Злые Британские Волшебники

Результаты поисков загадочного Кинкейда были не очень утешительными. Пусто: ни где живет, ни чем живет. Зато про беспалочковую магию подкинули интересных знаний. Реддлу тогда было не до Британии, а в ней, между прочим, творились интересные дела. Страна была многонациональная, с разными магическими традициями, привезенными со всего мира, и беспалочковой магии в ней тоже нашлось место. Привезли ее из Индии, и какое-то время клан практикующих такое волшебство людей обитал на территории Британии. А потом они все исчезли. Ходили разные слухи — мол, с этим кланом водили дружбу и Гриндевальд, и Дамблдор, и Кинкейд — стены он им там расписывал, что ли? — Но ничего, кроме слухов, не было. Тем временем, в школе все шло своим чередом. Хогвартсом управляла комиссия из Министерства, вернее, комиссия регулярно грызлась с МакГонагалл, которая пыталась все-таки рулить этим огромным кораблем. Дети учились, старосты отчитывались. У Темного Лорда были развязаны руки — такие спокойные времена настали, что и по будням по вечерам можно было отлучаться. Исполнительный Абраксас Малфой подбросил интересную новость: если Темный Лорд желал прибрать к рукам Отдел Тайн с их разработками, то как минимум в нем трудился на достаточно высокой должности Кнут Кэрроу, родственник жены Абраксаса. У Кнута оказалось двое детей, которые уже два года изучали общую программу Хогвартса на дому. Записывать их в школу очно никто почему-то не спешил. Но, как известно, детям лучше в обществе, а родители ведут себя послушнее, если дети в руках обладающего властью. В Британии еще до Гриндевальда кишмя кишели тайные и не очень общества, сыны Мерлина, внуки Морганы, ордены Феникса, зубы Драконов, шотландские, ирландские и прочие кланы, у некоторые даже были свои квиддич-команды. Разумеется, после того, как одно из сообществ по интересам развязало всебританскую войну, все они ушли куда-то в подполье — или же полностью вышли в свет и избавились от «нежелательных» традиций. Министерство своими руками выкорчевало публично доступные источники знания и могущества, пока Том еще только заканчивал учиться в Хогвартсе. Наверняка таинственные беспалочковые маги тоже канули в Лету с их подачи. Если к Кинкейду прилагалось еще и целое тайное сообщество, то найти его становилось интереснее и интереснее. Переход к использованию палочек и некоторое количество войн сильно продвинуло магическую Британию вперед, но какие-то ритуалы, поверья и полезные навыки были неизбежно утеряны. Министерство, быть может, и располагало какими-то старинными рукописями, но публиковать их или давать им развитие не стремилось. Темный Лорд предпочел бы прибрать к рукам Министерство одним куском, но, учитывая его общую раздробленность, его все равно бы пришлось собирать по частям, и отдел Тайн был интересным приобретением сразу по нескольким причинам. Может они что-то знают о Кинкейде? Может, наработки об источнике магии у них? Может, то, о чем говорила Марселин, тоже записано где-то там? Темный Лорд облачился в Деканский Зеленый. Стоило навестить Кнута Кэрроу. К счастью, стояла суббота — покинуть школу оказалось легко, впереди у Реддла были два дня выходных, факультет как-нибудь справится с возможностью отдохнуть. В феврале никто уже просто видеть не мог лица преподавателей: каждая встреча сулила новым пунктом в списке дел. Кнут Кэрроу обитал в фамильном имении в Корнуолле. Имение — целый замок, грубая каменная коробка, часть строений разрушена ветрами и дождями — производило довольно унылое впечатление. С моря постоянно дул ветер, и дорога от границы антиаппарационных чар к воротам замка была максимально неприятной. Небо здесь казалось слишком низким и тяжелым, замок виделся нежилым, из подвижного вокруг обнаружились лишь волны внизу под утесами. Однако, ворота послушно открылись при появлении гостя, а домовик, обвязанный скатертью как тогой, без лишних вопросов проводил Реддла в замок и пошел докладывать хозяину дома. Некоторое время Тому предлагалось остаться одному и все обдумать. Его не ждали — домовику не было известно его имя. Его впустили — гости здесь бывали не так уж и редко. На стене висел портрет владельца дома и его супруги — легко было опознать кузена Урсулы, которую Реддл встречал по меньшей мере несколько раз в жизни. Еще с десяток живых картин уставились на гостя с молчаливым любопытством, не решаясь заговорить. Тому всегда удавались контакты со старшими поколениями, так что, выбрав портрет, наиболее походивший на основателя рода, он ему поклонился. Наверняка люди, знающие о должности Кэрроу, ходят сюда с челобитными регулярно. Возможно, это имение — что-то вроде приемной? Времена замков понемногу уходили. Портрет отреагировал с задержкой, будто бы просыпался и вспоминал, как пользоваться голосом. Однако, он ответил гостю полным достоинства кивком. Не уважать других было бы неуважением по отношению к себе. -Члены семьи Блэк давно не посещали этого места, — проговорил он, явно обознавшись, — к моей досаде, сэр. Всегда рады достойнейшим из достойных. Том не стал поправлять портрет, лишь попытался улыбнуться фирменной Блэковской полуулыбкой. — Когда власть и мощь рода сияют подобно маяку, неизбежно слетаются те, кому собственного света недостаточно, — посетовал Реддл вместе с портретом об обмельчании посетителей. — Но что же случилось с замком, сэр? -Времена, мистер Блэк, меняются, — поджал губы Кэрроу-старший, — замок уже не дает защиты поселенцам под стенами, нет арендаторов земель, нет тех, кто надеялся бы на нас. О такой ерунде помнят только домовики, а они, сэр, последние, на кого можно надеяться в вопросах о возвращении былого величия. Но что остается? Переехать ближе к центру жизни, к магглам, в красивые, полные рюш и лепнины дома, которые не выдержат осады? Я бы не хотел покидать родных стен. Где-то в коридоре хлопнула дверь, и к залу стали приближаться шаги. Том принял умеренно учтивое выражение лица и обернулся в направлении приближающихся шагов. Владелец дома и нынешний глава рода оказался старше своего портрета, к тому же возраста добавляли мешки под глазами. Примерно шестидесяти лет, но на пенсию так просто не уйдет. Явно все еще крепкий, с уверенной хваткой — это выдавал его взгляд. Он смерил Реддла быстрым взглядом, опознал именно что Тома Марволо Реддла, вокруг которого всегда вертелись правильные люди, и позволил лицу принять почти приветливое выражение. -Мистер Реддл, — он широким шагом пересек зал. — Не скрою, я удивлен вашему визиту. Краем внимания Том мог бы почувствовать, что за ним из полумрака галереи следят еще две пары глаз. Там, наверху, над залом… Кто-то. -Дорога к нам не простая. Желаете чего-нибудь выпить? Домовик принесет. Удивительное гостеприимство к тому, кого не ждали. Возможно, если мирно начать, можно будет мирно же и разойтись? Кэрроу выглядел расслабленным и полностью владеющим ситуацией. -Путь был неблизкий, — согласился профессор Реддл, — чаю не помешало бы. — Пожалуй, мой визит был неизбежен. — Приступил Том сразу к делу, едва они с хозяином дома заняли пару кресел. — Как вам наверное известно, сейчас в Хогвартсе происходят радикальные перемены, что позволяет нам расширить программу подготовки и дать юным дарованиям то, чего им не хватает. Тем более вам ли не знать, сколько полезных знакомств можно завести, просто находясь в стенах одной и той же школы. Как почитатель дела Салазара Слизерина, я считаю очень важным поддерживать связи между семьями, и меня несколько печалит, когда могущественные дома обособляются. Есть ли на это весомые причины, Лорд Кэрроу? Портрет на стене явно заслушался. Блэк оказался не Блэком. Кнут Кэрроу же спокойно улыбнулся, отдал домовику приказ принести чаю на двоих и предложил гостю одно из кресел у камина. -Я думал, в качестве кого вы пришли, мистер Реддл, — задумчиво произнёс он, глядя в огонь, — в качестве почитателя дела Салазара… или в качестве преподавателя. Разумеется, я знаю, кто отвечает за образование в школе, — заметил он. -Что же, я уступлю вам в истории и отвечу: мои дорогие, ценные, поздние дети в сознательном возрасте потеряли мать, они весьма травмированы, и я не счел их психику готовой к социализации в школе, где, как мы оба с вами знаем, не уделяется должного внимания развитию человеческой личности и, простите за лирику, души. Пьянство в ванной для старост, оргии семикурсников в деревне на юге, курение за теплицами, ноль надзора за стаей маленьких зверят в гостиной практически двадцать четыре часа, семь дней в неделю. Когда вдовец Кэрроу начал перечислять все минусы школы, кто-то на верхней галерее явно принял их за плюсы, потому что оттуда донесся вздох. Кнут нахмурил брови и взмахнул палочкой, прежде покоившейся у него в специальном узком кармане на груди. Так любили носить палочки врачи в Мунго и некоторые исследователи в Министерстве. Обоих волшебников сразу же окружили не пропускающие звуки наружу чары. Реддл приподнял бровь. Нужно было присмотреться к собственным старостам — как там у них с оргиями и пьянством. Такой повод стрясти с них полезные делу отработки пропадает, быть может. -… Все это необходимые ритуалы для построения доверительных отношений. И у каждого поколения они по-новому варварские, — подхватил Реддл, — хотя, признаться, во времена моей молодости Хогвартс был гораздо страшнее и от этого же строже. Сейчас даже дуэли в основном случаются в пределах дуэльных клубов. С великолепной практической подготовкой, смею заметить. Что же касательно развития личности, то, как декан я направляю каждого ученика. Или же вы имеете в виду что-то еще? — Том немного заигрался в заботливого преподавателя, но сейчас это его мало волновало. Надо было дать Кэрроу немного расслабиться перед тем, как укусить. — Разумеется, я не пытаюсь приуменьшить травму, которую вам и детям пришлось пережить. Но им еще расти в этом мире, строить карьеру, расширять влияние дома. — Реддл слегка наклонил голову, как бы сожалея о своей поспешности. — Я могу предложить вам присылать их ко мне на уроки раз в неделю, если вас интересует частично очное обучение. Казалось, Кэрроу искренне сбит с толку мягкостью подачи информации. И уж тем более удивил его предложенный Реддлом компромисс. -Мистер Реддл, — все так же спокойно, пленяюще рассудительно начал Кэрроу. Домовик появился с чаем — черным с мятой. Расставил чашечки, наполнил их и исчез. -…Статья, которая вышла про инцидент… Я знаю, какого кошмара способны нагнать журналисты. Но не уверен, что мои дети должны становиться участниками таких конфликтов. А они с огромной долей вероятности попытаются. Дети сложные. Жестокие, я бы даже сказал. Зачем вам эта тягота, мистер Реддл, скажите честно? Мне казалось, мне были готовы доплатить за то, что я пришел и написал заявление на домашнее обучение. Ровни им, простите за резкость, в школе сейчас тоже почти что нет — как я уже сказал, они поздние дети, не попали в поток с молодыми Блэками, Малфоем, Розье. Мне кажется, мы доставим друг другу множество неудобств. Зачем, позвольте спросить?.. В последнем вопросе в голосе промелькнули стальные нотки. Кэрроу был внешне мягким и спокойным, но уговорить его было не так-то легко. — Как вы верно заметили, журналисты могут нагнать кошмара или даже развернуть перспективу. Мои действия были направлены на предотвращение травли, и, что характерно, ни один из учеников, вовлеченных в конфликт, не пожелал его продолжить. Я и сам был не самым простым ребенком, мистер Кэрроу, и в моем арсенале хватает средств убеждения. Я знаю, это все звучит угрожающе, но в сухом остатке мальчик напал на старосту посреди ночи в составе группы сговорщиков, в перекрестном огне получил перелом, я поговорил с ним по горячим следам и отправил в медкрыло. Никакой излишней жестокости. — Том отпил чаю, поставил чашку назад на поднос и выпрямился, смывая c себя избыток заботливости. — Что же до вопроса «зачем»… Стоит заметить, что в первую очередь я все же почитатель дела Салазара, и уже потом преподаватель. Те дети, что учились со мной, жестокие, коварные, опасные, выросли и теперь занимают высокие посты в министерстве. Магическая Британия гудит, грядут перемены, мистер Кэрроу, и через десяток лет нынешние выпускники Хогвартса будут стоять за рулем. И если, как почитатель дела Салазара, я снова смогу объединить магические дома Британии в единый слаженный механизм, то я сочту мою жизнь удавшейся. Кэрроу почти никогда не смотрел на собеседника, говоря и слушая — не пренебрежение, напротив, тщательное обдумывание информации. Но на словах про Слизерина он все же взглянул на Реддла: коротко, оценивающе, без явного вывода на лице. И снова уставился в огонь. И чему-то кивнул. -Сейчас середина года, мистер Реддл, — он отпил чай, — это хороший напиток, и мы здесь не привыкли торопиться; вы можете попробовать его без спешки, в нём, кхм, нет подвоха. Итак, середина года, и не думаю, что дети могут встроиться в коллектив вот так, в середине семестра. Однако, как вы предложили… раз в неделю. Я мог бы отсылать их к вам раз в неделю. Если из этой идеи не получится ничего дурного, летом я обдумаю перевод на полное очное обучение. В этом же году — нет, мистер Реддл. Ни один взрослый не сможет совладать с эмоциями факультета, к которому вдруг подселили новых чужаков. Они не привыкли смягчать заклинания, мистер Реддл. Я не готов заниматься посещениями директорского кабинета, потому что мои дети с кем-либо подрались. Если подобное начнет случаться — мы, полагаю, избавим друг друга от ненужных забот. — Разумеется, постепенный ввод в коллектив. — Согласился Том. — Я также дам им возможность подраться с кем-нибудь подготовленным. Моим ученикам не помешает практика оппонентов, учившихся вне Хогвартса, а близнецы получат возможность выразить себя. Зачем же уточнять, что чай не отравлен? — Подумалось Тому. -”Подготовленным»… мистер Реддл, эти дети вычитали формулу круцио в свои десять, а осуществили в ранние двенадцать; не повод моей гордости, но вполне ожидаемый факт. Я несу ответственность за их проступки, пока они у меня на виду. Дистанционно я не смогу их контролировать. Полагаюсь на вас, в таком случае. — Разумеется, они будут полностью в моей ответственности. Было бы интересно тогда увидеть их, если это возможно. Мистер Кэрроу, я так полагаю, что идеалы Салазара Слизерина близки и вам. Могу ли я в таком случае попросить вас о небольшой услуге? Разумеется, обучение ваших детей от этого никак не зависит. Кнут кивнул, снова сам себе: вот и оно, мол. -Что вас интересует, мистер Реддл? -Возможно, за давностью лет оно уже и затерялось. Был такой волшебник, Томас Кинкейд, вроде как опозорил свою семью, сбежал в мир магглов и пропал с лица земли, но недавно вернулся и творит непонятно что. Докучает моим знакомым и пропадает. Было бы интересно узнать, как именно это он делает, и я подумал, что, может, у вас есть какие-то старые файлы о том, чем именно он занимался и откуда он набрался таких интересных знаний. Жизнь — это все-таки непрерывное обучение… — философски заметил Том. -О, — Кэрроу сплел перед собой пальцы, отставив чашку, и явно принялся что-то прикидывать. Секунд тридцать он молчал — довольно долго, если представить, что вокруг при этом было мертвенно тихо, и даже тихие взволнованные шепотки наверху смолкли. Но, наконец, он прикрыл глаза. -Хорошо, мистер Реддл. Я посмотрю, что можно сделать. «И не спрошу у вас, зачем это вам». -Дети… — его согласие на просьбу Тома было простым и коротким, и более здесь обсуждать было нечего. Он снова взмахнул палочкой, снимая глушащие чары. Он щелкнул пальцами, и перед ним появился домовик. Все тот же, в скатерти. -Приведи молодых хозяев, — велел он совсем другим голосом. В беседе с Реддлом в его голосе звучал какой-то интерес к происходящему. Домовик был лишь инструментом. -Молодые хозяева подслушивают на галерее, господин, — склонился ещё ниже домовик, и уши его задрожали. Кажется, Кэрроу не был удивлен — напротив, даже знал, но собирался соблюсти все правила. Он поднял руку и сделал манящий жест пальцами. Сверху донеслись вздохи и тихий шепот: -…говорила «не волнуйся, мы не продаемся», дура. -да подожди… И тогда на лестнице появились двое детей. Двенадцатилетние Алекто и Амикус Кэрроу, заочно представленные ещё Малфоем. Не слишком очаровательные, не слишком миловидные. Неприятные. Острые, внимательные, со взглядом исподлобья. Мальчишка шел с палочкой наперевес, но отец тихо стукнул кулаком по подлокотнику кресла, и сын убрал палочку. -Мистер Реддл, — Кэрроу повернулся к Тому, — это Алекто и Амикус. Девочка присела в каком-то небрежном книксене, мальчик кивнул. Двойняшки, значит, будут постоянно держаться друг друга. Получится повлиять на одного — потянется и второй. Но с кого начать — пока не ясно. -Профессор Реддл, — проложил Кнут, — великодушно предложил вам посещать школу раз в неделю лично. Дети впились взглядами в Реддла, словно ожидая, что у него на лбу высветится список грядущих проблем. — Приятно познакомиться, — Реддл окинул подошедших двойняшек оценивающим взглядом. — Я декан факультета Слизерин. И преподаватель защиты от Темных Искусств. — Слова про защиту как будто прозвучали неискренне. — Ваш отец высоко оценивает ваши умения, но мне еще предстоит их увидеть и определить вас в группу. Если вы справитесь, то с благословения вашего отца я представлю вас и другим преподавателям. Мистер Кэрроу, если у вас есть пожелания, то я буду рад их услышать. Рука Тома невзначай скользнула к палочке. Абсолютно синхронно оба ребёнка положили руки на рукояти собственных палочек. Возможно их воспитывали волки. -Будьте строги, профессор, но не дайте им попасть в беду. — Просто ответил Кэрроу, послав детям предупреждающий взгляд. -От нас что ли будут учить защищаться? — Глядя себе под ноги, пробормотал Амикус. Алекто фыркнула, тоже вежливо опустив глаза в пол. Том едва заметно одобрительно кивнул. — Когда мне было двенадцать лет, мне тоже казалось, что это миру стоит научиться от меня защищаться. Тем не менее, дисциплина обширная, и я уверен, что мой опыт будет вам не лишним. Не переживайте, мистер Кэрроу, я не дам им попасть в беду. — Профессор как будто бы отвлекся, заверяя отца в своих благих намерениях. Кажется, Алекто вскинулась, чтобы что-то сказать, но ее брат ткнул сестру в бок локтем и отчаянно просигнализировал бровью. Алекто тихо зарычала, но промолчала. -Благодарим, профессор Реддл, за то, что вы готовы потратить на нас время, — Амикус поднял взгляд на Тома и абсолютно изменился. Кроткий взгляд идеального мальчика, манеры юного джентльмена, улыбка ангела. — Мы постараемся вас не разочаровать. -Ступайте, — прохладно бросил Кнут, и дети уже куда более вежливо кивнули и развернулись прочь. -Мне нужно подумать, когда я мог бы отвести их к вам, мистер Реддл, — снова навешивая «заглушку», продолжил Кэрроу. — С вашей просьбой… График действительно плотный, думаю, не надо вас в этом заверять. Дети зачислены на Слизерин, но у них и формы-то нет: завтра эту проблему решит гувернантка. Но я, видимо, пришлю вам сову, чтобы дать знать, когда смогу в достаточно вежливом порядке передать вам детей — и забрать их. Там ужасная непогода, а замок отключен от общей каминной сети. Если хотите, можете остаться до утра, вас никто не побеспокоит. Обычно утром ветер дует в другую сторону, и замок легче покинуть. Кэрроу лукавил: совершенно точно рабочий камин был, иначе не прожить, но куда он вел — было личным делом хозяина. Проявления гостеприимства были щекотливой темой еще со времен Прокруста. Символический пакт доверия в мире свободно аппарирующих волшебников. Разумеется окажись Кэрроу в его власти, Тому не пришлось бы заниматься подобными дипломатическими ужимками, но здесь и сейчас… — Благодарю. — Улыбнулся Том. — Погода действительно никуда не годится, так что я воспользуюсь вашим предложением. Кстати, у вас замечательные дети, думаю мы поладим… -В самом деле? — Не слишком доверчиво отозвался Кэрроу. — В таком случае я сам возьму у вас пару уроков. Через год-два они должны войти в разум, а пока — кнут и пряник, но больше кнут. Остаток дня прошел в задумчивых нейтральных диалогах с Кэрроу. Тот даже дежурно изобразил какую-то деятельность по поиску информации о необычной магии, но дома ничего секретного не нашел, что, видимо, и собирался продемонстрировать. Когда Реддл оставался один, услужить ему приставляли домовика, и до вечера тот исправно выполнял свою работу: присматривал, чтобы гость ни в чем не нуждался и никуда не лез. На ужин за стол к взрослым детей не пригласили — Кэрроу отослал их вместе с гувернанткой ужинать отдельно. В целом Кнут был человеком неплохим, активно с Реддлом не спорил, относился к гостю с должным уважением, про собственное достоинство не забывал. Нейтральный, нормальный собеседник, размеренный, спокойный вечер. Поданное на ужин вино завершало день на приятной ноте. Тому уже представили приготовленную для него комнату. И теперь он шел к ней один. Замок словно вымер. Если бы привидениями можно было напугать, здесь их стоило бы бояться. Оставшись один, Том на ходу начал окружать себя плотным коконом сигнальных чар. Все равно ему предстоит делать это перед сном, но скорее всего проба пера случится еще до того, как он дойдет до отведенной ему комнаты. Круцио в 12 лет. Оба или только мальчик? Он выглядел жестче. Тому не хотелось напороться на проклятье, но также не хотелось слишком уж затоптать порывы детей. Хотя, скорее всего, к тому времени, когда они вырастут, такая сила уже не будет нужна. О невербальных заклинаниях в таком возрасте не могло быть и речи, разве что о самых простых бытовых. Но диффиндо Реддл услышал, учуял и предугадал. Летело оно подло — сзади и под колено, что даже магу грозило стать хромым пиратом на некоторое время. Особенно магу. Тут магглы преуспели и научились сшивать материи, которые зелья пока не брали. — Шумно, — в голос прокомментировал Реддл и отшагнул в сторону, не оборачиваясь. Из палочки, отставленной назад, вырвались клубы удушливого серебристого дыма, захлестывая коридор где-то на уровне груди Реддла. Пока дым летел назад, пока Амикус падал на пол, думая, что внизу будет дышать легче — и ошибался — спереди летело депульсо, ударные чары, довольно ощутимые, если все-таки поймать, потому что целились в лицо. Зато позади кто-то все-таки придушенно закашлялся. Кажется, словесная формула круциатуса все-таки прозвучала, но Амикус не мог говорить толком, так что и колдовства не случилось. Девица же палила без остановки, ее ударные чары шли целой серией. Не как у аврора по силе, не как у старшекурсника даже, но из-за частоты они могли стать неприятной помехой. Отражающие чары обычно использовали, чтобы отбить заклинания в отправителя — тот, не готовый к защите, мог быть застигнут врасплох. Но где же в этом веселье? Возведя перед собой щит, подобный носу корабля, Том шагал вперед навстречу Алекто, позволяя чарам соскользнуть по щиту. Было в этом граде заклинаний, на доли секунды подсвечивающих щит и летящих дальше, что-то очень блэковское. Мощь и дурная сила древней крови. Интересно в какой момент она побежит?… Алекто не дрогнула до последнего метра, а после с яростным визгом бросилась вперед в рукопашный бой, используя палочку для режущего заклинания — видимо, как брат завещал. Тот, в свою очередь, пытался покинуть задымленное пространство, но уже ползком и на ощупь. Том не стал церемониться и просто приклеил ботинки Алекто к полу, позволяя ей растянуться перед ним в полный рост. В какой-то момент, перед тем, как приклеить к полу так же ее руки и лицо, он позавидовал близняшкам: в его возрасте так легко падать уже не получится. Алекто задергалась и буквально взвыла зверенышем, явно готовая хоть лицо себе оторвать, чтобы подняться. В Реддла сзади прилетело последнее заклинание от Амикуса — жалящее, в плечо, слабое: дети раздавали такие налево и направо, в Лютном это вообще было все равно что свистом внимание привлечь. Может, мальчик стремился к большему, но вышло, как вышло. Дерзкое нападение провалилось, Реддл выстоял, Алекто шумно выдохнула и замерла, выжидая, что будет дальше. Том резко поднял палочку, позволяя серебристому дыму развеяться и позволяя Амикусу разглядеть приклеенную к полу сестру. Не опуская палочки он поднял палочку Алекто и положил ее себе в карман. — Если вы работаете в связке, то тот, кто идет впереди, получит первым и больше. В принципе оно могло сработать, если бы я обернулся назад и начал бы защищаться. Если бы вы атаковали одновременно и лучше бы воспользовались укрытиями в этом доме, то у вас даже могло что-то получиться. — Наставительно произнес Реддл. — Амикус. — Том призвал мальчишку опустить палочку. — Круцио очень редко боевое заклятие. Требует много концентрации и сил, сначала жертву нужно обездвижить и уже затем пытать. Подбери что-то удачнее для ведения боя, учись у Алекто. Алекто. — Том мягенько пнул приклеенную девочку. — Работай с дистанцией. Даже самые могущественные волшебники иногда должны отступать. Учись у Амикуса. Дети тихо рычали. — На сегодня все. Исполнение заклинаний — хорошо, все остальное — отвратительно. — Реддл не стеснялся в выражениях. Том выдохнул, давая детям хоть как-то высказаться. Амикус сел на полу — у него были покрасневшие от напряжения глаза. Столько кашлять — это как дуэль с Пожирателями выиграть. -Финиту можно сделать? — Указал он кивком на сестру. -Я разрешаю, — прорычала Алекто в пол. — Профессор, верните палочку. Пожалуйста. Стыдно же. — Можно попробовать, — Том улыбнулся той нехорошей улыбкой, которую знали его сокурсники, и протянул Амикусу палочку. — Но если не получится, то она сама отлипнет через час. Я хочу, чтобы вы оба понимали, что при следующем нападении я прилеплю вас обоих. Если вы попробуете еще раз — и не получится — то прилеплю не к полу, а к стене, и не на час, а на подольше. Иначе говоря, я жду от вас надлежащей подготовки. Увидимся на занятиях. Том встал и отправился ко сну, не забывая на всякий случай обновить сигнальные чары. В детях столько энергии… -Ну круто, чего, — забрав палочку, растерянно согласился преподавателю в спину Алекто, принявшись присыпать приклеенную сестру финитами. В эту ночь Кэрроу тревожить сон Темного Лорда не стали. Домовики, разумеется, донесли о случившемся Кнуту, но тот лишь велел принести ещё чашку чая. Детей отлично развлекли, заставили их задуматься, даже впечатлили. И все это бесплатно. Пока. Стоило подумать о цене, которую на самом деле в будущем запросит Реддл, и это увлекало Кэрроу куда больше.