это и так видно, но некоторые из нас живут прошлым

      Руки безжизненно повисли, крепко сжатые в его ладонях, с суставами, застывшими от трупного окоченения и консервирующих химикатов Гараки. В животе что-то переворачивалось, когда он смотрел на них, на выцветшие бледные ногти и бескровную кожу, и представлял, как пальцы цепко сжимались вокруг его горла и груди, спихивали волосы к глазам и хватались за его череп. Одна только мысль выбивала воздух из легких, иссушала язык, морозила кожу.       Он стоял в своей комнате над баром, песок все так же лип к его сланцам, морские брызги оставили соль, жалящую разодранную вокруг рта кожу. Он снова разжевал губы до крови, но сейчас ему было плевать. Не плевать было только на те мысли, что бесполезно крутились в мозгу, словно персонаж, управляемый сломанным джойстиком.       Он не сможет сделать это.       Мысль ударила в голову, как молния. Руки рухнули на пол серией глухих стуков. Он не сможет сделать это – не вот так. Он должен действовать по-другому, должен быть другим. Он не может пойти по тому же пути. И его не должны узнать. Его волосы, глаза, они выделяли его, но не слишком сильно. Тем, что Всемогущий распознал в тот раз, была-       Развернувшись, он схватил телефон, включил камеру и уставился на свое лицо. Угол заставил его поморщиться (как и пучки волос, показывающие, где именно ному захотело дать ему неожиданную стрижку), но вот она, совсем на виду. У него была та же родинка, что и у Наны Шимуры, и именно на нее обратил внимание Всемогущий.       Взгляд соскользнул с экрана телефона и упал на оставшиеся руки. Если Все за Одного ждет, что он будет их носить, они не будут оттягивать его назад за руки, или сжимать его горло или ослеплять его.       В качестве предосторожности, а еще чтобы держать руки подальше от кожи, он взял одну из своих черных масок и закрыл ей нос и рот, по сути скрывая нижнюю часть лица. Затем, аккуратно, дыша ртом, чтобы не вдыхать лишний раз химикатную вонь, он положил телефон в карман, поднял руки, принадлежащие его отцу и бабушке, соединил их пальцы вместе и натянул их на нос и рот. Красные тяжи, соединяющие их, он скрутил вместе за головой, по большей части пряча в волосах.       "Ивадзару" — неожиданно подумал он, смотря на свое отражение в мониторе компьютера. "Не говорю." Руки, закрывающие рот, все равно напугают маленьких героев, но теперь они были не там же, где в прошлый раз, и закрывали его родинку.       > Экипировано: Маска Ивадзару       Не говорю зла       • +5 к СКРЫТНОСТИ       • +10 к УСТРАШЕНИЮ       > Экипировано: Пуленепробиваемый Жилет       Защищает тело       • +20 к БРОНЕ       • -10 к СКРЫТНОСТИ       • +5 к УСТРАШЕНИЮ       > Экипировано: Черная Одежда       Пахнет немного затхло       • +2 к БРОНЕ       • +5 к СКРЫТНОСТИ       • -10 к ХАРИЗМЕ       Инвентарь Игрового Персонажа       > Картофельные Чипсы со Вкусом Сливы       • +2 к ОБРАЩЕНИЮ С НОМУ       • +10 к СЫТОСТИ       > Сборник Головоломок       • +2 к РАЗВЛЕЧЕНИЮ       • +2 к ОТНОШЕНИЯМ (КУРОГИРИ)       > Бутылка Воды       • +50 к ЖАЖДЕ       • +15 к ЗДОРОВЬЮ       • +5 к СЫТОСТИ       Он потеребил лямки пуленепробиваемого жилета. Курогири молча достали его, когда они вдвоем вернулись с пляжа, но он чувствовал их взгляд, следующий за ним, пока он не вышел из комнаты. Они точно сейчас стояли в баре и думали о том тупом разговоре, когда он сказал, что не хочет умирать. Они однозначно считали, что с ним что-то не так, может, даже больше, чем им казалось раньше. Преемник Все за Одного не сомневался, не кричал от кошмаров, его не мучили приступы горя, после которых он трясся и колебался. Преемник Все за Одного был до тупого уверен в себе, и ему было плевать на все и на всех.       Он снова взглянул на свое отражение в мониторе компьютера, смотря на руки, закрывающие рот. С маской под ними, служащей барьером меж кожей и этими холодными пальцами, вес рук не казался столь адским. Они все равно выглядели как что-то из кошмара, словно кто-то стоял у него за спиной и держал его за лицо, заставляя молчать. Он снова отвернулся, подбирая свои красные кеды и спешно надевая.       Чем быстрее закончится эта миссия, тем лучше.       Глубокий вдох на вкус был с ноткой химикатов, не дающих рукам разлагаться, но по большей части ощущался просто как собственное дыхание. С шипением выдыхая сквозь зубы, он выпрямил спину, повел плечами в ответ на боль. В его книгах что-то говорилось о том, что язык тела был важен для лидера, о том, как люди уважали рост и уверенность. С ростом он мог справиться; он довольно близко подобрался к ста восьмидесяти сантиметрам, что вполне себе высоко.       Он закрыл глаза и представил свои цели.       Цели:       • Избавиться от Сенсея | Избежать Причуды Все за Одного       • Собрать Членов Пати (1/7)              o Завербовать как можно больше самолично (0/6)       • Поддерживать Членов Пати (1/7)       • Допросить Гараки       • Выживи       • Выживи       • Выживи       Он открыл глаза вновь, цокая языком о зубы. Не помогает. Лучше просто все перезапустить.       Цели для Миссии: Непобедимая ЗНК:       • Постарайся Не Попасть Под Пули       • Привлеки Чье-то Внимание              o Не позволь Все за Одного узнать об этом       • Обеспечь Всем Безопасность       Он моргнул. Мысль не изменилась и никуда не исчезла.       • Обеспечь Всем Безопасность       Нет, ладно, он должен был держать в безопасности Курогири. Должен был сделать так, чтобы наемных злодеев всех не арестовали. Должен был убедиться в том, что мелкие геройские сопляки не слишком поранятся. Вышла бы крутая катсцена, если Сотриголова мог бы протанковать больше атак без урона. И ему нужен был Всемогущий, чтобы тот мог убить для него Все за Одного.       Если подумать, это и были все.       Поправляя пуленепробиваемый жилет на плечах и груди, он попытался договориться с целью, чтобы она стала чем-то нормальным. Ему не надо было сохранить всех наемных злодеев. Может, половину? Но он не знал, какая половина была важна для Гирана, или, может, кого-то еще в будущем, кто ему будет нужен.       Или может, он мог бы дать немногим геройским соплякам пораниться? Сломать ноги Малышу Ингениуму – нет, Малыш Ингениум должен будет побежать за помощью, которая не даст детишкам умереть сильнее, чем в первом прохождении. И он все еще не знал, кем был тот ебаный шпион, так что если он сломает любого из сопляков, он рискует сломать шпиона.       Он нахмурился. Чем больше он об этом думал, тем хуже выглядел план с точки зрения Все за Одного. Почему шпион не представился? Стоила ли секретность того? Все за Одного пытался убить их всех заранее? С низкоуровневыми наемными злодеями, недостатком информации и лидерством того, чьим стратегиям стоило быть гораздо лучше, ну, миссия для этой части не просто так называлась "Непобедимая ЗНК".       Ему просто надо через это пройти.       На столь неприятной ноте он спустился в бар и прошел через ждущие варп-врата Курогири.       В складе, где Гиран и Курогири собрали наемных злодеев, воняло немытыми телами и рокотала слабая враждебность.       Он разместился немного поодаль от масс, пытаясь высчитать их уровни и соединить их с планом. Твайса в толпе не было, что он знал с самого начала, и все же его сердце сжалось в груди. Каждая вспышка рыжих волос тоже заставляла его замереть, пусть разумом он и понимал, что никто из присутствующих злодеев не был и Магне. Это не остановило его от поисков, попыток высмотреть любого, кого он помнил. Некоторых из них он узнавал так, как узнавал НПС в играх, в которые он переигрывал (с некоторым раздражением из-за возможности того, что ему снова придется услышать их две дерьмовые реплики, если он случайно нажмет А слишком близко к ним). Но никто из них не был его.       Это, к сожалению, еще не значило, что он мог использовать их как пушечное мясо.       Он посмотрел на одно из высоко расположенных окон. Голубое небо совсем не сочеталось с грязной оконной рамой. Это был хороший день, может даже слишком хороший для этой миссии. Ему почти захотелось, чтобы нагрянул шторм.       За секунду со своей причудой, Курогири заняли свое место позади него, лицом к толпе злодеев, все так же ошивающихся внизу. У них не было много времени на то, чтобы поддерживать свой безразличный вид – он взял сборник головоломок, который он положил в один из слишком больших карманов жилета и ткнул им их в бок. Когда их взор медленно перешел на него, он сказал, стараясь не бормотать и не привлекать нежеланное внимание:       — Один из тех сборников. Чтобы тебе не стало хуже. Или чтоб не заскучали.       Их руки, до этого сложенные за спиной во время их краткого периода подражания статуе, раскрылись, и любопытство в их глазах смягчилось. При виде их выражения, бледнейшей ноты улыбки, которая у них была, когда они кормили бродячих кошек за баром, он отвернулся, чувствуя, как свернулись Варп-Врата у его руки, даже не касаясь кожи, и забрали сборник.       — Спасибо, Томура Шигараки, — сказали они.       Он проигнорировал их слова, уставившись на наемных злодеев. Некоторые, заметил он, налаживали связи, переходя из стороны в сторону и немного растворяя враждебность, повисшую в воздухе. Женщина, выглядящая так, будто она часто выползала из телевизоров, чтобы кого-то убивать, даже показывала человеку-венериной-мухоловке фотографию своей дочери. Он с неверием смотрел на то, как Венерина мухоловка радостно хлопнули лианами, воркуя о том, какой же большой стала Эрма с тех пор, когда они в последний раз работали вместе.       Это был самый настоящий профсоюз, понял он. У этих людей были отношения, некоторые из них работали вместе годами. А некоторые даже были друзьями. Он попытался представить Даби, показывающего фотографию своей драгоценной дочурки где-то в будущем – "Да, она начала пожар в садике, когда чихнула. Мы так гордимся нашей маленькой поджигательницей" – и фыркнул.       Но мысль осталась, и он стал присматриваться к злодеям, некоторые из которых все прибывали. Да, в целом, они, разумеется, не были друзьями или даже дружелюбными. Оскалы, и предупреждающие рыки и настороженные взгляды встречались гораздо чаще, чем фотографии дочерей и дружелюбные приветствия, но человек с акульей мутацией и мужчина с трезубцем приветственно стукнулись локтями, после чего мужчина с трезубцем наклонился, чтобы тыкнуть в водолазное снаряжение человека-акулы, и тут же все его существо взвыло от тоски по весу тела Спиннера на его плече, пока тот собирался комментировать его вождение в ГТА.       Он вновь посмотрел на Курогири, переводя взгляд на руку у их бока. Сон взмыл с новой силой – Курогири, тянущие руки, чтобы задушить его, Варп-Врата, отрывающие руки от тела, их глаза, столь полные ненависти, когда они поняли, что если его убить, он не отдаст им больше ни одного приказа.       — Я не всерьез, — сказал он, почти не успев осознать, что говорит.       Курогири хмыкнули, повернувшись к нему.       — Этим утром. Правда. — Он судорожно вдохнул. — Пожалуйста, не...       Не что? Ненавидь меня? Убивай меня? Оставляй меня?       "Не дай ему меня забрать!" — приглушенно плакал голос ребенка на задворках его разума.       Он не успел ничего больше сказать: широкие двойные двери за его спиной распахнулись с шипением и резким порывом холодного воздуха.       — Шигараки-кун, — сочился голос доктора.       Его позвоночник словно заменили на стальной столб. Запах химикатов окружил его, заставил содержимое желудка перевернуться. Бормотание собранных злодеев тут же затихло, словно кто-то их замьютил.       Он повернулся лицом в Доктору Гараки, и ному из ЗНК ступило в помещение. Каким-то образом, пусть его выражение лица никогда не менялось, он знал, что оно над ним смеялось. "Помнишь меня?" — издевались зрачки-точки и зубы-могилы, пока оно нависало за спиной грузного Доктора Гараки.       Доктор точно над ним смеялся. От того, как дергались усы старика, рука сама собой хотела закрыть новостриженные пряди серо-голубых волос на голове.       — Я привел твоего друга, Шигараки-кун, — сказал Доктор Гараки, и то, как он произнес друг было в сотни раз хуже, чем то, как это слово произносили Курогири. Как и у ному, у доктора было высокомерное выражение лица – он не гордился им, как Курогири, он оставил его в дураках.       Он решил ненавидеть Гараки еще сильнее, чем раньше.       — Ному, — сказал он вместо того, чтобы ответить на подкол доктора. — Это твои союзники.       Ному повело головой вокруг, смотря на собравшихся. Помещение словно затаило дыхание. Когда ному сделало шаг вперед, злодеи отшагнули назад. Низкий треск, как тот, что оно издавало в лаборатории, вырвался меж его зубов, но от его мягкости по рукам пошли мурашки. Оно звучало так же, как Мунфиш: медленно, мягко, хищно – как за секунды до атаки.       Он не помнил, чтобы оно так делало. Он не помнил то, как оно двигалось, опустив голову и вытянув шею, словно она была из пластилина. Во рту пересохло.       — Ному, — позвал он. Его голос оказался шепотом, и он сглотнул и попытался снова, заставляя голос пробиться сквозь пальцы самодельной маски: — Ному, хватит!       Громоздкие мышцы этой штуки замерли. Голова с ее ужасным клювом поднялась, и он видел, как один выпячивающийся глаз крутился, пока зрачок не уставился на него.       — Ты не навредишь им, — сказал – почти прорычал он, — Вот, иди сюда. — Засунув пару пальцев в карман жилета, он потыкал в пачку чипсов, заставляя упаковку громко шуршать.       Ному тут же прокралось обратно к нему. Слюна уже собралась у его нижней губы, капая меж стиснутых зубов. Вонь химикатов усилилась, и он сдержал рвотный позыв, когда оно наклонилось лицом вплотную к его лицу.       — Не так близко, — сказал он, с трудом глотая. — Сюда. — Он щелкнул пальцами, указывая на место по другую сторону от него.       Глаза ному, казалось, свободно завращались в черепе, словно ему перерезали соединяющие их провода. Но оно сделало, как сказано, и через плечо он уловил выражение лица Гараки. Доктор, который спокойно шел за своим чудищем, выглядел так, будто лимон проглотил.       — Спасибо, доктор, — сказал он, пока раздраженное дерганье усов Гараки не вывело их на новую ветвь диалога. — А теперь у нас неотложная миссия, так что, если ты не против?       Усы Гараки дернулись в последний раз.       — Разумеется, Шигараки-кун. Удачи тебе. — Он не поклонился, вместо этого убираясь из комнаты почти поспешно.       Когда затихли последние шаги доктора, он развернулся назад к злодеям. Стоя перед ними с гордо поднятой головой и выпрямленной спиной, он не стал представляться. Эти люди не останутся, даже если он не допустит их ареста сегодня. Вместо этого он сказал:       — Спугните сопляков с этой тропы. Этому миру не нужно больше "героев". — Его губы свернулись в оскал на этом слове. — Гиран уже дал вам знать, что я от вас ожидаю.       Он бросил идею внесения слишком многих поправок в план. Не помогало и то, что он едва помнил, как все прошло в первый раз, что значило, что любые исправления, которые он вносил специально, могли привести миссию к быстрой и неприятной концовке.       По толпе прошелся неуверенный шепот. Звучало похоже на то, что кто-то хотел похлопать и передумал на полпути. Пиздец неловко. Его стат харизмы реально был ужасен. Мог ли он спасти ситуацию?

Вдохновить толпу?

      Шансы:       • Вдохновить толпу справиться немного лучше обычного: 5%              o Взовите к сердцам немногих злодеев, которые гордятся своей работой. Они подойдут к исполнению своих задач с немного большим энтузиазмом, но потом ничего особо не вспомнят.       • Вдохновить толпу справиться гораздо лучше обычного: 5%              o Ваша воодушевляющая речь заставляет одних падать в обморок, а других восторженно вздыхать. Кому-то покажется, что они слышат, как ост мира переходит во что-то столь вдохновляющее, что у них слезы навернутся на глаза. Они не только сделают свою работу лучше, но так же будут говорить о вас почтительным шепотом. Некоторые расскажут истории о вас своим детям.       • Безнадежный ужасающий провал: 90%              o Твоя харизма буквально в минусе. Это будет самая неловкая речь в твоей жизни. Испанский стыд заставит часть их них уйти. Оставшиеся будут смотреть на тебя так, как будто ты самый ужасно заглюченный туториал в мире. Может, тебе даже придется разбираться с тем, что некоторые из них попробуют тебя убить.              o Пожалуйста, ради всего святого, не делай этого.       Ну, все решено, наверное.

Вдохновить толпу?

Бонус от РУТА БАРМЕНА!       • Создать связь с толпой: Шанс Успеха 60%              o Ваша избранная специализация БАРМЕНА позволяет вам проникнуться чувствами толпы. Вы слышали горе, как у них, и вы чертовски хорошо знаете, что позволит его загладить: хороший напиток.              o Неприменимо к трезвенникам и не рекомендуется при обращении к людям, восстанавливающимся после зависимости.       Он замер. Обдумал.       — После миссии, — наконец сказал он, — Скажите Гирану, что хотите пойти в бар. Напитки за мой счет, как алкогольные, так и нет.       На этот раз аплодисменты правда состоялись, пусть и невнятные. За ним последовал разрозненный смех. Казалось, давящая атмосфера, созданная присутствием ному, рассеялась.       — Курогири? — спросил он, косясь в их сторону.       Глаза Курогири прищурились в одной из их скрытых улыбок. Они выглядели... довольными? Гордыми?       Он не успел поверить тому, что видел, как они шагнули вперед, и туман поглотил их силуэт, потянувшись к толпе на свету.       Голубые небеса скрылись во тьме, и он почувствовал руку Курогири, холодную и тяжелую, на его плече. Пальцы сжались и разжались – утешение столь незаметное, что можно выдать его за спазм, – и они исчезли.       Каждый шаг казался тяжелым на пути в объятия причуды Курогири. Иногда, когда Курогири казалось, что быстрый переход из одной точки в другую слишком дезориентирует, они могли превратить Варп-Врата в подобие короткого туннеля, позволяя своим пассажирам пройти путь до другого конца.       Глупо было чувствовать из-за этого благодарность, из-за немного более медленного быстрого переноса. Если бы его причуда не закинула его назад во времени, не давая и шанса отдышаться, он бы был тем выродком, что начал бы истерить из-за потраченного времени. Но со знанием того, что ждет его на другой стороне, он вполне не был против того, чтобы не спешить, проходя метафорический экран загрузки, думая о строгом выражении Курогири, когда они запрещали ему умирать, и о том, как он на миг увидел их улыбающееся лицо под туманом той ночью. Ному или нет, Курогири он нравился. Нравился достаточно, чтобы помочь ему. Черт, да что там, нравился достаточно, чтобы утешить его. Ному или нет, они были его. Тартар их не получит.       Выходя из варп-врат Курогири, он почувствовал, как причуда в груди затлела и загорелась. Непроизвольно он качнулся в сторону, ища источник так, как растения ищут солнечный свет.       И сквозь пальцы рук, обвивающие его челюсть, он вновь нашел Деку.       Маленький герой казался даже меньше, чем в первый раз, и это с учетом расстояния. У него на лице был написан его недостаток уровней, сам он был крошечным в своей спортивной форме, неуверенность заставляла слизне-зеленые глаза выделяться на лице. Изображение тех глаз, смотрящих на него из пасти ному, пронеслось по синапсам, заставляя его стиснуть зубы.       "Ну ладно, сопляк," — подумал он, — "Лучше бы тебе пережить этот бой, чтобы вы с Всемогущим могли убить Все за Одного."       На противоположной стороне площади крошечный Деку и его миниатюрные герои приняли неуклюжие боевые стойки.

Миссия началась!:

Непобедимая ЗНК