Немирские удовольствия

      По кухне разносился душистый аромат чая. Необычайно высокими навыками готовки Невиллет не отличался, поскольку не хватало времени на практику из-за работы, потому обошёлся только им, способным в мгновение ока восстановить душевный баланс, привести мысли в порядок и успокоиться. Безусловно, вода — любимый напиток, но чай тоже неплох.       Минуты тянулись сладкой ватой. Стрелка на часах еле-еле двигалась. Через открытое окно доносились голоса ещё не проснувшегося Фонтейна, слышался аромат цветов. Идиллия. Пожалуй, это именно то, чего не хватало Невиллету во время посещения Ли Юэ. Не столько атмосфера была не той, сколько странное состояние, из-за чего не удалось насладиться такой малой частью региона. Впрочем, видеться пока с гео Архонтом нужды не было. Он ещё отпоёт своё. Нужно просто подождать. Всему своё время, как говорят.       Так и продолжала бы тишина успокаивающим массажем действовать на голову Верховного судьи, если бы не раздался аккуратный стук в дверь. Ризли, которого он уже прогнал, не появился бы снова, поскольку знал меру, чему юдекс безмерно радовался, хоть и не показывая этого. Тогда кого же принесло к его дому? Леди Фурина явно не требуется в помощи, о чём не раз сама заявляла, успокаивая старого… коллегу? Наверное так можно назвать их отношения.       Невиллет не спешил, когда поднимался с удобного кресла. Не торопился, правда, и открывать дверь, из-за чего получил укол совести, стоило глазам опуститься на мелюзину, которую пришлось заставлять ждать.       –Мсьё Невиллет, здравствуйте! — юдекс тут же опустился на колено, прикасаясь руками к мягким лапкам, и тихо поздоровался в ответ, приглашая зайти. Он каждый раз испытывал отцовскую любовь, стоило его глазам увидеть его прелестных фамильяров, над принятием которых со стороны людей работал с особым усердием долгие года и пожинал сладкие плоды, безмерно радуясь тому, что они смогли ужиться в Фонтейне. — Извините, не могу. Из дворца Мермония пришло письмо. Вас нет на рабочем месте, поэтому его направили на передачу лично в руки.       Нехорошее предчувствие обуздало сердце юдекса, но, чтобы не расстраивать мелюзину, он не показал замешательства, благодаря за хорошую работу и принимая названное письмо, не видя инициалов отправителя или хотя бы подписи при осмотре конверта.       –Оно от леди Фурины. Она просила передать это и ещё то, что ждёт скорейшей встречи. До свидания, мсьё Невиллет! — мелюзина помахала ему, совершенно по-детски, что вызвало мягкую улыбку на лице Верховного судьи.       –Хорошей работы. И спасибо. — попрощавшись в ответ, Невиллет с облегчением выдохнул, закрывая глаза.       Пока его не терзали человеческие отношения, гидро дракон мог со спокойствием воспринимать происходящее, не напрягаясь лишний раз. Только всё равно что-то странное кольнуло сердце от осознания, что леди Фурина ждёт встречи с ним. Что-то случилось? Вероятно, она сама пришла бы по душу властителя гидро, а не стала отправлять официальное письмо через дворец Мермонию.       В своём небольшом кабинете-спальне Невиллет вскрыл конверт аккуратным ножичком. Возможно, стоило окончить завтрак, но если это что-то серьёзное, то следовало явиться ежесекундно, отложив все дела, которые имелись, в ином случае, чего юдексу не хотелось, не избежать серьёзного разговора. Внутри оказался сложенный в несколько раз лист, на котором виднелась подпись бывшего Архонта и значилась фамилия Невиллета, как получателя. Расправив его, Верховный судья, честно признаться, по первому взгляду удивился. В письме значилось всего несколько строчек. Это совсем не походило на их прошлую переписку, которая велась непродолжительное время и началась после срыва всех масок и раскрытия правды. Юдекс просто не мог не узнавать о состоянии бывшего Архонта из чувства долга, изредка предлагая помощь, если она считалась уместной в контексте. Однако он не напирал. Писал с позволения и каждый раз извинялся за излишнее беспокойство. В ответ Фурина присылала ему письма большого содержания, в которых не забывала делиться впечатлениями о новой жизни, в которой и места не значилось плану Фокалорс, а значит можно было дышать более свободно, чему судья искреннее радовался. И переживал насчёт того, скольких усилий стоило оставить прошлое, занимающее значительное место в жизни, и полностью от него отречься. Впрочем, в этом письме коротко сообщалось о цели встречи, упомянутой мелюзиной, а также место, куда необходимо было прийти. Пусть от сердца отлегло, поскольку Фурина и одним словом не обмолвилась, что ей нужна с чем-то помощь, но что за предложение, связанное с соседствующей нацией? Никаких документов, связанных с подобной темой, являющейся основой для встречи, не поступало. К тому же Невиллету точно дали бы знать, возникни малейший намёк на сотрудничество с другими государствами или что-то в целом связанное с внешним взаимодействием.       Раз леди Фурина просила аудиенции, следовало отнестись к делу со всей серьёзностью и в скорейшем времени начать сборы. Невзирая на то, что она не указала точного времени, предположив, что будет следующие два дня свободна, проведя их во дворце Мермония в ожидании юдекса, Невиллет собирался сегодня же нанести визит, чтобы не заставлять ждать девушку, решить все вопросы, если они, конечно, имелись, обсудить ключевые моменты и с полностью завершёнными делами медленно влиться в рабочую суету начавшейся недели.       Чай, так и оставшийся на кухонном столе, не был допит. Письмо от Фурины вложено в скрытый карман мантии. А волосы, над которыми нередко колдовали мелюзины, делая разные, пусть и не существенно отличающиеся друг от друга, причёски, просто закреплены бантом.       Находясь при параде, Невиллет покинул свой небольшой мирок спокойствия, идя навстречу солнечным лучам, согревающим после достаточно прохладной и влажной ночи. Фонтейн ещё не до конца проснулся, потому на улицах жизнь пока не кипела так ярко, как в середине дня. Мало кто спешил куда-то, быстро переставляя ноги через ступени, редкий человек встречался по пути. Неизменным являлся запах кофе или чая, вкусной выпечки или цветов, медленно раскрывающих лепестки, сопровождающий Верховного судью на его пути. Люди ещё только просыпались, не успев настроиться на нужный темп. Только раскрывали глаза и окна, позволяя свежему утреннему воздуху проникнуть в помещения. Фонтейн не просто город, не бездушный регион, славящийся разработками, а целая, настоящая живая система, наполненная бурной деятельностью, красочной жизнью каждого человека, пейзажами, ласкающими взгляд, закатами, провожающими уходящий день, аккуратными волнами, питающими природу, шелестом листьев, лучезарным улыбкам, естественными тёплыми редкими дождями, цветами… Можно долго перечислять, что наполняло водную нацию, но на то уйдут долгие года, ведь нельзя одним словом охарактеризовать весь Фонтейн, в каждом уголке хранящий свои секреты и чудеса. Для Невиллета регион был сродни дому, хотя ассоциации иногда имели негативный оттенок, оставить который не возымело бы никакого эффекта на совесть судьи, однако тот оставался по ряду определённых причин.       Так, за размышлениями, его ноги ступили на ступени. Перед ним возвышалось здание, по левую сторону которого находилась статуя гидро Архонта, а по периметру простирались зелёные клумбы. Он на месте. По взволнованному вздоху и обращённому на него взгляду Невиллет понял, что его заждались. Девушка хотела было подскочить к нему, но в последний момент одумалась, ожидая, когда к ней самой подойдут, и этого юдекс не мог не заметить, подмечая вздёрнувшиеся плечи, радость, бликом промелькнувшую на мгновение в глазах, пальцы, подцепившие края одежды.       –Доброе утро, леди Фурина. Надеюсь, вы не слишком заждались меня.       –Не переживай, Невиллет, — на её лице отразилась улыбка, — я недолго ждала. Сама только недавно подошла.       –Тогда пройдёмте в кабинет.       Та последовала за ним и благодарно кивнула, когда её пропустили вперёд. Прежде чем самому зайти Невиллет попросил никого не принимать даже по очень срочным и неотложным делам, требующих немедленного внимания Верховного судьи, что поначалу поинтересовался о состоянии Фурины, когда они остались в кабинете наедине и заняли свои места — за рабочим столом и на диванчике для ожидания.       –После поездки чувствую себя куда лучше. Нужно выбираться почаще из Фонтейна. Столько всего ещё можно посмотреть! Только кровати в Ли Юэ как будто каменные…       О-о, так значит не один юдекс заметил столь деликатную для здоровья особенность.       –Рад слышать, что вам понравился Ли Юэ, — пальцы напряжённо поджались, стоило вспомнить состояние, в котором Невиллет пребывал в чужом регионе.       –Ты себя неважно чувствуешь, Невиллет?       И как только Верховный судья мог забыть, что Фурина знала его намного лучше, чем… чем кто-либо другой вообще. Впрочем, нельзя было не подметить характерные реакции друг друга на определённые вещи спустя столько лет сотрудничества и времени, проведённого вместе.       –После поездки мне потребовалось некоторое время, чтобы прийти в норму. Приношу извинения, что могу выглядеть не собранным.       –Тогда, думаю, можно повременить с нашей встречей и перенести её. Когда тебе будет удобно?       –Леди Фурина… — приятно было подметить, что разрыв связи, прежде сопровождающей их столетиями, не повлиял на то, с какой щепетильностью бывший Архонт подбирала слова, прекрасно зная, какую реакцию получит за проявленное к Невиллету сожаление. — Я вполне нахожусь в здравом состоянии. К тому же я испытываю искренний интерес к причине нашей встречи.       –Раз ты настаиваешь… — было видно, как Фурина стушевалась, однако продолжила. — Ты можешь вспомнить наш разговор, состоявшийся во время отбытия из Ли Юэ?       –К сожалению, нет. — какие-то отголоски того достаточно откровенного разговора промелькнули в голове, стоило Фурине заговорить о нём, но цельная картина всё равно не складывалась. Невиллета в тот момент гораздо больше волновало собственное состояние, более похожего на блуждание в забытьи. Причём подобное ощущение было сопряжено с предчувствием опасности и волнением, возникшем из неоткуда, будто бы не юдекс собирался судить узурпаторов, а сам Золотой Бог являлся его судьёй, позволяя в этот раз уйти от смертельного приговора.       Несомненно, ощущение опасности возникло от пребывания на территории другого дракона, если не агрессивно, то точно напряжённо относящегося к Верховному судье. Это для Невиллета было очевидным, несмотря на наличие надежды, кроющейся в помощи воды, омывающей горы долины Чэньюй, однако связь с родной стихией была слабой настолько, что не смогла помочь сохранить здравый рассудок, потерянный почти окончательно в последние часы пребывания в чуждом регионе.       –Если хочешь, мы можем поговорить об этом.       –Не стоит. Сейчас я чувствую себя лучше. Возможно, в тот момент я просто устал.       В ответ только кивок.       –Тогда, когда мы только отбыли и попрощались с Ху Тао, я начала говорить про Чжун Ли. Того консультанта, работающего в похоронном бюро. — мелкое раздражение удалось скрыть так, чтобы оно осталось незаметным для Фурины. — Вы же так и не встретились. — Невиллет ясно слышал грустные нотки в её голосе, довольно быстро сменившиеся радостными. — Он очень галантный и знает историю Ли Юэ полностью, вдоль и поперёк. Мы смогли с ним обсудить многое, он рассказал про некоторые древние обычаи и праздники, которые до сих пор отмечаются.       –Леди Фурина, неужели вы пытаетесь мне внушить желание познакомиться с этим господином лично? — в ближайшие планы Невиллета, конечно же, это не входило. Важно было направить течение разговора в нужное русло, ведь уже и так ему было многое известно о Мораксе не понаслышке, потому необходимости в повторениях не было.       –Заговорилась! — её брови вздёрнулись, а губы поджались — юдекс легко раскусил её замысел. — Правда, ты точно должен встретиться с ним. Уверена, вы сойдётесь.       –Пожалуйста, ближе к делу.       –Мы с Чжун Ли один раз смогли поговорить про внутреннее устройство Ли Юэ, когда находились в порту. Не думала, что и в этом он разбирается, но достаточно крупно ошиблась. Позднее к нам присоединилась Ху Тао. Не помню, когда точно, но она вскользь упомянула, что, в целом, Фонтейн и Ли Юэ находятся не в враждебных связях, потому, насколько я поняла её намёк, было бы не плохо, если бы регионы начали сотрудничество, что способствовало бы развитию торговли и привлекло внимание к ритуальным услугам. Насколько я помню, — взгляд девушки поднялся к потолку, а руки сложились на груди, — Чжун Ли упоминал что-то о том, что такое осуществить возможно «однако не в моей компетенции говорить на подобные темы». — бывший Архонт во время цитирования намеренно показала кавычки пальцами и театрально подстроила голос, хотя он нисколько не был похож.       Услышанное больше смахивало на сказку или сценарий к киноленте, режиссёр которой возжелал привлечь внимание как жителей Ли Юэ, так и фонтейнцев, чтобы срубить куш. Чжун Ли на полном серьёзе сказал это? На губах почти показалась усмешка. Невиллет готов под суд сдаться, если это окажется правдой. Гораздо убедительнее прозвучало бы то, что Золотой Бог произнёс подобное из желания поддержать разговор, постепенно сменив тему на что-то более приземлённое. Сами регионы не конфликтовали друг с другом, это правда. Никогда не было не то что взаимных претензий, даже у одной из сторон требований не возникало. Вот только имелась одна серьёзная трудность, заключающаяся как в Чжун Ли, так и в самом Невиллете. Про драконов упоминать даже не стоит. Понятное дело, что оба не возжелали бы делиться территорией вне зависимости от потенциальной выгоды. Гораздо интереснее отношение друг к другу с точки зрения правителей. В гидро нации восседал Верховный судья, поклявшийся привлечь каждого узурпатора к суду, из-под которого ни одному не уйти безнаказанным. В каменных землях правил Архонт, на дух не переносящий юдекса, иначе не стал бы он сбегать трусливой ящерицей от возможной угрозы, нависшей довольно ощутимо и неожиданно. Забавно…       Пусть сейчас власть в Ли Юэ не принадлежала ему, а сердце Архонта, вероятно, находилось в Снежной в руках Фатуи, что являлось очевидным фактом, учитывая, как они, словно марионетки, выполняют грязную работу, чтобы достичь одной и той же цели, однако только внимательный заметит маленькую значимую деталь. Самому Невиллету не раз предоставлялась возможность завести разговор с госпожой Ху. Невзирая на то, что инициатором диалога почти никогда не являлся гидро дракон, весьма интересную информацию она смогла ему поведать про гео Архонта, оставившего власть на народе из-за собственной кончины. Вот только юдекс ясно видел брешь — хоть, так называемый, владыка камня почил на глазах самой Нин Гуан, то почему Чжун Ли находится в добром здравии, не жалуясь на мирскую жизнь?       Сомнений и быть не могло. Как бы сильно Моракс не скрывался, в его жилах продолжала течь сила Архонта. С сердцем, без, но гео до сих пор ему подвластно. Шестое чувство подсказывало Невиллету, что окажись Ли Юэ на пороге смертельной угрозы, Чжун Ли незамедлительно вмешается.       –Вы желаете, чтобы я от своего лица просил аудиенцию по вопросам заключения договора о сотрудничестве? Без сомнений, согласия достичь возможно, но насколько это необходимо Фонтейну? В относительно большом диапазоне времени, мы только недавно пережили сбывшееся пророчество. Безусловно, это оказало влияние на многие сферы жизни. Как бы сотрудничество с другими регионами не помешало восстановлению Фонтейна. Мы ещё не находимся на достаточно устойчивой поверхности, чтобы без раздумий принимать такие решения. Шаг влево, шаг вправо — никто не исключает возможности нарушения официального договора, что может привести к непоправимым последствиям.       –Поэтому я и обратилась к тебе. — даже в банальных действиях девушки чувствовался дух решимости. — Ты — ключ к процветанию Фонтейна. — Фурина поубавила пыл, подмечая замешательство судьи. — Невиллет, ты осмотрителен, сдержан, внимателен. Кто, если не ты, пойдёт на такой шаг, зная, каким образом можно на равных условиях заключить сотрудничество, разобраться с возникшими вопросами и урегулировать противоречия. Ты обладаешь всем необходимым, чтобы полностью поставить Фонтейн на ноги, как было прежде.       В её словах Невиллет видел долю правды. Юдекс отличался возможностью не только к самоконтролю, но и удержанию в допустимых рамках окружающего, не раз ограничивая Фурину в поспешных решениях. Когда же Фонтейн остался без божества, главной задачей встал вопрос по возвращению к прежнему состоянию до пророчества, в условиях сохранения работы хрупкого механизма функционирования. Однако не ясны были возможные последствия, что способствовало сомнениям Верховного судьи. Что угодно имеет шанс произойти, предрекая ухудшение нынешнего положения.       –Сейчас не стоит вопрос того, какое влияние Фонтейн окажет на Ли Юэ, а что из этого сотрудничества можно вынести для своего региона.       Голос, вырвавший из раздумий гидро дракона, прозвучал, стоило молчанию, тянущемуся уже как несколько минут, сильнее накалить атмосферу.       –Не думал, что у вас сохранилась правительственная жилка.       –Дело не в ней. Меня так же, как и тебя, волнует судьба Фонтейна. Я выбрала свой путь, не связанный с правлением, но для меня так же важно, что будет дальше.       –Пророчество сильно сбило Фонтейн с ног. Возможно, из сотрудничества получится выиграть более быстрое, но по-прежнему умеренное, чтобы иметь больше контроля над ситуацией, восстановление. Мне нужно некоторое время, чтобы оценить все риски и, в случае принятия вашего решения, написать официальное письмо. Точно не могу сказать, сколько это займёт времени.       –Тебя никто не торопит. Я просто поделилась своими переживаниями и рада, что ты выслушал их.       Раздался тихий вздох. Невольным воспоминанием в голове судьи промелькнули обрывки некоторых писем, хранящихся в столе домашнего кабинета. От желания ли уберечь юдекса от лишнего волнения или из-за их нынешних отношений Фурина не сообщала ничего плохого, в том числе то, что по-прежнему переживает за Фонтейн, Невиллет не знал и, действуя по совести, не хотел влезать в чужое пространство. Чтобы вновь государство заняло, хоть и крошечное, но место в жизни бывшего Архонта? Да ни за что на свете. Кто знает, к чему это может привести.       –Тебя что-то тревожит?       –Нет, — спустя минутное раздумие пробубнил юдекс, упирая взгляд в стол. — Приношу извинения, леди Фурина, но мне нужно побыть наедине.       –Я всё понимаю, Невиллет. — названная тут же поднялась на ноги и, сложив руки, улыбнулась совершенно невинно, — в любом случае, у меня сегодня появились срочные дела, не терпящие отлагательств.       Как уходила Фурина, Невиллет не видел точно так же, как и не заметил, что остался в опустевшем помещении, ведь голову занимали совершенно другие мысли. Внимания удостоились детали состоявшегося разговора, колыхнувшего струны души. Для Невиллета до сих пор было несколько поразительным то, какие эмоции испытывала Фурина по отношению к водной нации; прежде ему думалось, что бывший Архонт полностью с головой погрузилась в новую роль, отделённую от Фокалорс, но, как оказалось, искоренить что-то насовсем бывает довольно проблематичным, что подходило под этот случай. Столь занимательные эмоции не могли уйти от заинтересованного взора. Безусловно, как-либо нагружать девушку у Верховного судьи и мысли не возникало. В случае принятия решения, соответствующего её позиции, гораздо проще будет самому посетить земли другого Архонта, чем снова для выполнения какой-либо задачи вовлекать Фурину в политическую жизнь, от которой ей удалось сбежать, к её же счастью. Однако ж Моракс… Благодаря горькому опыту, было ясно как белый день, что просто так находиться в его владениях не получится. Гидро стихия не обладает такой же силой, как гео, чтобы иметь хоть какую-либо возможность поддерживать Верховного судью, не позволяя вновь погрузиться в беспамятство, первопричина которого до сих пор являлась загадкой.       К тому же, как Моракс воспримет новость, что тот, кого он сторонился на недавнем празднике морских фонарей, явился почти по его душу? Не судить, конечно, но, если карты лягут нужной стороной…       Впрочем, об этом думать ещё было рано. Как состояние во время пребывания в гео нации, так и здешний Архонт воспринимались более вторично на фоне куда более важного вопроса: «Как поступить?» Затея, подсказанная Фуриной, как могла оказаться катастрофой, обернувшейся крахом Фонтейна, так и лечебным снадобьем, вернувшем здоровье региону.       Стоило принять к тому же ко вниманию несколько факторов, заключающихся в том, что правящие круги Ли Юэ могут отклонить предложение, не пойти на компромисс или изначально выдвинуть непосильные требования. Всё же с верхушкой власти Невиллет знаком был, говоря мягко, номинально. Честно говоря, никогда они и не виделись. Просто нужды не возникало. Без сомнений, чем-то элементальный дракон интересовался сам, выясняя необходимую информацию, что-то получилось выведать от прошлых знакомств и кратких разговоров, однако этому не уделялось достаточно времени и внимания, потраченных на государственные дела, и этого в любом случае было недостаточно для возможности спрогнозировать примерный исход.       Для Фонтейна взаимовыгодное партнёрство могло обернуться как неудачей, из-за которой самым, пожалуй, ужасным исходом являлась вражда, сподвигнувшая к войне, возможному «возвращению» почившего гео Архонта и, не исключено, накалу отношений с другими регионами, так и успехом, способным оказать положительное влияние на экономику, развитие культуры из-за обмена её особенностями и характерными чертами и дальнейшие политические взаимодействия.       … В дверь постучали.       –Мсьё Невиллет, — голос Седэны раздался по ту сторону помещения, — к вам пришли с ежедневным докладом. Позволите войти?       Ах, точно… Наступила пора, знаменующая окончание «отпуска» и возвращение к должностным обязанностям.       –Войдите.       Так и начался день, скрывающийся за окнами здания. Пока на улице солнце отдавало лучи фонтейнцам, грея в тёплых объятиях, незадолго до наступления обеда развеяв холодный влажный осадок лунной ночи, в своём кабинете Верховный судья по-немногу возвращался к привычному распорядку, заполненному рабочими задачами и вопросами, встречами и деловыми разговорами, личными делами нарушителей закона и письмами, отличающимися друг от друга содержанием написанного.       Многое терялось, но и немало приобреталось, способное компенсировать дневную суету водной нации, бесспорно кипящей горячей кровью, приводящей работающий механизм в движение…       Рабочий день окончился поздним вечером, когда над Фонтейном уже вовсю горели звёзды, небо мирно покоилось, успокоенное сиянием луны, в колыбели, а Невиллет, почти единственный житель, всё ещё находящийся не возле домашнего очага, не спеша, возвращался в свою обитель. Земля тихо отдыхала, провожая уходящий день и давно зашедшее за горизонт солнце, забравшее последние красные тёплые лучи. Всё почти так же, как утром: нечастно удавалось встретиться взглядом с мимо проходящим человеком, на время вырвавшемуся из одиночества улиц, слышались отголоски ароматов цветов, завернувших лепестки в крошечные коконы, и вместо кофе или мучных изделий, сладким шлейфом преследующих ещё пару шагов, кожей чувствовались касания моря, проникшего в сердце нации благодаря помощи ветра.       От ночного, засыпающего Фонтейна чувствовалось спокойствие и умиротворение, оседающее сладкой пеленой на голой коже.       Вот и остались последние шаги до обители гидро дракона, превратившейся в уютное гнёздышко после стольких лет проживания… Стоило прикоснуться пальцам к ручки двери, как те ощутили что-то шершавое, несмотря на перчатки, полностью покрывающие ладони. Взгляд мгновенно встретился с небольшим подарочным пакетом, висящем на тонких лентах, стоило ему опуститься. В такой тьме хоть глаз выколи, но вряд ли что-то увидишь. При том при всём глаз смог-таки зацепиться за бирку, прикреплённую к пакету. Не каждый день увидишь подобное. Редко кто-либо дарил подарки Верховному судье, особенно если они были без повода.       Только зайдя в дом и пройдя в скромную гостиную, где был включён свет по приходе, Невиллет смог прочитать пожелание хорошего вечера, написанное Фуриной. А в самом пакете…       … Пирожные, хранящиеся в аккуратной коробочке. Невиллет ещё тогда имел догадки, какие же срочные дела на самом деле возникли у леди Фурины.       Что ж, раз такой случай, можно сказать даже особый, следовало взять в руки чернила и заняться письмом. А пирожные могут подождать ночного приёма чая…