Немирские удовольствия

      –Между нами было столько разговоров. — усталый вздох. — Однако вы продолжаете меня не слушать, что меня довольно сильно удручает. Уже не раз я высказывал свою позицию, но вы по-прежнему продолжаете нарушать договорённости.       –По-вашему, моё беспокойство — нарушение договорённостей? — в его тоне ясно прослеживалось недовольство. Не он один здесь испытывает не самые приятные эмоции после встречи.       –С чего вы взяли, что вам можно беспокоиться обо мне?       –Ха? То есть? — бессмысленно пытаться намекать, он не поймёт, потому фигура лишь молча смотрела на раздражение, хлещущее бурным потоком из визави. — Что-то я не припомню статьи, где говорилось, что о нашем судье нельзя беспокоиться простым служащим и гражданам.       –Герцог, — во вздохе слышны разочарованные ноты, — я судья, вы надзиратель Меропида. Что вас не устраивает в наших отношениях? Я уже позволил вам приходить ко мне и пустословить. Чего вы ещё хотите?       Ответа Невиллет не услышал. Только видел, как Ризли нахмурил брови и увёл скорее не злобный, а недовольный взгляд.       –На этом наш разговор окончен.       –Чего я хочу? Ты правда хочешь этого знать? — брови машинально нахмурились от неожиданного перехода на «ты».       –Герцог, вы пренебрегаете полномочиями.       –Я требую серьёзного разговора.       Стоило ли заходить к Сиджвин и обрекать себя на стычку с герцогом, от которого даже посещение Меропида втайне никогда не остаётся незамеченным? Только Селестия знает ответ на этот вопрос. Однако история берёт своё начало немного раньше.        Когда Фонтейн погрузился в томительное ожидание прихода первых лучей, а жители так и вовсе давно спали в своих постелях, они вернулись. Усталые и довольно измученные после нелёгкой поездки. Нельзя было с точностью сказать, во сколько они вернулись в гидро нацию, но судя по сумеркам давно стрелки часов перевалили заполночь. К тому же их сразу встретили пустующие улочки, в которых царило безмолвие. Только они его нарушали.       По одному взгляду на Фурину Невиллет понимал, насколько сильно дорога вымотала её. Да даже не столько она, сколько бессонная ночь перед поездкой. Невиллету ничего не будет. Зато он прекрасно слышал, как за стенкой кто-то отчаянно ворочался, будто там разворачивалась настоящая бойня. Да и к тому же примешивались звуки шагов, падающих предметов, уроненных из-за тьмы перед глазами, еле уловимый скрип двери, когда бывший Архонт выходила из своего номера. К нему она не заходила. Сам юдекс и не горел желанием устраивать встречу. Только получше укутался одеялом и наконец закрыл глаза. А поутру не мог скрыть разочарованного вздоха, когда Фурина, бледная, как смерть, наконец покинула номер и с зевком сказала, что они могут отправляться в дорогу. Аккурат промелькнувшая при взгляде на неё мысль, что бывший Архонт ненароком заболела, тут же была забыта в углу сознания.       Спрашивать о состоянии не имело практической пользы. Единственное, ей удалось немного отдохнуть перед самым прибытием в Фонтейн, от чего сейчас она выглядела чуть живее и не так сильно напрягала юдекса, без того ощущающего возникшее из не неоткуда смятение в груди и странное предчувствие.       –Невиллет. — они остановились прямо перед её домом.       –Да, леди Фурина?       –Не хочешь зайти и немного отдохнуть? Я могу приготовить чай.       –В этом нет необходимости. — даже жалобные глаза не сломили его намерений. — Лучше ложитесь спать, переспите эту ночь в спокойствии и больше не задумывайтесь о государственных делах. Перед нашим отбытием я разобрался со всеми неточностями. Более вас не побеспокоят. А у меня ещё есть дела во дворце Мермония.       –Так поздно? — удивлённо поинтересовалась девушка.       –Да.       –Не задерживайся сильно. Ты всё же работал больше меня, а сам не отдыхаешь.       –Леди Фурина, не советую беспокоится о моём здоровье.       –Всё равно не пренебрегай отдыхом.       –Прощайте, леди Фурина. — что-либо отвечать на её слова у юдекса не было никакого желания. Лишь благосклонно склонившаяся голова и прикрытые глаза послужили прощанием, после которого Невиллет ушёл.       Пожалуй, впервые за столь долгое время он ходил по спящему Фонтейну. Ни звука, если не считать шагов, ни шорохов, если не брать в расчёт колыхание ткани одежды, никого. Казалось, что он единственный, кто находится сейчас вне стен дома, кто не торопится пасть в объятия сна, наоборот, уходя от них.       Фонари горели через один или два, но это не мешало спокойно придерживаться нужного направления. В окнах же домов подавно не было и намёка на свет. Будто Фонтейн вовсе лишился жизни, а Верховный судья был единственным, кто не оставил опустевший город.       Вот уже показалась главная площадь, а там всего ничего до дворца Мермония, который встретил привычной статуей гидро Архонта слева и клумбами вокруг. Вновь он вернулся к своим должностным обязанностям, от которых отделяла только дверь.       –Мисс Седэна. — позвал судья, стоило зайти во дворец и сделать несколько шагов. За стойкой регистрации никого. — Седэна?       –Мсьё? — Невиллет со спокойствием выдохнул, услышав её сонный голос.       –Седэна, я вас разбудил? — нужно было всего-лишь подойти ближе, чтобы увидеть ушки мелюзины, а после она показалась и сама, слегка потянувшись. По одному взгляду на неё, не утаилось то, как всё ещё держалась маска сладкого сна на её лице. Но это не помешало ей по-детски помахать Невиллету. — приношу извинения, что потревожил ваш сон.       –Мсьё, вы вернулись! — юдекс не сдержал ласкового смеха от восторга Седэны. — Как давно вы находитесь в Фонтейне?       –Мы только недавно вернулись с леди Фуриной.       –Что же вы делаете тут? — невинно поинтересовалась мелюзина.       –Я лишь хочу знать, что происходило в моё отсутствие, несмотря на мою просьбу присылать отчёты.       –Насколько я могу вспомнить, почти ничего серьёзного, мсьё. — ей понадобилось некоторое время, очевидно, чтобы проворошить воспоминания в памяти.       –Мне поступали какие-либо письма, отчёты, документы или любые другие бумаги?       –Вроде нет, хотя, — замешкавшись, Седэна тут же скрылась, показавшись уже с письмом. — Мсьё герцог приходил и оставлял письмо на вашу фамилию.       –Герцог? Что ему нужно было? — признаться честно, Невиллет не ожидал получить письма именно от герцога, с которым они да и никогда не вели переписку, предпочтя лично обговаривать дела и всё остальное, имеющее связь с судебными процессами и заключёнными в Меропиде. Гораздо легче было поверить, что Ризли назначит официальную встречу или придёт без предупреждения, чтобы провести беседу, а не оставит конверт.       –Мсьё Ризли просил встречи с вами, но когда узнал, что вас нет не только на рабочем месте, но и в Фонтейне, просил написать письмо на вашу фамилию.       Когда Седэна договорила, юдекс вскрыл конверт, наблюдая внутри ежемесячный отчёт.       –Что-нибудь ещё? — глаза быстро пробегали по строчкам, меж тем внимания Невиллет не утратил, по-прежнему с полной сосредоточенностью слушая мелюзину.       –Больше ничего, мсьё Невиллет.       –Хорошо. — отчёт вернулся на прежнее место. — Я ещё некоторое время побуду в кабинете. Можете отдыхать, мисс Седэна. Я постараюсь вас не тревожить.       –Спасибо, мсьё!       Поначалу рука аккуратно сжала лапку Седэны, а вкрадчивая улыбка сама по себе возникла на лице. Затем уже перед юдексом открылись двери в кабинет. Ох, его спокойная обитель, в которой проводилось времени, по ощущениям, гораздо больше, чем дома. Все вещи находились на прежних местах. Даже отсюда было ясно видно, что никто не посещал его кабинет в отсутствие Верховного судьи.       Но стоило пройти чуть дальше, как глаза зацепились за ноги в массивных ботинках, свисающих с подлокотника, а после взгляд и вовсе уловил герцога, что… спал на диване? Первое время Невиллет находился в оцепенении. Без сомнений, это не была игра воображения. Уж тем более это точно не влияние Чжун Ли, решившее подействовать в этот раз по-другому. На диване действительно спал герцог. Без одеяла, с курткой и рукой под головой. А ноги свисали с подлокотника, ведь, очевидно, диван — не кровать, на которой хоть вытянись во весь рост, хоть согнись, насколько позволяют особенности тела. И Ризли, кажется, не притворялся. Его грудь редко поднималась, а ресницы слегка подрагивали.       –Герцог? — Невиллет навис над ним, щёлкая пару раз перед лицом. На его действия не сразу последовала реакция, однако надзиратель, по-видимому, осознав, кто перед ним, подскочил и схватился за сердце.       –Судья? — Невиллет не считал смешок, вырвавшийся у Ризли, чем-то уместным в подобного рода ситуации, потому слегка нахмурился. — Вы припозднились, месьё. Я ожидал, что вы прибудете раньше.       –Герцог, что вы делаете в моём кабинете? — только Ризли в кабинете не хватало Невиллету для полного счастья. — Не хочу подвергать моё доверие к вам сомнениями, но неужели вы решили вернуться на преступную дорогу?       –С чего вы взяли, судья? — и новый смешок, из-за которого к горлу судьи подкатило желание сдавить шею надзирателя, чтобы он прекратил смеяться. — Мне лишь хотелось узнать, когда вы вернётесь, но сами понимаете, что до Меропида долго добираться, потому и, — Ризли повёл плечом, неловко улыбнувшись, — я дождался вас тут. Видимо, всё же сон одолел меня.       –Почему Седэна мне ничего не сказала о вашем приходе? — перебил судья.       –Та мелюзина на входе? Когда я пришёл, она чуть ли не с ног валилась из-за сонливости.       Тяжёлый вздох. Пальцы механически потянулись к переносице, растирая кожу. И зачем Ризли свалился на его голову сегодня? Вроде, обычным людям, как он, необходим отдых. Да и никто не отменял режим сна. Но герцог сейчас находился в его кабинете и с улыбкой, полной удовольствия, прожигал взглядом элементального дракона, будто его вовсе не волновала поздняя ночь и тот факт, что он давно должен был видеть в кровати сновидения, а не томиться ожиданием.       –Герцог, вы знаете, что если хоть один документ пропал или был повреждён, то вся ответственность ляжет на ваши плечи? Вы единственный, кто находился последнее время в моём кабинете. — и сердце Невиллета вдруг сдавили тиски, что даже глаза закрылись, а лицо чуть ли не выражало смесь бессилия и злобы от мысли, поселившейся в голове. — И мне придётся вас судить.       –Могу вас уверить, что всё в полном порядке. Отвечаю своей головой. — от неожиданного прикосновения к рукам Верховный судья вздрогнул, распахивая глаза. Его ладони сжимали. Несильно и аккуратно. Как они и договаривались.       Прежде чем сесть за рабочий стол, Невиллет вырвал руки и кинул странный взгляд на герцога, что в свою очередь занял прежнее место. И нарушать возникшее молчание пока никто не смел. Ни судья, что вернул внимание к отчёту, ни Ризли, расслабившийся на диване. И эта странная обстановка давила.       За те пару минут безмолвия Невиллет лишь дважды окинул герцога взглядом, всякий раз вновь сосредотачиваясь на документе. И его непосредственность выводила из себя.       –Герцог, вам что-то требуется от меня? — не выдержал первый юдекс.       –Да-с. — и ведь снова замолк, проверяя волю и терпение на прочность. Невиллет только нахмурил брови, вновь растирая переносицу.       –Что вам требуется? Учтите, я не всё могу выполнить. Моё рабочее время давно должно быть закончено, судя по графику.       –Всего-лишь узнать, как вам Ли Юэ. — серьёзно? Юдекс и не знал, как реагировать: вышвырнуть этого нахального волка вон из кабинета за достаточно личный вопрос, грозно посмотреть, чтобы одним взглядом не только сказать обо всём, но и намекнуть, чем чревато хождение по грани, или всё же поддаться его уловке и начать пустословить, как они делали раньше. — Слышал, там довольно красиво, вкусная еда и много разных сортов чая.       –Надеюсь, вы понимаете, что я не ездил в Ли Юэ, чтобы смотреть на виды, пробовать еду и чай? — со вздохом поинтересовался судья.       –Несомненно. Как раз после хотел узнать о причине вашего визита, если позволите.       –Вас это не касается.       –Неужели ваши дела были столь важными, что их можно прировнять к государственной тайне? — удивлённо поинтересовался герцог, на что судья лишь выдохнул и отложил документ.       –Можно и так сказать. — руки сложились на груди, пока глаза изучали фигуру в полутьме. — Почему вас это так интересует? Вам следует больше интереса проявлять к заключённым, а не к моим делам. Говорю для справки.       –Лишь чисто символический интерес. — и вновь эта непосредственность, с который Ризли пожал плечами и совершенно буднично поднял брови. — Сам никогда не покидал Фонтейн, потому и спрашиваю. К тому же вы стали ещё более скрытны после принятия поста правителя Фонтейна. — Невиллет готов сдаться под суд самому Небесному порядку, если окажется, что сейчас Ризли на деле не улыбался ему с загадкой и каким-то намёком, который юдекс не понял. — Стали более загадочны. Сами понимаете, как людей тянет раскрывать секреты и искать ответы на интересующие вопросы.       Сложно обманывать самого себя и пытаться успокоится, особенно в такой ситуации, от которой глаз начал нервно дёргаться, а брови подавно были нахмурены.       –Вон из моего кабинета.       –Месьё, что нашло на вас?       –Герцог, не кажется ли вам, что вы стали проявлять ко мне излишне сильный интерес? — Невиллет умолчал о и так повышенном внимании к своей персоне журналистов, на которых Ризли сейчас очень даже походил из-за нездорового стремления выведать все самые тёмные тайны.       –Мы не на такой уж и длинной ноге, я полагаю. К тому же с чего вы взяли, что мой интерес излишне сильный?       –Ризли, — только безумец не услышит в его голосе предупреждение, — прошу вас покинуть мой кабинет.       –Вынужден вас разочаровать, Невиллет.       Верховный судья не сдержал возмущения за сдержанностью.       –Вы действительно полагаете, что я упущу возможность встретиться с вами после пары недель вашего отсутствия?       –Что случилось с вашим терпением? Помниться, раньше вы были готовы ждать месяца, чтобы встретиться со мной. — со скрипом в зубах чуть ли не прошипел Невиллет, бессознательно вспоминая, что почти добровольно положил в руки Ризли возможность чаще устраивать встречи, не пресеча их вовремя, чем позволил герцогу обольститься столь заманчивым предложением.       –Поверьте, с ним всё в порядке. А вот вы стали куда раздражительнее.       После его слов Невиллет вправду почувствовал, как недовольство вьётся вокруг него змеёй, почти заполучив самое важное — контроль над собой.       –Ризли. — судья вздохнул. Между ними восцарилось короткое молчание, прервавшееся тогда, когда змея освободила тело и уползла обратно в гнездо. — Я говорил с вами насчёт личных границ. Прошу, не заставляйте меня повторять свои слова по второму разу. — и в этот раз его взгляд выражал немую просьбу.       –Невиллет, я помню ваши слова. — его грубые руки аккуратно захватили ладони судьи. А ведь гидро дракон и не заметил, как Ризли подошёл ближе. Да и противостоять поглаживаниям не спешил. — Для меня было потрясением, когда я узнал, что вы решили покинуть Фонтейн, ничего не сообщив… — герцог замолк. Аккуратно опустил взгляд и почти неслышно выдохнул. — Признаться честно, я…       –Не нужно, Ризли. — за стенами здания прогремел гром. — Вам стоит вернуться в Меропид, отдохнуть и привести мысли в порядок. — руки осторожно выбрались из плена. — Должно быть, скоро будет дождь. Вам стоит поспешить, чтобы не попасть под него.       И взгляд, с которым Ризли посмотрел на него, заставил Верховного судью застыть… Что это за эмоция…?       –Вы правы. — спустя минуту всё же произнёс надзиратель. — Я и так задержался у вас. Полагаю, встретимся в другой раз?       –Думаю, да…       –Тогда до встречи. — ободряюще улыбнулся герцог. По кабинету раздались его шаги, прекратившиеся у двери. Руки Ризли скользнули к ручке, а сам он повернул лишь голову. — Сиджвин передавала «привет» и слова, что скучает.       –… Передайте от меня привет для неё.       –Хорошо. — послышался тихий щелчок. — И всё же заходите навестить её. Думаю, она обрадуется вашему приходу.       И после сказанных слов герцог ушёл.       Для Невиллета не осталась без внимания его реакция на слова о потенциальной возможности Ризли оказаться под шпагой суда. И это напрягало. Верховный судья обманет самого себя, если признается, что никогда прежнее не испытывал подобного, ведь на самом деле такое происходило ранее, однако то случилось в далёком прошлом, наполненном неприятностями и муками боли. Ведь кто знал, что сердце может ныть от простых чувств? Кто знал, что в жизни людей может произойти столько событий, из-за которых их, казалось бы, светлая судьба превратиться в мрачные скитания в тюремных стенах? Кто знал, что болезни могут так легко уводить на тот свет? Кто знал, что люди такие хрупкие создания? Кто знал, что их жизнь в сравнении с божественной ощущается годом? Кто знал, что они могут располагать к себе и увлекать, а потом прощаться с жизнью в раннем возрасте, не дожив до старости? Кто знал, что они грешны? Кто знал, что они только и живут ради удовольствий, чревоугодия и насилия? Кто знал всё это?       Маска сдержанности и хладнокровия не появилась так просто, как можно полагать. И за всю жизнь Невиллет привязывался лишь пару раз. Но даже это оставило неизгладимый отпечаток где-то внутри груди. Он видел сотню людей, попадавших под его руку правосудия, но и это оказывало определённое влияние, когда ему ещё только довелось приступить к судебным процессам. Потому и не привязывался. Не проявлял сильных ощущений. Отгораживался от всех. Не терпел знакомств и внимания к своей фигуре, зная, к чему это в конечном итоге может привести. Не любил людей, поняв, насколько же они грешны по своей природе. Да и на самом деле Невиллет думал, что и вовсе прекратил чувствовать что-то к ним. На его годах числится не один век. Но, как оказалось, избавится от чего-то насовсем бывает довольно проблематично.       Так и сейчас. Невиллет одинок. Он ясно осознавал это, не стремясь каким-либо образом исправить сложившиеся обстоятельства. Но Ризли… В горле разгорелись пламенные языки ярости от одной мысли о нём. Зачем он вообще посмел влезать в его жизнь?! Зачем прикоснулся к вековым колоннам устоев и принципов?! Он так же грешен, как и другие люди. И из-за этого простого факта Невиллет должен был хладнокровно относится к нему или на крайний случай возненавидеть, а не подпустить к своей водной пучине.       Нет… Это не он подпустил его. Сам Ризли подобрался к опасному месту, не зная, какие последствия его могут ожидать, или, по крайней мере, не осознавая, на какую опасность себя обрекает, подходя ближе…       Так что же привело Верховного судью в обитель надзирателя Меропида спустя некоторое время после их последней встречи? Желание ли показать Ризли, к чему всё может привести? Нисколько. Стремление возобновить прерванный разговор? Отнюдь. Те ли слова Ризли о том, что Сиджвин скучает по нему? Не совсем. Пусть они в последний раз виделись достаточно давно, не это являлось главной причиной, по которой Невиллет очутился в тюремных стенах. Но это определённо всё равно привело его к мелюзине.       Смысла таиться не было. Тем не менее Невиллет старательно избегал каких-либо встреч лицом к лицу как с заключёнными, служащими, так и с самим герцогом. Примерный маршрут он всё равно помнил, несмотря на прошедшее время с последнего посещения крепости, потому только и не обращал на себя гораздо больше внимания с расспросами. Ризли, невзирая ни на что, всё равно узнает о его посещении. Главное, оттянуть неизбежную встречу настолько, насколько получится.       Сиджвин он застал в компании пациента, что лежал на кушетке и с взгляда со стороны почти не дышал. Потому, вероятно, она сразу удивлённо вздохнула, услышав шаги и увидев того, кому они принадлежали.       –Невиллет?       –Здравствуй.       –Что тебя привело сюда? — она тут же схватилась за руки Верховного судьи, стоило ему опуститься на колено перед ней. — Ризли знает…       –Нет. Ему нельзя говорить о том, что я был здесь. — прервал юдекс.       –Что-то серьёзное случилось? — по короткому взгляду юдекса, обращённого на пациента, Сиджвин сразу поняла, какой вопрос его тревожил, и ободряюще улыбнулась. — Не волнуйся. Этот разговор останется только между нами.       Она усадила судью на свободную койку и в считанные мгновения налила для него воды, по одному лишь уставшему взгляду поняв, что ему нужно прежде настроиться.       –Я готова тебя выслушать в любой момент. Можешь не торопиться. — то, с какой обходительностью к нему обращались, позволило немного успокоиться и отбросить волнения насчёт того, как скоро его обнаружат в Меропиде.       –Меня стали одолевать смятения. — коротко пояснил юдекс, устало выдохнув.       –Смятения? — переспросила Сиджвин. И её удивление было вполне оправдано. Такое происходило с ним последний раз несколько веков назад.       –Меня волнует поведение герцога. Ризли решил подобраться ко мне слишком близко, чего, ты знаешь, я не терплю от людей.       –Оу… — от сочувствия, выраженного на лице Сиджвин, Невиллет отвернул голову. — Могу предположить? Вас стали влечь человеческие чувства?       –Не влечь, а скорее беспокоить. И не мои, а герцога. — Невиллет отпил воды, тихо поблагодарив за неё. — С каждым разом он будто только ближе подбирается ко мне. Но не могу же я пасть в Бездну, чтобы навсегда разорвать какие-либо связи с ним, при этом оставив Фонтейн и свои дела?       –Невиллет… Ты не пробовал поговорить с ним? — лишь из-за аккуратности вопроса Невиллет терпеливо отреагировал.       –С человеком? — настороженно протянул Верховный судья.       –Если ты будешь молчать, то всё может усугубиться. — и в её словах действительно была правда. Если всё затянется ещё сильнее, станет только труднее разбираться со всем, чего Невиллету не хотелось, уже допустившему прокол — позволил Ризли увлечься. К тому же непонятно, какие последствия последуют от такого решения.       –Ты можешь выписать мне что-то для успокоения нервов? — неожиданно спросил судья, мысленно отсчитывая время, проведённое в тюремных стенах, чтобы не задерживаться.       –Да, конечно. — и она тут же подскочила к столу, заваленному бумагами. Всё заняло только пару мгновений, после чего листочек с рецептом оказался в руках судьи.       –Спасибо. И прости, что не заходил так долго и что не могу провести с тобой больше времени.       –Я всё понимаю. Только не переусердствуй с работой и не забывай отдыхать.       Ответом послужил кивок, который стал к тому же прощальным жестом. После него Невиллет покинул Сиджвин, помахавшую ему напоследок.       Сейчас не хотелось и мысли допускать о возможном разговоре с герцогом, тем более о том, к чему он может привести, но те неустанно роились вокруг головы, точно осы, выбравшие место для нового дома. И всё же неизменным оставался простой вывод: какие же тяжёлые бывают человеческие чувства…       Вот только спокойно покинуть Меропид как раз-таки не дали, встав на пути Верховного судьи, напрасно понадеявшегося всё же на то, что ему удастся незаметно уйти.       –Не ожидал вас встретить здесь, Верховный судья. Вы нечастый гость в Меропиде.       –Я уже ухожу, герцог. Прошу, не задерживайте меня. — и Невиллет честно пытался скрыть раздражение, устало закрыв глаза.       –Раз вы спешите, не буду задерживать вас и сразу спрошу. — юдекс вздрогнул. Не хватало тому самому разговору начаться прямо сейчас. Да в жизни более неподходящего момента не найти для откровений. — Что с вами, Невиллет?