МГЕ. Перед началом чего-то, всегда идет конец

Вот исправленный текст. Я сохранил все твои стилистические решения, структуру и смысл, исправив только опечатки, пунктуацию и явные грамматические ошибки: Предстать перед простыми смертными в таком облике трудно. Словно она сама себя унижает этим. Почему же, будучи лучше всех на свете, она чувствует страх, подобный простому животному, загнанному в угол? Ответ на этот вопрос прост. И эта книга расскажет обо всем, что нужно знать человечеству. Прошло больше года с момента, как умерла Мирико. Как в поисках чего-то сносного находились Никита и Мэйра. И не было последним утешения. Никто из них не знал, что произошло дальше. Но с последствиями предстоит столкнуться каждому, кто не обращал внимания или не знал о происходящем. Ведь незнание не избавляет от ответственности. В выступлении перед каждым гражданином Украины предстал невероятный образ: длинное темно-синее пальто в пол — это основа образа. По рукавам идет светлая вышивка. Белый воротник едва виден из-под черного жилета с рядом пуговиц. И под конец черные плотные колготы полностью закрывали низ образа. Общая палитра выражала строгую эстетику и нотки декоративности. Выйдя на трибуны, зал, состоящий из десятков миллионов людей, аплодировал. Все были без ума от новаторского подхода гения украинской словесности. Незадолго после выхода легендарного сиквела анонимного писателя Анжелы многие задавались вопросом о реальной личности автора, но после выхода весь мир был в восторге! И лишь вопросы о том, кто написал ужасный оригинал, не давали покоя гению. По счастливому стечению обстоятельств все крупные издания, задавшиеся этим вопросом, прекращали свое существование, и никто даже не мог о них вспомнить — настолько они не были кому-то нужны. Всем была нужна Анжела, и сегодня наступил день, когда она предстанет миру. Чудесно подобранный под внешность образ предстал публике. Изнеможденное лицо прекрасного блондина. Большие синяки под глазами, красные глаза и безумный взгляд почти не были видны людям, находящимся далеко. А когда зал в воображаемом мире достигает сотен километров, никто не мог увидеть легкие дефекты. Взъерошенность, постоянные дерганья и очевидный дискомфорт Андрея, потерявшего себя, но никогда не терявшего сути своей цели. Человек, вышедший в таком стрессе, явно делает это ради великой цели. Подойдя ближе к краю сцены, все вмиг заткнулись, и у каждого был свой «сопровождающий», помогающий с этим. — Прошу вашего внимания, мои дорогие... любимые читатели и пользователи планеты. Я сегодня рад ответить вам на все ваши вопросы, и все ваши вопросы я заранее знаю, — разразился он громким хохотом, и все сопровождающие простых людей МГЕ-братья засмеялись вместе с ним. — Этот мир бы погиб, если бы не я. Он бы не смог существовать дальше в своей сути, быть таким же, как всегда. Все заведены исключительно чтобы жить по простым параметрам, но все по порядку, — Анжела достала листы А3 и демонстративно сожгла их, используя неведомую силу. — Я передумал. Я хочу, чтобы вся планета была представлена здесь. Вмиг все свернулось. Короткая пауза, в течение которой не происходило ничего. Лишь отражения отражений. Я наблюдал за этим и не говорил ни слова. Действительно, он был прав: все, что происходит — это только его воля. Я не могу на это повлиять, оказавшись в ловушке, поставленной самому себе. Через мгновенье появились все ныне живущие существа. Животные стали бегать и убегать друг от друга, но через такое же мгновенье их резко словили МГЕ-братья, и все вернулось на свои места. Все смотрели лишь на трибуну, где стоящий идеалист вновь начал говорить: — Прошу прощения и внимания, мои любимые читатели и пользователи планеты Земля... Казалось, будто это уже происходит бесконечность. Забавно, Мэйра стояла под охраной Никиты как МГЕ-брата. Сперва вместе они пытались сопротивляться, но сначала Анжела захватила всех МГЕ-братьев под себя, а потом поймала меня в свою ловушку — поймав всех живущих на свете. Забавно, что в формулировке была допущена ошибка, и будь кто-то в тени, то он бы смог выбраться. Однако она подошла к делу разумно и просто поставила большой источник света над головой у каждого, так что даже в тени другого или самого себя не скрыться. — Я хочу... я хочу сказать, что я ценю вас — моих читателей. Вы даете мне силы вставать по утрам. Хотя я уже не сплю. Знаете же, тут нельзя умереть и нельзя умереть дважды. Ведь за первым разом уже не будет конца, ха-ха-ха. Никто не ограничится одним разом, вы все умрете, но никогда не найдете покоя. Думаю, одному псевдобогу следовало молчать и не выстраивать теорий, или же он действительно «знал», что так должно случиться. Но с вами это не произойдет, или не сможет произойти, или даже уже произошло. Я НЕ ЗНАЮ, Я НЕ МОГУ ЗНАТЬ ВСЕ, ДАЖЕ БОГ СКАЗАЛ, ЧТО НЕ ЗНАЕТ ВСЕ. Весь мир бессмысленен, и точка. — Короткая пауза ради искусственной драматургии, и она продолжила: — Но я-то точно знаю смысл. Вернее, я его найду, ведь я могу то, что не может даже бог. Вы, в принципе, все вокруг лишь НПС, вы — сценарий, вы — строка кода или запись на бумаге, или на бумаге, созданной на коде в какой-то операционной системе, которая запускается на куске чего-то из металлов и минералов. Я бы вас всех ненавидела, но вы ведь просто декорация, а это цирк одного актера, — она просто упала на пол. — Я так тебя понимаю, бог. Ты даже не называешь своего имени, почему же в твоих тупых правилах нет уловок, чтобы заставить себя сказать, как к тебе обращаться, не превознося тебя. Тупая ты мразь, сука, блять, как ты меня бесишь, но только ты можешь меня понять. — Пауза. — Это все излишество, — она встала и смотрит прямо на меня. — Ты — излишество. Почему же я тогда не выбрал умереть, во мне будто вновь заговорил Андрей, а я ведь избавился от этого имени после своего так называемого перерождения... Какой же ты ужасный, может, я тоже хотел свой зеркальный мир, но теперь я вынужден делить его с тобой. Теперь я понимаю суть: давать каждому по одному желанию, я понимаю твою схему быть с каждым и ни с кем одновременно... наедине или типа того. Неважно. Пусть все вернется на свои места. Я приказываю, чтобы этот ебанный, блять, автор дописал свой сиквел сам, а этот ебучий монстр закончил начатое... Я до сих пор не узнал, что скрывается в том письме. Дай я прочту твою тетрадь. Все это странно, но так примитивно. Не то чтобы кто-то был бы удивлен за бесконечно прожитую жизнь встретить человека, желающего сместить глобальный параметр, но даже так это не дотягивает до того, чтобы по-настоящему удивить бога. Ничто уже не может удивить бога, ведь все, что было до и будет после — повторение, а идеала не достичь. Вечный круговорот страданий для всех живущих существ. Неожиданно стала разыгрываться сцена. Мэйра во второй раз выходит с Никитой из церкви и начинает говорить: — ... — она молчит. Рыба начала резко трогать свое лицо руками, трогать Никиту и все, что попадется под ее рыбьи конечности. Никита же в это время стоял столбом, он даже осмыслить не мог, что ему вернули возможность двигаться, пока Мэйра не пощупала его глаза. — БОЖЕ, БЛЯТЬ! — прокричал он от боли. — ЭТО ПРАВДА ЗАКОНЧИЛОСЬ?! — это все так не походило на его характер. Его всегда басистый голос был охрипшим и измученным, как у миллионов существ, переживших это. Женщина сидит минуту, глядя в чёрный прямоугольник, потом медленно моргает — и с этого момента начинает моргать по расписанию, каждые семь секунд, вслух считая про себя, будто иначе поток снова прорвётся сквозь веки. Динамик замолкает на середине звука. Мужчина вскакивает, хватает телефон, начинает звонить в случайном порядке по контактам, не слушая, кто отвечает — просто чтобы снова был голос. Кто-то стучит в дверь и сообщает, что всё, можно уходить. Женщина в преклонном возрасте встаёт, идёт к выходу, но на пороге разворачивается и садится обратно на то же место — и делает так ещё три раза, прежде чем её выводят силой. Тем временем продолжает набиваться тот же ритм, и становится очевидно, что "кто-то" за дверью также делает одни и те же действия. Когда всё заканчивается, другая девушка, только окончившая школу, первым делом спрашивает у стены, сколько времени прошло — и, услышав ответ, не верит, переспрашивает снова и снова у разных стен дома, надеясь получить другое число. Так она и продолжает слушать стены, иногда получая нужный ответ. В момент прекращения мальчик замирает с открытым ртом, как будто хотел что-то сказать маме рядом в самый последний момент, но не успел. Тем временем мать смотрит на плиту и просто крутит венчиком в ёмкости. Кот, находящийся в захвате МГЕ-брата, наконец освобождается, но не бежит. Сидит и смотрит на открытый мир долго, не двигаясь, а потом заходит в него боком, будто пространство здесь для него больше не прямое. Собака не срывается с места, а ложится на живот и ползёт вперёд по сантиметру, будто разучилась верить, что можно просто встать и пойти. Птица тоже не двигается, не взлетает. Часами сидит на жёрдочке лицом к открытой дверце, потом вылетает не через неё, а бьётся в стекло окна рядом, будто выход должен быть где угодно, только не там, где его дают. Весь мир резко вернул себе способность двигаться и быть живым, но таковым уже не являлся. Просто трупы, не понимающие, что делать за столько времени, находясь в безнадежном положении полностью под руководством одного поехавшего МГЕ-брата — Андрея Жопорвалова, именуемого также как анонимный писатель Анжела. Все люди были вынуждены прочитать его биографию, его историю и усвоить урок. Даже животным он дал "Дар" понимать его книгу. Но среди всего сущего лишь один МГЕ-монстр мог понять и усвоить сказанное. Не подходящий под понятие МГЕ-брата или живого существа, он дальше бродил по миру, который менялся странным образом, когда резко пропадали и появлялись люди, здания, ландшафт — абсолютно все. Не было это чем-то прекрасным, но и ужасным тоже. Иисус осознал себя и был вполне рад. Появление людей в округе лишь смутило его, но знал он лишь одно существо, которое видело его из тех, что остались живы, и которое не эксплуатирует остатки разума каждого сущего. Вопрос остается только в том, сможет ли Анжелика вспомнить, кто такой этот Иисус, и что она может для него значить. И ведь очевидно, что не вспомнит, но надежда одинокого монстра умрет последней. Феминная волчица сидит на полу и смотрит на какую-то записку. Где-то в темной комнате подземного комплекса Иисус отыскал Анжелику. Такую же прекрасную, как в тот день, когда они расстались. Но в глазах ее была пустота. Подойдя ближе, ему предстал повешенный труп неизвестной оленихи. Мертвое тело распухло, и с местами лопнувшей кожей, изо рта и носа сочится гнилостная жидкость. Язык выпал, глаза отсутствуют — их съели личинки, которые не попали под желание Анжелы из-за неточного описания всего сущего. Вокруг трупа рои мух, ползают жуки, под телом лужа разложившейся жижи. Петля впилась в шею, кожа под ней сухая и тёмная. Это был труп Мирико, а записка на полу — это ее предсмертное послание. В итоге же ее кончина стала спасением от годовых мучений Анжелы. Иисус внимательно прочитал записку и понял, что случилось. Ему повезло, что он не чувствовал запахов сладковато-гнилостного аромата, ведь так даже непонятно, умерла ли Анжелика от удушья или еще жива, но не может сделать хоть что-то. Дабы выяснить это, монстр попробовал достать Анжелику из этой комнаты. На фоне различных звуков разных существ, которые постоянно повторяли одни и те же действия, крича, стуча и всячески отвлекая, было очевидно, что Анжелика по-другому переживает увиденное. Казалось, будто она пропала в своих снах, но не была без сознания. Монстр прикрыл глазные веки волчицы и увел ее с собой. Не зная ее другой, не понимая, что она пережила, он отнесся к ней благосклонно и решил помочь ей тем, чем мог. Отыскал на поверхности тихое место, где можно без дополнительного стресса прийти в себя, если такое произойдет. Он днями ухаживал за ней, чего не было у других созданий. Со временем на улице становилось тише. Иисус пробовал помогать, взаимодействовать и с другими, но, увы, по заветам оригинальной книги великого писателя Анджея было сказано лишь о равенстве и праве каждого человека на фурри, и никакой мысли о том, чтобы поступать с другими так, как хочешь, чтобы поступали с тобой, нет даже намека на любовь к своим ближним. Поэтому он решил, что он тоже в праве на фурри, и выбрал то существо, которое было близко ему сердцу не только по внешним признакам, но и как подруга. Периодически в книге детально описывались действия полового акта, однако монстр не сильно желал это повторять с телом, подобным трупу. Но чисто из любительского интереса возникала необходимость посмотреть, и тогда Иисус понял, что Анжелика не та, кем ему казалась. Микропенис до пяти сантиметров мало чем привлекал Иисуса, и вряд ли у него появится желание вновь заняться этим. Так проходили дни. Ничего особо не менялось, лишь постоянные беспорядки на улицах и стабильный хаос из-за полного отсутствия контроля и абсолютной анархии. Иногда монстр пытался кормить Анжелику, поднять и всячески оживить, но ничего не помогало. В какой-то момент перестало работать электричество, перестала течь вода, и в принципе мир потихоньку умирал. Тогда Иисус решил проверить, что происходит нового в комплексе, откуда сам был частично родом. Там была пустота. Лишь гниющие трупы разных фурри и кромешная тьма. Для него темнота не была проблемой, он и сам до конца не понимал разницу между днем и ночью. Не было у него чего-то или кого-то, кто мог бы сказать, кто он. Вспоминался лишь подозрительный Пуро, который трагически погиб при взрыве. Пусть и тела той группы не были найдены, не оставалось надежд найти его после трагедии из-за Анжелы. Не найдется главы, чтобы усмирить этот кошмар на улицах. Не появится надежды, как луча света в темном комплексе. Лишь бездонная тьма в гниющем подземном царстве фурри. Спустя время Иисус дошел до первого места, где появился он впервые. Как нечто, от чьих рук Анжелика потеряла себя и все. Но тогда еще были надежды что-то узнать и что-то пережить. Теперь же все либо начнется заново, либо не начнется вовсе. Даже в таком месте не было никаких мыслей, как началось все для него. Закончится ли оно так же незаметно — неизвестно. Он не понимал даже природу своих эмоций, ему приходится по-своему переживать этот кризис идентичности и глубокое одиночество, где первый и последний друг лежит в коме. В какой-то момент он вышел на улицу. Не было значения, какой теперь день или год. Мертвый город и пустой лимб. Не было Гитлера и толпы народу, которые окружали Анжелику. Казалось, будто это сможет ответить на вопрос, достал ли анонимный писатель Анжела мертвых, и ответ — да. От печали он покинул лимб таким же способом, каким шла Анжелика, он видел в ней фигуру, за которой стоит следовать по пятам, но, даже пройдя весь этот длинный и трудный путь, ничего не нашел. Около жилища Мирико и Мэйры была лента, которая ограждала нераскрытое преступление с убийством Олега. Видимо, даже после смерти Мирико и Олег не были в покое, или это коснулось только жителей лимба — было непонятно. Было много вопросов, и никто не мог на них ответить. В какой-то момент Иисус нарисовал крест посреди случайной улицы и попытался закричать, что есть мочи. Однако он не мог вымолвить ни слова. Он не был существом, он был лишь порождением чужой фантазии. Внезапный хлопок. Обернувшись, монстр увидел двух существ — они хлопали друг другу и бегали. Один из тех хлопков был громче обычного, и Иисус решил проверить причину этого звука. Это были два лиса. Когда монстр к ним подходил, они постепенно пропадали, и казалось, будто стирались. Словно ластик прошелся по поверхности вокруг монстра, и мир был стерт. Осталась лишь бетонная комната, посреди которой была кровать с Анжеликой. Девушка что-то говорила, но монстр ее не слышал. Он быстро подошел к ней, и та стала говорить: — Темно... я ничего не вижу. Иисус не знал, что делать, поэтому принялся сжимать ее лапу, надеясь успокоить. Она не отреагировала резко, медленно повернула голову и сказала: — Кто здесь? Затем загадочный голос сзади ответил ей: — Здесь твой старый друг и господин. — Какой господин? Какой друг? — Господин Пуро. Еще живой. И МГЕ-монстр, спасший тебя. Иисус ничего не понимал, но ответить никак не мог, пусть и пытался назвать по имени. — Где я? — спросила Анжелика. — Тут ты можешь отдаться себе и не бояться, что что-то или кто-то навредит тебе. — Темный кот принялся становиться в самые экстравагантные позы, пока говорил это и после. Он пытался просунуть голову между ног, стоя на ногах. Разминался и стоял в положении сидя, иногда лежа. Лежал на руках и после сидя на одной, видимо, лежать на одной было слишком сложно. — Спасибо... — Анжелика была совсем без сил, казалось, будто ей нужна срочная помощь, которую никто не может ей дать. — Скажи мне, монстр, ты хочешь спасти ее жизнь? Ни капли не сомневаясь, Иисус махнул головой, обозначив свое согласие. Через мгновенье Пуро проткнул его, отчего монстр потерял сознание. Казалось, будто ее стерли, как и все вокруг, и осталась лишь тьма с Анжеликой, кроватью и Пуро. Резко девушка стала лучше себя чувствовать и спросила более бодрым голосом, уже сидя на кровати: — Что случилось? — Он ушел и спас тебя. Тебе следует его отблагодарить. — Да... вы правы, Пуро... что мне сделать? В темноте не было видно его эмоций, но по интонации было понятно, что он улыбался и что-то замышлял. — Просто отдайся моменту. Пуро начал трогать Анжелику. Водил своими лапами по шерсти от груди до шеи. Волчица не сопротивлялась и молчала. Он грубо схватил ее за шею и принялся душить, повалив на кровать. Резко что-то твердое и теплое коснулось бедра Анжелики, а после послышался едва слышный женский стон. Не переставая душить, Пуро грубо насиловал ее. В какой-то момент он отпустил ее шею и задрал одну из ног рукой. Второй же рукой он принялся ублажать ее. Так продолжалось недолго, пока он не перевернул ее на живот и принялся вбивать лицом в подушку, одновременно ломая матрас. Быстро, жестко и неустанно. Он молчал все время, лишь шлепая и гладя руками. И поднял девушку, и поставил в догги-стайл, вынудив раздвинуть ноги как можно сильнее, пока Анжелика не эякулировала первой. Тогда он резко остановился и мордой волчицы прошелся по теплому семени. Одной рукой Пуро скинул ее с кровати, удержав лишь голову на уровне кровати. Тогда он сам встал и принялся насиловать девушку в рот, пока та смиренно принимала все в себя. Грубым тоном кот выкрикнул: — Благодари! Но девушка не могла ничего ответить. Тогда он принялся бить ее по морде, продолжая кричать: — Говори, сука. Говори! Когда он ударил ее еще сильнее, девушка упала на пол. Тогда же Пуро закончил на поваленное тело девушки. Не теряя времени, она ответила: — Спасибо. Спасибо. — Не за что, дорогая. Ты и правда великолепна. — Но ведь я ничего не делала. — Ты сделала все, что было нужно. Жертва Иисуса была не напрасна. Ничего не понявшая Анжелика переспросила, и Пуро решил объяснить, что произошло: — Понимаешь... я просто очень умный и классный. А еще я красивый и самый лучший. — Пауза. — Но не в этом дело. Просто он умер и подарил тебе жизнь, но я все же косвенно повлиял на твое воскрешение, поэтому должен же был взять у тебя хоть что-то? А у тебя ничего нет, поэтому взял секс. Почувствовав себя игрушкой, Анжелика молча отвернулась. — Да ладно тебе. Все равно живых тут почти не осталось. Только я и ты. Вообще, я должен тебя куда-то сводить. — Пауза. Пуро резко сменил тон на более серьезный и грустный. — Знаешь... вся моя компания "Особо Отстранённых" погибла во время взрыва. Я долго пытался найти какой-то смысл в происходящем. Давай я тебе кое-что расскажу. Пуро включил свет в комнате, отчего Анжелика резко прищурилась. Когда она чуть привыкла к свету, ей предстал сидящий на кровати Пуро без своего привычного костюма. Тогда он начал говорить: — Я однажды умер. И оказался в зеркальном мире перед богом. Он не был похож ни на какое представление бога из возможных. И он дает возможность каждому загадать любое желание после смерти. — Пауза. Пуро отвел взгляд в сторону. — Именно поэтому наш мир такой. Каждый человек действительно имеет право изменить, но, исходя из его слов, ничего не меняется. Он рассказал о разных параметрах и прочем, однако во время его монолога я погряз в своих мыслях и, к несчастью, не слушал его. Хах... я просто думал, как правильно сделать свой запрос, чтобы стать всемогущим. Теперь я могу делать что угодно, но, видимо, я сделал не настолько хорошее желание, как Андрей... или Анжела, как тебе удобнее. С большим интересом Анжелика прониклась его рассказом и стала расспрашивать: — Анжела? Она когда-то украла мою книгу. Она — Андрей?? — А вы, видимо, похожи чем-то. Оба поменяли пол, оба писатели своих УЖАСНЫХ, БЛЯТЬ, книг... Но ладно. Ты все еще жива из-за этого желания монстра. Хотя, судя по твоей реакции, тебе совсем все равно. — Нет, я... просто это так сложно все понять, я всегда была тупой. А кем был этот монстр? — Знаешь, я всемогущий, но не всезнающий. Думаю, это тайна без ответа. В следующей жизни узнаешь. — Пуро принялся смеяться. — Это уморительно, осознавать неминуемость повтора всего... Если все умрут, то что останется делать? Правильно, начать все заново. Бог же никуда не уйдет. — А что будет с нами? — Может, сама спросишь у бога? В моменте комната стала пропадать, а за ее пределами начало проглядываться бесконечное отражение одного и того же, и центром теперь была Анжелика. Перед ней предстал бог и Анжела в уже наполовину разорванном жилете. Последняя на удивление была спокойна, а глаза выглядели уставшими, слегка прикрытыми. Первым вопросом девушки было: — Я умерла? Пуро ответил: — Нет, я просто могу отправить тебя на встречу с богом, может, что-то поменяется. — В смысле? — ответила Анжелика. — Что поменяется? Приложив лапу к морде, Пуро спокойно ответил: — Загадаешь желание. — Какое желание? Я же еще жива. Кот прокричал ответ: — А Я ВСЕСИЛЕН. МОГУ ОРГАНИЗОВАТЬ ТЕБЕ АУДИЕНЦИЮ С БОГОМ. — Пауза. — Просто делай как надо. Мы уже все устали. — А есть еще такие же всесильные, как ты? Резко встряла Анжела: — ЗАТКНИСЬ НАХУЙ И ЗАГАДЫВАЙ ЖЕЛАНИЕ. В тихом ужасе Анжелика принялась обдумывать, что можно загадать. Все это время бог, Пуро и Анжела молча стояли. Казалось, будто это длится вечность, но в итоге Анжелика решилась: — А можно вернуть сюда МГЕ-монстра, чтобы он еще говорил? Бог принялся записывать что-то в свою тетрадь, и вмиг появился Иисус. — Привет. Почему ты был всегда со мной? Бог продолжил наблюдать со стороны, когда Анжела закрыла глаза и отвернулась, а Пуро просто ушел из зеркального пространства. Одновременно с этим монстр молчал. Но не понимал, как говорить. — Ну скажи что-то. Монстр попробовал что-то сказать, но лишь выдал пару случайных звуков. Он не умел разговаривать, само желание было поставлено неправильно. Вдруг бог встрял: — Он не может говорить. Не умеет. — А что тогда делать? — Уже нет разницы, что делать. Один человек испортил мою длинную историю с желанием для каждого. Он стоит сбоку от меня, спиной к тебе. Просто проси, что хочешь. — Расскажи мне что-то интересное. — Блять, ну ты такая тупая... — Пауза. — Это достаточно интересно? — Это грубо. Сделай меня не тупой. Бог что-то записал. — Но ничего не изменилось. — Может, тогда все вокруг тупые. Кто решает, какой человек тупой, а какой умный? Нет объективной истины, нет мнения, откуда можно начинать. Все, о чем ты думаешь, построено из убеждений, построенных на чьих-то убеждениях. Ты не можешь придумать что-то с нуля, потому что ты с момента своего рождения основываешься на том, что тебя окружает: общество, религия, менталитет и так далее. От всего вокруг ты берешь какие-то черты. Даже я не знаю, почему человек или существо, кто угодно, рождается таким, какой он есть. Я сделал всех вас, — во время монолога посмотрел на поникшего Андрея, — по своему образу и подобию, и все равно не знаю, что вы такое и что я такое. Я все взял из мира, где я был раньше. Сначала убил себя, а потом оказался здесь. Я столько пробовал разного, но в итоге все вернулось к Большому взрыву — и с этого момента человечество и весь мир в целом, который ты знаешь, существует таким, какой он есть. — Поэтому ты ищешь параметры мира и пытаешься их изменить? — Не ищу, но пытаюсь. Иногда получается сменить один параметр, но ничего не меняется. Затем он становится частью других, которые также нужно сменить. Глобально ничего не меняется, мы всегда приходим к одной точке. — Что такое параметры? — Не в этом суть, Анжелика. Ты обязательно узнаешь это в следующей жизни. Не здесь и не сейчас. — Пауза. — Андрей, расскажи свою историю. Андрей развернулся и начал говорить не в свойственной ему манере: — Когда-то я умер. После смерти я стал МГЕ-братом по своей воле. Я загадал желание стать всемогущим, как Пуро. Я не понимал, почему этот ублюдок вступил на сторону зоофилов ебучих, или как их назвать. Я пытался строить мир как мне угодно. Затем узнал, что Пуро такой же всесильный. Благо я загадал желание получше, и у меня было больше возможностей, но оказалось недостаточно, чтобы повлиять на кота. — Пауза. — Со временем я понял, почему Пуро такой пассивный, начал осознавать, насколько мы похожи, и это меня бесило. В итоге я стал противиться параметрам и даже изменил сразу пару! — В конце он стал говорить более оживленно, но затем сбавил обороты и сорвал с себя одежду. — Я начал писать, взял за основу твою ужасную книгу и хотел переделать ее, чтобы все люди поняли. Потом САМ понял, что нужно выдвинуть ее в массы. Сперва это было по желанию, поэтому ненавязчиво. В конце же... ну, ты сама знаешь. — Пауза. — Я собрал всех живых существ и насильно вписал эту книгу им. И что в итоге?! — Пауза. — Они все сошли с ума и умерли. — Не все. — добавила Анжелика. — ДА МНЕ ПОХУЙ, БЛЯТЬ! — Пауза. — Не суть. Знаешь, почему я назвался Анжелой? — Не дождавшись ответа, он продолжил: — Я хотел сменить образ, отречься от всего, что навязал мне этот ебучий мир. Сперва я ушел радикально в противоположную сторону и стал тем, кто меня убил. Насмерть выебали, сука... Потом я понял, что быть противоположностью себя — хуевая идея, и я стал более центричен. Но и это не помогало. Я тоже пробовал многое. Прошло почти два года, как все это началось. И ничего в итоге не поменялось. Мы все пришли к единому концу... — С другой стороны от бога вышел Пуро, и Андрей продолжил: — ...а после этого конца идет начало. Анжелика не могла подобрать слов. Такими простыми словами Андрей смог донести ей свой посыл, и она поняла, что все ее желания были неверными. Вся ее жизнь была бессмысленна. Вся ее боль была пережита зря. И тогда у нее остался последний вопрос, который кажется важным на фоне остального: — Выходит... — по ее глазам начали течь слезы. Сама она упала на колени и едва договорила: — ...мы еще встретимся? — Да. — ответили они втроем, находясь напротив сломленной волчицы. Ради красивого слова и финальной ноты каждый из них осознанно подобрал момент. Никто из них не знает, как начнется новая история, но каждый из них понимает, как она закончится. Остается лишь интерес один — как долго это будет продолжаться. Бог начал что-то записывать в тетрадь. Анжела упала на колени рядом с Анжеликой, не в силах держать все в себе: — Если бы не ты, это бы все равно случилось. Но именно из-за меня последние года твоей жизни были уничтожены. — Короткая пауза. Осознавая скорый конец, Анжела продолжила: — Прости меня за все. Последнее, на что я могу надеяться перед смертью, это чтобы в следующий раз все случилось иначе, а последнее, чего хочу — чтобы ты простил меня, Анджей. Анжела обняла его под самый конец, и едва их тепло успело перетечь друг в друга, как всё завершилось. — Весь мир — зеркало, в центре которого я, опять. — промолвил бог в бесконечную пустоту, где вынужден он видеть лишь себя. Так и началось что-то новое, безоговорочно основанное на старом. Но никто так и не заметил пропавшего монстра.