Nuestra canción

Ноа

      Две недели мы не общались. Снова стали чужими. Николас приходил домой, чтобы поиграть с сыном, укладывал его спать, а после уезжал непонятно куда.        В один из таких дней он снова появился перед сном малыша, но мне пришлось уложить сына раньше, потому что тот капризничал. Я встретила Ника в коридоре и смотрела на него с полным непониманием. Он лишь на секунду остановил на мне свой взгляд, после чего отвёл его и прошёл мимо. Я не знала, как мне нужно себя вести в его присутствии, поэтому смогла лишь произнести, не оборачиваясь:       — Он спит. Уснул раньше, потому что капризничал.       Услышав это, он остановился, а я не смогла сделать и шага. Мы стояли друг к другу спинами, напряжение между нами было огромным, что даже небольшое расстояние между нами делало его огромным. Стоило больших усилий развернуться и пройти мимо него, но он схватил меня за локоть. Я обернулась и посмотрела на него, а потом на его руку, но он не отпустил меня. С каждой секундой напряжение только росло и мы оба это понимали.        — Я уеду на три дня в Лондон. Не натвори глупостей, пока меня не будет.        Я смотрела на него слишком растерянно и на то не было причины.        — Что-то случилось?        — В кампании возникли проблемы.        Мне не нашлось, что ему ответить, поэтому пришлось отступить. Он отпустил меня, и, развернувшись, уехал, не сказав ни слова. Хотя, чего я ожидала от него после всей этой ссоры.        За эти две недели я поняла, что снова начинаю скучать по нему. Мелкий спрашивает, где Ник, но я не знаю, что и ответить на это. Я не могу объяснить маленькому ребёнку всё, что происходит между мной и Николасом. Это слишком сложно.        Укладывая Эндрю спать, я невольно стала искать черты Ника. Сама не заметила, как это началось, но моё сердце разрывалось от боли. Я всё ещё жалела о времени, которое мы потеряли. Почему видеть его счастливым не со мной всё ещё неприятно? Почему я неосознанно хочу вернуть наши отношения, хотя понимаю, как это глупо? Набравшись смелости, я решаю написать.

Сегодня. 13:29

Знаю, ты злишься на меня, но Эндрю в этом не виноват. Он постоянно спрашивает о тебе. 

Я не могу приехать, в кампании проблемы. Передай ему, что я скоро приеду 

Ладно.

Ноа, у вас всё в порядке? Ничего не нужно?

Нет, всё есть. Прости, что отвлекла

Не отвлекла, всё хорошо.       На душе всё равно скребли кошки. Будто так не должно было быть и моя мама была права. Мне не стоило вмешиваться в этот брак, я сделала ошибку. Глупую ошибку. Николас не должен был узнать о сыне вот так. Надо было сказать раньше. Теперь он не сможет его полюбить. А может, он и тогда бы не полюбил его.  «Потому что это и твой сын тоже»       Ещё никогда я не чувствовала себя так ужасно. Хотелось сбежать, не знаю куда, просто взять мелкого и исчезнуть из жизни Николаса, чтобы он забыл про наше существование. Сбежать от всех проблем, как будто было бы единственным решением.        Я снова взяла телефон, совершая ошибку, но никак не могла оставить это.

Сегодня. 14:27

Прости меня, я знаю, что мне не стоило переходить границы. София – твоя жена и совсем меня не касается. 

Ты опять накручиваешь себя? Веснушка, перестань. Я просто занят на работе. 

Знаю, прости. Веду себя как маленькая девочка, которая не умеет любить. Как и всегда. 

      Сообщение прочитано, но тут же мне звонит Ник. Я тихо поднимаюсь, чтобы не разбудить сына и спускаюсь на первый этаж.       — Ты долго не берёшь трубку. Боишься?       — Пыталась тихо выйти из комнаты, в которой уложила Эндрю.        — Зачем ты себя накручиваешь? Разве тебе становится лучше?       — Нет, но я никак не могу выкинуть из головы нашу ссору. Постоянно думаю о ней, хотя не должна.        — Переживаешь?       — Немного. В тот вечер я сказала тебе слишком много лишнего, хотя не должна была.       — Все в порядке.        — Опять говоришь так, чтобы меня успокоить?       — Возможно. Но я тоже перегнул. Ты просто интересовалась и мне не стоило так бурно реагировать.        — Что ж, это уже произошло.        Мы оба молчали, я не знала, что сказать, но и класть трубку не хотелось. Видимо, Ник думал также.       — Так и будем молчать?        — Вообще, после таких разговоров мы обычно целовались.       — Я с женатыми не целуюсь. Забыл?        — Проблема только в этом? А если бы Софии не было?        — Думаешь, я бы стала целоваться с тобой?        — Думаю, ты бы как минимум не устояла. – Я усмехнулась.       — Как много ты на себя берёшь. Я уже не та Ноа, которая будет рада любому твоему поцелую.        — Неужели я тебе уже не так дорог? Ты разбила мне сердце.       Усмехнувшись, я постаралась собраться и сказать со всей серьезностью в голосе.       — Мне дорог Эндрю. Он всё-таки мой сын. Маленький человечек, который любит не за что-то, а просто так. Любит искренне, потому что по другому пока просто не умеет.       — Я снова исправлю тебя. Наш сын. И я люблю его.        — Той ночью ты отказался от него. Сказал, что не сможешь полюбить его только потому, что он от меня.        — Послушай, я действительно был не прав. Это было моей идеей забрать вас к себе. Тогда я сказал на эмоциях. Прости за эти слова. Знаю, что они тебя ранили.       Да, это так. Но я ни за что не скажу ему об этом.       — Нет, не ранили. Раньше бы да. Сейчас мне правда всё равно.        Я лгала. Сильно лгала, но мне не хотелось, чтобы он чувствовал своё превосходство. Я заслуживаю счастья и Николас не должен брать верх надо мной и моими чувствами.        — Я понял. Это всё?        — Наверное да.       Я сбросила звонок и откинула телефон на столик. Сама удобнее устроилась в кресле и закрыла руками глаза. Боже, как я устала от всего этого. Хочется простого счастья, но я должна потерпеть ещё две недели. Месяц закончится и я буду свободна. Стоп. А Эндрю? Что будет с ним? Он не поймёт, что произошло, а потом не простит этого.        Тяжело вздохнув, я взяла телефон, чтобы отвлечься. Новостная лента и рилсы отлично с этим справились. По крайней мере, пока в рекомендациях мне не попалось фото Ника с его женой. На нем был идеально выглаженный костюм. Он крепко держал Соф за талию, пока они позировали. Идеальная картинка. Или, правильнее сказать, идеальная ложь? Николас уверял, что их отношения фиктивны, но кто знает. Может, София испытывает к нему нечто большее, чем просто чувства? Но она ничего не скажет, не сможет. Потому что у меня есть преимущество. Правда ли она готова дать ему развод, чтобы он мог спокойно воспитывать сына? Действительно готова отпустить его, чтобы он был счастлив?        Может, пора признаться самой себе? В том, что я боюсь будущего, пустоты, которая останется, когда эта иллюзия рухнет. Боюсь остаться одна, но ещё больше боюсь продолжать  жить в этой лжи. Я запуталась, как в клубочке ниток, не могу разобрать, где начало, а где конец. Хочу свободы, но и его не хочу терять. Это бесконечная борьба, и я уже не понимаю, кто я и чего хочу на самом деле. Просто больно, очень больно, и я не знаю, как из этого выбраться.

Ник

      Я знал, что перегнул палку, что расстроил её своими словами. Но после сообщения я не мог не позвонить и не попытаться успокоить. Не знаю, что будет дальше, когда месяц пройдёт. Возможно, она заберёт сына и уедет. Но что тогда будет? Как я буду жить, зная, что мой ребёнок будет расти без отца?        К слову, вчера я видел Мэдисон. Она подросла, её блондинистые волосы начали понемногу темнеть, что сильно расстраивало её. Она поделилась со мной, что в этом году пойдёт в школу и ей уже не терпится познакомиться с ребятами её возраста.        Каждый раз, когда я смотрю на неё, невольно задумываюсь о сыне. Он должен расти в полной семье, но в наших отношениях сейчас всё слишком сложно.        Ее лицо, ее смех, ее касание – призраки, которые преследуют меня в каждом миге. Это не просто ностальгия, это что-то более глубокое, более болезненное. Это как постоянно держать горящий уголь в руках, знать, что он жжет, но не в силах выпустить. Она была моей первой девушкой, с которой я решился на серьёзные отношения, моей всей жизнью, и хотя мы расстались, часть меня осталась с ней.       Может быть, это просто привязанность, привычка? Или я просто боюсь быть один? Боюсь лишиться того, что имею, даже если это "имею" – лишь призрак былого счастья? Я устал от этой двойной жизни, от этой игры в добропорядочного супруга. Я запутался в своих чувствах, в своих желаниях, в своей жизни. И выхода не вижу. Лишь темная, мутная бездна нерешенных проблем и невысказанных слов.       Может, я зря затеял это совместное проживание? Что толку от того, что мы проживем этот месяц? Сделаем друг другу только больнее, но так нельзя. Наши отношения не являются здоровыми и лучше нам разойтись сейчас.

Ноа

      Мы с мелким развели настоящий бардак в гостиной, пока играли. Пол стал настоящим хаосом, отдельными мирами, где мягкие игрушки были перемешаны с конструктором и машинками. Но мне ни капли не было жалко, потому что мой ребёнок был счастлив. Мы кидались мягкими игрушками, сопровождающимися радостными восклицаниями ребёнка. Строили домики из конструктора, которые потом превращались в высокие замки, а затем разрушались, чтобы построить лабиринт или ещё что-то более замысловатое, на что только хватит фантазии. Устроили целую гоночную трассу для машинок, которые соревновались в скорости и выносливости, используя подушки и пледы, пока Эндрю не отрубился без сил. Пришлось унести его в детскую и собирать весь этот беспорядок. Но я действительно не жалела. Такие дни могут остаться в его памяти надолго. Даже, если он этого не вспомнит – буду вспоминать я.        Вдруг я услышала тихий поворот ключей в замочной скважине и замерла с плюшевым зайцем в руке. Николас вышел из тени.        Мы стояли и смотрели друг на друга. От неожиданности я выронила плюшевую игрушку из рук. Не зная, что делать, я сжимала ладони у груди, нервничала, не в силах что либо сказать. Он стоял передо мной с букетом синих роз. Смотрел, как мальчишка, невинно, но в тоже время будто боялся.        — Веснушка, я развёлся. Время потрясений началось.