Тени Разума | Ten razuma

Когда правит хаос, единственный закон — это сила. А единственная правда — кровь. «Кукловод» начинался как сборище отбросов — вышедшие из колоний, отверженные, те, кого даже преступный мир отторгал. Они приходили к Акари как к последнему пристанищу. Но организацией это стало не сразу. Сначала это была просто банда, которая должна была поддерживать ночную тишину. Однако они вели себя хуже, чем ожидалось. Акари поначалу почти не следила за ними. Она была тем лидером, которого даже эти отбросы уважали, несмотря на её хладнокровие. Это развязало им руки — у них не было правил, они не уважали границы. Для них весь мир был чужим. Ломали кости за взгляд. Душили подростков в тёмных переулках за излишнюю дерзость. Без правил, без границ — лишь животная жестокость тех, кому нечего терять. Полиция закрывала глаза. Когда ловили кого-то, оказывалось, что парни формально не связаны с «Кукловодом». Но если бы они знали, как Акари опутала всех паутиной своего влияния… В то время каждый второй в подполье был под её негласным контролем. Некоторые приходили к ней за помощью и защитой — она молча соглашалась. Ей не нужны были слова — за ночь она решала любую проблему. У них не было определённой территории. Они бродили повсюду, как призраки. Несколько раз к ним приходили якудза, предлагая взять под своё крыло. Но Акари неизменно отказывала. После этого она стала приводить других лидеров, но подчинённые не принимали никого — эти попытки проваливались. В конце концов, ей пришлось взять ситуацию в свои руки. Каждый день теперь проходили собрания с наказаниями. Не пустые разговоры — сразу кулаки, ножи и кости. Кто-то лишался фаланги пальца, но Мирай оплачивала протезы. Бесчувственная, но властная. Месяц на заживление ран. Потом началось то, что в подполье до сих пор называют «Кровавым крещением». Именно тогда имя «Акари» стало звучать как приговор. Она бросала вызов всем. Битвы проходили тихо — полиция даже не подозревала, что где-то толпа людей забивает друг друга до полусмерти. Так Акари пробилась на вершину, не оглядываясь назад, не слушая уговоров остановиться. Когда «Кукловод» окончательно оформился как организация, никто уже не смел бросать им вызов. Численность, мощь, дисциплина — всё было на их стороне. Но сейчас… Сейчас они могут вернуться к тем диким временам. Акари нет. Ребята выходят из-под контроля. Даже Руин не может полностью их успокоить. Он твердит им: «Не ведите себя как дикари, держите лицо перед другими группировками». Но все уже знают — Акари нет. Кто-то пытается занять её место. «Кукловод» может развязать войну во всём криминальном мире. Напряжение достигло предела. — Здесь есть те, кто помнит самое начало, — говорит Руин. — Кто помнит, как мы резали друг друга, сколько битв прошли. Но разве сейчас хуже? Мы стали сильнее! Нам нет нужды терроризировать подростков в переулках. Успокоить тысячу озверевших псов — задача для богов. Но даже самые строптивые быстро понимают: наказание от Руина — всего лишь слабая тень того, что сделала бы Акари. Таков закон. — Наша глава — Акари Сано! — звучит в темноте. — И больше никто. Она не особо понимала, как устроены правила в «Кукловоде». Ведь когда она была главным руководителем, всё было легче лёгкого. Власть есть? Значит, ты капитан отряда. Если её нет — будешь подчиняться, даже сквозь ненависть. Мизори не особо обращала внимания на своих подчинённых, у них было свободнее, но Акари, несмотря на свой тихий характер, тут быстро всех поставила на место. Как ей нужно. Но вот без неё — тут беспорядок. Появилось два лагеря. Кто считал, что Акари предала их, переходили к Мизори и принимали её предложения. Но те, кто был предан Акари с самого начала в организации, верили в неё и были непреклонны. Те, кто дружил, стали врагами. Если нет главного — значит, не будет порядка. Но Акари… она ведь сейчас в руках Курои, который вскоре её убьёт перед тем, как поехать на битву. Тогда ему стоит лишь привести больше людей и объявить, что Акари умерла, сражаясь с ним. Он умеет красочно рассказывать, когда нужно. Но если он приехал, то поздно что-либо предпринимать. Курода будет связан по рукам, Акари изначально должна принадлежать господину. Но Мизори тоже не отстаёт от Курои. Она обыграла всех, когда заявила, что Акари покинула пост главы, и теперь вместо неё будет другая, которая вызвала недоверие. Руин подозревал одного человека, который мог завладеть Акари и похитить её. Столько вопросов, но нет ответов, которые должны вскоре прийти к нему. И его захлестнула такая злость, что он не сразу понял, что произошло. — Ты что творишь?! Какая новая глава? Ты хоть понимаешь, что так организация быстро падёт! Мизори, перестань со своими детскими играми. И Акари не покидала пост, она бы официально заявила. — Заместитель был главный по важности, и многие не могли против него сказать. Парни стали кричать, что это так и есть, значит, доверие к Сано есть. Но они обычные куклы, и им ничего не остаётся, как поддакивать и слепо идти за заместителями. А если начнут противиться, то считай, что они не слушаются приказа. Мизори засмеялась и подошла ближе к перилам второго этажа. — Сколько хочешь, играй мне на нервы. Но я не позволю этой самозванке занять место главы. И ты тем более изгнана. И как только хватило смелости прийти сюда с таким заявлением. — Руин продолжил своё нападение, показывая свою позицию. Мизори из-за него тоже многое не сможет сделать. Все важные документы лежат в его кабинете с подписью Акари, но если он их не подпишет, то документ недействителен. А это раздражает. — Хватит жить в идеальном мире. Вот ответьте мне на вопрос: где сейчас ваша уважаемая глава? — повисла тишина. Уже ясно, за кем победа. Неизвестно, зачем показывают свой характер. — Никто и не знает. Может, она сбежала, а? Тяжёлые взгляды были направлены на девушку. Они ожидали, что будет дальше. Представленная незнакомка выглядела безразличной — ей точно будет плевать на организацию. Значит, Мизори хочет лишь с такой помощью протянуть свои руки к документам и снова взять власть над ними. — Кто тут живёт в идеальном мире… так это ты! — Его голос охрип после такого крика, и он задышал тяжело. Слишком резко обернулся. Рядом стоял парень и смотрел на него удивлённо. «А это ещё что за чудо?» Даже не в форме «Кукловода» — наверное, очередная пешка Мизори. Но Руин отвернулся и ушёл. Все стали расходиться. От этого представления нет никакого толка. Ну а смысл? Они не будут подчиняться Мизори, ни за что. Лишь одному человеку смогут склонить голову. «Кукловод» изначально принадлежал Акари, но его быстро захватила Мизори, пока находилась в теле Сано. И Акари согласилась поделить организацию на главарей. Была ступень из них. Но многие пали от рук Акари в одной битве. — И как у неё смелости хватило, чтобы прийти сюда и представить новую главу. — Парни обсуждали между собой, пока тренировались. Раньше многие бы перешли на сторону Мизори, но она всегда обманывает, и многие теряют все деньги из-за её предложений. Что и подтолкнуло потерять к ней уважение. — Она никогда не переплюнет Акари! Даже если эта девчонка, которую она привела. — Многие согласились и закрыли тему, решив не нагнетать ещё больше. Сильные и уберут паразитов, которые пристали к ним. В здании было тихо. Свет хоть и горел в кабинетах, но там будто вовсе никого нет. Выходили лишь тогда, когда нужно было. И это дало Мизори больше уверенности поговорить с Ями и морально подготовить её к роли. — Ты победишь Акари. Ведь ты тренировала то, что у неё является слабостью. Против сильных противников она вряд ли простоит. — В кабинете было душно, да ещё запах вишни от сигарет, которые на данный момент курит Мизори. Её один взгляд — и девочка упадёт на колени, чтобы склонить голову. Хоть несколько раз была на волоске от смерти, но успели спасти, и именно Мизори. Она её спасительница, значит, и поклоняться будет лишь ей. Ями жила изначально в Корее, и семья была далеко не благополучной. Отец пил и поднимал руку, мама умерла после её рождения. Сначала за ребёнком следила её тётя, но когда поняла, что девочка может жить уже с отцом, отдала мужчине, и тот запил из-за смерти жены. Ями накопила деньги и купила билет в Японию, и начала тут всё с чистого листа, который быстро испачкался в чёрный цвет. Наркотики, проституция и клубы с плохими отзывами. Ей было плевать на свою репутацию. Она жила не так, как хотелось, но когда была на грани, к ней пришла незнакомка. Хоть и выглядела подозрительно, но предложение было заманчивым. Ями — главное деньги, а каким путём — ей плевать. И так уже тело своё продала. — Не хочешь ли ты зажить хорошо? — Мизори смотрела на полупьяную девушку под наркотиками. Та плохо соображала, она даже открыть глаза нормально не могла, что уж говорить про такой разговор, где нужна свежая голова. И Мизори поняла. Та не выживет до завтра. Быстро действовать — сразу же начала. — Хотя мне твоё мнение не важно. Верните её в чувство и приведите в мой кабинет. Могла найти другого человека, но сразу же видно, что эта девочка точно не пропадёт, если ей быть под чужим надзором. Она и не таких возвращала в состояние нормального человека. И когда на пороге появилась та самая девочка, которой указали на диван, она шаталась слабо и кое-как села. Трудно. — Итак. Я Мизори… Подожди, ты хоть понимаешь японский? — Беловолосая чуть приподняла брови. В досье было написано, что её место рождения — это Южная Корея. — А? Да. — Девушка подняла вяло голову, взгляд затуманен. — Меня Ями зовут. Ей протянули бутылку воды, которую она не сразу приняла. Да она ещё и заторможенная после всей гадости, которую принимала в том клубе. Долго с ней, конечно, придётся возиться. — Так, Ями, я тебе кратко скажу, что хочу от тебя. В Токио есть одна организация «Кукловод», но глава там сейчас отсутствует по некоторым причинам, и мы должны занять это мес… — Но Мизори не договорила. Ями слишком остро отреагировала, когда услышала про организацию. Бутылка в её руках сжалась, и вода потекла через горлышко. За что получила укоризненный взгляд. «Неужели Акари и уже там была? Да не, быть этого не может. Ей что, заняться нечем, чтобы ходить по забытым клубам?» — Ты знаешь Акари? — Я… да… но… — Она затряслась и стала заикаться. Сжатая бутылка упала на пол, и вода вылилась. Мизори тяжело выдохнула и встала, чтобы подойти к столу. Ями в конечном итоге смогла сформулировать нормальный ответ. Мизори сжала челюсть. «Грохнуть что ли эту наркоманку?» — В прошлом году к нашему директору приходила девушка, но… она вышла оттуда злая, а Тэкеши он… потом несколько дней ходил мрачный. И вот тогда я встретила её. Акари Сано, глава организации «Кукловод», и все эти жуткие слухи доходили до меня. — А про три правила знаешь? — Мизори облокотилась на спинку дивана и как-то хитро посмотрела на удивлённую девушку, но по глазам уже заметила: она знает. Ведь в том клубе чаще засиживались люди из тёмных кругов. — Три правила… Вроде бы не лезть к Акари с вопросом… про «перчатки»? — Ями неуверенно посмотрела на Мизори и увидела кивок. Значит, правильно. — Второй — это не интересоваться её жизнью и тем, как она подняла организацию? А третий… там много слухов, и я не могу сказать точно. — Не существует. — Что? — Ями сглотнула и пыталась убрать этот страх, который медленно полз по позвоночнику вверх. — Меня не существует. Я по факту мертва. Три месяца назад. Ночь. Район Сибуя. Акари не могла собраться с мыслями — и поэтому не сразу поняла, что зашла в район, от которого её тошнит. «Но я заберу его себе». Каждый пункт был выверен… но теперь она понимала: за этим последует не только победа, но и конец всего, что она построила. — Глава, вы уже всё решили? — Руин вышел из темноты, холодный взгляд и остановилась. Она подняла глаза к небу. Решила? Нет. Что-то мешало сделать последний шаг. — Зачем идёшь за мной? — обернулась, но в ответ — лишь тишина. Его лицо не дрогнуло. — Неужто прознал мой план? — Нет. Просто увидел тебя. Она резко схватила его за рубашку, прижала к стене. Хватка сдавила горло. — Врёшь. Вижу тебя насквозь. Предашь — убью без раздумий. — Шёпотом, словно ножом, провела по его уху. — Что забыл здесь? — Ты ведь хочешь уничтожить Тосву. — Без организации, — она ударила его. Руин пошатнулся, но усмехнулся, сглотнув кровь. — Это не твоё дело. Она сунула руки в карманы, сжав кулаки. Прости. Но это единственный способ вас спасти. — Ты… ты же не вернёшься после этого? — голос Руина дрогнул. — Иди обратно. И ушла, не обернувшись. Будто стирала себя из их жизней.

***

— Чья это проблема? — Акари даже не обернулась. Курои от злости едва не сломал дверь, но быстро взял себя в руки. Кричать на неё сейчас бессмысленно — она уже проиграла, раз даже не смогла выбраться. Её план рухнул, как карточный домик. — Уж точно не моя. Тебе бы хоть раз взглянуть правде в глаза, Курои Курода. — Ты каждый день сидишь в комнате, — мужчина ухмыльнулся, неестественно склонив голову набок. Его раздражали её слова, но с ней особенно важно было скрывать эмоции. — Кто на самом деле начал всё это? — Твоя семья. Вернее… старший брат. Хочешь узнать, как его зовут? Акари резко обернулась. Старший брат? Но Манджиро был почти её ровесником. Значит, существовал ещё кто-то… Почему она не искала информацию раньше? Чёрт! Курои наверняка наслаждается её замешательством. — Изначально я хотел построить больницу, — продолжал он, — но после множества отказов изменил тактику. И вот результат! А ты выбрала совсем иную дорогу… У тебя нет семьи. Раз брат поступил именно так. — Имя. — Акари сжала кулаки, её взгляд, полный ненависти, буквально прожигал его. Терпение висело на волоске, и он это прекрасно понимал. — Сано Шиничиро. Мужчина вышел, и следом за ним в комнату бесшумно вошла служанка. Молча поставив на тумбочку стакан воды и таблетку, она так же бесшумно удалилась. — Ха… — нервный смешок сорвался с её губ, а спустя минуту Акари уже хохотала до слёз. Две семьи… И каждая использовала её как хотела. Она была для них игрушкой — той, которую даже не нужно ломать, достаточно время от времени подменять детали. Надеялась, да? Вот она — цена наивности. Спустя годы она наконец ощутила настоящее разочарование в людях. — Шиничиро, да? — Акари подняла взгляд и увидела себя в зеркале; на мгновение ей показалось, что позади стоит девушка и держит её за плечи. Нет. Просто усталость играет злую шутку, хватит уже думать о том, что не исправить.

***

Не всегда всё идёт как надо. Предательство можно ожидать даже от того, кто выглядит неспособным на него. — Долго же ты. Совесть мучила, да? — мужчина засмеялся, увидев мрачное лицо парня, который сжал кулаки и опустил взгляд, слушая рассказы о том, кто предал её. Теперь он среди них. Но это ради неё! Она поймёт… — Позовите её. — Нет! Я пришёл лишь с вами поговорить. — Руин упал на колени и поклонился. Его трясло от страха. А точно ли ради кукловода он всё делает? Ведь то, что собирается попросить, может обернуться против них… Если Мирай прознает, то далеко не обрадуется. Сколько раз она говорила — не надеяться ни на кого, какая бы ситуация ни встретилась на пути. Сколько брал с неё пример… Но сейчас совсем другое время. — Вау… заместитель гордой главы кланяется. Если ей расскажешь — не поверит. — Мужчина наслаждался картиной: тот, кто смотрел на всех свысока, теперь… Ну и жалкий видок, конечно. — Ты знал, что ваша Глава разрабатывает план, как спасти вас, а вы вот как ей отвечаете? И не стыдно? — Поставив локоть на подлокотник дивана и облокотив щёку на ладонь, он почувствовал, как взгляд холодеет. Атмосфера сразу стала тяжёлой. Он ненавидел предателей и понимал: если Мирай узнает об этом разговоре… Потому что однажды сам оказался в такой ситуации. И возможно, она отреагирует куда хуже. — Давай после битвы переходи к нам. Завтра жду ответ. — Я… хотел предложить то же самое. — Они пожали руки, и он ушёл. Надо было найти другой путь… Акари как-то обмолвилась, что у неё есть друг, который поможет. Почему он не пошёл сразу к нему? Тогда бы на душе было легче. А сейчас этот груз будто давит на плечи. Чем ближе битва, тем тревожнее. Мысли атакуют со всех сторон, не успеваешь ухватиться ни за одну. Да и подчинённые чем-то встревожены — у каждого свои причины. Вернутся ли они? Я слабых не выпущу на битву. Акари не брала с собой тех, кто был слаб. Не задавала вопросов «зачем ты пришёл?» Просто лично занималась их тренировкой, и спустя месяцы они уже стояли в строю. Ну а там товарищи помогут…А он вот так всех подставляет… — Прости… — Выйдя из здания и надев маску, он быстро прошмыгнул в тёмный переулок, где ждала его машина с двумя охранниками. Заметив хозяина, те молча поклонились и растворились в тени. Тени. Акари так называла людей, которые действуют будто их вовсе нет. Их редко ставили ниже. А если кто-то пытался — во время собраний Триады Теней между тремя сильными организациями — многие потом не выходили оттуда. Не даст опозорить своих. Пока одни взлетают вверх по связям, другие пробираются сквозь заросли. И остаются на вершине, ведь за плечами — опыт. Но и лидер тоже важен, не так ли? В криминальном мире после каждой встречи Триады Теней вспыхивали битвы — так решались вопросы, касающиеся именно их. Акари смеялась до слёз, узнав, что многие считают: они продали душу дьяволу, поэтому так сильны. Тогда она показала всю «силу дьявола». Каждую ночь творила ужасные вещи, а утром, сидя перед телевизором и слушая новости, тихо хихикала. — Вот вам дьявол… Её страшно предать. Но Руин пытается уладить один вопрос. Получилось. Она поймёт… если он потом объяснит.

***

— Есть один человек, через которого можно надавить на Акари. — Мужчина продолжал стоять спиной к Курои, листавшему досье с красной пометкой «Срочно». Акари сидела в своей комнате, неподвижная, как хищник перед прыжком. Это затишье бесило — она всегда так делала перед ударом. — Значит, ещё такие остались. — Курода хмыкнул, бросив взгляд на треснувшие стенные часы. До выезда на базу оставалось два часа — ровно столько, чтобы проверить подготовку операции. — Мальчик. Живёт с сестрой… — Губы мужчины искривились в холодной полуулыбке. — Похитим обоих. Ребёнка заберём отдельно. Промахнёшься — твою голову доставят в чёрной коробке. Ровно к ужину. Он развернулся медленно, словно лезвие гильотины. Глаза-щёлки метнули стальной блеск. Воздух стал густым от ярости, будто пропитался ртутью. Он — живое зеркало погибшего брата. Те же черты, закалённые в аду криминальных разборок. Попытки спасти родного брата закончились провалом. Теперь только одно — месть. Даже если ради этого придётся плясать под дудку Курои. Акари умрёт. Она ведь именно так и поступила с его семьёй — уложила всех в аккуратные сосновые ящики. Теперь её очередь.