Скрывшись под маской

      На следующее утро Чонгук пришёл на работу. Парень был в хорошем настроении и с настроем.       Напротив него сидели его коллеги: Сонбэ и Ёнсу. Они обсуждали дело. Ёнсу помогал себе жестами, активно помогая ими. — Доброе утро, — адресовал Чон. — Доброе, — не сразу заметив Чонгука, ответил Сонбэ.       Чон уверенно подошёл к столу и положил папку, оперевшись двумя руками о стол. — Нужно поговорить. — Да? — Какие результаты экспертизы? — Держи, — ухмыльнулся Ёнсу и развернул бумагу к Чону.       Парень взял её и быстро начал читать, внимательно всё анализируя. Возраст, внешность убийцы неизвестны. — Мы уже долго ведём это дело. Число жертв растёт, но вот преступник… — Сонбэ замолчал, словно подбирая слова. — О нём совершенно ничего неизвестно, — подхватил Ёнсу, переводя взгляд с Сонбэ на Чонгука. — Даже никаких свидетелей. Ноль зацепок.       Чонгук задумчиво кивнул. Эти слова не столько пугали, сколько мотивировали его разобраться в деле ещё глубже. Он аккуратно сложил бумаги, добавил их в папку и, молча забрав всё, направился к своему рабочему месту.       Его стол стоял в углу комнаты, чуть в стороне от общего, но это лишь добавляло ему уединённости. На столе уже лежала стопка заметок и фотографий с места преступления. Чонгук опустился в кресло и положил перед собой папку, тихо выдохнув.       «Если даже ни одной зацепки... значит, я найду её сам», — подумал он, готовясь окунуться в работу.       Чонгук сидел за своим столом, обводя взглядом фотографии и заметки, которые казались ему частью сложной головоломки. Тишину кабинета нарушал только шелест бумаги и тихие разговоры Сонбэ и Ёнсу за общим столом.       Он поднял один из снимков, сделанный на месте последнего убийства. На фото был запечатлён окровавленный нож, лежащий на асфальте. Что-то в этом снимке его зацепило, но он никак не мог понять, что именно.       «Нож… Зачем убийца оставил орудие? Это ошибка или намеренный ход?»       Чонгук покачал головой, пытаясь отбросить сомнения, и вернулся к отчёту экспертов. В разделе, касающемся характера ранений, было сказано, что удары наносились с почти хирургической точностью.       «Это точно не новичок. Кто-то хорошо понимает, что делает», — отметил он про себя. — Нашёл что-то? — прервал его размышления голос Ёнсу.       Чонгук поднял взгляд и увидел, как напарник прислонился к его столу, держа в руках кружку с кофе. — Пока нет, — честно ответил он. — Но есть чувство, что убийца оставил нож не просто так. — Думаешь, он хочет, чтобы его поймали? — поднял бровь Ёнсу, отпивая глоток. — Может быть. Или это просто игра… — Чонгук отложил фото в сторону и потёр виски.       Сонбэ подошёл ближе, складывая руки на груди. — Убийцы редко делают что-то просто так. Если он оставил нож, то у него была цель. Возможно, это сигнал. — Сигнал кому? — нахмурился Чонгук. — Вот это нам и предстоит выяснить, — ответил Сонбэ, его голос прозвучал твёрдо, но без излишней уверенности.       Чонгук кивнул и снова вернулся к своим заметкам.       «Убийца не случайно выбирает свои цели, это очевидно. Но как они связаны?» — мысли проносились в его голове, пока он разглядывал фотографии жертв.       Молчание снова заполнило комнату, но оно уже не казалось угнетающим. Каждый был поглощён своей работой.       Чонгук потянулся за блокнотом и записал несколько вопросов, которые могли помочь ему продвинуться:

1. Почему первую жертву выбрали именно зимой?

2. Есть ли связь между этими двумя убийствами?

3. Зачем оставлять нож на месте преступления? Случайность или…?

      Он взглянул на часы. Было уже почти полдень, а за окном тёплое зимнее солнце разгоняло утренний туман. — Нужно будет поговорить с родственниками последней жертвы, — произнёс он, поднимаясь со стула. — Думаешь, они что-то знают? — спросил Ёнсу, бросая на него заинтересованный взгляд. — Я не знаю, но каждая деталь может быть важна. Лучше проверим.       Сонбэ кивнул: — Хороший план. Я могу отвезти тебя. — Тогда не теряем времени, — ответил Чонгук, убирая папку под мышку.       Они направились к выходу, оставив позади тишину рабочего пространства. У Чонгука появилось странное предчувствие, что ответы уже близко, но они будут сложнее, чем он ожидал.

***

      Приехав по указанному адресу, Чонгук ощутил лёгкое напряжение. Дом родителей последней жертвы выглядел старым, с облупившейся краской на дверях и растрескавшимися ступенями крыльца. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь скрипом ветвей деревьев под слабым ветром.       Чонгук остановился перед входом и обвёл взглядом окрестности. Улицу окружали такие же ветхие дома, а на тротуаре не было ни души. Но что-то внутри него подсказывало, что за ними наблюдают.       Он резко обернулся, проверяя пространство позади себя. Сонбэ и Ёнсу стояли чуть поодаль, переговариваясь между собой.       «Что это за странное чувство? Будто кто-то смотрит… но откуда?»       Чонгук выдохнул, стараясь взять себя в руки. Он постучал в дверь, услышал глухой звук в ответ и остался ждать.       Сонбэ подошёл ближе, опустив руки в карманы пальто. — Ты в порядке? — спросил он, слегка нахмурив брови. — Да, всё нормально, — отмахнулся Чонгук, но голос его прозвучал неуверенно.       Дверь медленно открылась, и на пороге появилась женщина. Её лицо было измождённым, кожа казалась слишком бледной, а под глазами залегли тени. Она крепко держала дверную ручку, словно это было единственное, что удерживало её от падения. — Кто вы? — спросила она слабым голосом, оглядывая троих мужчин. — Добрый день, — начал Чонгук, стараясь говорить как можно мягче. — Я детектив Чон Чонгук. Мы расследуем дело вашего сына.       Женщина сжала губы, её глаза тут же наполнились слезами. — Проходите, — сказала она, отступив в сторону.       Чонгук, Сонбэ и Ёнсу вошли в дом. Внутри царила гнетущая атмосфера: в воздухе стоял запах медикаментов, а мебель казалась старой и изношенной. На стенах висели семейные фотографии, среди которых сразу выделялась одна – снимок молодой улыбчивой пары с ребёнком. — Мой муж... он сейчас в комнате, — произнесла женщина, проводя их в гостиную.       Она жестом предложила сесть на потрёпанный диван, а сама присела напротив, на скрипящий стул. — Мы понимаем, как вам тяжело, — начал Чонгук, присаживаясь. — Но нам нужно задать несколько вопросов. Это может помочь поймать виновного.       Женщина кивнула, вытирая глаза платком. — Мы сделаем всё, чтобы он получил то, что заслуживает, — добавил Сонбэ, его голос был мягким, но уверенным. — Что вы хотите знать? — наконец спросила она, сквозь слёзы встречаясь взглядом с Чонгуком. — Мы ищем любые детали: с кем общался ваш сын в последнее время, что он говорил, возможно, он упоминал что-то странное или необычное, — пояснил Чонгук, приготовив блокнот.       Женщина задумалась, опустив взгляд на свои руки. Казалось, она пытается вспомнить что-то важное. — Он… — начала она, но её голос сорвался. Затем она набрала воздуха и продолжила: — Он говорил, что за ним кто-то следит.       Эти слова заставили Чонгука напрячься. — Следит? Вы можете уточнить? — спросил он, стараясь сохранить спокойствие, хотя внутри всё кипело. — Он сказал, что чувствует это, как будто тень всегда за ним. Особенно по вечерам, — женщина сжала руки сильнее. — Я думала, это просто паранойя…       Чонгук обменялся взглядами с Сонбэ и Ёнсу. — Это важно. Есть ещё что-то, что вы вспомнили? — спросил Ёнсу, слегка подавшись вперёд.       Женщина задумалась, а затем неожиданно произнесла: — Однажды он пришёл домой весь бледный. Сказал, что нашёл что-то на своём рабочем месте… записку. Но когда я попросила её показать, он сказал, что уже выбросил. — Записка? — переспросил Чонгук. — Вы не знаете, что там было написано?       Она отрицательно покачала головой. — Он не сказал. Но выглядел он тогда так, словно его что-то ужасно напугало.       Чонгук напряжённо слушал каждое слово, стараясь уловить не только их суть, но и тон голоса собеседников, их мимику, жесты.       Где-то в глубине души он чувствовал странное дежавю – то самое ощущение, будто невидимые глаза следят за каждым его движением. Это чувство пульсировало в висках, отдаваясь тихим эхом мыслей. Тем временем супруг вышел из комнаты и сел возле своей жены. — А скажите, у вашего сына были друзья? — наконец спросил он, глядя на пару, чей дом, казалось, пропитался скорбью.       Мужчина, сидевший напротив, поднял глаза, в которых отразилась смесь горечи и ностальгии. — О да! — неожиданно оживился он, будто воспоминания дали ему короткую передышку от боли. — Он всегда был душой компании. Такой жизнерадостный, всегда готовый помочь. Все его обожали. — Это правда, — тихо подтвердила женщина, сложив руки на коленях. Её голос был как осенний ветер – тёплый, но с горечью уходящего тепла. — Но он никогда особо не рассказывал о своих друзьях.       Чонгук заметил, как её взгляд ушёл в сторону, будто она пыталась укрыться от воспоминаний, причинявших боль. — Случайно не знаете, как их зовут? — поинтересовался Ёнсу, чуть подаваясь вперёд и украдкой переглянувшись с Сонбэ, который скрещёнными руками наблюдал за происходящим.       Женщина посмотрела на мужа, как будто искала в его глазах ответы, которые сама дать не могла. Мужчина нахмурился, сцепил пальцы, и в комнате повисла пауза, наполненная напряжённой тишиной. — У него ещё была девушка… — наконец выдавил он, голосом, словно извиняясь за эту информацию.       Чонгук насторожился, подняв взгляд от своих записей. — Девушка? — уточнил Ёнсу, склонив голову чуть набок. — Ты про Хан Со Ра? — спросила женщина, будто сомневаясь, что это имя стоит произносить вслух.       Мужчина кивнул, его губы дрогнули, словно он хотел что-то добавить, но так и не решился. — Да… — медленно начал он. — У них, конечно, не было ничего прямо серьёзного, но наш сын был очень в неё влюблён. — Она часто приходила к вам? — спросил Сонбэ, впервые нарушив молчание. Его голос прозвучал так же холодно и остро, как январский ветер за окном.       Женщина покачала головой, слегка прикусывая губу. — Нет… Он привёл её только однажды. Это было на день рождения моего мужа. Помнишь? — она посмотрела на супруга. — Конечно, помню, — ответил он, стиснув подлокотник кресла. — Она была тихая. Очень красивая, но... — он на секунду замолк, подбирая слова. — В ней было что-то странное. Она всё время смотрела по сторонам, словно боялась, что за ней кто-то наблюдает.       Эти слова заставили Чонгука напрячься ещё сильнее. Это описание совпадало с его собственным ощущением – чужого, невидимого взгляда, сверлящего его спину. — Вы знаете, где она живёт? — осторожно спросил Ёнсу.       Женщина отрицательно покачала головой. — Он говорил, что она снимает квартиру недалеко от его работы, но точный адрес мы не знаем. — А друзья? Вы можете вспомнить имена кого-то из его близких? — снова задал вопрос Ёнсу, выпрямившись. — Ну... — женщина закрыла глаза, стараясь сосредоточиться. — Он часто упоминал Чжин Хо и Мин Су. Кажется, они учились вместе.       Чонгук быстро записал эти имена, а затем поднялся. — Спасибо за вашу помощь. Мы сделаем всё возможное, чтобы найти виновного.       Женщина благодарно кивнула, её руки сжали платок, лежащий на коленях. Муж лишь отвёл взгляд, будто боялся, что эмоции предадут его.

***

      Когда трое детективов вышли из дома, воздух показался ещё более холодным. Густая мгла окутывала всё вокруг, как тяжелое покрывало, а где-то вдалеке слышался хриплый вой ветра. — Хан Со Ра, Чжин Хо и Мин Су… Нам нужно поговорить с каждым из них, — пробормотал Чонгук, оборачиваясь к своим коллегам. — Я возьму на себя друзей, — предложил Сонбэ, застёгивая пуговицы на пальто. — А я займусь этой Со Ра, — добавил Ёнсу, слегка улыбнувшись.       Чонгук кивнул, но внутри его не покидало странное предчувствие. — Действуем. Но, ребята… — он замялся, глядя куда-то в пустоту. — Будьте осторожны. У меня всё больше ощущение, что мы имеем дело не с обычным убийцей. — Конечно. — Не переживай за нас.

***

      Через два дня...       Рабочий кабинет Чонгука был заполнен тихим гулом: шелест бумаг, скрип карандаша и отдалённые голоса коллег создавали фоновую симфонию повседневности. Он сидел за своим столом, сосредоточенно записывая что-то в свой небольшой, потёртый блокнот. Листочки шуршали под лёгким нажимом ручки, а его взгляд бегал по строчкам, пока внезапно рука не замерла на полуслове.       Он откинулся на спинку кресла, пристально уставившись в одну точку. Его мысли вновь унесли его туда, к разговору с родителями последней жертвы. Всё, что они рассказали, особенно об их сыне и его девушке, не давало ему покоя. Но ещё больше – то странное чувство, которое накрыло его у порога их дома.       Тот тяжёлый взгляд, который словно прижигал ему спину. Оно было так реально, так осязаемо, будто кто-то действительно стоял за ним. Но стоило переступить порог – ощущение исчезло, будто растворилось в воздухе.       «Это просто нервы», — мысленно убеждал себя Чонгук, но сомнение оставалось. Он опустил взгляд на руки, едва заметно дрожащие.       «Я ведь не схожу с ума... правда?» — мелькнула мысль.       Нет, он не мог быть безумцем. Его аналитический ум отвергал эту идею.       Возможно, это была психосоматика – результат накопившегося стресса и слишком сильного погружения в дело. Или, может быть, он просто слишком чувствителен. Чонгук всегда считал, что эмпатия – его сильная сторона, позволяющая понимать мотивы людей, чувствовать их настроение. Но иногда эта способность играла с ним злую шутку, усиливая всё: от страха до мельчайшего беспокойства.       Он провёл рукой по лицу, словно стараясь стереть с себя эти навязчивые мысли.       «Чувствовать всё так ярко, так красочно... Это и дар, и проклятие», — подумал он, закрывая блокнот.       Чонгук глубоко вздохнул, попытался переключиться на другие записи, но внутренний голос продолжал настойчиво повторять:       «Что-то не так. Что-то здесь не сходится».       Его взгляд остановился на имени, которое он выделил в блокноте жирным шрифтом: Хан Со Ра.       «Возможно, она знает больше, чем кажется», — решил он, закрывая блокнот и вставая из-за стола. — Чон, куда ты собрался? — окликнул его Ёнсу, проходя мимо. — Проверить одну зацепку, — коротко ответил Чонгук, накидывая пальто и направляясь к выходу.       На улице ветер обдавал лицо холодом, но он, казалось, даже не замечал этого. Его мысли снова крутились вокруг таинственного убийства и того странного чувства, что не оставляло его в покое.       «Я что-то упускаю», — мелькнула у него мысль, и, сжав зубы, он ускорил шаг, будто бежал навстречу ответам.

***

— Как думаешь, куда он пошёл? — при ободряющим тоном поинтересовался Ёнсу, глядя в сторону двери, за которой скрылся Чонгук. — Видимо, хочет лично познакомиться с Хан Со Ра, — спокойно отозвался Сонбэ, перекладывая документы на стол и украдкой наблюдая за коллегой.

***

      Тем временем…       Чонгук уже стоял перед домом девушки. Ещё не заходя внутрь, он решил немного осмотреться. Его взгляд скользил по улице, отмечая детали, которые могли бы рассказать что-то о жителях этого района.       На углу виднелась вывеска круглосуточного магазина с неоновыми буквами, которые мерцали на фоне серого зимнего неба. Через дорогу, словно прячась за вывеской, стояла скромная закусочная, источающая манящий запах свежеприготовленной еды. А чуть дальше – уютный цветочный магазин с выложенными у входа горшками с пёстрыми растениями. Всё здесь выглядело привычно, даже буднично, но Чонгук знал, что за этим фасадом скрывается жизнь, полная тайн и эмоций.       «Интересно, покупала ли Хан Со Ра цветы для своего парня?» — мелькнула мысль, пока он внимательно осматривал витрину.       Оставив размышления позади, он уверенно направился к жилому дому. Каменные ступени лестницы были обветшалыми, покрытыми тонкой плёнкой пыли. Перила холодили ладонь, но их прочность внушала доверие. Поднимаясь на третий этаж, Чонгук заметил, что чем выше он шёл, тем тише становилось вокруг, словно сам дом наблюдал за его шагами, погружая его в свою собственную тишину.       Подойдя к нужной двери, он остановился. Табличка с номером квартиры висела криво, а на косяке виднелись едва заметные царапины. Постучав три раза, он замер, прислушиваясь к шагам за дверью.       Несколько секунд – и тишина. Ещё несколько секунд – и вот он услышал, как замок щёлкнул. Дверь приоткрылась на тонкую щель, и изнутри показался женский взгляд, насторожённый и немного уставший. — Кто вы? — раздался мелодичный, но холодный голос девушки.       Чонгук слегка улыбнулся, стараясь показать, что он не несёт угрозы. — Чон Чонгук, полиция. Мне нужно поговорить с вами, Хан Со Ра.       Девушка внимательно осмотрела его, оценивая его слова и намерения. Затем медленно открыла дверь шире, позволяя ему войти. — Проходите, — сказала она, жестом приглашая внутрь.       Чонгук переступил порог, внимательно осматривая её скромное жильё. Всё вокруг говорило о человеке, который любит порядок, но живёт в простоте: чисто застеленные кресла, маленький столик с книгами и чашкой, в углу — комнатное растение, будто оживляющее серый интерьер.       «Она явно не из тех, кто живёт роскошно», — отметил про себя Чонгук, садясь на предложенный стул и готовясь задать свои вопросы. — Чем могу вам помочь, господин полицейский? — спросила Со Ра, облокотившись о стену. Её поза была расслабленной, но в глазах читалась скрытая настороженность, словно она оценивает каждое движение Чонгука.       Чонгук чуть подался вперёд, скрестив руки на коленях, чтобы выглядеть менее официально. — Вы хорошо знали Чхве Ён Иля? — начал он, стараясь говорить спокойно, но настойчиво. — Да, мы с ним встречались, — кивнула девушка, отведя взгляд. — Но, к сожалению, нам не суждено было быть вместе. — Почему? — Чонгук приподнял бровь, стараясь уловить что-то в её выражении лица, что могло бы подсказать больше, чем слова. — Ну... Его же убили, — голос Со Ра дрогнул, но она быстро справилась с эмоциями, её взгляд стал пустым, словно она поставила между собой и воспоминаниями стену. — Вы не знаете, были ли у него, возможно, недоброжелатели? — Чонгук сделал паузу, пытаясь прочитать её реакцию.       Девушка усмехнулась, хотя в её улыбке не было радости. — Откуда? — Она пожала плечами, слегка вздохнув. — Ён Иль был светлым парнем. Всегда улыбался, всех поддерживал. Не думаю, что у него могли быть враги.       Чонгук не торопился с выводами. Он заметил, как Со Ра нервно перебирает пальцами край своей кофты, будто пытаясь скрыть внутреннее напряжение. — Иногда люди скрывают свои истинные лица, — сказал он, пристально смотря на неё. — Возможно, вы замечали, что кто-то проявлял к нему необоснованную враждебность? Зависть, агрессию?       Девушка покачала головой. — Нет, ничего такого. Ён Иль умел ладить с людьми. Он был, знаете, таким... человеком, который всегда светится. Трудно представить, чтобы кто-то мог его ненавидеть.       Чонгук задумался, но не стал дальше давить. — Хорошо. Тогда, может быть, вы вспомните что-то ещё, что могло показаться вам странным за последние дни перед его смертью?       Со Ра замолчала, прикрыв глаза, словно пыталась вытащить из памяти детали, которые могли бы помочь.       Пока Со Ра пыталась восстановить в памяти детали, Чонгук решил использовать момент и осмотреть её квартиру. Одной гостиной было явно недостаточно для того, чтобы составить полное впечатление.       Он открыл дверь в спальню и замер на мгновение. Едва переступив порог, его окутал тонкий, приятный аромат яблочного парфюма, который наполнял комнату ненавязчивой свежестью.       Взгляд Чонгука тут же зацепился за идеально заправленную постель с белоснежным покрывалом, которое словно бы сияло в мягком свете, проникавшем через полупрозрачные занавески. На прикроватной тумбочке стояла единственная вещь — небольшая стеклянная вазочка с засушенной лавандой, добавляющая комнате утончённости. Всё остальное было в идеальном порядке: никакой разбросанной одежды, ни одной пылинки на полках, ровно сложенные книги и коробки на стеллаже.       «Перфекционистка, — отметил Чонгук про себя, приподнимая бровь. — Даже слишком».       Он развернулся и направился на кухню, где ожидал увидеть такую же выверенность и порядок. Его ожидания полностью оправдались.       Кухня встретила его сияющей чистотой. Полированная столешница без единого пятнышка, блестящая посуда, выстроенная в идеальном порядке, и едва заметный запах цитрусовых, словно недавно вымытые полы оставили свой свежий след. Но одна деталь сразу же привлекла его внимание — высокая ваза, стоящая в центре стола.       Цветы в ней были настолько свежими и яркими, что казалось, будто их только что срезали с полянки. Алые розы, белоснежные лилии и фиолетовые ирисы составляли композицию, которая выглядела почти нарочито изысканно. Каждый цветок был идеально симметричен, без единого изъяна на лепестках.       Чонгук замер, пристально рассматривая букет, словно тот мог рассказать больше, чем все слова, сказанные хозяйкой квартиры. Его мысли прервал мягкий голос Со Ра. — Вы что-то ищете? — её тон был спокойным, но в глазах читался намёк на беспокойство. Она подошла ближе, мягко ступая, будто боялась нарушить тишину комнаты.       Чонгук обернулся, встретившись с её взглядом. Глаза Со Ра, глубокие и тёмные, скрывали за своей кажущейся простотой целый мир. — Нет... Вовсе нет, — он слегка улыбнулся, его голос стал мягким, но всё же сохранял настороженность. — Просто хочу лучше понять Ён Иля, какое у него было окружение.       Хан Со Ра, услышав имя, едва заметно напряглась. Её лицо озарила улыбка, но она выглядела скорее автоматической, чем искренней. — Скажите, а откуда у вас эти цветы? — Чонгук указал на вазу, не сводя с неё взгляда.       Со Ра легко усмехнулась, отведя взгляд в сторону, будто вспоминала. — Мне подарил этот букет Ён Иль, — её голос стал чуть тише, в нём мелькнула грусть. — Как раз-таки незадолго до его смерти. — Как думаете, где он купил этот букет?       На лице девушки промелькнуло замешательство. Её пальцы невольно скользнули по краю стола, как будто она искала точку опоры. — Ну... — она на мгновение замолчала, прежде чем продолжить, подбирая слова. — Он сказал, что купил их в цветочном магазине неподалёку от моего дома.       Чонгук заметил, как её взгляд на секунду задержался на вазе, будто в этих цветах было что-то большее, чем она готова признать. — А он часто дарил вам цветы? — уточнил он, стараясь поймать её на эмоциях.       Со Ра улыбнулась, но её улыбка снова была тенью искренней радости. — Иногда, — она слегка пожала плечами. — Ён Иль любил радовать меня. Но этот букет... он был особенным. Он сказал, что хочет, чтобы я запомнила его таким.       Слова Со Ра отозвались в сознании Чонгука неприятным холодом. Он почувствовал, что за этой улыбкой, за этим букетом скрывается что-то большее. Что-то, что она не говорила.       Чонгук задержался взглядом на Хан Со Ра, выискивая в её глазах ту самую искру правды, которую сложно подделать. Её лицо оставалось спокойным, но в уголках губ мелькнула неуловимая тень напряжения. — Вы точно всё сказали? — его голос был ровным, но в нём слышалась скрытая настойчивость.       Со Ра выдохнула, как будто выпуская из себя тяжёлую тень воспоминаний. — Думаю, что да, — она пожала плечами, её тон был лёгким, но слишком ровным для столь болезненной темы. — Остальное вам расскажет кто-то другой. Это всё, что я знаю. Бог тому свидетель.       Чонгук чуть приподнял бровь, будто размышляя, можно ли считать её слова искренними. Затем он слегка улыбнулся, смягчая атмосферу. — Скажите, госпожа Хан... — он сделал шаг в сторону, разворачиваясь к ней всем корпусом. — Вы любили Чхве Ён Иля?       Этот вопрос, казалось, пробил невидимую защиту Со Ра. Её глаза расширились на долю секунды, но затем она быстро овладела собой, прикрыв волнение лёгкой усмешкой. — Почему спрашиваете? — её голос звучал спокойно, но в нём чувствовалась осторожность, будто она боялась попасть в ловушку.       Чонгук чуть склонил голову, взгляд его был по-прежнему пристальным. — Простой интерес, — он не стал добавлять ничего лишнего, оставляя ей пространство для ответа.       Со Ра на мгновение отвела взгляд, словно подбирая слова. — Да, — наконец сказала она, её голос стал тише, как будто слова были предназначены больше для неё самой, чем для собеседника. — Я любила Ён Иля. Сильно, сильно. Можете верить, а можете нет.       В её словах прозвучала горечь, но Чонгук заметил, что она не дала волю эмоциям. Казалось, что за этими признаниями скрывается нечто большее, но она не хотела делиться этим с ним. — Хорошего дня вам, госпожа Хан Со Ра, — Чонгук слегка улыбнулся, но его взгляд остался настороженным, как будто он всё ещё пытался разгадать её.       Он развернулся и вышел из квартиры, оставив за собой лишь слабый шелест закрывающейся двери.       Уже оказавшись на лестничной площадке, он почувствовал лёгкий аромат тех самых цветов, стоящих на кухне.       И странное чувство, что внутри этой женщины скрыто больше тайн, чем она готова признать...

***

      На улице стоял ясный день, воздух был тёплым, но свежим, насыщенный запахами оживлённого города. Солнце мягко касалось зданий, придавая им золотистый оттенок. Чонгук остановился у своей машины, глядя на яркую витрину цветочного магазина.       Сквозь стекло можно было разглядеть букеты, расставленные в идеальном порядке, каждый из них — словно маленькое произведение искусства.       «Не сейчас, это слишком рано», — мелькнула у него мысль. Витрина манила, но он чувствовал, что действовать надо осторожно. Нужно вернуться к Ёнсу и Сонбэ, рассказать о своих наблюдениях.       Чонгук, глубоко вздохнув, уверенно зашагал к машине. Его шаги звучали гулко по асфальту, словно подчёркивая серьёзность его решения.

***

      Тем временем...       В цветочном магазине царила своя, почти магическая атмосфера. Солнечные лучи, проникая сквозь чистые окна, играли бликами на хрустальных вазах и создавали тёплые узоры на полу. В воздухе витали ароматы свежих роз, лилий и хризантем, смешиваясь в пьянящую симфонию.       Молодой парень стоял за деревянным рабочим столом, устланным зелёными листьями и цветочными лепестками. Его движения были точными и отточенными, как у художника, создающего очередной шедевр. В руках он держал розы нежного кремового оттенка, добавляя их к уже почти завершённой композиции. — Госпожа Чжоль, — сказал он, оборачиваясь с лёгкой, но вежливой улыбкой. Его голос звучал мягко, почти успокаивающе. — Ваш заказ готов.       Женщина, одетая в светлый брючный костюм, подошла ближе, её шаги были лёгкими и изящными. Она склонилась над букетом, вдохнула его аромат и улыбнулась так, словно перед ней был подарок самой природы. — Спасибо, Тэхён, — произнесла она с ноткой искренней благодарности. Её глаза светились одобрением. — Это просто великолепно. Как всегда. — Рад, что вам нравится, — ответил он, чуть склонив голову, и его улыбка стала чуть шире, хотя взгляд на миг отвлёкся.       Его внимание привлекло что-то за окном. Там, за стеклянной витриной, он заметил фигуру парня, который остановился у жилого дома напротив. Внешность этого человека показалась ему странно знакомой.       Тэхён прищурился, пытаясь разобраться в своих ощущениях. Его пальцы невольно замерли на очередном цветке, а в голове начала крутиться мысль:       «Я видел его раньше… но где?» — Тэхён? — окликнула его госпожа Чжоль, и её голос выдернул его из размышлений. — Простите, задумался, — ответил он с лёгким замешательством, поспешно возвращая взгляд к женщине.       Но тревожное чувство не отпускало, как будто тот парень за окном каким-то образом был частью чего-то важного, чего-то, о чём Тэхён ещё не знал.

***

      Уже в полицейском участке...       Чонгук едва успел переступить порог полицейского участка, как его окружили коллеги. Подходя к нему, они как-то инстинктивно ускорили шаг, их лица были полны ожидания. К каждому движению Чонгука приковано внимание, словно они ждали, что он скажет что-то важное, что могло бы раскрыть этот тёмный, запутанный случай. — Ну что? Что узнал? — первым не выдержал тишины Ёнсу. Он буквально впивался взглядом в лицо Чонгука, будто пытаясь считывать его эмоции, узнавать, что скрывается за этим взглядом. В его глазах отражалась тревога, а в голосе — нотки нетерпения, как у того, кто давно ждал ответа, но боялся услышать не то, что хотел. — Есть какая-то зацепка? — сразу добавил Сонбэ, слегка наклоняя голову, изучая лицо Чонгука. Его взгляд был твёрдым, сосредоточенным. Он стоял, почти не дыша, и в его глазах горела искра профессионализма. Этот человек не давал себе права на ошибку, особенно в деле, которое было настолько загадочным и зловещим.       Чонгук, как всегда, держался спокойно. Он медленно поднял взгляд на своих коллег, выдержав небольшую паузу.       Он был внутренне сосредоточен, будто искал нужные слова в мыслях.       Он понимал, как важен этот момент, как каждое слово может повлиять на ход расследования. — Единственная зацепка — это цветочный магазин, — наконец произнёс Чонгук, ощущая, как этот короткий ответ отразился в комнате, словно сгустив воздух вокруг. Он почувствовал, как его коллеги настороженно вслушиваются в каждое слово, его фраза будто эхом отразилась в их сознании. — Нам нужно будет в ближайшее время наведаться туда.