Глава 3.
15 января 2025 г., 19:00
Утреннее солнце ласково скользило по крышам города, его золотистые лучи наполняли всё вокруг теплом и мягким светом, словно напоминание о том, что новый день – это новая возможность.
Свет, пробиваясь сквозь свежую листву, играл бликами, отражаясь в каплях росы, словно сотни крошечных алмазов рассыпались по миру.
Сеул, ещё окутанный полусонной тишиной, медленно пробуждался. Узкие улочки, обычно заполненные гомоном толпы и шумом машин, сейчас дышали редким для мегаполиса спокойствием.
На городских рынках неспешно разворачивалась привычная утренняя рутина: продавцы, с улыбками на устах, выкладывали на прилавки свежие фрукты и овощи, которые манили своим ярким видом.
Аромат жареных сладких пирожков смешивался с горьковато-пряным запахом кофе, разносясь по воздуху и пробуждая в прохожих аппетит.
Современные линии урбанистического пейзажа – стеклянные небоскрёбы и шумные магистрали – соседствовали с оазисами истории: старинные пагоды и храмы утопали в цветущей зелени, их крыши, словно покрытые мхом драконы, покоились в величавом покое. В этих уголках времени люди замирали, чтобы прикоснуться к прошлому, вдохнуть аромат цветущих азалий и сакур.
Птицы щебетали в парках, перекликаясь друг с другом, а редкие прохожие, начинавшие свой день, растворялись в этих звуках. В тени деревьев виднелись бегуны, легко скользящие по тропинкам, и те, кто занимался тайцзи или йогой, плавно двигаясь, будто их тела были частью природы, а дыхание сливалось с ветром.
Лёгкая влажность от утренней росы окутывала землю, делая запах травы и почвы особенно насыщенным, словно сама природа хотела пробудить все чувства.
Полицейские, заранее обсудив план действий, были готовы к новому дню. Собравшись у отдела, они сдержанно обменялись несколькими словами.
Их лица оставались спокойными, но в глазах читалась решимость.
Когда машина медленно тронулась, воздух заполнил ритмичный шум колёс, который будто стал первой нотой нового этапа в их расследовании…
***
В цветочном магазине царила атмосфера уюта и покоя, которую подчёркивала тихая, едва уловимая музыка. Она словно окутывала всё вокруг невидимой пеленой гармонии, погружая посетителей в лёгкую меланхолию. Звуки мелодии мягко сочетались с едва слышным шуршанием листьев и приглушёнными шагами по деревянному полу. За массивным деревянным столом, покрытым лёгкими царапинами от ножей и следами зелёных стеблей, стоял флорист. Его руки, ловкие и умелые, двигались с почти гипнотической плавностью. Он аккуратно, с точностью мастера, отрезал концы стеблей у белых роз, словно создавал маленькое произведение искусства. Каждый срез был не просто движением, а частью ритуала, наполненного особой значимостью. Вокруг него витал тонкий аромат свежесрезанных цветов – сладковатый и нежный, будто сама природа решила напомнить о своей красоте. На столе разложились инструменты: ножницы, сверкающие в солнечном свете, и катушка зелёной ленты, лежащая рядом с горкой мягкой увядшей зелени. Всё это дополняло картину мастерской, где создавались не просто букеты, а истории, рассказанные языком лепестков и листьев. Флорист был погружён в свои мысли, как будто музыка и привычный ритм работы унесли его далеко отсюда. Его взгляд казался отстранённым, но в то же время в нём читалась сосредоточенность и внутренний мир, наполненный чем-то сокровенным. Он почти не замечал, что происходит вокруг: редкие посетители, открывающие стеклянную дверь и оставляющие за собой звон колокольчика, казались тенями, мелькающими на периферии его внимания. Белые розы, ещё влажные от утренней воды, лежали на столе, их лепестки походили на хрупкий шёлк, а свежесть наполняла помещение чувством чистоты и новизны. Каждое движение флориста, каждый отрезанный стебель говорили о заботе и любви к своему делу, превращая простую работу в настоящую поэзию...***
— Здравствуйте! Тэхён поднял голову и увидел того самого парня в полицейской форме. Тело начал охватывать лёгкий страх, но он всеми силами старался не показывать этого. — Здравствуйте, чем могу помочь? — спросил Тэхён спокойным голос. — Я — Чон Чонгук, из полицейского участка. У меня есть к Вам пару вопросов. — Да? — Как можно обращаться к Вам? Парень ответил не сразу. Он выждал несколько секунд. — Тэхён. Ким Тэхён. — Что ж, хорошо, — ответил Чонгук и чуть прищурился, смотря прямо в глаза собеседнику, будто что-то пытался найти внутри флориста. Тэхён смотрел в ответ, не переключая взгляд, но сам немного нервничал. Коллеги Чона наблюдали со стороны, слушая разговор. — Ким Тэхён, у Вас не покупал букет случайно Чхве Ён Иль? – Чонгук достал телефон, где отображалась фотография погибшего. — Хм… — флорист отвёл взгляд. — Да, припоминаю такого. — К сожалению, его нашли мёртвым недавно. Как он вёл себя с Вами? — Спокойно. Я просто помог ему создать букет и он его купил. «Значит ничего подозрительного не было…» — думал про себя Чон. — Как часто он покупал у Вас букеты? — Хм… честно, не могу вспомнить. Вы знаете, так много клиентов мелькает, — слегка улыбнулся Тэхён. — Хорошо, благодарю за сотрудничество. Чонгук подошёл к коллегам, сжимая губы в тонкую линию, что выдавало его недовольство. На его лице застыла усталость, словно каждое слово, которое ему приходилось произносить, тратило его силы. Ёнсу и Сонбэ стояли рядом, их позы выражали лёгкое напряжение, будто они уже знали, что разговор не принесёт ничего нового. Тэхён, находившийся за деревянным столом, смотрел на них издалека, как наблюдатель за сценой из спектакля. Его глаза слегка прищурились, а брови едва заметно поднялись. Казалось, он пытался уловить их разговор, но шум тихой музыки и шелест цветов, которые он только что трогал, заглушали их голоса. Это делало происходящее для него немного таинственным, словно он пытался разгадать чужую загадку, не зная всех её ключей.***
— Пока никакой зацепки, — с легкой хрипотцой в голосе сообщил Чонгук, его взгляд скользнул по друзьям. — Он не помнит, сколько раз Чхве Ён Иль покупал у него букеты для своей девушки. Ёнсу, скрестив руки на груди, чуть нахмурился, разочарование проступило на его лице, как трещина на стекле. — Печально, — коротко заметил он, качнув головой. — Что ж, возвращаемся? Сонбэ молча кивнул, будто согласие не требовало слов. Чонгук, почувствовав необходимость завершить разговор, обернулся к флористу. — До свидания, хорошего дня! — сказал он Киму, голос его звучал неожиданно мягче, как будто извиняясь за беспокойство. Флорист едва заметно кивнул, его лицо оставалось загадочно спокойным, будто он привык к визитам подобных людей. Полицейские вышли на улицу, и дверь за ними тихо захлопнулась с еле слышным звоном подвешенного над ней колокольчика. Снаружи день был в самом разгаре. Солнечный свет заливал тротуары, отражаясь от витрин магазинов, а мимо проходили прохожие, поглощённые своими делами. Лёгкий ветер доносил запахи свежей выпечки из ближайшей булочной, смешиваясь с ароматами цветов, исходящими из цветочного магазина. На горизонте, над крышами домов, синева неба выглядела безмятежной, словно подчёркивая контраст с напряжённой работой детективов. — Ну... Что делать будем сейчас? — спросил Ёнсу, слегка склонив голову набок, словно его вопрос мог разрешить сам воздух. Его взгляд неспешно скользил по окружающей обстановке: мимо прохожих, витрин магазинов и свежей зелени, которой ветер едва трогал края. — Погода-то хорошая, — заметил Сонбэ, усмехнувшись и слегка прищурившись. Его голос звучал как спокойный раскат грома где-то вдалеке, и в глазах мелькнуло озорство, которое тут же подчеркнуло его подмигивание. — Можем прогуляться, — внезапно вырвалось у Чонгука. Он произнёс это так небрежно, словно предложил самое обычное дело, но тут же его щёки запылали лёгким румянцем. Парень отвёл взгляд, притворяясь, что рассматривает что-то вдалеке, и ощутил, как его сердце чуть ускорило ритм. Вокруг витала лёгкая атмосфера ленивого дня: солнце, тёплое и нежное, не палило, а только ласкало кожу своим прикосновением. Небо, похожее на тонкую акварель, едва тронутое кистью, простиралось над их головами, изредка пересекаемое парящими птицами. По тротуару неспешно шагали люди — кто-то с детьми, кто-то с собаками, а кто-то в одиночестве, погружённый в свои мысли. Из ближайшего кафе доносился аромат свежесваренного кофе, смешанный с запахами выпечки и топлёного шоколада. Ёнсу улыбнулся, в его глазах мелькнуло одобрение, и он легонько хлопнул Чонгука по плечу. — Ну, раз такой настрой, прогуляться действительно не помешает, — сказал он, начиная идти вдоль улицы, подставляя лицо солнцу. Его голос был лёгким, почти беззаботным, и, казалось, даже окружающая обстановка подстраивалась под его настроение. Сонбэ не отставал, его шаг был медленным, расслабленным, словно он старался наслаждаться каждой деталью окружающего мира. Вдалеке кто-то играл на уличной гитаре, и мягкие аккорды долетали до них, дополняя общий фон этого приятного дня.***
Они гуляли долго, неспешно шагая по улочкам Сеула. Город уже ожил, но шум суеты ещё не достиг привычного накала. Узкие переулки в старых районах напоминали картины прошлого, где время, казалось, текло медленнее. Каменные стены домов, обвитые плющом, соседствовали с современными кофейнями и магазинами с яркими вывесками. Солнце, мягко пробиваясь через лёгкую дымку, окрашивало серые тротуары золотистыми отблесками. Воздух был пропитан ароматами утреннего города: пряные запахи стрит-фуда смешивались с нотками свежемолотого кофе из уличных кофеен. Тишину нарушали мелодичные возгласы торговцев, предлагающих свою продукцию на маленьких рынках, и редкий шелест велосипедов, проезжающих мимо. Их прогулка оказалась неожиданно расслабляющей. Чонгук, казалось, на мгновение забыл о своей работе, наслаждаясь каждым шагом. Ёнсу что-то рассказывал, а Сонбэ с лёгкой улыбкой слушал, иногда вставляя свои замечания. Однако их неторопливое движение прервал тихий, но совершенно очевидный звук. Сонбэ остановился, приложив руку к животу и слегка нахмурившись. — О ёй… — выдохнул он с выражением лёгкого смущения. — Что случилось, Сонбэ? — тут же спросил Ёнсу, повернувшись к нему. — Кажется, я есть хочу, — ответил он, разведя руками, будто извиняясь за неожиданность. Чонгук тут же начал окидывать взглядом окружающую местность. Рядом располагалась уличная аллея с рядами фуд-траков, откуда доносились соблазнительные ароматы токпокки, кимбапа и жареных кальмаров. Чуть дальше он заметил небольшой ресторанчик с традиционной корейской кухней — на его вывеске было крупно написано «Самгетхан», а из окна доносился запах куриного супа с женьшенем. Совсем близко, на углу улицы, располагалась кофейня с террасой, где посетители неспешно пили напитки и ели хрустящие вафли с кремом. — Уличная еда — это всегда хороший выбор, — предложил Ёнсу, указывая на яркие палатки. — Или можем зайти в этот ресторан, — задумчиво протянул Чонгук, глядя на дверь с традиционным орнаментом. — Главное, чтобы было вкусно и быстро, — добавил Сонбэ с добродушной улыбкой, похлопав себя по животу. Их обсуждение ещё длилось, пока они неспешно продолжали идти. Решение не было срочным, и этот момент выбора добавлял их прогулке тепла и лёгкой непринуждённости. Сеул будто приостанавливал для них своё движение, чтобы они могли насладиться мгновением. — Тогда давайте начнём с уличной еды, — решил Ёнсу, слегка потянув друзей за собой в сторону ярких палаток. Они подошли ближе, и их обволок аромат свежеприготовленного кимчи, жареного мяса и пряных соусов. Маленькие металлические столики под простыми тентами выглядели скромно, но в то же время уютно. Один из торговцев, мужчина средних лет с улыбкой на лице, энергично помешивал огромную сковороду с токпокки. Его яркий голос привлекал внимание, словно приглашая попробовать блюдо. — Добро пожаловать! Хотите что-то острое? Или, может, кимбап? — радушно предложил он, глядя на тройку полицейских. — Возьмём немного всего, — уверенно сказал Сонбэ, указав на токпокки и тонкие ломтики маринованного мяса на шпажках. — Отличный выбор! Секунду, и всё будет готово, — улыбнулся торговец и принялся быстро раскладывать еду по тарелкам. Чонгук оглядывался вокруг, наслаждаясь моментом. Жизнь на улице кипела. Молодые пары прогуливались, держась за руки, дети весело смеялись, а пожилые люди неспешно ели рамён, сидя за соседними столиками. Казалось, каждый здесь был частью общей атмосферы тепла и уюта. — Знаете, такие моменты напоминают мне, почему я люблю Сеул, — неожиданно произнёс Ёнсу, садясь за один из свободных столиков. — Что именно? — спросил Чонгук, заинтересованно глядя на него. — Этот город живой. Даже в обычном переулке можно найти что-то настоящее, что-то своё. Вкус еды, смех людей, даже шум — всё это создаёт какую-то особую магию, — ответил Ёнсу, слегка улыбнувшись. Сонбэ тем временем уже принялся за еду, не дожидаясь остальных. — Вы просто не понимаете, как это вкусно, — проговорил он с набитым ртом, чем вызвал общий смех. — Ладно, хватит философствовать. Пора есть, — улыбнулся Чонгук и, взяв палочки, попробовал кусочек токпокки. Острота соуса моментально согрела изнутри, а мягкость рисового пирога приятно контрастировала с пикантностью блюда. Они ели, обсуждали повседневные вещи, наслаждаясь непринуждённым моментом. Работа на время отступила, уступая место лёгкости дружеской прогулки.***
— Что ж, — произнёс Чонгук, допивая стакан холодного чая, — теперь мы точно готовы продолжить. — Готовы? Может, ещё по одному кимбапу? — шутливо предложил Сонбэ, но его предложение было встречено дружным смехом. Полицейские встали из-за стола, попрощались с приветливым торговцем и продолжили свой путь. Их ожидал новый этап расследования, но это короткое время отдыха стало важной передышкой в их напряжённой работе…***
Как-то так вышло, что их маршрут привёл в один из мрачных уголков Сеула — место, где даже дневной свет казался не в силах пробиться сквозь густую тень обветшалых зданий. Узкие улочки выглядели запутанными и заброшенными. На стенах виднелись выцветшие граффити и следы сырости, струйки воды стекали по облупившейся штукатурке, а под ногами хрустел мусор. В нос сразу ударил едкий запах — смесь прелости, сырости и гниющих отходов, усиливающая ощущение, что здесь давно не ступала нога порядочного человека. — А чего мы сюда забрели? — тихо спросил Ёнсу, озираясь вокруг с явным напряжением. Его взгляд блуждал по заколоченным дверям, покрытым пылью окнам и обрывкам старых объявлений, которые лепетали на ветру, словно мрачные напоминания о прошлом. Чонгук, напротив, держался спокойно, но его глаза внимательно изучали всё вокруг. Он не отвлекался на жалобы коллег и сосредоточенно выискивал что-то. И тут его взгляд зацепился за небольшую, почти незаметную табличку на одной из дверей. Потрёпанная и выцветшая, она едва выделялась на фоне тёмных стен. — Слышите... — начал он, не отводя взгляда. — Нам нужно зайти сюда. — Что? — Сонбэ нахмурился, насторожённо косясь на дверь. — Ты уверен? Это же... — Зачем? — Ёнсу быстро оглянулся, словно ожидал, что их сейчас кто-то подслушивает. — Надо, — коротко бросил Чонгук, уверенно шагая вперёд. Ёнсу и Сонбэ переглянулись, как будто обдумывая, стоит ли идти за ним, но затем, нехотя пожав плечами, последовали за Чонгуком.***
Дверь оказалась неожиданно лёгкой. Скрип петлей нарушил гнетущую тишину, открывая их взору тёмный интерьер. Внутри было тесно и мрачно, запах алкоголя смешивался с ароматом застоявшегося воздуха. Пол из потёртого дерева был усыпан обрывками бумаги, а за барной стойкой виднелась фигура мужчины, лениво протиравшего стакан. Чонгук сделал шаг вперёд, и их лица на мгновение осветил слабый свет лампы, свисающей с потолка. Бар выглядел таким же заброшенным, как и район, но всё же что-то в нём привлекало внимание. — Ладно, — пробормотал Ёнсу, понижая голос, словно боясь, что его услышат. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Чонгук не ответил, только уверенно направился к стойке, за которой стоял мужчина. Его взгляд был тяжёлым и насторожённым, но Чонгук был готов ко всему, что ждало их дальше. Мрачный полутёмный бар с его затхлым воздухом и шепчущими тенями поглощал звуки шагов, когда полицейские подошли ближе к стойке. Мужчина за баром, на вид лет пятидесяти, с густыми седыми бровями и хрипловатым голосом, лениво поднял взгляд. — Чем могу помочь, молодые люди? — проговорил он, не переставая протирать стакан, словно это было единственное занятие, которое держало его в этом мире. Чонгук сделал шаг вперёд, уверенно выпрямившись. Его тон был вежлив, но в глазах читалась скрытая настороженность. — Здравствуйте, господин, простите, что мы, возможно, пришли рано, но... Кое-что случилось, и нам нужно узнать как можно больше подробностей. Мужчина хмыкнул, опустив стакан на стойку. — Вы из полиции, что ли? — внезапно спросил он, пристально оглядывая каждого из трёх мужчин перед собой. — Да, господин, — кивнул Чонгук, сохранявший спокойствие. — Чем могу быть полезен? Чонгук выдержал паузу, обдумывая слова. — Как вы знаете, произошли убийства. Нам нужно вычислить, кто за этим стоит. Бармен нахмурился, и в его лице появилось выражение, которое сложно было прочитать — смесь подозрения и лёгкого интереса. — И вы думаете, что это кто-то из бара? — Нет, совсем нет, — быстро ответил Чонгук. — Простите, но как вас зовут? — Пак Пок Ю, господин полицейский, — медленно проговорил мужчина, скрестив руки на груди. — Пак Пок Ю, — повторил Чонгук, как будто проверяя, как имя ложится на язык. — Может, вы видели каких-то странных, подозрительных личностей? Пока Чон вел разговор, Ёнсу тихо подошёл к Сонбэ, нахмурив брови. — В баре все странные личности... — шепнул он, глядя на бармена с подозрением. — Да и сам Пак Пок Ю вызывает сомнения. Сонбэ, оставаясь невозмутимым, поднял палец к губам. — Тише, — прошептал он. — Давай слушать, что он скажет. Бармен, не обративший внимания на их шёпот, медленно потер висок. — Так сразу и не вспомнить, господин полицейский... — задумчиво протянул он. — Может, вы сегодня или завтра вечером сами наведаетесь сюда? Часто ночью люди более откровенны. Чонгук задумался, его взгляд затуманился на мгновение. — Не будем загадывать... Страшное время, к сожалению, — не сразу ответил он, вынимая телефон из кармана. — Может, вы где-то видели этого парня? Он протянул бармену фотографию. Пак Пок Ю наклонился ближе, внимательно рассматривая изображение. — Хм... — пробормотал он. — Кажется, припоминаю. Этот молодой человек был с какой-то девушкой... И ещё с парнем, который выглядел немного моложе вас. Чонгук едва заметно напрягся, уловив важную деталь. — Спасибо вам, господин Пок Ю. Вы невероятно нам помогли, — проговорил он с лёгкой улыбкой, убирая телефон в карман. — Я обязательно как-нибудь зайду к вам. — Рад помочь со следствием, — кивнул бармен, снова берясь за стакан. — Ещё раз спасибо, до свидания, — Чонгук слегка наклонил голову и направился к выходу, жестом указывая коллегам следовать за ним.***
Уже за пределами бара Ёнсу едва сдерживал эмоции. — Этот Пок Ю явно что-то знает больше, чем говорит! — Возможно, — тихо ответил Чонгук, оглядываясь на здание бара. — Но сейчас у нас есть новая ниточка. Чонгук остановился посреди пустынной улицы, прислонившись плечом к фонарному столбу, словно хотел на мгновение задержать время, чтобы обдумать услышанное. — Ты про Хан Со Ра и Тэхёна? — тихо спросил Ёнсу, слегка нахмурившись. Чонгук посмотрел на него, выражение его лица было задумчивым, но напряжённым. — Да, описание точно подходит для них, — подтвердил он, скрестив руки на груди. — Остаётся только узнать, что они делали в этом районе и о чём беседовали. Ёнсу вздохнул и задумчиво провёл рукой по затылку. — Знаешь, это начинает походить на какой-то запутанный роман. Бармен, цветы, странные личности… Чего нам ещё ожидать? Сонбэ, который до этого молча наблюдал за коллегами, хмыкнул. — Ладно вам, давайте соберёмся. Мы ещё не выяснили, насколько этот район связан с делом, и кто на самом деле стоял за убийствами. Чонгук кивнул, сжав челюсть, словно внутри него разгоралась новая решимость. — Завтра утром мы вновь наведаемся к Хан Со Ра и Тэхёну. Нужно разобраться, почему их следы ведут сюда. Ёнсу хмыкнул, выпрямляясь. — Уж постараемся. Хотя, если честно, этот район меня не вдохновляет... Чонгук бросил последний взгляд на бар, который теперь казался ещё мрачнее под угасающим светом фонаря. — У нас нет выбора, — сказал он, направляясь к машине. — Правда, как всегда, скрывается в деталях.
