Злые Британские Волшебники

У Темного Лорда было в жизни две беды: подчиненные себе на уме и подчиненные инициативные. Казалось бы, лучше тогда просто избавить себя от проблем, но таково было человечество: нестабильная материя, постоянно приходящая в состояние хаоса. Таким был Нотт — избавивший своего лорда от лишних тревог, смолчав о новости про Томаса Кинкейда. Такова была Элис, пока не научившаяся бежать в общей упряжке. Такова была Елена Кинкейд, ответственно положившая официальный отчет о найденных ловушках браконьеров на стол. Никакому Хагриду она его не отнесла, конечно же. Оставила Реддлу, будто не желая, чтобы по ее привычной части леса бродил великан. Карта, точки на ней, приколотые записки — когда найдена ловушка, попадался ли в нее кто-то. Трудно было обвинить любых носителей фамилии Кинкейд в педантичности, но сегодня Елена преуспела. А этот Томас!.. стоило скорее узнать о нём больше. Однако, стоило мыслям снова споткнуться об Кинкейдов, в висках противно заныло. — Вы встречали волшебников, колдующих без палочки? Да, разумеется он встречал волшебников, колдующих без палочки. Но… — Вы встречали волшебников, колдующих без палочки? Каждый волшебник умеет колдовать без палочки. Во времена пораньше младенцев бросали из окна, чтобы проверить у них наличие дара — и как-то не вымер, не перевелся род волшебников. - Это выглядит просто ужасно. Будто сломанная магия. Конечно, Том мог бы списать это на впечатлительность юной Кинкейд. Когда он учился колдовать без палочки, это тоже не было легко. Хотя выученные в детстве вещи закрепились. Возможно, поэтому некоторые волшебники древности обходились пятком серьезных заклинаний, предпочитая остального достигать зельями и манипуляцией. — Это как, наверное, с Дамблдором дуэль устраивать. Но если старейший из Кинкейдов действительно мог колдовать без палочки настолько просто, то ему было известно что-то, чего не знал Том. Чего скорее всего не знал даже старик Альбус. Том шатался по запретной секции библиотеки в поисках книг о подобной магии. Секция затягивала, рукописи манили: некоторые — интересными заголовками, некоторые — тихим шепотом. Он отправил записку Блэкам, желая заглянуть в семейные архивы, и — на всякий случай — остальным отличившимся мастерством пожирателям, пусть и в разных тонах. Он попросил Малфоя навести справки, наверняка Томаса Кинкейда хоть чуть да искали. Всем этим он оттягивал момент, когда придется говорить с Еленой. Потому что вопросы требовали ответов, и меньше всего Тому хотелось оказаться не знающим. Палочки были изобретением Великобритании или Франции — споры не утихали и сейчас. Позже палочки пришли из Европы в Новый Свет — американские волшебники тоже использовали именно их для сотворения колдовства. Однако, не новостью было то, что в разных других школах для магии использовали и другие варианты: волшебные посохи (Болгария), кольца (Россия), какие-то потоки энергии и природные силы (кто разберет этих азиатов). Вопрос заключался в том, что именно перенял или выдумал Кинкейд-старший. Вживил в себя что-то магическое, ходит с волшебной палочкой как внутренним стержнем? Так он сломал свою много лет назад. Видел ли кто-нибудь обломки этой самой палочки? Этого никто никогда не спрашивал. Чем занимался Кинкейд у магглов? По официальной версии — жил с новой женой и писал картины; поиском людей занимались заказные ищейки из Лютного, могли найти кого угодно в сжатые сроки, только заплати. Беспалочковая магия в британской традиции требовала гораздо больших эмоциональных затрат — в конце концов, это был выброс магии, пусть и сколько-то контролируемый. Как именно колдовал Кинкейд, Реддл пока не знал, хотя существовали два человека, которые могли бы чуть прояснить ситуацию. Если пресловутый дед проделывал это всё со спокойным невозмутимым лицом, впору и правда было нанимать маггловского убийцу, чтобы решить проблему наверняка. Но тогда загадка останется загадкой. Десятилетиями Реддл лгал, манипулировал и добивался превосходства над людьми, пользуясь своим обаянием, силой и превосходством в информировании. Стоило признать, что ему уже не двадцать, и этим лицом уже не заставишь продать себе за бесценок кучу черномагических безделушек. Сунув в карман мантии еще не полистанный томик о поющих заклинателях, Том на ходу свернул крохотный бумажный самолетик с призывом для Кинкейд и украдкой на него подышал. Бумага осталась недвижима, но он продолжил пытаться оживить свое послание на ходу. Еще раз — и крылышки самолетика встрепенулись. Вписаться в уже сотворенное заклинание было легче. В нем уже была структура, а здесь же структуру требовалось удержать в голове и в воздухе, пока заклинание не превратится во что-то живое. Том остановился и еще раз нежно, медленно подул меж ладонями, где был спрятан самолетик. Детское колдовство легко бы выдало поколение студентов, среди которых учился полукровка Реддл. У каждого выпуска была своя мода. Послания из бумаги лепили в его годы. Как давно… Елена появилась в кабинете спустя добрые полчаса — у первокурсников случился послерождественский приступ тоски по дому, и они подняли бунт; плохо было не это, а то, что старшекурсники, которым не удавалось спокойно отдохнуть, устроили взбучку старостам пятого курса. -Профессор, прошу прощения за задержку, — Кинкейд появилась на пороге кабинета, пока еще не зная всей ситуации и используя поэтому безопасное обращение. Профессор что-то колдовал над ансамблем серебристых сосудов на своем столе. — Напомните мне, Кинкейд, что вы хотите сделать со своим прародителем? — Невзначай поинтересовался он, давая белесому дыму четырежды обернуться вокруг палочки — и вытягивая его. На секунду в дрогнувшей струне дыма мелькнуло видение — две фигуры, крадущиеся по лесу, нацелившие палочки в спину полуобнаженной третьей. Подростковое «я бы его убила» стоило примерно две шоколадные лягушки и один тыквенный котелок. Конечно, Реддл мог почувствовать, как на миг в комнате стало слишком много гнева пятнадцатилетней выдержки, но это были просто эмоции. -Мне нравилось, когда он просто не появлялся, и мы начали жить, как нормальные волшебники, мой лорд, — отозвалась Елена, делая пару шагов от двери. — Он не делал нам зла… специально, я имею в виду. Лучше бы он просто снова занимался своими делами подальше от нас, но… В молчании утонуло «но так ведь не получится?» — Не похоже, что он из таких людей, которые просто возьмут и снова исчезнут, появившись. Оно и к лучшему, Кинкейд, так у нас есть шанс его найти. И удостовериться, что он продолжит заниматься своими делами, чем бы они ни были. А чтобы найти, нам нужно более точное описание его личности, манеры колдовства и всего прочего. Вы же умеете доставать воспоминания? Том закончил приготовления и теперь призывно протягивал Елене чашу с воспоминаниями на дне. -Не делала этого никогда. — Елена приблизилась по слабой дуге, словно чаша могла испугаться и убежать. -В жизни ведьмы случается много всего, и, чтобы мозг не затирал детали, полезно это сохранять, — мягко, но нравоучительно заметил Реддл. — Вызовите нужное воспоминание в голове как можно более четко и представьте, как оно торчит у вас в районе уха, а потом цепляйте палочкой и медленно вытягивайте. Елена нахмурилась и кивнула. Воспоминание она смогла подцепить секунд через тридцать — прошло какое-то время, насыщенных на события дней с тех пор было очень много, и, чтобы не допустить оборотня в воспоминаниях о дедушке, пришлось постараться. Серебристая нить улеглась змеей в чашу и исчезла там. Кажется, это породило какую-то тревогу в душе у старосты — на секунду в ее глазах мелькнул страх. Довольная улыбка промелькнула и затерялась где-то на лице Реддла. Теперь он никуда не уйдет. Взяв Кинкейд за руку, Темный Лорд шагнул в предоставленные воспоминания. Там, в отблесках других подростковых восторгов и неоправданных волнений, в снежной кутерьме отплясывал, блокируя заклинания, похожий на Джеффри Кинкейда человек. Перстни на пальцах могли бы навести на мысль о русской школе — как же жаль, что Тони нет! — но в то же время Реддл чувствовал то самое «странное» ощущение, в которое так вцепилась Елена. Невербальные заклинания, уклонение от проклятий в лоб — в принципе, все объяснимо, кроме этого. И зачем так ухищряться, сражаясь с собственной внучкой? Разве что на случай серьезной битвы у Томаса Кинкейда были припасены гораздо более страшные вещи. Страшные вещи, которые из него можно вынуть. С такой внешностью слишком долго прятаться он не мог. Есть конечно слух, что он обосновался среди магллов, но в Лютном и это могут вынюхать. Картинка в воспоминаниях была яркая, как будто Реддл и сам стоял на опушке леса. Теперь Том мог еще детальнее рассмотреть Томаса. Седой, бородатый; что-то от Блэков, что-то знакомое по двум другим встреченным уже Кинкейдам. Рослый, на вид крепкий, может, и впрямь не только в студии сидел, картины ваял. Руку так протягивает, что сразу же возникает желание ее откусить. Что Кинкейд и попыталась сделать, послав заклинание почти не думая. Дальнейшие воспоминания Елены были омрачены странным, тошнотворным чувством, и оно не могло не влиять на Реддла при просмотре. Это была магия «на раздевание», словно колдующий был без одежды, без кожи и без понимания приличий. Уклонения и аппарация давались ему легко, Елена ни разу его не достала. Наконец стоявшая рядом Елена из реальности, а не из памяти, покосилась на своего профессора. -Видели? Тошнит. Что ещё знал Том Реддл о Яксли по своему бывшему подчиненному — их интуиция. Поэтому этого юного потомка Яксли могло тошнить от страха. А значит, интуиция о чем-то предупреждала. -Он сейчас будет извиняться. — Почему-то голос у Елены тоже был извиняющийся. — Если это важно. Реддл поднял руку и опустил, позволяя воспоминанию проиграться до конца. То, что говорил Томас, могло быть правдой, но это не оправдывало обретённых навыков. — Действительно неординарное проявление магии. — Том запомнил каждое движение. Возможно это было что-то узко локальное, характерное для того места где скрывался старший Кинкейд. Но как же оно ещё не вышло в мир… И как оно обошло внимание Реддла? Когда они вернулись в кабинет Том какое-то время сидел неподвижно, выстраивая план. — Я не могу взять вас с собой в Лютный, Кинкейд. Это территория Нотта, и ваша мать не оценит эту прогулку, а он ей доложится. — Том не замечал, что выкладывает Елене, пребывая глубоко в задумчивости. — Но теперь вашего дедушку действительно можно будет найти. Я позабочусь, чтобы он вас более не беспокоил. Не переживайте, я не буду пытаться его убить. В кабинете все как будто потемнело, и стены стали давить на Елену. Ее присутствие более не считалось необходимостью. Елена бросила на него полный упрека и отчаяния взгляд — словно декан внезапно заявил о ее исключении из школы. Или будто он ее ударил. Или будто за его спиной только что упала гриффиндорская башня. Свободное упоминание своеобразных отношений матери и какого-то постороннего лорда ее сильно покоробило. Медленно она кивнула и, вежливо распрощавшись, убралась из кабинета. Прогресс был на лицо: сотня мнений, но ни одного вслух, все переваривается в одной голове. Лютный ждал Реддла, и никто бы не смог воспрепятствовать ему. Квартал оживал ближе к вечеру, так что Том пока что составлял список возможных информаторов и думал как бы ему связаться с Ноттом и насколько дозировать информацию. После смерти Яксли поручать Магнусу охоту за Томасом не хотелось, но полезных контактов у Нотта было предостаточно. Решив пройтись пока до Хогсмида и оттуда призвать к себе подчиненного, Реддл подхватил уличную мантию и отправился прочь из подземелий. *** Том допивал уже второе сливочное пиво и потихоньку начинал думать, что Нотт решил его игнорировать. Бармен по третьему кругу начал историю про скитания в Карпатах, и Темный Лорд все чаще косился на часы. Магнуса уже давно должно было скрутить от игнорирования приказа появиться. Может, это и мешало ему сдвинуться с места и направиться к своему хозяину, впрочем. Возможно, добросовестный Пожиратель Смерти раздавал указания помыть улицы Лютного с мылом к приходу важного гостя? Том хмыкнул, представив себе эту картину. Нотт явился при чужом лице, но узнать его было легко — огонь в очаге в забегаловке, где дожидался Том, вспыхнул ярче, пара человек неосознанно закончили свою трапезу, потому что стало слишком жарко или душно. Одет Магнус был неприметно, просто, словно только что из леса. От одежды явно пахло мокрой собакой. Он прошел в глубину помещения и будто случайно зацепился взглядом за Реддла. -А, я вас сразу узнал! — Попытался он увести Реддла из бара. — Что мой младший, нормально учится? Можем мы… поговорить? Дело деликатное, сами понимаете, у детей такой возраст сейчас… Облегчение на его лице было вполне искренним: присутствие Лорда снимало боль от призыва, которая к текущему моменту уже наверняка стала почти нестерпимой. Том же сделал крайне недовольную мину, сообщил владельцу, что работа поймает декана даже на дне морском, и последовал за Ноттом, что-то начиная рассказывать о проклятиях, которые стоит и не стоит применять в стенах школы. — Имена. — Затормозил он разговор, как только они вышли из зоны слышимости. -"Косой олень», бармен Стив, — быстро и тоже совсем другим тоном отвечал Нотт. — Если будете под обороткой, скажите, что от меня. Если нет… на ваше усмотрение, мой Лорд. Он выдаст вам ищейку. Это может быть один из хорошо зарекомендовавших себя людей. Возможно, вы встречались. Он рассказывал, что его сильно ранил школьник, бывший с «госпожой Лестрейндж». В любом случае, прошу, мой лорд, отнеситесь к нему со снисхождением. Он пригождался мне много раз и вообще толковый. Умеет все, у магглов ориентируется. — Человек, которого я ищу, может быть опаснее, чем школьник с госпожой Лестрейндж, — усомнился Реддл, — этот человек сможет вернуться, если что? -Невезение, — поморщился Магнус, — я все это невезение из него уже вытряхнул и дыру зашил. Нотт слегка надоумевающе нахмурился. — Мне бы не хотелось тебя беспокоить лишний раз, Магнус, — проникновенно заявил Темный Лорд, — записки со всем правда бы хватило. Спасибо за рекомендацию. Не развлекавшийся с рождества Реддл был доволен грядущей охотой и тем, как недоумевающе смотрел на него получивший внезапную похвалу Нотт. -Мой Лорд, вы не скажете мне, кого ищете? На задворках Хогсмида было тихо, поодаль мерцали окошки Хогвартса, наступал ранний вечер. Самое время заявиться в Лондон, в Лютный. Том покачал головой: — Я даже имени его не знаю толком. Судя по всему, один из контактов тех ребят, что сотрудничали с магглами. Кстати, нужно начинать работать с ними, иначе ниша заполнится новым отребьем после того, как мы избавились от Стаффорда Блэка. Нотт учтиво кивнул. -Я понял, мой Лорд. Я могу сделать что-то еще? — Этого более чем достаточно. — Любопытство Нотта надлежало купировать. Наверное, стоило и его исполнителю объяснить последствия разглашения информации. Тома знали в Лютном, так что его появление не стало бы причиной дополнительных пересудов. Человек ищет человека, или вещь, или средство, чтобы забыть, что им нужны человек или вещь. Что же в этом удивительного? Нотт еще раз кивнул. Он предложил все, что мог, и теперь мог уходить. -Прошу прощения, мой Лорд, — он неглубоко поклонился, чтобы случайный зритель не был удивлен чрезмерным почтением взволнованного отца в общении с преподавателем. И после он исчез, деликатно оставив Реддла и его дальнейшие перемещения в тайне для самого себя. Иногда Нотт был очень мил. Том некоторое время подивился новообретенной учтивости Нотта. Раньше такое в него надо было вбивать. То ли Кинкейд приучала его к уважительному обращению, то ли присоединение ее к Пожирателям помогало. Так или иначе, сейчас у Тома были другие дела. Не особо скрываясь, он аппарировал в Лютный, чтобы пройтись там через пару магазинов, уточнить пару деталей и наконец найти «Хромого Оленя», в котором собирались егеря. Запах в баре был соответствующий, но помимо егерей то и дело в баре мелькали, пусть и ненадолго, прилично одетые люди, иногда меняющиеся мешочками с местными обитателями. В баре было шумно: мужчина за стойкой громко объяснялся с людьми в форме дежурных авроров. -Задолбали, я вам говорю, тут ошиваться, и мне не стыдно такое говорить! — Буквально с пеной у рта вещал он. — Мы тут ежедневно Темного Лорда укрываем, вы полагаете? У меня тут самый страшный человек — вон тот контрабандист, да и тот в завязке и уже свое отсидел! -Ну, — лаконично, в типичной аврорской манере, бесцветным голосом отвечал ему собеседник. — Во всяком случае, вы зовете его темным лордом. До завтра, сэр. — Он и его коллега вышли, скользнув по Реддлу цепкими взглядами. Наверняка запомнили, просто не сложили два и два — голова пока занята другим, трудно вообразить, что в этом месте будет человек из Хогвартса. Бармен был взвинчен донельзя. Момент выбрался не очень удачный. -Чего вам, — буркнул он новому гостю в слишком чистой для этой дыры одежде. — А… Тень легла криво, сэр. Проходите. На лице проступило узнавание. — Ничего страшного, — радушно отозвался Реддл, — никому не хочется видеть у себя аврорат. Чего это они к вам? — Невзначай поинтересовался он у столь любезного к имени Темного Лорда мужчины. — Думаете, кто-то из местных сверх положенного мутит воду? — Предположил он, устраиваясь на высоком стуле. -Повздорили две большие, скажем, общины. Организации. — Стив, бармен, плеснул чего-то в стакан Реддлу и подвинул к нему по стойке бара; отказываться, кажется, было не принято, и за алкоголь здесь щедро платили, а на закуску получали информацию. — Есть тут такой хмырь, в молодости звали Гончим, а сейчас он жирный, как я, ну такая себе гончая, скажу я вам, сэр. Так вот, люди Нотта вроде как убили пару человек Гончего, «взрослые» то мирно договорились, но кто-то настучал аврорам, что в Лютном снова кровища. А во всем сразу виноваты кто? Пожиратели смерти. У министерства одна беда — Пожиратели Смерти. Вот и бегают ищут. К Гончему или Нотту не цепляются — к ним попробуй прицепись. Бармен беззлобно придавил большим пальцем муху, приклеившуюся к стойке. -Так чем могу помочь, мистер Реддл? — Мне сказали, что вы можете посоветовать человека, а то у меня дядя куда-то пропал, боюсь, с ним случилось чего. -Дядя? — У Стива блеснули глаза. О родне полукровки Реддла мало кто чего знал, а теперь появилась возможность хорошенько копнуть в это семейное древо и в его корни. — Какая печаль, сэр. Есть тут у меня парнишка. У вас какой запрос — криминал, маги, магглы, какие предположения?.. -Мой запрос — полная тайна, — сухо отозвался Том, — потому что дядю мы именуем… Скажем, Томасом Кинкейдом. -А, — слегка разочарованно ответил Стив, — да не берите в голову, тем и жив, что вовремя молчу. Томас Кинкейд… Сын его иногда тут договора подписывает, потому как ребята с фестральих бегов больше мое заведение предпочитают, чем Косой переулок. Джеффри Кинкейд. Вас, может, познакомить? -Мне говорили, что вы быстро вникнете в суть проблемы и не будете задавать лишних вопросов. — Голос Реддла стал слегка жестче, но Том тут же одернул себя: пугать Стиви было нельзя. -Прошу прощения, — растерянно почесал затылок бармен. — Ладно, мистер Реддл, будет вам что-нибудь свежее про Кинкейда, но плата вперед. Я сам бы и рад по другим правилам играть, но мой знакомый с места не сдвинется, пока золота не увидит. Как ниффлер! -Я бы рекомендовал ему быть как камуфлори, — любезно отозвался Реддл и, поймав удивленный взгляд собеседника, пояснил: -Так подслушивать легче. Всего доброго, сэр. Оставив на стойке несколько монет, он кивнул и убрался прочь.