это и так видно, но некоторые из нас живут прошлым

      В комнатах Все за Одного всегда было так темно. Это, наверное, единственный плюс в ситуации, где тебе уничтожают лицо выше рта: экономишь на электричестве. Раньше, в детстве, темнота странным образом утешала; когда ты в комнатах Все за Одного, ты получаешь крохи ласки и внимания, иногда награды, если хорошо справляешься. Это утешение свернулось в животе кислым молоком. Он почти хотел, чтобы Курогири взяли с собой это тупое ведро для рвоты.       — У тебя были опасения, — сказал Все за Одного, объяснив самые основы плана, который, разумеется, был точно таким же, как и в прошлый раз. Его учитель сидел в своем привычном кресле, его костюм был выглажен и опрятен. Никто не мог сказать, что Все за Одного не был одет с иголочки.       В сравнении с ним, в своих джинсах и потасканной толстовке он выглядел как маленький ребенок. Он чувствовал себя как маленький ребенок, которого поймали на лжи, и который ждал, что его отчитают. Он впился ногтями в ладони, пряча руки за спиной.       — Курогири вам рассказали.       Курогири стояли за его спиной безмолвно и неподвижно. Чуть ранее он посмотрел на них украдкой, когда они вели его через портал, тут же узнав пустой взгляд в их глазах. Пока они в присутствии Все за Одного, заполучить Курогири как союзника будет практически невозможно. Не будет быстрого побега с их помощью, он заперт с Все за Одного, пока его не отпустят.       И теперь, стоя лицом к лицу с человеком, который когда-то носил его тело как мясной костюм, он как только мог напустил на себя раздражение и мрачную сутулость, позволяя прядям волос закрыть лицо. Это событие произошло слишком рано. Он ничего не подготовил. Ему придется попробовать выйти из ситуации через диалог, а его стат харизмы, наверняка, просто ужасен.       — Сенсей, я двадцатиуровневый игрок, а это кампания сотого уровня. Я знаю, что сомневаться в вас неправильно – вы всегда действуете в моих интересах, – но я не смогу уничтожить все, если Всемогущий меня размажет. — Он слишком быстро тараторил. Слюна на вкус была кислой.       Все за Одного усмехнулся почти ласково и явно снисходительно.       — Томура, я не отправлю тебя сражаться с Всемогущим в одиночку. Какие интересные у тебя идеи.       — Ну, я знаю, что со мной будет Курогири, — огрызнулся он, — Но кто еще? Пушечное мясо?       Все за Одного не столько колебался, сколько наслаждался напряженностью момента. Именно в такие времена было логично ненавидеть знание будущего. Прошлый он был бы взволнован, заинтересован, лез бы из кожи вон, чтобы получить еще информации, ведь это была его большая миссия, его большой дебют, и Сенсей будет наблюдать за ним, ожидая, что он проявит себя как идеальный преемник.       Настоящий он был напуган и измотан. Слишком много практически бессонных ночей снизили количество энергии, которое он мог потратить на необязательную херню, а пафос Все за Одного уж точно был не обязателен. Он хотел бы просто пропустить катсцену и дойти до сути события, чтобы он мог уйти, и не только из-за страха, ползущего мурашками по спине.       Нахождение в присутствии Все за Одного давало тот же эффект, что и руки его семьи, только хуже, потому что Все за Одного излучал плохую энергию. Ярость, ужас и горе, возросшие от близости в подавляющую все силу, от которой у него тряслись руки и болел живот. Когда-то Все за Одного, наверное, вложил кучу очков в устрашение, и оно исходило из его тела волнами. Даже Курогири это не нравилось – они дергались за секунду до того, как пустел их взгляд.       Его пальцы дернулись. Ощущалось ли его присутствие так же, когда причуда Все за Одного была его? Как надвигающийся шторм? Это плохое чувство. Оно заставляло хотеть побежать в обратном направлении так быстро, как он только может, или спрятаться под чем-то и сжаться в комок. Он не понимал, как Спиннер смог прижать его к себе и звать его, словно это все ничего не значило, словно он просто уснул на Спиннере, когда они играли вместе.       Черт, он скучал по Спиннеру.       — Я позволил себе выбрать для тебя некоторых индивидов – не обязательно профессиональных злодеев, как я, но трудолюбивых людей, которые хорошо исполняют приказы. Твое "пушечное мясо", как ты их назвал. — Все за Одного сложил пальцы домиком, улыбаясь. — Я так же получил для тебя ному.       — Ному, — повторил он, не уверенный, должен ли он о них уже знать.       — Побочные проекты Доктора Гараки. Как дорогие Номер Шесть – помнишь их?       Он смутно помнил Шесть – тараторящий комок энергии, который его напрягал. Шесть ошивался с ними, когда он был подростком, может, на два или три года старше, чем он сам, и в одну запоминающуюся встречу Курогири прижали ладонь ко лбу Шести, чтобы силой оттолкнуть их от них двоих, когда Шесть слишком взбудоражились и засияли, как бомбардировщик. Шесть не взорвались на самом деле, но подошли к этому очень близко.       Черт. Давно он их не вспоминал. Что с ними стало?       — Ному похожи на его бомбардировщиков, хотя я считаю, что они более совершенны. Универсальнее, как Номер Шесть, но куда менее... воодушевленные. — Все за Одного улыбнулся, словно он только что пошутил.       Его настигло озарение.       Цели:       • Избавиться от Сенсея | Избежать Причуды Все за Одного       • Собрать Членов Пати (1/7)              о Завербовать как можно больше самолично (0/6)       • Поддерживать Членов Пати (1/7)       • Допросить Гараки              о Попасть в лабораторию       — Я хочу увидеть их до миссии, — поспешно сказал он, сердце стучало в ритм с пульсацией целей перед его мысленным взором.       Уголки рта Все за Одного недовольно дернулись. Вопросы и просьбы не были закономерным следующим шагом события. Учитель должен был повелевать, а ученик должен был быть благодарен за дарованную возможность. Ученик совершенно не должен был смотреть вглубь.       — Их?       — Ному, лаборатории, что там готовит Гараки. — Ему нужна была причина – и к счастью он понял, что Курогири ее предоставили. — Я читал про требования охраны труда на рабочем месте сегодня утром. Если продукция не делается в хороших условиях, повышается шанс поломки или возврата.       Все за Одного рассмеялся почти озадаченно.       — Требования охраны труда, — повторил он.       — Ага, — он загибал пальцы, перечисляя, — Достаточно ли лаборатории освещены, убраны ли, использует ли Гараки стерильные инструменты, достаточно ли платят работникам, обеспечены ли необходимые условия труда-       Продолжая свое перечисление и придумывая что-то на ходу, он заметил Курогири боковым зрением. Казалось, они хотя бы немного выбрались из-под контроля Все за Одного, и их глаза были едва заметными щелями. Очевидно, они пытались изо всех сил не рассмеяться вслух в присутствии Все за Одного.       — -предоставляется ли лаборантам не скользящая обувь? — Он перестал считать и просто расстроенно поднял руки. — Что насчет их безопасности, если один из проектов Гараки взбесится? Я помню, как Шесть чуть не взорвались в одну из наших встреч – какие есть меры безопасности на случай, если один из бомбардировщиков взорвется?       Все за Одного поднял руку.       — Томура, — начал он.       — Сенсей, — возразил он, заглатывая поднявшуюся до глотки желчь, — Я хочу помочь.       — Хочешь ли. — Даже без глаз вес внимания Все за Одного был ужасен. О чем он думал, он, древнее создание в теле человека? Думал ли он о мальчике, который плакал, что хочет быть героем? Думал ли он, что сделал недостаточно, чтобы раздавить его?       — Где руки твоей семьи, Томура? — спросил Все за Одного.       Холодок пробежал по позвоночнику, и он переборол желание убежать, вновь сжал руки в кулаки.       — Я вырос из них, Сенсей, — резко сказал он, — Я могу за себя постоять, мне не нужно, чтобы они меня удерживали. Я не ребенок.       — Интересно.       Он помнил ясно как день слова Все за Одного о том, что он будет носить эти руки, чтобы его сердце никогда не исцелилось.       Он должен найти руки. Он должен надеть их назад. Что угодно, лишь бы Все за Одного не вглядывался слишком пристально, когда у него не было никакой подмоги. Если Все за Одного нападет, никто ему не поможет. Это не будет как с Гигантомахией, когда Лига попеременно сражалась вместе с ним. Сила Все за Одного тянулась, как паучьи лапки, ища любую неисправность в паутине и находя лишь его, жертву, неподвижную перед хищником. В ловушке. Одного.       И тогда прорезалось воспоминание голоса Ханы, такое же непосредственное, как и по телефону: "Не говори так." Он сжал челюсть и заставил себя расслабиться. У него была Хана, ее голос в его ушах. У него были Курогири, стоящие рядом с ним. У него была Химико в проблесках на улице и Спиннер в воспоминаниях о держащих его руках. Он справится. Его кулаки разжались.       — Ты продолжаешь меня удивлять. — Все за Одного постукивал пальцами по подлокотнику, к счастью, не слыша его мысли, но все равно с недовольным видом. — Полагаю, так бывает, когда ты растишь ребенка.       Он не знал, что на это отвечать. Исход был не особо хорош, если он оставит все как есть – он должен был попасть в лаборатории, а Все за Одного, кажется, не собирался ему разрешать. Хотел ли Все за Одного слышать, что он хорошо справился? Упустил ли он что-то в сюжете, что могло бы заполнить неловкую тишину? Он мысленно прошелся по своим записям о Все за Одного и его никчемном младшем брате-       Иу. Он сначала этого не понял, но при определенном освещении он был похож на его младшего брата, особенно когда он прятал лицо в волосах. И Все за Одного дал ему свою фамилию. Это, наверное, было плохо, учитывая его зацикленность на своем брате. (Делало ли его это заменой Все за Одного или младшего брата? Обоих сразу? Угх.)       Но... можно ли этим воспользоваться? Мысли Все за Одного не обязательно вращались вокруг его младшего брата, но было много чего, чего его брат хотел или в чем нуждался, что Все за Одного для него добывал. И Все за Одного скучал по своему брату.

Повести себя как младший брат Все за Одного?

Шансы:

      • Все за Одного отреагирует положительно и позволит вам продолжить: 25%       • Все за Одного никак не отреагирует, и ситуация не изменится: 55%       • Все за Одного отреагирует отрицательно и накажет вас: 15%       • Все за Одного запрет вас в сейфе, как своего младшего брата: 5%       Он поглядывал на тот шанс в пять процентов немного нервно. Все за Одного засунул своего младшего брата в какой-то сейф. Но это произошло далеко не сразу, и младший брат все равно был больной. С ним такого наверняка не будет. Да ведь?       — Вы вырастили меня следовать за вами, Сенсей, — заметил он, немного меняя позу. Младший брат стоял по-другому, пусть и не слишком, потому что, видимо, у них обоих была ужасная осанка (у него из-за его игр и у младшего брата из-за его комиксов). — Я хочу убедиться, что все пройдет хорошо. Я не хочу переигрывать один и тот же уровень. — Он замолчал, рассчитывая время на колебание, прежде чем признать: — Я хочу помочь. Я не хочу, чтобы вам пришлось меня ждать.       Выражение лица Все за Одного совсем слегка дернулось. Для его последователей это изменение могло быть неуловимо, но как кто-то, кто был в голове Все за Одного, он понял, что попал в цель. Онии-сан, подожди меня! Онии-сан, давай помогу!       Все за Одного ни за что не поймет, что это уловка. Как может его двадцатилетний преемник знать, как стоял его давно почивший брат, или как они оба вели себя в детстве, когда они были еще достаточно малы, чтобы любить друг друга? Как мог внук Наны Шимуры знать маленькие тайные печальные мечты детей Шигараки? Нет. Все за Одного ни за что не заметит детали обмана. Все кажется искренним, должно казаться.       На секунду, пока машины пикали и жужжали в тянущейся тишине, он словно заметил, как Все за Одного рассматривает его с новым интересом. Он надеялся, что не проебался так, что это уже нельзя исправить – было очень важно, чтобы он мог расследовать Гараки ради Курогири, но боже блядский, если его за это посадят в сейф, он будет биться головой об стену.       Все за Одного заговорил вновь, мягче, чем раньше, словно он пытался звучать добрее, но ему лишь хотелось, чтобы его собственная кожа сползла с костей.       — Станет ли тебе легче, если ты увидишь, что планирует доктор Гараки?       Он чуть не улыбнулся, чувствуя перелом.       — Да, Сенсей. Станет. Я еще могу не понимать всего, но если я ваш преемник, я хочу все сделать правильно. И в учебниках говорят, что ты должен знать, что происходит в бизнесе, чтобы быть хорошим лидером. — Стоит заметить, там говорилось о генеральных директорах и президентах, но он помнил, как тоже проверял состояние Лиги, убеждаясь, что их мозги работали. И да, пару раз он проебался (тот раз, когда он сдернул маску Твайса, когда она ему была нужна, все еще заставлял его кривиться), но по большей части это помогало им оставаться на плаву.       — Замечательно. Я договорюсь с Гараки об экскурсии для тебя. — Все за Одного оперся щекой на руку, словно в раздумьях. — Никогда не думал, что твоей нишей станет организация труда, Томура. Возможно, мне стоило гораздо раньше направить твое внимание на другие увлечения, взрастить связь между тобой и главой союза злодеев.       Теперь он улыбнулся, больше от облегчения, чем от триумфа, и он надеялся, что улыбка выглядела благодарной. Его голова все еще свисала, но он понял, что его напускная усталость, от которой всегда страдал младший брат в воспоминаниях Все за Одного, теперь была настоящей. Честно, он словно упадет в любую секунду, если не попробует сначала распылить системы жизнеобеспечения Все за Одного за то, что ему пришлось пройти через этот тупой опыт.       — Спасибо, Сенсей.       — И манеры у тебя тоже стали лучше. Это была одна из первых глав в твоем учебнике?       А. Вот это немного обидно. "Нет, мои манеры стали лучше, потому что я провел целый год с людьми, которые ждали, что я буду вести себя как взрослый, а не как избалованный ребенок," — подумал он, его облегчение было испорчено. Это взаимодействие просто отстой.       — Спасибо, Сенсей, — повторил он, желая изо всех сил уйти.       — Иди отдохни, — сказал Все за Одного все тем же странным, мягким тоном, — Курогири, забери его назад в бар.       — Как пожелаете, — Курогири поклонились, и туман завился от их тела, словно и он тоже был рад убраться куда подальше от Все за Одного.       Тут же он был поглощен Варп-Вратами, и мигающий свет камер Все за Одного сменился размеренным желтым сиянием бара. Как только причуда Курогири опустила его на деревянный пол, желчь метнулась вверх.       Он не мог бежать, не привлекая внимание Все за Одного, так что он сглотнул, как мог, и спокойно вышел из комнаты, сразу после метнувшись в поиске ближайшей раковины. Она была в нескольких комнатах ниже по коридору, что значило, что добраться до нее – сущий ад. "Эта ваша заботливость прекрасна для полов Курогири, но для меня лично пиздец неудобно," — подумал он, опустошая все жалкое содержимое своего желудка и спадая на пол ванной в попытке переждать тошноту.       Его нос жгло. Его нос жгло, и горло жгло, и глаза жгло. Коросты у губ болели, потому что кислотная рвота их раздражала. Он к этому привык. Он ненавидел то, что он к этому привык. Раздраженный желудок, зуд под кожей, вспыльчивость, неправильная причуда: ничто в нем не работало нормально, и какая часть его была собственно им, а какая чьими-то махинациями?       Отголоски адреналина оседали в конечностях, разрушая фасад, что он держал перед Все за Одного. Его руки тряслись, ноги поджались, он сидел на холодном полу. Ничего не казалось правильным, даже после всех часов в этом теле, в этом времени. Ему так надоело здесь быть.       Но куда ему еще идти? Вперед к Звезде и Полосе, и Сенсею в его голове, и Лиге, раздробленной на части? К пропавшим Даби и Тоге? К Спиннеру, обреченному следовать за ним в надежде, что он может помочь, пока они либо не сбегут, либо, что вероятнее, пока Все за Одного не убьет Спиннера в попытке преподать ему какой-то ебнутый урок о союзниках и пешках?       Может, вместо будущего он должен был идти дальше в прошлое. Восемнадцать, шестнадцать, четырнадцать – может быть даже в самое начало к Котаро и Нао и Хане Шимура, назад до того месива. Может, он должен был использовать причуду, прячущуюся в грудной клетке, пока и она и его сердце не откажут.       Причуда тепло сияла в груди, чувство это распускало напряжение в мышцах. Почти бессознательно он положил руку на сердце, ощущая медленный и размеренный стук.       Он не мог представить ни то, ни другое, ни вперед, ни назад. Он даже не мог предположить последствия. Он не хотел. Теперь он был здесь, и он еще не умер. Этого должно быть достаточно.       Вставать с пола ванной было той еще задачей, но он смог опереться локтями о раковину и включить воду. Омывая лицо и шею, он вспомнил восхваления Мистера о добродетелях средств для лица и (видимо, множественных) грехах мытья лица водой с мылом для рук.       Он прополоскал рот, выплевывая воду через зубы снова и снова, пока рвота не осталась лишь слабым привкусом на языке. Его отражение предательски смотрело на него через завесу волос, был виден лишь один красный глаз.       Йоичи. Так звали брата Все за Одного. Йоичи Шигараки. Первый пользователь Один за Всех.       Зачесывая волосы рукой, он уставился на свое лицо в отражении. Он не хотел смотреть на себя и видеть младшего брата Все за Одного. Ему и так достаточно проблем с идентичностью. От возможности накинуть еще сверху у него шли мурашки по коже.       Другой рукой он отвел волосы от лица, морщась при виде того, что выступило в свет. Прекрасно. Струпьев от экземы стало больше. Он изучал их взглядом, тыкая пальцем в линию роста волос. Покрытая чешуйками бугристая поверхность так и просила его потянуть за кожу, посмотреть, есть ли что-то под ней, словно очищая яйцо от скорлупы.       Но вместо этого он отпустил волосы, позволяя прядям вновь упасть на лицо и шею. Он знал, что это пропащее дело. Он расчесывал свое лицо миллиарды раз в порывах гнева или при панике. Не стоило и пытаться что-то исправить. Он был в струпьях с самого детства. Единственное решение – прятать их. К сожалению, жажда изменить свою прическу, чтобы не выглядеть как младший брат Все за Одного довольно сильно конфликтовала с его нуждой держать волосы перед лицом.       Ну, Химико всегда хотела дорваться до его волос. Может, в этот раз он ей позволит, посмотрит, что она может сделать.       Но пока что ему надо вторгаться в школу, разрушать врата и составлять миссию. Это его отвлечет.

Миссия выполнена!

Сеть Все за Одного: Уровень Первый

      • Получена информация о ЗНК              o Открыта Мини-Миссия: Незваный Разрушитель       • Получен доступ к Лаборатории Гараки              o Открыта Мини-Миссия: Инспектор Лабораторий       • Получено Достижение: Ежик в Тумане              o Вы решили продолжить расследовать прошлое Курогири. Но будьте осторожны: кажется, Все за Одного вам тут не рад.       • Получено Достижение: Финальный Отсчет              o Вы вспомнили Номер Шесть! Что с ними стало?       • Получено Достижение: Новенькая Золотая Рыбка              o Вы решили подражать Йоичи Шигараки! Поздравляем с новым статусом потенциального обитателя сейфов!