Злые Британские Волшебники

Перед самыми дверьми Большого Зала Елена остановилась и обернулась уже к трем аврорам, которые сопровождали ее весь путь от подземелий и наверх. -Я не буду даже стучаться туда, пока вы не отступите на пять шагов назад. Она видела только их глаза. Три пары глаз — серые, голубые, серые. Тщетно пыталась опознать среди них кого-то из тех, кто приходил на ферму для обыска — и не могла. Вздохнув, Кинкейд заложила руки за спину и оперлась на дверь, выжидательно поглядев на мракоборцев. Те нехотя сделали шаг назад, и Елена было воодушевилась, но из-за угла вынырнул Сириус Блэк, и девочка невольно сжала палочку. -Классное платье, — одобрил Сириус вместо приветствия. Елена поежилась — она все еще была в той одежде, в которую пошла на свадьбу к матери. Простое на вид, но сшитое из дорогой тонкой шерсти платье с ненавязчивой отделкой — вышивкой в тон платью, так что видно лишь в движении. Елена подозревала, что и нити вышивки, и шерсть были родом с фермы отца, и от того грустнее было наблюдать, как сильно возня в траве потрепала это платье. -Ты по делам? — Поинтересовалась Елена, глядя, как Блэк спокойно проходит мимо ряда авроров. -Вроде бы. — Он нахмурился. — Профессор МакГонагалл велела прийти. -Странный выбор, — пробормотала Елена, и Сириус иронично приподнял бровь. — А Генри… -В гостиной — дрессирует провинившихся и оставшихся на каникулы моладших. Сириус прошел и мимо Елены и трижды постучал в дверь, после чего потянул тяжелую створку на себя. -Нихера себе, — сообщил он, — ой. Елена буквально втолкнула его в Большой зал, но было поздно — авроры тоже увидели причину удивления Блэка. Кинкейд не успела закрыть дверь — просто грубо пнула Сириуса, убирая его с линии огня, когда первый из авроров, не предупреждая, напал на Реддла. -Опустите палочки! — Голос МакГонагалл пронесся по залу, но было поздно: парализующие чары уже летели в Реддла, у которого даже палочки в руках не было, как показалось Елене. Она бросила вперед щитовые чары, чем, несомненно, привлекла внимание одного из авроров: защита Реддла не совсем вязалась с образом законопослушной студентки. Один из авроров попытался обезоружить Кинкейд, но Сириус выбил палочку из его рук одним физическим движением: повезло, рядом стоял. -Кинкейд, нельзя! — Рявкнул Реддл, и Минерва одновременно с ним прокричала: -Остановите огонь! В зале чары… Что-то ударилось в стены — весь зал будто содрогнулся. Елена нырнула под стол и поползла под его прикрытием подальше от авроров, внезапно замерев, потому что на нее смотрела Кади — лежавшая на полу, неподвижная, навсегда теперь остановившая взгляд где-то в пустоте. Елена отшатнулась, загремев скамейкой. Кажется, бой на какое-то время остановился. Кинкейд опомнилась и высунулась на свет, коснувшись Кади — та никак не отреагировала. У Елены зашевелились на затылке волосы — и в этот момент ее накрыла тень. Реддл смотрел на неподвижную Кади, и его лицо было абсолютно пустым. Елена попыталась было встать, но Реддл остановил ее жестом ладони. Палочку он вскинул в последний момент, произнеся заклинание, будто приговор: -Ступефай. Один из авроров упал, излишне смело понадеявшись на щитовой оберег. Двое других бросились вперед по двум разным траекториям, но Том отбил одно заклинание, увернулся от другого — и каждый раз он посылал в ответ еще одно проклятие. Авроры упали. В зал бились люди, что-то кричала Сириусу МакГонагалл, а Елена, как во сне, смотрела, как Реддл медленно садится на пол рядом с Кади, закрывает ее глаза — и начинает читать длинные заклинания нараспев, какие Кинкейд никогда раньше не слышала. Посмертная магия, призванная установить причину гибели волшебника, не изучалась в школе, хотя упоминания попадались Елене в библиотеке. МакГонагалл появилась рядом, напряженная и уставшая, будто бы только что проиграла целый мир. В ее взгляде было столько боли, что хватило бы на троих. -Они обернули против нее ее же присягу. — Реддл закончил читать заклинания так же внезапно, как и начал. — Как я и думал. Он подсунул руки под тело и рывком поднял Кади, переложив ее с пола на стол. Тихо охнул Сириус; поднял невидящий взгляд Реддл, словно пытаясь прикинуть, где лежат сбитые на бегу авроры, пока еще живые. -Том, не смейте, — тихо проговорила Минерва. — Я обещаю, что нужным людям воздастся. Но эти — выпускники годичной давности. Их послали сюда на убой, вы же это знаете. Реддл медленно повел головой, не сводя взгляда с пустого — как будто бы — зала. -Они же должны получить то, за чем сюда пришли, разве нет? — Проговорил он, и Елена невольно вцепилась в рукав декана Гриффиндора, боясь, что ее собственный декан сейчас и МакГонагалл убьет. -Это дети. Такие же, как ваши, — Минерва не поднимала голоса и, кажется, не заметила жеста Елена, так что девочка сконфуженно разжала пальцы. — Ваших детей не тронут, как бы они ни… -”Ни зарывались», — с ледяным, убийственным спокойствием кивнул Том. — Только мои дети все это время лишь играли в войну или же защищали друг друга. Друг, слышите ли вы меня, друга! Последние свои слова он прокричал, и его голос эхом отлетел от стен и потонул где-то в мрачном небе, которое заменяло потолок. -Соберите детей, как мы и договаривались; всех желающих отправьте по домам. — Продолжил Редлл, отдышавшись. — Поднимите, Морганы ради, щиты, пока никто еще не пострадал. Кинкейд? Елена сделала шаг вперед, неуверенно оглянулась на МакГонагалл, но декан уже направлялся к выходу, так что Кинкейд ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. -Для чего вы меня звали? — Уточнила она, догнав Реддла, и тот дернул подбородком. -Уже не важно, — он тоже обернулся на МакГонагалл, но та не возразила ему ничем. Она стояла возле стола, на котором лежала Кади, и ее лицо было полно скорби. — Мне нужно, чтобы вы собрали всех участников ваших дополнительных тренировок. На Слизерине несогласные есть? -Из оставшихся на каникулы — нет, — Елена почувствовала, как дрожит. Стресс начинал сказываться. — Профессор, авроры сказали, что моя мама у них. -Я знаю, — кивнул Реддл, — послушайте, Кинкейд. Если на моей стороне будет Хогвартс, Министерству придется слушать мое мнение. Можете собрать для меня студентов — и я переправлю вас к отцу, уверен, что так будет безопаснее для вас, к тому же, предполагаю, лорд Нотт уже с ним связался и имеет какой-то план. Тем не менее, должен признать — вы нужны мне здесь. Я не могу покинуть Школу, пока не случится официальное объявление… И после — еще какое-то время. Как вы оцениваете свои силы? Кинкейд остановилась прямо у тяжелой двери, ведущей из зала в коридор. Она очень устала, живот сводило от переживаний и голода. Безумно хотелось спать, к тому же, она замерзла. -Мне нужны Регулус, Элиша и Генри. — Наконец, собралась Елена. — Так дело пойдет быстрее. Я попросила Элишу отправить сову моему отцу. -В таком случае, должен предупредить, что не потерплю никакой рассеянности на почве личных переживаний, Кинкейд. На кону слишком большое дело. — Реддл расценил поведение студентки как согласие и распахнул дверь. Он замер, пересчитывая взглядом головы студентов. Пять, десять, двадцать. Зеленые шарфы и свитера смешались с красными и синими. В первых рядах стоял Генри, за его спиной обнаружилась Андервуд, державшая в руке метлу. Кинкейд они не послушались — пришли всей толпой сюда, к Большому Залу. Елена аккуратно покосилась на Реддла, ожидая от него выволочки, но тот смотрел на эту небольшую армию и едва-едва улыбался.