capiat qui сареrе potest

Утони — я тебя спасу (Чую) Выловлю на блесну (Запах) Лишь зайдёт крючок в десну (Крови) Станешь свой в моём лесу (Пёс)

Живец ты или ловец (Реши) Умер ты или воскрес (Дыши) Человек или змея (Каин) Тебе, кажется, нужен я (Хозяин)

© AIGEL — Тебе кажется

       Ноябрь 2010, Уилтшир       Столовое серебро царапает фамильный фарфор. Противный звук взрезает тишину. Сидящая через несколько стульев от Драко Джинерва вздрагивает. Гермиона треплет пальцами накрахмаленную скатерть. Астория ударяет каблуком по паркету и отворачивается. Драко поджимает губы, опускает взгляд в тарелку, точно извиняясь перед ними.       Четвёртый день безделья выкручивает нервы. С са́мого момента перемещения группы Поттера в Индию Драко то и дело вынужден давить в себе острое желание в одиночку отправиться на Дартмурские болота, чтобы во всём разобраться. Бездействие, что петля на шее, душит, затягиваясь с каждым днём туже. — От Гарри никаких новостей? — Джинни затрагивает эту тему осторожно, точно бомбу с тикающим механизмом, которая может к чертям разнести столовую. — Не-а, — Драко пожимает плечами и с усилием надрезает стейк. — Раньше, чем через неделю, можно и не ждать. Там огромные безлюдные пространства. Нужно быть чертовски удачливым, чтоб наткнуться на верное место так скоро. — Ясно, — Джинни склоняется к тарелке. — Астория, не хочется злоупотреблять твоим гостеприимством… — Нет! — безапелляционно отрезает та. — Пока идут поиски, вы с детьми никуда не уедете. В Мэноре безопаснее, чем в Годриковой впадине, а Скорпиус отвлекает Альбуса от мыслей о брате. — Ладно, — Джинни быстро сдаётся. — Дома мы сошли бы с ума.       Детский смех врывается в столовую вместе с топотом ног. Драко бегло смотрит на сына и его друга и отворачивается, отточенным движением надрезая кусок мяса. — Maman, — Скорпиус подлетает к Астории, не волнуясь о нормах столового этикета, — можно нам с Альбусом взять мётлы? Мы полетаем низко и рядом с домом, обещаю!       Драко усмехается. В его детстве за подобную бесцеремонность в отношении взрослых Люциус устроил бы выволочку возмутителю обеденного спокойствия. — Нельзя, — Астория кривится, — сейчас это небезопасно, да и на улице прохладно. Играйте в доме, весной налетаетесь.       Скорпиус обиженно выпячивает нижнюю губу, моргает огромными серыми глазищами и прячется за стул, заинтересованно выглядывая. От усердия, с которым Драко пережёвывает стейк, сводит челюсти. Он не обнаруживает в себе решимости ответить сыну прямым взором, и глотает, едва не подавившись.       Скорпиус вновь скрывается за спинкой стула. «Наверное, — невесело размышляет Драко, — именно такими глазами шекспировский Гамлет смотрел на тень своего отца». Родительский пример Люциуса никогда не внушал Драко крепкого доверия и желания ему следовать, а других он попросту не видел, поэтому теперь не имеет представления, как вести себя в отношении наследника, малодушно избегая общения всеми возможными способами и игнорируя слабые, но регулярные уколы совести. — Мама! — Альбус отвлекает его от неприятных мыслей. — А Джеймс когда вернётся? Он обещал, что научит нас уворачиваться от бладжеров. — Очень скоро, — Джинни натужно улыбается и отхлёбывает чай, — и обязательно научит, раз обещал. — Быстрее бы! — Альбус срывается с места, едва не сбивая стул, и в несколько прыжков оказывается у дверей, показывая язык Скорпиусу. — Не догонишь! — Посмотрим! — тот стартует следом, отталкиваясь от стула, и мгновенье спустя топот гремит в коридоре. — Мог бы и поговорить с сыном, — бурчит Астория с раздражением.       Драко окидывает её затравленным взглядом и искренне отвечает: — Я понятия не имею, о чём.       Астория смотрит на него как на откровенного идиота и, тяжело вздыхая, забирает вилку со стола, намереваясь продолжить трапезу. — А твои дети где? — Драко неловко переводит тему, обращаясь к Гермионе. — В Норе, — охотно отзывается та. — Мы усилили охранные чары. У матери Рона есть возможность находиться подле них круглосуточно. Хьюго и Роза отвлекают Молли от того, чтобы… — … заёбывать меня, — заканчивает за неё Джинни. — Именно так, да, — хитро прищуривается Гермиона.       Драко делано качает головой, в очередной раз поражаясь тому, с какой филигранной лёгкостью она умудряется вертеть даже самыми отъявленными манипуляторами. — Ладно, — Джинерва резко встаёт со стула — тема явно ей неприятна. — Спасибо за обед. Схожу наверх, проверю Лили. — Я тоже, пожалуй, наелась, — Астория отодвигает тарелку. — Идём, дорогая.       Стук удаляющихся каблуков эхом разносится по столовой. Драко откладывает приборы и устало растирает виски большими пальцами. — Какая интересная карта, — Гермиона с нескрываемым восторгом смотрит на настенную роспись. — Подробное изображение магической Британии. — Ага, — Драко растерянно соглашается с ней. — Её долго восстанавливали после падения Лорда. Нарцисса искала художников по всей стране. — Несколько отличается от привычных нам изображений, — метко подмечает Уизли. — Так, она и нарисована в семнадцатом веке, — объясняет Драко. — Многое изменилось на территории острова с тех самых пор.       Безумная догадка жалит голову ядом соплохвоста: резко и больно. Драко вскакивает, едва не опрокидывая на себя остатки обеда. — Что? — Гермиона бросает на него обеспокоенный взгляд замирая. — Мне нужно, — он переводит сбившееся дыхание, — в библиотеку. Срочно!       Набойки царапают полировку паркета. Драко поскальзывается, вихрем покидая столовую. — О Моргана! — звучит ему вслед взволнованный голос.

***

      Двери читального зала покорно распахиваются перед Драко, пуская его внутрь. Пульс отстукивает по перепонкам, волнение сжимает лёгкие. А что если…? Похоже на правду. Мысли лихорадочно сменяют одна другую, не успевая закрепиться в сознании должным образом.       Драко не посещал библиотеку поместья несколько лет, но расположение стеллажей помнит досконально ещё с раннего детства. Он сворачивает вправо, проносясь мимо камина, огибает широкий стол. — Lumos Maxima! — люстры вспыхивают, освещая огромный зал.       «Где-то здесь», — Дарко внимательно осматривает пыльный шкаф.       Приметный малиновый корешок старинного издания с замысловатой виньеткой попадается на глаза: «Загадочные места магической Британии. Географический очерк». Толстая книга ложится в ладонь как влитая.       Он отходит к столу и открывает оглавление: «Девоншир, стр. 314» — то, что нужно. Бо́льшая часть главы посвящена Дартмурским болотам и различным легендам, окутывавшим это мистическое место тысячелетиями. Драко перелистывает страницы в поисках карты. Магические краски живо вьются на старинном изображении, показывая дороги, селения, болота, речушки и леса. Он откладывает открытый на нужном развороте том и, вернувшись к стеллажу, осматривает нижние полки.       «Магический атлас современной Британии» — издание, датированное 1990-ми годами выпуска, — также находится скоро. Драко открывает карту искомого графства и размещает две книги на столе рядом, одну над другой сопоставляя.       Сердце подпрыгивает к горлу, мозг кипит, что магловский чайник: мысли поднимаются пузырями и лопаются. Как такое возможно? Почему? Дрожащей рукой Драко тянется к перу, окунает его в почти засохшие чернила и, не щадя дорогой бумаги, отмечает точки на картах. — Малфой! — громкий голос Уизли доносится из коридора. — Пусти! Не открывается. — Сейчас! — сухо бросает он, нехотя отрываясь от изображений.       Торопливыми шагами Драко подходит к дверям, распахивая их. — Ты что-то понял, да? — она смотрит на него не моргая. — На современных картах территория болот отображена неверно. — Что? — Сейчас сама увидишь.       Гермиона бего́м следует за ним, огибая стол. — Смотри, — Драко попеременно указывает пальцем на две отметки. — Как тебе такое расхождение?       Она сосредоточенно морщит лоб, склоняясь над книгами, чертит длинным бордовым ногтем по страницам, оставляя полосы, сверяет масштабы, охает: — Здесь разница миль в пятьдесят, если не больше! — Так и есть. — Как считаешь, почему? — Ну-у-у-у, — задумчиво тянет Драко, — или ошибка, или кто-то специально решил всех запутать. — А как ты в прошлый раз там оказался? — Один из местных вывел нашу группу. Вот только, — он указывает на старинную карту. — Поселение здесь не отмечено. — Получается, — Гермиона взволнованно прочищает горло, — Гарри был не там. — Выходит, что так, — нервно вздыхает Драко. — Мне следовало пойти с ними. Есть возможность оперативно связаться с твоим Уизелом? — Мы пишем в парных тетрадях, — с сомнением хмурится она, — но Рон обычно не берёт её с собой на задания. Говорит, что отвлекает. — Патронус не добьёт, — цедит Драко, — тем более, если они уже добрались до барьера. — Сейчас попробую написать, — отзывается Гермиона. — У нас есть магловские телефоны, но там же чёртовы джунгли, может не быть связи. — Пиши, — твёрдым голосом требует Драко.       Уизли расторопно вытаскивает сложенную тетрадь из кармана и склоняется над столом.

***

      Спустя полтора часа ответа не следует. Попытки дозвониться по магловскому телефону также не увенчиваются успехом. Драко сидит, вперившись невидящим взглядом в стол. Гермиона неотрывно смотрит в тетрадь, ожидая увидеть ответную строчку. — Мы никак не свяжемся с ними, — жалобно сипит Драко, — пока они не вылезут из грёбаных джунглей. Остаётся только ждать. — Но, — возражает Гермиона, — ты сам говорил, что это может затянуться на несколько недель. — Так и есть, — Драко запрокидывает голову и опирается на стул. — А что нам делать?       Уизли не отвечает, захлопывая тетрадь. На строгом лице застыло выражение сосредоточенной решимости. Драко считывает это мгновенно взглядом дознавателя с многолетним стажем. — Только не говори… — Я всего лишь проверю. Под мантией Гарри. Она как раз лежит в моём доме. Посмотрю, что за место, и сразу вернусь. — Мантия не будет работать под барьером, — Драко пытается вразумить её. — Не факт, — Уизли натянуто улыбается, — в её основе лежит очень древняя магия. Один из Даров смерти как-никак. — Уизли! — возражает он резким тоном. — Напоминаю, что на этих самых болотах полегли два стажёра и боевой аврор. — Ну-у-у-у, — скептически тянет она. — Не скажу, что я высокого мнения о способностях большинства боевых авроров.       Драко зажмуривается, делая глубокий вдох. С этим утверждением не поспорить. — Я домой, — с видом человека, уже принявшего решение, сообщает Гермиона. — Возьму мантию и ещё кое-что. — Может, — он пытается найти более рациональный выход, — обратимся к Кингсли и Артуру за помощью? — Все лучшие авроры ушли с Гарри и Роном, а худшие будут путаться под ногами.       В янтарных глазах Гермионы отплясывают озорные чертенята. Драко отрешённо думает, что ему, вероятно, крупно повезло избежать тесного общения с Золотым трио в школе. Кто знает, прими Поттер на первом курсе его рукопожатие, может, Драко уже давно окончил бы свои дни какой-нибудь извращённо-мучительной смертью. Отбитые наглухо гриффиндорцы! Просто отмороженные. Самое плачевное во всём этом то, что чёртова Уизли буквально озвучивает его собственные желания, реализовать которые самостоятельно у него не хватило бы духу.       «К чёрту!» — Драко решается, вынимая из кармана палочку. Огонь разгорается в давно не использовавшемся камине, поднимая облако золы. — Accio, — призывает он тёплую мантию. — Идём, пока я не передумал. — Но, — начинает Гермиона, — Гарри будет очень недоволен. — А твой Уизел, наверное, будет пиздец как доволен.       Она сконфуженно склоняет голову. «Крыть нечем», — усмехается про себя Драко, забирая со стола старинную книгу с верной отметкой на карте.

***

— Я мигом, — обещает Гермиона, когда они выходят из камина в уже хорошо знакомую Драко гостиную. — Заберу мантию и кое-какое оружие.       Он шагами смертника, следующего на эшафот, подходит к дивану и садится на самый край, до конца не веря в то, что собирается сделать. Реакцию Поттера на подобную самодеятельность даже и представлять не хочется. Впрочем, тот сам принял решение начать поиски в джунглях, отрезав себя от нормальной связи с внешним миром. — Держи, — вернувшаяся со второго этажа Гермиона, протягивает ему Бритармз с таким невозмутимым видом, точно это какая-то безделушка. — Умеешь пользоваться? — Нас обучали в академии аврората, — изумлённо отвечает Драко. — Блядь, вы храните дома магловское оружие? Нормальные?       Вопрос, разумеется, риторический. — Рон принёс с одного из заданий, — спокойным тоном объясняет она, — хотел эксперимента ради наложить улучшающие чары, но не успел. — Что ещё противозаконного можно обнаружить в вашем уютном семейном гнёздышке, если оперативники нагрянут сюда с обыском? — ехидничает Драко. — Помимо нелегальных пистолетов и портключей? — Отстань, Малфой, — Уизли сворачивает серебристую ткань мантии. — Видишь же, пригодились. — Ну да, — усмехается он, — правила не для гриффиндорцев, верно? — Какой у тебя размер ноги? — неожиданно спрашивает Гермиона. — Эм-м-м-м, десять с половиной — одиннадцать, а что? — Дам тебе кроссовки Рона, — объясняет она, — бродить по болотам в лакированных туфлях — плохая идея, Малфой. — Я не надену ничего после него! — возмущается Драко. — О Мерлин! Прекрати! Я очищу их заклинанием. — Ладно, — пасует он, вздыхая. — Быть может, проникнусь симпатией к Уизелу, если пройду несколько миль в его обуви.       Драко обречённо переобувается, наблюдая за тем, как сосредоточенная Гермиона стягивает вечно пушистые волосы в пучок. Здравый смысл, обычно не покидающий Драко ни на секунду, не спорит, хотя должен. — Мы просто проверим и аппарируем обратно, так? — уточняет он. — Конечно, — кивает Гермиона, — мы определённо не будем рисковать.       Оба не смотрят друг на друга, убеждённые, что совершают глобальную ошибку. Уизли, закончив возиться с волосами, достаёт из кармана небольшой хрустальный флакон. — Лет шесть лежало у меня это зелье, — вздыхает она. — Всё никак не находила повода употребить.       В полупрозрачной жидкости цвета расплавленного золота Драко безошибочно угадывает Феликс Фелицис. — Думаешь, будет действовать под барьером? — сомневается он. — Хрен его знает, — Гермиона протягивает флакон, — предлагаю проверить. Выпьем по глотку. Сейчас пригодится что угодно.       Драко кивает, соглашаясь, откупоривает фиал и подносит к губам. Приятная искусственная уверенность охватывает разум и тело, отбрасывая любые сомнения к чёрту. Он возвращает склянку Гермионе, собирается с мыслями, встаёт с дивана, раскрывает книгу и кладёт её на журнальный стол, пытаясь определить точку для перемещения. — Ты сумасшедшая, Уизли, — Драко говорит откровенно. — Ты, стало быть, тоже, — усмехается она, заканчивая трансфигурировать кобуру из верёвок. — Держи. Чтобы оружие удобней лежало. — Никогда не мечтал почувствовать себя аврором. — Впрочем, как и я. Готов аппарировать?

***

      Ноябрь 2010, Девоншир       Пространство выплёвывает их посреди безлюдной местности, поросшей высоким камышом. Ноги утопают во влажной земле, сминая её подошвами. Ноябрьский ветер пронизывает насквозь, тянет заунывную песнь мимо нот. Драко торопливо осматривает окрестности: позади зеленеет череда холмов, за ними виднеется деревушка, впереди до горизонта простираются топи, те самые, Дартмурские, из его воспоминаний. Он склоняется к плечу Уизли, указывая на очертания поселения: — Его не было на карте. — Не до того сейчас, — тихо бормочет она, разворачивая мантию, — потом разберёшься с этой деревней.       Невесомая ткань окутывает их, скрывая из видимости. — Куда? — еле слышно уточняет Гермиона. — Вперёд, — командует Драко, втаптывая кроссовок в трясину.       Влага ползёт вверх, выдавливаемая из грунта подошвой. «Ну в случае чего, — с почти поттеровским оптимизмом рассуждает Дарко, — наши окоченевшие трупы найдут по следам».

***

      Барьер ощущается сразу, как некая незримая пустота, сдерживающая волшебство. Драко осторожно вынимает палочку. Невербальное Lumos не срабатывает. Гермиона, погружённая в раздумья, смотрит на него, хмурится, инстинктивно уменьшает ширину шага и переводит взгляд вниз. Драко повторяет за ней, обнаруживая, что магическая сила серебристой ткани до сих пор прячет их от окружающего пространства.       Чёрная тень мелькает среди камышей, обдавая потоком мощной хаотичной энергии. Волнение, угасшее с принятием зелья, захватывает с новой силой. Гермиона прикладывает палец к губам и осторожно обходит заросли на одних носках, Драко следует за ней под мантией.       Отголоски тёмной магии, как и два года назад, опутывают ноги, вырываясь из-под земли. Драко и Гермиона проходят мимо ещё одного мечущегося обскури и резко останавливаются, замирая. В землю уходит тоннель, огороженный по периметру крупными камнями и со всех сторон омываемый водой. Драко рефлекторно отступает, настороженно глядя на Гермиону. Та размышляет всего несколько мгновений и тут же решительно срывается вперёд. Он едва успевает схватиться пальцами за её тонкое запястье, чтобы не вылететь из-под мантии.       Ход круто уходит вниз каменистой тропой. Уизли размеренно следует вглубь с прямой ровной спиной, словно перед ней простираются министерские коридоры, а не тайные катакомбы, ведущие хрен их разберёт куда. Драко мысленно проклинает старину Годрика, решившего более тысячелетия назад основать в Хогвартсе факультет, выпускающий теперь невозмутимых суицидников.       Они идут долго, осторожно ступают по камням, чтобы не издавать лишних звуков. С потолка сочится влага, всё вокруг поросло мхом и плесенью. Дышать становится ощутимо труднее. Тоннель петляет, разделяясь надвое, Драко и Гермиона с сомнением входят в тот, что шире, направляясь дальше.       Наконец их изумлённым глазам открывается широкое круглое помещение, посреди которого возвышается каменный стол. За ним расположен ещё один ход, тоже ведущий куда-то. К каменной стене толстыми грубыми верёвками примотаны трое детей, их головы покрыты мешками. На столе стоит широкая чаша, вытягивающая магические нити из бессознательных тел.       Гермиона сдавленно охает и спешно прикрывает рот ладонью, кидая взгляд на Драко. В её янтарных глазах плещется неприкрытый ужас, смешанный с гневом и отвращением. Она присматривается, указывая ладонью на одного из детей, того, что посредине. Драко понимающе кивает, послушно бредёт за ней следом. Его пальцы дрожат, распутывая верёвки. Гермиона стягивает мешок с головы ребёнка.       Старшего сына Поттера можно опознать безошибочно по непослушным вихрам угольно-чёрных волос. Драко осторожно прижимает к себе бессознательное мальчишечье тело, укутывая его серебристой тканью. Гермиона с сожалением во взгляде смотрит на остальных, Драко красноречиво жестикулирует: «Не хватит места под мантией».       Как только они выберутся — сразу же в Министерство. И пусть Кингсли и Артур вытаскивают любителя дикой тропической природы Поттера хоть из пасти бенгальского тигра, похуй как.       Драко и Гермиона почти успевают отступить к тоннелю, когда один из крюков, к которому были примотаны верёвки, срывается с каменной стены и падает со звонким дребезжанием. Топот нескольких пар ног тут же оповещает о том, что не одни в этих катакомбах. — Блядь, — одними губами шепчет Уизли.       Драко с ней солидарен как никогда в этой жизни. Они осторожно протискиваются в проход, отступая, и вжимаются в стену. С этой стороны тоже кто-то бежит. Западня, как она есть. Звуки долетают и слева, и справа. Пат. Мимо проносятся две фигуры в коричневых мантиях, едва не задевая Джеймса. Драко с усилием прижимает мальчика к себе. — Забили вход! — сипит гнусавый голос. — Они ещё здесь! Теперь никуда не денутся!       Мысли запутываются в гордиев узел. Сердце отстукивает барабанную дробь. «По этому звуку их и найдут», — понимает Драко.       Один из магов гладит липким взглядом стену, протягивает руку, промахиваясь в нескольких дюймах от ткани. Резкий щелчок расходится отзвуками по тоннелю, колдун отшатывается назад и оседает на камни. Из его живота сочится кровь, напитывая коричневое сукно. Гермиона держит в ладони дымящийся пистолет и, решительно глядя на Драко, выходит из мантии, жестом приказывая ему следовать дальше. Он, почти утративший способность думать, подчиняется, удерживая на весу детское тело.       Драко отступает боковыми шагами по стене. Уизли, сука упёртая, всё решила сама. Ещё несколько выстрелов, красные вспышки, и Гермиона вжимается в камни, очерчивая ладонью круг: — Bombarda!       Несколько глыб падают с потолка. Она кричит ещё раз, с надрывом, отстреливаясь другой рукой: — Bombarda! Bombarda!       Громкий хлопок оглушает, отбрасывая взрывной волной Драко и Джеймса, каменное крошево градом колотит по мантии. Драко едва умудряется подняться на ноги. Несколько оглушительно громких секунд — и тоннель заваливает. Они оказываются отрезанными от Уизли и магов.       Драко прислушивается — кто-то бежит с их стороны. Он взваливает мальчика на плечо и свободной рукой тянется к кобуре. Из-за пыли почти ничего не видно. Два выстрела по мелькнувшим коричневым пятнам. Колдуны падают, их тут же придавливает камнем. Драко переводит дыхание, пытаясь отступать дальше по рушащемуся тоннелю.       А как пафосно разглагольствовал: «Не способен на убийство ни в коем его виде». Ха! Сука, держите два.       За образовавшейся каменной стеной завязывается бой. Владения Гермионы беспалочковой магией явно не хватает, чтобы полноценно атаковать. Она только отбивается. — Protego! Protego! — в её тонком голосе бьётся отчаяние.       Драко прикрывает веки, вжимаясь лопатками в стену. Даже если культисты не прикончат Уизли сразу, она сама ведь надорвёт магическое ядро неумелым колдовством без палочки. Так никто не делает: нужны либо врождённый дар, как у Поттера, либо просто предрасположенность и долгие годы практики. Безумная женщина.       Драко концентрируется, пытаясь почувствовать собственную магию — предсказуемое ни хуя. У него к этому слабые способности — чистокровных проверяют ещё в раннем детстве.       Задумавшись, он едва успевает отпрянуть от очередного рухнувшего камня. Двое уже мёртвых колдунов явно успели забаррикадировать выход. И что теперь делать? Безнадёга лавиной растекается в грудине. Уизли хоть что-то может наколдовать голыми руками, а у Драко какие, блядь, таланты? Разгадывать чужие тайны? Неактуально. Уже разгадал, теперь вот расхлёбывает. Мозги неплохо работают? Так толку сейчас с этого? Стоп. Мозги…       Безумная, почти не осуществимая идея, но выбирать не приходится. Перед глазами ровными рядами стелятся строчки, написанные скошенным почерком индианки. Передача образов и мыслей на расстоянии, древняя, забытая, почти не используемая в наши дни магия. В голове всплывает их с Поттером разговор: — Как думаешь, почему в Европе никто даже и не пытается исследовать возможности дистанционного обмена мыслями и образами? — Потому что существуют куда более простые и менее магически затратные способы передачи информации на расстоянии. Тот же Патронус, например.       Драко вспоминает последовательность действий: очистить разум, вообразить адресата, попробовать вторгнуться в сознание, представляя то, что хочешь показать. Ментальная магия может сработать под блоком, поскольку направлена изнутри внутрь, а не во внешний мир.       Голоса Уизли, нескольких магов и рокот падающих камней отвлекают. Драко привычно расслабляется, убирает всё лишнее из головы до полной пустоты перед закрытыми глазами. Хоть бы получилось. Только бы. Он рисует в воображении лицо Поттера: яростные зелёные глаза, очки, вздёрнутые брови, высокий лоб, хара́ктерный профиль, нервно поджатые губы, квадратная линия челюсти.       Драко напрягается, давит и неожиданно для самого себя погружается в дымку другого сознания, ударяясь о ментальный щит. Виски неприятно ноют. Чёртов окклюмент.       Пусти меня, пусти, придурок. Поттер, пусти же! Нет времени. Путь в чужой разум открывается.       «Карта, — думает Драко, — там была ошибка». Он вытаскивает из памяти образы и показывает их: верные координаты аппарации — болота — вход в тоннель — Джеймс, привязанный к стене — стол — чаша — культисты. «Мы под твоей мантией, — ещё одна мысль, которую Драко отправляет Поттеру, — Дуй сюда быстро, где бы ты ни был!»       Сеанс прерывается оглушительным грохотом. Несколько камней летят с потолка. Драко, не раздумывая, падает на пол, укрывая детское тело. За мгновение до потери сознания его захлёстывает паника. Но не собственная. Чужая.