокойно. Даже о страданиях. — Вонзайте им в пах, — сказал он девочкам. — Если они хотят, чтобы вы страдали, пусть сами страдают там, где боятся больше всего. Пусть их боль длится всю оставшуюся жизнь — если они вообще выживут. Она слышала истории о Болтонах — как они сдирали кожу с людей, как носили шкуры Старков. И всё же Дом казался совершенно иным, когда они были в Королевской Гавани. Тогда он выглядел почти как галантный рыцарь, хоть и мрачный, более мрачный даже, чем Джон с его вечно чёрной одеждой. Но он не колебался, убив конюха — мальчишку, примерно ровесника Сансы, а может, даже Арьи. Он говорил так бессердечно — но только о тех, кто хотел навредить. А когда Арья упомянула Джона, его тон стал другим. — Вероятно, он уже в Королевской Гавани, — сказал Дом со смехом. Его улыбка сделала светло-карие глаза мягче, теплее. Арья ахнула: — Он не мог знать об отце. — Я уверен, что уже знает, — сказал Дом. — Они наверняка заедут в один-два города на обратном пути. А новости быстро расходятся. — Тогда зачем ему возвращаться? — спросила Джейн. — Его же просто бросят в темницу. — Нет. Если он всё сделает по плану, его сочтут предателем. Арья нахмурилась: — Как ты и планировал? — Мы подозревали, что всё может пойти не так. Но понимали: его ещё можно спасти. — Дом вздохнул, в голосе слышалось разочарование. — Я должен был быть там с ним, но он настоял, чтобы я увёз вас. Ему было важнее, чтобы вы были в безопасности. Сансе показалось странным, как Дом говорит о Джоне. Она понимала, что они друзья, но он говорил так, словно подчинялся ему, будто Джон командовал, хотя Дом был старше. — И как это должно его спасти? — Его всё равно считают бастардом. Уход можно обратить себе на пользу. Пусть думают, что лорд Эддард отослал его ради какой-то мрачной цели, а он сам хотел только служить. — Думаешь, они поверят? — спросила Арья. — Они уже считают, что у него чёрное сердце, — мрачно ответил Дом. — Посвящение в рыцари Робертом было удачей — это дало ему повод быть верным. Почему бы бастарду не выбрать преданность тому, кто дал ему шанс, вместо семьи, где он всегда был чужим? В вашем доме его никогда не принимали как родного. Иначе зачем бы он ушёл? Санса почувствовала вину. Небольшую, но ощутимую. Она ведь просто следовала примеру матери — избегала Джона, насколько могла, не будучи откровенно грубой. По крайней мере, большую часть времени. Она была с ним ужасна, и всё же Джон всегда оставался добрым. Он подарил ей Призрака, однажды даже прижал к себе, когда нашёл её плачущей после ссоры с Арьей, перед тем как та сбежала на тренировку. Он рассказал ей правду о Джоффри, надеясь, что она поймёт, но она предпочла верить матери — женщине, которая ни разу даже не встречалась с принцем. Мать лишь хотела, чтобы Санса стала королевой, думая, что это принесёт ей счастье, даже если ради этого придётся выйти за жестокого человека и попытаться его изменить. Как будто сама корона могла искупить брак с тем, кого она не любила. Если бы она всё-таки вышла за Джоффри… возможно, стала бы такой, как Серсея. Сидя и глядя на воды Ока Бога, Санса задавалась вопросом: а Старк ли она? Все говорили, что она похожа на мать — и она, пожалуй, единственная, кто действительно следовал её примеру. Может, она вовсе не волчица, а рыба. Больше Талли, чем Старк. И именно тогда, когда эта мрачная мысль пришла ей в голову, раздался вой. Дом мгновенно поднялся на ноги, всё ещё держа за ногу зажаренного зайца, пока лошади начинали беспокоиться. Он отбросил мясо и выхватил меч: — Санса, Джейн, отойдите от меня! Девушки поспешно встали, бросились за ним. Сирио и Арья тоже поднялись, и все обернулись — в тени деревьев на них смотрели несколько пар светящихся глаз. Стая из четырёх волков остановилась, рассредоточившись по опушке, и зарычала. И тут, из-за дерева, шагнул ещё один. Его рычание было низким, гулким, а золотые глаза светились чуть выше, чем у прочих. Арья вытащила меч, как и мужчины, но тут же ахнула, убрала Иглу в ножны и шагнула вперёд: — Нимерия? — прошептала она. Санса замерла, когда её сестра подошла ближе. Слёзы жгли глаза. — Это я, Арья. Лютоволчица замерла, перестав скалить зубы, её глаза внимательно изучали лицо девушки. — Мы возвращаемся домой. Ты можешь пойти со мной, — сказала Арья и протянула руку. — Мы можем вернуться вместе. Они замерли, наблюдая, как Нимерия шагнула вперёд, понюхала вытянутую руку и прижала к ней морду. — Да, это я, — прошептала Арья дрожащим голосом. — Ты помнишь? Нимерия тихо заскулила. Волки вокруг неё затихли, наблюдая, как их вожак сел и начал лизать руку девушки. Один из волков — с клочковатой буро-серой шерстью — зарычал и рванулся вперёд. Дом шагнул вперёд, развернув ладонь для удара, но не успел — Нимерия метнулась, сбила волка с ног, прижала его лапой и вонзила клыки в его шею. Хруст. Крик. И всё стихло. Остальные волки отпрянули, завыли и сели, пока Нимерия не повернулась к ним с рычанием. Через мгновение они покорно опустились на землю, отворачивая глаза. А она вернулась к Арье и потерлась о неё лбом. Арья обняла её, прижавшись щекой к тёплой шее, и слёзы снова хлынули из глаз. Когда Нимерия и её небольшая стая присоединились к ним, Санса заметила, что её страх улетучился. Волки вели себя спокойно, словно следовали примеру своей вожачки. Они держались на расстоянии, пока ехали, но по ночам приносили дичь, которую сами ловили. Люди забирали столько, сколько нужно, остальное оставляли волкам. Арья была первой, кто рискнул погладить одного из них. Несколько волков из стаи присоединились к Нимерии, сели вокруг неё. Она зорко следила, готовая наброситься при малейшем признаке угрозы, но волки только лежали, спокойно наблюдая. Их забота — то, как они делились пищей — похоже, заслужила доверие зверей. Вскоре и Санса с Джейн начали гладить волков. Даже Сирио, казалось, принял их — он начал бросать палки, поддразнивая Арью, и та иногда гонялась за ними, но никогда — в присутствии волков. Дом оставался настороженным. Диким волкам он не доверял, но Нимерии — доверял. Он знал, что она преданна Арье, как когда-то Призрак был верен Джону. И потому сосредоточился на пути — вёл их на запад, к Желудевому Залу. Но ворота замка оказались заперты — некому было его держать. Дом не стал раскрывать, кто они, и повёл их к Блэкуотер-Бенд, где они разбили лагерь на день перед тем, как отправиться в Риверран. Вместо этого они направились к замку Личестер — небольшому квадратному донжону, который к тому времени, как они прибыли, уже начал выказывать признаки запустения. Именно там, пока Дом наполнял бурдюки водой, он услышал новости об осаде Риверрана. — Так куда же мы теперь? — спросила Санса, когда он вернулся и рассказал об этом. — Разве ты не говорил, что мы можем пойти в Рэйвентри-холл? — уточнила Джейн. Дом покачал головой: — Двое из тех, кто говорил у колодца, слышали, что его заняли Ланнистеры. Даже Стоун-Хедж, кажется, сжег Гора. — Он на мгновение задумался, затем добавил: — Пойдем в трактир «Коленопреклоненный человек». Возможно, там знают больше. Они не стали возражать. Оседлав лошадей, они направились в ту самую таверну в речных землях, что стояла, как говорили, близ того места, где Торрен Старк склонил колено перед Эйегоном Завоевателем. На следующий день они достигли её — здание с длинными низкими крыльями, вытянутыми вдоль берега Красного Зубца. Пока Дом вошел внутрь, Санса наблюдала издалека, напрягаясь, как всегда при остановках. Даже с волками, что сопровождали их, она все еще ждала, что их найдут Ланнистеры — чтобы, наконец, вынудить её вытащить кинжал. В её воображении трактир уже был занят или навещён врагами, знавшими лицо Дома. Но вскоре он вышел с легкой улыбкой на губах: — Кажется, удача нам улыбается. — Почему ты так решил? — спросил Сирио, не сходя с седла. Дом посмотрел на Арью и Сансу: — Ваш брат Робб повел армию на юг, против Ланнистеров. Они в Риверране. Мы могли бы вернуться в Винтерфелл, но если Робб так близко… Думаю, стоит попытаться найти его. — Тогда найдём, — сказала Арья, взглянув на Сансу. — Кто защитит нас лучше, чем Робб и его армия? — Найдём Робба, — согласилась Санса. — Это будет достаточно для дома… пока. С этими словами они снова отправились на запад — навстречу армии Старков. Но, добравшись до Риверрана, обнаружили, что осада уже окончена, а лагерь ждал их с распростёртыми объятиями