Тени Разума | Ten razuma

Мы все держимся за невидимые нити. Но когда они рвутся, падаешь в пустоту — и никто не услышит твоего крика. Холодный ветер окутал тело девушки, сидевшей на кровати. Мрачное утро началось со скандала, а точнее — с неудачной попытки убийства, которая пошатнула моральное состояние Акари. Левой рукой она сжимала правое запястье и уже полчала смотрела в угол. Медсестра остановилась у палаты: худая фигура, такие же чёрные гладкие волосы. Как же они похожи! Но судьбы у них разные, и, наверное, к лучшему, что они не встретились раньше. — Ребёнка отняли у матери, — пробормотала медсестра. Акари обернулась, но та уже ушла, будто и не смотрела на неё, будто ничего не говорила. Лилит под утро ворвалась в палату и попыталась задушить Мирай, но та вырвалась и ударила её по щеке — чтобы та очнулась. Не сработало. — Ты виновата! — кричала Лилит, нанося хаотичные удары, но Мирай лишь уклонялась. Вскоре Лилит увели, а на Мирай лишь бросили презрительный взгляд и хлопнули дверью. Подняв руку, она смотрела, как кровь сочится из глубокого пореза, капает на пол, впитывается в рукав больничной рубашки. — Можно зайти? — в дверях показалась медсестра. Её глаза расширились при виде лужицы крови. Она быстро подбежала, забинтовала рану. — Я не верю, что ты заслуживаешь такого отношения… Старшие пугают новеньких, будто ты убила ребёнка и опасна. Но я не поверила. Мирай отвернулась. — Мне плевать. Это утро вызвало переполох из-за приступа Лилит. Почему она сорвалась? Но вину, как всегда, свалили на Мирай. — Да потому что бешеная собака. Голову ломать не надо, — бросила она, проходя мимо врачей. Те замолчали. Мирай свернула за угол и направилась в кабинет. Правую руку спрятала в карман кофты: пора поставить точку. Не постучав, она вошла. Мужчина за столом поднял голову — настроение у него было скверное. — Что входит в первый этап проекта? — в его глазах вспыхнул интерес. Если бы он знал, что её вопрос — не из любопытства… — Первый этап: два участника. Наши ребята отвлекут охрану, а ты проберёшься внутрь и ликвидируешь двух сотрудников — тех, что наделают шуму. Догадаешься сама, кто именно. Мирай сглотнула ком в горле. Её взгляд упал на фотографию девочки. Мужчина резко положил её лицом вниз. — Ваша дочь? — Она ждала реакции. Он лишь холодно посмотрел на неё. — Чужие вещи трогать не надо. И вообще — возвращайся в палату. — Он откинулся в кресло, закурил. — И не выходи без причины. — А похищать детей и убивать — это можно? У тебя странные понятия о дозволенном. В её глазах вспыхнула ненависть. Мирай вышла, едва сдерживая улыбку. Даже мрачные взгляды персонала не испортили настроения. Наконец-то она вывела его из себя. Но тут в конце коридора мелькнула знакомая фигура. Лилит. Две женщины, которых нельзя сводить вместе, теперь стояли друг напротив друга в пустом коридоре. Мирай оставалась холодна, а Лилит, взрывная и непредсказуемая, готова была выкрикнуть первое, что придёт в голову. Эта «чёрная змея», меняющая кожу, доводила её до предела. Но сталь в глазах Мирай усложняла всё. Даже врачи считали, что её сила — в абсолютном самообладании. — Долго ты не протянешь, — бросила Мирай, проходя мимо. Лилит обернулась, чтобы что-то крикнуть, но дверь рядом распахнулась, и вышла медсестра. Увидев Лилит в этом крыле, та удивилась. А Мирай уже исчезла. Парни наблюдали, как Мирай, облокотившись на тумбочку, обдумывает следующий шаг. — Если не хотим сгнить здесь, надо уходить, — сказал Синдзи, прикусив губу. Мирай посмотрела на него так, что он тут же замолчал. — Мы уйдём и устроим шоу. Когда Курои исчезнет — начнём. А пока — выживайте. Её голос был спокоен, но все понимали: один неверный шаг — и они все погибнут. — Если разыграем карты правильно — выживем. Если нет — станете рабами чужих приказов. Боль, ненависть, жажда убийств — вот что вас ждёт. Она ушла. Всё зависело от них. — Пошли, надо охранять вход. А то вдруг кто-то сбежит, — усмехнулся один из парней. Игра началась.

***

— Чифую, я считаю, что если найдем Мирай, она нам поможет. — После этих слов Такемичи прилетел знатный подзатыльник. — Мирай? А она тебе кто — герой? По твоим рассказам, она — полная противоположность. — Чифую сел на лавочку и устало вздохнул. На эти поиски, они время тратят впустую. Проще просто начать самим всё делать. Такемичи, как баран, упёрся — продолжает искать Мирай, хоть тресни. — Вообще злодеи тоже могут быть добрыми. — Ханагаки недовольно пробурчал и кинул обиженный взгляд на Мацуно, совсем не рассчитывает на силы во время удара. — Не в её случае. — Отмахнувшись, он отвернулся и махнул рукой. Переубедить будет сложно — разумных доводов не хватало, а Такемичи продолжал упрямо играть в детектива, пытаясь найти девушку, но аргументов толком нет. В поле зрения увидел на столбе какое-то объявление, а на вопросы Ханагаки, куда он направился, Чифую ответил молчанием. «Пропала девушка…» Дальше он не читал и лениво обернулся, когда рядом оказался Ханагаки, и смотрел шокированным взглядом, явно уже в четвёртый раз перечитывая. — Она пропала? — Чифую, услышав слова друга, стал смотреть на фотографию. Она точно не похожа на героя, которого будет волновать чужая жизнь. Ветер резко поднял пыль. Чифую рывком развернулся — Майки замер в двух шагах, испепеляя компанию тяжёлым взглядом. Мацуно, нервно дёрнувшись, толкнул Такемичи в плечо, заставляя того встретиться взглядом с нежданным гостем. — Вы знаете её? — Сано скривился. — Тоже попались под её чары? — Ему и сестры хватило с лихвой, а если ещё и парни начнут, то неизвестно, как она отреагирует на ситуацию. — И что в ней такого, что так притягивает людей? Смотря на фотографию, он пытался хоть что-то понять, но лишь фыркнул и ушёл. Для него она была выскочкой, которая никого не ценит, обижает других и бьёт людей просто за их косой взгляд в её сторону; даже доброе дело не сделает. Таких, как она, надо с корнем вырывать — чтобы не отравляли других. Эмма переживёт её пропажу. Мирай всё равно будет ненавидеть Эмму за ту подставу, но такое должно было случиться. А если из-за этого она избьёт Эмму? Или сделает что-то такое, что заставит её сестру трястись от каждого шороха? — Как же я тебя ненавижу, — прошептал он эти слова, но при виде Арис с подружкой невольно расслабился. Надо забыть про плохих людей и жить нормально. — Чтобы ты страдала

***

— У меня для тебя хорошая новость, поехали! — сказал Курои, и он был счастлив, а Мирай лишь нахмурилась, но молча переоделась в черную одежду. В груди стало тяжело. Что-то случилось? Наверное, Этап решил проводить, раз такой довольный. Сев в машину, она сразу отвернулась и стала смотреть в окно. Скоро она будет на свободе, надо лишь потерпеть. Сжав руку в кулак, даже на резкую боль не отреагировала. Водитель и Курои разговаривали о каком-то деле. Вскоре машина остановилась у здания, и, выйдя, с недоумением пошла за мужчиной, который даже открыл ей дверь с улыбкой. Морг. — А что мы тут делаем? — Мирай? — тихий и хриплый голос раздался позади. Она обернулась: Акихиро был бледным, и его белая рубашка была в кровавых пятнах, руки слабо дрожали. Но продолжала надеяться, что ошиблась. Курои прошел мимо и кивнул, говоря, чтобы она зашла, но она не могла сделать и шага, зная, кто там лежит и кому принадлежат пятна на белой рубашке. Но, почувствовав прижатый к её затылку пистолет, ей пришлось идти. Шаги были слишком тяжелыми, дыхание сбилось. Может, кто-то другой погиб — такое бывает. Зайдя в комнату, её взгляд опустел. Закрыв глаза и резко зажав уши, Мирай упала на колени. Голова вдруг сильно заболела. — Заткнись! Заткнись… — голос в голове настойчиво твердил одни и те же слова, как мантру. Он издевается. Плечи задрожали, но она не плакала, а истерично засмеялась. В тишине слышен был только ее смех. Акихиро смотрел в пол — ничего он ей не сможет помочь. Конечно, он не ожидал такой реакции, думал, что она просто посмотрит и уйдет. Но то, что перед ним раскрылось, показало, что она тоже человек, который может плакать, а не монстр, как он думал в начале. Она постоянно была на своём уме и шла против правил. Вскоре приложила лоб к холодному полу, плечи лишь тряслись, и время от времени шмыгала носом, ведь для неё это была первая смерть родного человека. «Ты так уверена в этом? Вспомни! Вспомни!» — Можно поговорить с ней? — Акихиро лишь получил молчаливый кивок, и они ушли. Он сел на колени и положил руку ей на спину. Но она не успокаивалась, а лишь сильнее заплакала. Мимолетно он улыбнулся, но стоило ей выпрямиться, как он стал печальным. — Я не смогу дать тебе того, что могла бы Азуми, на это не способен. Не смог защитить свою жену, господи. — Он закрыл глаза ладошкой и слабо улыбнулся. Почему не может контролировать свои эмоции? Повисла тишина, она всхлипывала и смотрела пустым взглядом в пол. — Какой смысл мне жить, когда я не знаю, кто мои родители и живы ли они? А быть куклой этого психа я уже устала. — Она была бледной и уставшей, а взгляд был потерянным, как в их первую встречу. Неужели этот мужчина так на неё влияет? — Я пойду, не буду его задерживать. Сочувствую потере жены. Сглотнув, она медленно встала, посмотрев в последний раз на Азуми, и поклонилась, когда покидала комнату. Медленно идя по тихому коридору, наконец решилась поднять голову и встретилась с братом Эммы. Но дольше десяти секунд их взгляды не пересекались. Она прошла мимо Майки к Курои, который внимательно следил за ними. Сано, почувствовав на себе взгляд незнакомца, непроизвольно сжал челюсти. Этот мужчина неприятен — он будто видит человека насквозь. Он хмыкнул и ушел следом за девушкой. — Возможно, снайпер. Он целился точно в сердце. Кто-то точит на вас зуб, господин Накамура. — Майки не любил подслушивать, но ведь это связано и с Мирай, которая вышла из комнаты, где сейчас ведется данный разговор. Родители? Но почему тогда нет фамилии? Да и не похожи. Вскоре вышел мужчина, его взгляд сразу зацепился за парня. Неожиданно из-за угла появился Дракен, как раз вовремя его окликнул, и он ушел. Какие люди окружают её? У каждого аура далеко не доброго человека, хотя… она теперь страдает, значит, остальное его не волнует. Дорогая иномарка еще стояла. Об капот облокотился мужчина, а напротив него стояла она. Взгляд — будто лезвие бритвы, руки сжаты. — Ты ничего странного в его поведении не заметила? — Курои выдохнул сигаретный дым в лицо Мирай, которая даже не дернулась и лишь махнула рукой, чтобы могла нормально говорить. — Видела, — он закивал головой, — в твоем поведении. Он поднял мрачный взгляд на Мирай. Она всегда так делает, и его терпение уже на исходе. — Я не глупая, это дело твоих рук. — Она поправила волосы и убрала руки в карман кофты. Как можно стоять под таким взглядом? У него явно есть пистолет, а она ему претензии выдвигает. — Я хочу убрать людей, которые с тобой связаны. Эмма. Мирай обернулась, она не была удивлена, когда увидела Манджиро, будто знала, что он слышит весь их разговор. Сано замер. — Кроме Накамура, у меня нет никого, — произнесла девушка с злобой в голосе и подошла к задней двери машины. — Хватит врать. Пару людей мы уже нашли, и среди них есть интересные личности. Даже трое. Курои выбросил сигарету, выпрямился и первым сел в машину. Перед тем как сесть в машину, Мирай в последний раз обернулась к Майки. Её шёпот едва достиг его ушей: «Всё будет в порядке». Машина вскоре уехала. — Пошли, чего завис? — Дракен кинул на друга вопросительный взгляд, но, когда тот молча стал идти к мотоциклу, лишь нахмурился и молча двинулся за ним.