МГЕ. Перед началом чего-то, всегда идет конец

Шум толпы, образованный группами случайных фурри. Теперь среди них — Анжелика и Мирико. Оказалось, что существует ещё один вход в фурри-комплекс, помимо прохода сквозь девятый круг ада. Снова знакомые коридоры, парки и траходромы. На вопрос Анжелики о том, зачем нужно было создавать два идентичных комплекса под городом, изрядно подуставшая Мирико посмотрела на неё с лёгким осуждением и ответила, что это то же самое место. После того как отряды хвостатых и обычное население сдали комплекс, программа, заложенная в МГЕ, вынудила их покинуть его — из-за отсутствия причин для дальнейшего нахождения там. На заявление Анжелики о том, что в этом нет логики, Мирико демонстративно промолчала, как бы намекая, что во всём этом и не должно быть логики. Оказавшись в комплексе, они зарегистрировались по программе поддержки для нуждающихся фурри. — Куда вы уходили, когда произошло нападение на комплекс? — спросила Анжелика. В ответ ей пояснили, что из-за постоянных нападений были спланированы специальные пути отхода для инсценировки «поражения» МГЕ-братьев, чтобы заверить их в победе над главным фурри-центром. Оказавшись в одной из свободных комнат, Анжелике предстоял тяжёлый разговор о случившемся: — Выходит, мы больше не будем преследовать Андрея? — с ноткой разочарования спросила волчица. — Кого? — Мирико вмиг разозлилась. — Тебя правда только это сейчас волнует?! Конечно, тебе, небось, совсем нет дела до того, что распался мой дуэт с Мэйрой. Я ведь сама виновата в этом… и это злит меня ещё больше. — Зачем ты начала это, зная, к чему всё приведёт? — …Отъебись. — Нет, не уходи от вопроса. Как ты могла так поступить со своей подругой, если знала, что у неё на душе?! — впервые решилась дерзить Анжелика. — Ты вообще думала о её чувствах? Или тебе так «дороже» минутная слабость, и ты не могла себя контролировать? — Блять, ты будто лучше сильно, — Мирико опустила голову. — Закройся уже навек и не еби мне мозг попусту. То, что сделано, уже не исправить. — И ты так просто отпустишь это и даже не попробуешь извиниться? — Анжелика начала эмоционально изливать душу. — Я лучше? Да я хуже раз в десять! Я даже не понимаю, как выйти из этого обоссанного бункера. Я тупая, блять… или даже блядь, я не знаю. Столько всего происходит в моей жизни, но… как бы это ни звучало… я не чувствую себя в своей шкуре. Хотя нет, даже не так — я не чувствую себя кем-то. Словно я оболочка, я… — Просто… закрой… СВОЁ ЕБАЛО! — прервала её Мирико, крикнув на весь коридор. — МНЕ ПОЕБАТЬ НА ТО, ЧТО ТЫ ГОВОРИШЬ! ПРОСТО ДАЙ МНЕ СПОКОЙСТВИЕ! — ТАК УЙДИ, ЕСЛИ ТЕБЕ НЕСПОКОЙНО СО МНОЙ! — ТЫ ТОЛЬКО О СЕБЕ И ГОВОРИШЬ! ЭТО НЕВЫНОСИМО! МОЖЕТ, ПОДУМАЕШЬ ХОТЬ РАЗ О ДРУГИХ?! — А может… может, не стоит повышать на меня голос? Или у тебя только другие всегда неправы? — БОЖЕ, ТЫ НЕИСПРАВИМА! — Мирико развернулась и выбежала из комнаты со слезами на глазах. Тем же утром прохожие с любопытством заглядывали в открытую дверь компьютерного клуба. После эмоционального потрясения МГЕ-монстр начал осознавать себя, и, как полагается, первым шагом стало его имя. Прочитав «Книгу о жизни», он решил назваться в честь человека, олицетворяющего бесконечную доброту и готовность пожертвовать собой ради других, — Иисусом. Пусть в книге, написанной анонимным писателем Анжелой, герои были совсем другими, он всё же выбрал имя из параллельной истории. Серый город под жарким солнцем — лишь в тени от деревьев можно остаться потным, но живым. Разбитые бордюры, неухоженные зелёные зоны и дороги в трещинах — такая дорога стоит перед Иисусом, и лишь сам прародитель всего сущего мог бы увидеть его. Однако в его зеркальном мире нет дела до простых смертных, пусть и столь странных. Петляя с улицы на улицу, монстр не мог найти себе занятия: всё казалось до жути незамысловатым, непонятным и откровенно скучным. Подходя к клубу "Особо Отстранённых", он заметил подозрительно большое количество полицейских машин — и, как оказалось, не зря. Огромный взрыв снёс здания до основания, и остались лишь руины. Никто по-прежнему не замечал монстра, все были сильно загружены работой. Различные службы разбирались со случившимся, а репортёры даже спустя столько времени находились у места инцидента. Подслушав актуальные новости, стало ясно, что никто не пострадал, но очевидно, что десяток вооружённых антропоморфных животных не может пройти для СМИ бесследно… Было бы — будь Иисус осведомлённее о ситуации в мире. Однако это совсем не сходится с тем разговором, что он подслушал пару дней назад. Глаза загорелись целью — узнать подробности о случившемся, а мысли — о его первой подруге, Анжелике. «Жизнь — это не то, что было, а то, что может быть. Уход — это не конец, а начало новой дороги». Настолько простая мысль, а так хорошо сказано. Обсуждая её всю поездку, Никита и Мэйра добрались до места из мифов об Одесской области. Удивительно, как все упускают из вида вторую зону отчуждения в стране — ведь, добравшись до немецкой церкви, миф оказался правдой. Церковь Пресвятой Троицы — католический храм в посёлке городского типа Лиманское — был приходским храмом немцев-католиков. Зайдя внутрь, пара сразу наткнулась на подозрительно одетые силуэты. Шаги раздавались эхом по полузаброшенному зданию — до тех пор, пока силуэт не стал ясен дуэту брата и фурри. Мумия в длинном бордовом тренче и фуражке с гербом современной Германии — орлом, смотрящим головой влево. Обращаясь к прибывшим монотонным голосом, свойственным братьям, мумия спросила, кто они. — Мы простые путники, — ответила Мэйра и сняла мотоциклетный шлем. Осмотрев с ног до головы, полуживой немец провёл дуэт в глубины немецкого наследия. Чем глубже они спускались по скрытому от простых людей проходу, тем красочнее становилось окружение. Лестница становилась чище, а на стенах появлялись различные иллюстрации. «Олимпийские игры 1936» — одна из надписей над чёрно-белым фото — совсем не сочеталась с риторикой мумии, которая, как и лестница, превратилась: в прекрасного голубоглазого юношу, длинное и стройное тело которого подчёркивал тренч с явившейся надписью "der Hüter". — Дэр Хютэр в переводе значит «Хранитель». Я уверен, вы озадачены всем, что видите, но уверяю вас, нацистское прошлое осталось позади. И, как и ваше прошлое, прошлое Хранителей вас не касается. Мы следуем с новым взглядом в будущее, — добавил юноша, дойдя с группой из двух существ до конца. Сказав, что, оказавшись за дверью, представшей на их пути, существа обязаны принять здешние правила, он широко распахнул двери — и перед ними предстал удивительный мир, сравнимый по красоте лишь с Берлином из мечт недалёких националистов, решивших, что мир без мигрантов будет равен раю, описанному в самых различных произведениях — исключительно без недостатков. Однако недостатки были — и даже если не у Мэйры, так у Мирико. Обыскав весь комплекс, Анжелика так и не успела извиниться перед оленихой. Бездыханное тело последней ещё не успело остыть в одной из комнат, окружённой толпой шокированных фурри. В состоянии шока волчице зачитывали записку, оставленную Мирико — не оставшиеся в стороне фурри: «Лучшие дни моей жизни давно позади, и в ближайшем будущем счастья я не вижу. Каждый день, если и приносит что-то грандиозно новое, не даёт мне почувствовать хотя бы четверть от ощущений счастливого прошлого. Я допускала много ошибок, но, перестав их делать, я словно замкнулась в себе. Никак не развиваясь, я стагнирую — и, отвечая себе на вопрос, хорошо это или всё же плохо, я убеждена, что это УЖАСНО. Я пишу это в слезах, и я знаю, что делаю поспешное решение, но жалеть о нём я уже не смогу. Я получила маленькую порцию удовольствия, которая не длилась долго — из-за ошибки, которую совершила осознанно. Потеряла лучшую подругу, самого близкого фурри для меня. Я осталась наедине с любовником, считающим себя девушкой — и не то чтобы я его осуждала, но... В принципе, я ничем не аргументирую уже вообще ничего. Я устала думать. Я не хочу думать. Я люблю тебя, Мэйра. Я не заслуживаю прощения, но смею тебя просить об этом. Любовница Анжелика, встреча с тобой была главной ошибкой в моей жизни. Но я не жалею, ведь ночь, проведённая с тобой, стала последней радостью в моей жизни. Прости же и ты меня за всё, что я сказала тебе. Прощайте.»