Никак

Она держала тест перед собой, и мы обе замерли в ожидании вердикта. Хотя Кира пыталась показаться непринуждённой, я заметила, как она кусала губы. — Этот тест с двумя полосками? Я покачала головой. — Нет, я видела такие в рекламе, там либо плюс, либо минус появляется. Наконец результат проявился. — Не беременна! — облегчённо воскликнула она, а затем резко прикрыла рукой рот. — Ой, теперь весь дом об этом знает? — Ну и что, пусть знают, — я выдохнула. По телу пробежали мурашки, едва я увидела заветный минус. — Главное, что отрицательный! Кира с довольной улыбкой засунула тест в карман. — Твоя работа куратора в безопасности? — спросила она с усмешкой. Хотя вопрос предполагался язвительный, её голос был слишком счастливым. — В полной! — я рассмеялась от переполняющих меня эмоций. Ух, даже не думала, что так обрадуюсь этому. Обычно люди радуются чужой беременности, а я готова танцевать при виде этой одной полоски. Может быть подсознательно я всё ещё считаю её ребёнком, которому рано заводить детей? Наверное, так и есть. — Ладно, пойдем на обед, нас уже заждались, — произнесла я. Мы вышли из комнаты, спустились по лестнице и направились в сторону первого домика. Зайдя внутрь, мы увидели несколько столов, за которыми уже расположились ребята. Мария Васильевна, завидев меня, тут же принялась активно махать рукой. Я попыталась сделать вид, что не заметила её, но тогда она позвала меня по имени. Что ж, меня ждёт очередная светская беседа о природе и грибах. Эдуард Анатольевич сидел с уставшим видом и явно желал наконец покинуть общество неугомонной женщины. — Полина Александровна, присаживайтесь! Я заняла вам место! — воскликнула преподавательница. Кира бросила на меня сочувственный взгляд и села рядом со своими одногруппниками. — Ну что за погода сегодня! Дождь так и льёт, хорошо, что не ливень! Но такой накрапывающий тоже неприятный, — ожидаемо проворчала Мария Васильевна. — А я хотела сегодня выбраться с ребятами по грибы! Так в лесу все дорожки размыло. Слава богу! Она бы наверняка попыталась и меня вытянуть за этими чёртовыми грибами, а мне бы этого не хотелось. — И как же ребята напишут итоговую работу, если у них не будет никаких впечатлений от леса? — запричитала женщина. — Не переживайте, Марь Васильна, нам впечатлений хватит! — с хитрой улыбкой успокоил её Горелов. Он сидел за другим столом так, что мне было его отлично видно. В частности то, что он достал из-под стола какую-то подозрительную картонную коробку и подлил себе в стакан подозрительную прозрачную жидкость. — Это берёзовый сок? — невинно хлопая глазами, спросила я. Парень не мгновенье растерялся и неуверенно кивнул. — Ой вот что я с детства не люблю, так это берёзовый сок, ну такой он пресный, — произнесла Мария Васильевна. — А я просто обожаю! — с восторгом сказала я и передала студенту стакан. — Никита, налей мне немного. — Никита, и мне, пожалуйста, — тут же сунул свой стакан Эдуард Анатольевич. Как и ожидалось, мне в нос ударил запах водки. Я слегка поморщилась и выпила разом, тут же закусив каким-то майонезным салатом, который был в моей тарелке. Студенты смотрели на нас с преподавателем, округлив глаза. Но нам было все равно! Натрезвую полчаса выслушивать под ухом бесконечные трели Марии Васильевны просто невозможно. В конце концов, мы же на природе! К тому же, там и четверти стакана не было. Зато теперь мы довольные готовы были слушать что угодно. Я словила взгляд Киры, она улыбалась. Какая же она была красивая! Волосы слегка вились на концах, она заколола их в высокий хвост, но несколько прядей обрамляли лицо. Пушистые черные ресницы, глаза, отливающие изумрудом. И слегка покрасневшие губы, наверное от того, что она периодически кусала их. Мои спортивные штаны слишком плотно обтягивали её стройные ноги и упругую попу. Я почувствовала, как кровь прилила к лицу. Кажется, в какой-то момент я расслабленно откинулась на спинку стула и тупо пялилась на неё. Но девушка не заметила этого, она разговаривала с одногруппниками, неосознанно накручивая прядь волос на указательный палец. — Как же хочется вылизать... — внезапно донеслось до меня с правой стороны. От неожиданности я поперхнулась хлебом, закашлялась, схватила стакан, налила туда воды и тут же выпила. Картинки, мгновенно пронесшиеся у меня в голове после этой фразы, заставили ещё больше покраснеть. — Что, простите? — я в шоке повернулась к Марии Васильевне. — Да я говорю, что тарелку так и хочется вылизать, вот вкусно же мы приготовили! Я выдохнула, снова выпив воды. Пора заканчивать с разглядыванием студенток. А то ещё не то послышится. — Внимание, молодежь! — преподавательница даже встала, чтобы сделать какое-то объявление. — Так как сегодня нам не повезло с погодой, наша вылазка в лес переносится на завтра, на шесть утра! Послышался неодобрительный гул. Студенты явно не планировали вставать так рано в выходной день. — Ладно, на семь утра! — тут же произнесла она, будто это меняло дело. Как жаль, что я преподаватель и должна участвовать в этом безоговорочно. У студентов хоть есть шанс проспать. — Завтра собираемся здесь, всем быть! После этого объявляения мы стали постепенно расходиться. Эдуард Анатольевич в хорошем настроении откланялся, я тоже поспешила уйти, чтобы преподавательница не вздумала увязаться за мной. *** Из-за дождя пришлось весь день провести в комнате. Но я была этому рада. Хотелось отдохнуть от всех. Единственным минусом было отсутствие интернета, поэтому пришлось довольствоваться скачанными когда-то электронными книгами. Я разделась, легла на кровать, завернулась в одеяло и принялась читать какой-то любовно-эротический роман на английском языке, который зачем-то сохранила себе ещё в Европе. Хотя действия в нем были достаточно возбуждающими, через полчаса я всё-таки уснула. Разбудил меня чей-то голос и рука, тронувшая моё плечо. Спросонья я даже не сообразила, что это происходит наяву, поэтому открыла глаза и испуганно села на кровати. — Кто тут? Было темно. Оказывается, я проспала до самой ночи, пропустив ужин. Комнату освещал лишь лунный свет, но и тот был слабый из-за тюлей на окне. Я едва смогла сфокусировать взгляд. — Это я, — голос принадлежал Кире. Я наконец смогла рассмотреть её. Она стояла посреди комнаты, завёрнутая в одеяло, переминаясь босыми ногами и дрожа всем телом. — Что случилось? — хрипло спросила я. — Меня знобит. Я услышала, как девушка стучит зубами. Раскрыв одеяло, я встала и тронула рукой её лоб. Он был очень горячий. — Так, у меня где-то был термометр в рюкзаке. Я решила не включать свет, лишь посветила экраном телефона. Электронный термометр нашелся в самом дальнем кармане. На самом деле я просто забыла его выложить ещё с переезда. Кира сунула его под мышку. — Присядь, положи ноги на кровать, не стой холодными. У тебя носков тоже нет? Девушка виновато потупила взгляд. Я снова залезла в рюкзак, достала запасную пару, взяла её ступни в руки и надела на каждую толстый махровый носок. В следующий раз ни в одну поездку она у меня не поедет без моей полной ревизии собранных вещей! «В следующий раз?» — эхом повторилось у меня в голове, и я грустно улыбнулась сама себе. — 37,7, — прошептала Кира. — Приехали! — не сдержавшись, воскликнула я. — Что-то ещё тебя беспокоит, кроме температуры? — Живот немного крутит, побаливает. — А ты ничего такого не съела сегодня? — вспомнив припрятанную водку, с прищуром спросила я. Но Кира однозначно мотнула головой: — Нет, я не пила алкоголь вообще. И ела то же, что и остальные. Насколько я знала, такую температуру сбивать не нужно. Но вот её боли в животе настораживали. — Ладно, полежи пока тут, а то вдруг тебя опять тошнить начнёт, — произнесла я. В шкафу обнаружилось дополнительное шерстяное одеяло. Я накрыла её, а сама легла на пол, укутавшись в одеяло и плед. Через несколько минут Кира, кажется, заснула. В тишине было слышно её мерное посапывание. Меня тоже начало клонить в сон, но на твёрдом полу спать было дико неудобно. Как назло, кровать такая узкая, что вдвоём мы точно не влезем. Проведя около получаса в метаниях из стороны в сторону, я наконец-то стала засыпать. Кира резко вскочила и издала странный звук, заставивший меня тут же проснуться. — Что такое?! — я наклонилась над ней. Девушка сидела на кровати и закрывала рот рукой. — Меня тошнит! Я помогла ей подняться, придерживая за плечи. На этом этаже не было ни ванной комнаты, ни туалета. Поэтому пришлось спускаться вниз. Едва мы оказались возле унитаза, её вырвало. — Так, едем в больницу, — твёрдо сказала я. Видимо, мой тон был именно таким, как я и хотела — не терпящим возражений. Поэтому девушка кивнула и опустилась над умывальником. — Я вызову такси, принесу тебе одежду и вещи, постой тут. Побежав наверх, я оделась, покидала свои вещи в рюкзак, зашла в комнату напротив, где крепко спала ни о чем не подозревающая Евгения, взяла сумку Киры и спустилась. Я помогла девушке одеться. Через несколько минут подъехала машина, и мы сели на заднее сиденье. Я переживала, что в такое время, ещё и в выходной день ни одно такси не поедет в лес. Но деньги были настолько хорошими, что какой-то мужчина сразу же согласился. Назвав больницу скорой помощи, я откинулась на сиденье и с тревогой наблюдала за Кирой. Она сидела в напряжённой позе, пыталась смотреть в окно, но лицо выглядело бледным и изученным. В конце концов я обняла её и опустила к себе на плечо. — Поспи немного, нам ещё долго ехать, — прошептала я, укрыв её своей курткой. Я чувствовала, как её трясет. Мы добирались до города около часа. Всё это время я не сомкнула глаз. Кира перестала дрожать, даже её лицо слегка расслабилось. Но меня не покидала тревога. Водитель мягко притормозил возле входа больницу. Я быстро сунула ему деньги, помогла Кире выбраться из машины, открыла перед ней дверь приёмного покоя и зашла в комнату для экстренного приёма пациентов. — Моей... студентке срочно нужна помощь! Единственная присутствующая медсестра с выражением полного безразличия на лице подняла голову от каких-то бумаг.  — Фамилия, имя, что случилось, — бесстрастным голосом проговорила она. — Леонова Кира, болит живот,  поднялась температура, была рвота. — Хорошо, сейчас запишу и вызову хирурга. Я пулей оказалась возле неё и неожиданно даже для себя с силой треснула ладонью по столу. Медсестра от внезапности дёрнулась и выронила ручку. — Вы, пожалуйста, сначала позовите хирурга, а потом записывайте, — я сказала это как можно спокойнее, хотя хотелось кричать от бессилия и страха. Благо, девушка поняла, что в случае пререканий я всё-таки перейду на крик, а может и на что похуже, поэтому тут же сняла трубку телефона. — Диана Андреевна, тут ваш клиент, острый живот. В трубке послышалось усталое: «Да блять, только кофе заварила, ну ладно, иду». Я подала паспорт Киры, её внесли в журнал и очень вежливо попросили нас ожидать в комнате осмотра. Я села на кушетку, положив её голову к себе на колени. — Поль, может домой поедем? Мне уже лучше, — промурчала она. — Никаких домой, — отчеканила я. Её лоб всё ещё был горячим. Но в любом случае я хотела добиться какого-то обследования. Это странно, что у нее вдруг на ровном месте то рвота, то температура — Где тут острый живот? В комнату вошла молодая женщина в чёрном хирургическом костюме. Она выглядела слегка раздражённой и явно нормально не спавшей несколько дней. Я подняла Киру, встала с кушетки и положила её на спину. — Детка, ты меня слышишь? — она пощёлкала пальцами у неё перед носом. Я слегка напряглась с этого фамильярного "детка". — Да, я слышу, просто спать очень хочу, — сонно произнесла Кира. — У меня уже не болит ничего, простите, что мы вас потревожили! Мы уже домой пойдем! Она попыталась встать, но женщина мягко уложила её обратно за плечи. — Так, давай я тут буду решать, когда ты пойдешь домой, — строго сказала она. Я обрадовалась, что она не дала Кире просто уйти. — Оголяем живот. Как только её тонкие пальцы глубоко надавили в нужном месте, Кира резко вскрикнула. На её глазах даже выступили слёзы. Хирург цокнула языком и направилась к двери. — Дашуль, оформляй в первую операционную, — услышала я из коридора. Кира в шоке посмотрела на меня. — Меня будут резать? Я подошла к ней и взяла за руку. — Не волнуйся, всё будет хорошо, если так сказала хирург, то надо оперироваться. Она заплакала, как маленькая. Глаза были полны страха и слёз. Я обняла её, поглаживая по голове. — Мне будет больно! Я не хочу, я подпишу отказ! — Так, успокоилась! — я слегка тряхнула Киру, которая явно начинала впадать в истерику. — Всё будет хорошо, тебя вон какая тётка классная будет оперировать. — Это правда, она заведующая хирургическим отделением, — подтвердила мои слова медсестра, вошедшая в комнату. — У вас вещи какие-то есть? — Да, вот сумка. Тут не всё, кружки нету и одежды мало, но я привезу. — Хорошо, отнесите тогда в отделение, по коридору направо в лифт, там скажете, что первая хирургия, — дала она мне инструкции. — А пациентка со мной, надо лечь на каталку. Кира не хотела отпускать мою руку. — Не бойся, я обязательно тебя встречу в палате, — тихо прошептала я ей на ухо. Её увезли, а я пошла в хирургию. На посту меня встретила женщина средних лет в белом халате и с недовольным заспанным лицом. — Всё, вещи оставляем и уходим. — А можно я останусь? Пока не привезут из операционной. — Я непонятно говорю что ли? — протянула она. — После операции она ещё будет из наркоза выходить, а в палате другие пациенты спят вообще-то. — Я оплачу платную. — Платная только для ветеранов! Я чувствовала, что мои нервы уже на пределе от всех этих событий и от того, как эта женщина грубо себя ведёт. Ещё немного, и я либо бессильно разрыдаюсь, либо учиню скандал, и тогда уже никто в этом отделении не поспит сегодня. — Ленусь, что случилось? К посту подошла хирург. Может быть удастся с ней договориться? Ну или они вдвоём всё-таки доведут меня до нервного срыва. — Я хочу остаться до её возвращения из операционной, — проговорила я, а затем жалобно добавила: — Пожалуйста. Девушка облокотилась на верхнюю крышку стола и посмотрела на меня. В её глазах я почему-то уловила ехидные искорки. Или мне показалось... — А кем вы приходитесь пациентке? — она спросила будто бы обычный вопрос, но прозвучал он как специально издевательски. По крайней мере она уже откровенно ухмылялась уголками губ. Это внезапно заставило меня смутиться и покраснеть. — Я её преподавательница... — протянула я, только через секунду поняв, как же неуверенно это звучало. Заведующая выгнула бровь, её ухмылка стала невероятно дьявольской. — Преподавательницам в такое время надо спать дома. — А мы тремя группами в лесу были с турпоходом, а вот этой студентке стало плохо... — протараторила я. Но это её совсем не убедило. — Ну-ну... Поняв, что другого выхода нет, я всё-таки открыто взглянула на неё и жалобно прошептала: — Пожалуйста. Какое-то время женщина испытующе смотрела на меня своими серебристыми глазами. Наконец она кивнула. — Ладно, оставайтесь. Я победно улыбнулась. Хирург развернулась и пошла к выходу из отделения, но вдруг остановилась на полпути. — И Леночка, постели в одиночной, я туда никого не планировала на эту неделю. Медсестра недовол ьно зыркнула на меня, но всё-таки позвала санитарку с чистым бельём в одиночную палату. Я занесла туда вещи Киры, опустилась на стул и принялась ждать. Нужно было позвонить её семье, но от волнения я едва могла спокойно сидеть. Надеюсь, операция пройдет хорошо.