Угасающее Рождество и смоляные кошмары

– Я понимаю, почему мы выбираем крупные города, но эти поселения такие… маленькие, – задумчиво заметила Фея. – Ты уверен, что нам стоит именно сейчас уделять им столько внимания? – Уверен. Поверь мне, эти крохи – одни из самых крепких оплотов магии Рождества, одни из сильнейших и ярких искр. Если за кого и стоит побороться, так это за них, – твердо ответил Северянин и все сомнения у Хранителей развеялись. – Так… а что с Кромешником? Вряд ли нам стоит отправлять его одного.       Все оглянулись на невозмутимого Властелина дурных снов, что скучающе осматривал мало в чем изменившуюся мастерскую чудес. – Можно поставить его со мной в пару, – вызвался Джек, впрочем, без особого желания. – Джек, ты… уверен? – заволновался Хранитель Рождества. – Только я и Песочник можем дать ему отпор, но Песочника я бы не хотел отпускать одного с ним, – Золотой Человек и Кромешник, не сговариваясь, одновременно фыркнули на это заявление.       Однако пристально наблюдающий за освобожденным противником Северянин заметил, как тот разом расслабился, словно бы компания Повелителя льда и метелей не несла ему никакой опасности и дискомфорта. «Нет», – подумал он, продолжая наблюдать. – «Тут нужен кто-то… более непробиваемый». – То, что ты вызвался сам – похвально, Джек, но, я думаю, что на этот раз лучше Песочнику разделить это бремя.       Все пораженно замерли, удивленные столь внезапным выбором их лидера. Песочник был озадачен не менее остальных, о чем красноречиво заявлял крупный знак вопроса над его головой. Северянин же продолжал подмечать любые изменения в Кромешнике: стоило ему только озвучить свое решение, как тот сморщился, а после уставился на него с неприкрытой злостью. «Любопытно», – подумал мужчина. «Крайне любопытно». – Как ты на это смотришь, мой Песочный друг? – энергично обратился он к Повелителю грёз. – Мне видится, что ты не только сможешь противостоять Кромешнику по силе, но и не дашь ему пустить себе пыль в глаза. – Ты и правда думаешь, что это смешно? – отозвался Король кошмаров. – Я не стану настаивать, если ты против, – как ни в чем не бывало продолжал Северянин.       Золотой человек показал большие пальцы вверх. – Ты не против? – воодушевился Клаус.       Золотой человек с улыбкой покачал головой и пожал плечами. – Вот и славно! – Как мило, спасибо, что не забыли поинтересоваться моим мнением – так уж и быть, мне остается только смириться.       Все, наконец, обернулись к Кромешнику. Песочник посмеивался над таким ярким проявлением драматизма, Джек закатил глаза, немного расстроенный, что ему не доверили опасного узника под надзор, Зубная фея разглядывала этого самого узника с некоторым вежливым недоумением, а Северянин довольно ухмыльнулся. Кролик оказался самым нетерпеливым, потому как он озвучил, как ему показалось, общее впечатление: – Что с твоим чувством юмора? – он повернулся к Хранителю мечтаний и с искренней озабоченностью добавил: – И как ты умудрился провести с ним так много времени? Он же совершенно невыносим! – Ты просто душка.       Кролик застонал, и Хранитель чудес громко рассмеялся глубоким, низким звуком: – Ха-ха, мы точно сработаемся!

***

      Распределение мест между ними не заняло много времени. Хранители ненадолго отлучились по своим домам – требовалось пополнить запасы, чтобы охватить как можно больше точек Земного шара, – пока Северянин остался присматривать за Королем кошмаров.       Золотого человека завершение дел задержало дольше, чем он планировал, и потому, когда он вновь оказался на Северном полюсе, все уже были там. Однако среди Хранителей царило какое-то странное напряжение. – Ошейник?! – едва ли не прорычал Кромешник, стоя к нему спиной. – Может посадите меня еще и на поводок?! – Хватит! – разозлился Ник. – Такие оковы выбрал для тебя Луноликий, смирись и покорись!       Хранитель грёз не совсем понимал, что тут случилось, пока Властелин ночных ужасов не обернулся к нему, кинув ненавистный взгляд на полную Луну за окном. Тогда Песочник разглядел на чужой шее литой обруч, плотно прилегающий к сероватой коже. «Любая предосторожность уместна, но это уже…» – подумалось ему, как к нему подлетела Фея: – Ты припозднился, готов?       Песочный человек отвлекся и, кивнув, подошел к каждому и вручил по маленькому позолоченному зеркальцу. Пока все восхищенно крутили их в своих руках, он поспешил кратко обозначить суть: «Средство связи. Ускорит процесс». – Отличная идея, мой друг! – похвалил его Северянин, попутно открывая порталы. – Что ж, со своей стороны я тоже кое-что для вас приготовил: эти снежные шары сэкономят ваши силы на перемещение между регионами. В использовании они очень просты и удобны: потрясти, загадать место и не забыть крикнуть: «Хо-хо-хо!». – А может я это… лучше по старинке? – особо ни на что не надеясь, уточнил Кролик, вспоминая их прошлые полеты. – Как-то ямы мне привычнее. – Никаких возражений! Я их усовершенствовал, осечек не будет, – сразу же отрезал Хранитель чудес. – Как-то мне стало еще страшнее… – пробормотал Хранитель надежды. – Выше нос, мой друг! Мы приступаем к спасению Рождества! – немного помолчав, Клаус дополнил свою напутственную речь уже серьезнее: – Магия Хранителей в наших руках, давайте же сделаем все возможное для ее возрождения! – А как иначе? – с задором поддержал его Ледяной Джек, невесомо переступая с ноги на ногу, словно в нетерпении. – Удачи, друзья!

***

      Песочник пока не знал, как продвигался ход их миссии у остальных, однако у него все складывалось не слишком хорошо: Кромешник следовал за ним без особого энтузиазма, а в первый раз и вовсе попытался улизнуть, что, впрочем, было ожидаемо. Однако к удивлению обоих, эта затея не увенчалась успехом: обруч Луноликого попросту не позволил Повелителю кошмаров уйти далеко, буквально приковав к тому месту, где он стоял, когда был превышен некий невидимый лимит. Он мог уходить от Хранителя, но не мог преодолевать большие расстояния, вынужденный все равно ждать его приближения, чтобы двинуться дальше. Эта ситуация привела и без того неприветливого Кромешника в полное бешенство. – Такого унижения я давно не испытывал! – злобно кричал он полной Луне, пока Золотой человек догонял его. – Трус, способный только прятаться и расставлять фигуры на доске!       В очередной раз преследуя Властелина ночных ужасов, Песочный человек осознал, что его терпение на исходе. К такому же заключению, по всей видимости, пришел и его недруг, который попятился от него, пускающего молнии и разряды грома над лучистыми кудрями. Брюнет дернулся, чтобы вновь убежать, но Хранителю сновидений надоело носиться туда-сюда, толком не выполнив то, зачем они, собственно, и пришли, и потому Песочник был настроен на решительный, но короткий разговор. – Не смей затыкать меня! – ощерился Властитель страхов, пойманный золотыми лозами. – Ты не знаешь, каково это, даже самой малости не знаешь, и…       Золотой человек предусмотрительно накрыл искривившиеся губы струящейся лентой своей магии, не желая отвлекаться на чужие возмущения. Кружа вокруг вынужденно замершего Кромешника по вырастающим песчаным столбам, он пытался сообразить, как работают путы Луноликого. Быть может для начала получится изменить саму их форму? Хранители могли сколько угодно острить, но им, как и ему, смотреть на столь оскорбительное проявление сдерживающих чар было невыносимо. Он потянулся к обручу, но непокорный пленник дернулся назад, смотря на него со смесью страха и испепеляющего гнева. Когда это повторилось, Песочник, тяжело выдохнув, остановился напротив чужого лица и поднял ладони вверх. Убедившись, что он перевел все внимание на себя, а не на свои попытки изучить хитроумное ожерелье, он плавно опустил пальцы сверху-вниз, призывая своего сокомандника успокоиться. Король кошмаров сощурил глаза, явно ему не веря, и тогда Золотой человек поднес указательный палец к своим губам, а после указал на чужие оковы, завершая свое объяснение знаком «Х» из своих пальцев. Брюнет опешил и не упустивший такого шанса Страж тут же подлетел ближе. Сосредоточенно хмурясь, он легко коснулся обруча, мельком отмечая сбившееся дыхание своего противника, и, отняв пальцы, вдруг ошарашенно посмотрел на подушечки, потирая их друг о друга. «Это возможно!» – обрадовался он и аккуратно направил потоки своих чар на ненавистный обод, пытаясь изменить его облик. Его руки дрожали от напряжения, ведь очень много сил уходило на контроль своих движений – ранить он никого не хотел.       Внезапно обруч разомкнулся, Кромешник сделал глубокий вдох, и расплавленная медь тут же перетекла на его левое запястье, голодно смыкая свою пасть на бледной конечности. Несмотря на усталость и подрагивающие ладони, Песочник почти сразу подлетел к чужому плечу, рассматривая результаты своего труда, немного переживая: не сделал ли он хуже и больнее? Но теперь хотя бы эта страшная вещь не так бросается в глаза, что тоже неплохо.       Пока он был занят, сам полуосвобожденный оторопело разглядывал новый вид своих оков, а после замер взглядом на озабоченном Хранителе. – Затыкать живых существ песком – даже я до такого не додумался, – выдавил он. Заставившая его замолчать лента уже давно испарилась, однако он не сразу сумел найти подходящие слова.       Песочник раздраженно опустил ресницы, а затем демонстративно отряхнул ладони, намекая, что его работа выполнена, и указал на ночной, заснеженный город: «Теперь-то мы можем заняться делом?». – А знаешь, мне даже интересно, что из этого получится, – высокомерно заявил брюнет, медленно проходя мимо Золотого человека. – Жду не дождусь увидеть, как тлеет твоя надежда на успех.       Хранитель грёз уже не впервые закатил глаза и хмуро отозвался: «Неужели?». – Этот боится бедности, а вон та страдает от страха одиночества и отвержения, – перетекая от одного человека к другому, Кромешник называл их страхи, словно зачитывал список давно известных ему имен. Песочник едва ли поспевал за ним, но Властелина кошмаров это волновало в последнюю очередь. – Вот здесь плохо скрываемый страх заявить о себе, а вот тут уже боязнь ничего не добиться и умереть в бесславии и нищете, – он перечислял их ровным тоном, и было очевидно, что они не представляли для него никакого интереса. – Все однообразно, одинаково и серо. «Детские страхи ты ощущаешь по-другому?» – не выдержал Золотой человек. – О да, – Кромешник ухмыльнулся, оборачиваясь к своему сопровождающему. – Они красочны, уникальны, и коллекционировать их – сплошное удовольствие. «Неужели?» – в который раз пронеслось у Песочника. – Собираешься внушить им свои дурманящие грёзы? – издевательски предложили ему. – С кого начнешь: здесь их хоть отбавляй, каждый нуждается в твоих сладостных снах.       Осмотревшись, Хранитель мечтаний был вынужден признать, что Кромешник прав: даже всех его запасов не хватит на то, чтобы за одну ночь осыпать стольких людей дремотным песком, ведь перед этим для них еще предстоит совершить чудо, которое вдохновит добрые сны. – Что – глаза разбегаются от объемов работы? – насмешливо прошептали ему у самого уха.       Схватив остряка за руку, Песочник понесся к центру города, к мосту, чтобы подумать без чужих подколок. Здесь высилась огромная зеленая ель, приятного темно-изумрудного цвета, украшенная разноцветными… Подождите-ка, почему огоньки не сверкают? Растерявшись, Песочный человек облетел ее по кругу, но ни один фонарик не мигнул ему даже в слабом приветствии. – Эх, который год они никак не могут починить эту несчастную елку, – грустно вздохнула женщина внизу. – Не говори: никакого праздничного настроения. Понаукрашают свои витрины, а на новую гирлянду для городской елки – денег нет! – поддержала ее компаньонка. – Хоть сама пиши письмо Санта-Клаусу, – согласилась первая женщина.       Золотой человек пристально наблюдал за тем, как они понуро идут прочь. Какая-то мысль начала формироваться в его умной голове, но пока еще была крайне мала, чтобы достучаться до него. – Мама, мама, смотри! – маленький мальчик подбежал к нижним ярусам елочных ветвей и расстроенно протянул к ним руки: – Мама, а почему елка снова такая грустная? – Видимо, пока ее еще чинят, дорогой, – неловко ответила его родительница.       Ребенок задумался, а затем с воодушевлением предложил: – Так может я принесу все свои гирлянды и игрушки, и тогда она обрадуется? – Боюсь, милый, этого будет мало, - виновато признала молодая женщина. – Видишь, какая она высокая – здесь нужно много-много украшений, чтобы она снова стала красивая и нарядная. – Угу…       Еще одна пара людей уходила разочарованной. – Какой кошмар! И ведь от этого страдают дети! – возмутилась седая старушка. – Действительно! Ладно уж, для нас, стариков, ничего делать не хотят, но для молодежи-то, для детей, неужели не нашли одной несчастной гирлянды?! «Разочарование», «Никакого новогоднего настроения», «Мама, елка снова не зажжется, да?» – звучало все громче и чаще. – Не желаешь послушать об их страхах? Тут есть кое-что новенькое, – в мнимом безразличии предложил до этого молчавший Кромешник. – Хотя здесь и без моих способностей все кристально понятно.       Вдруг над головой Песочника зажглась лампочка и его глаза распахнулись. Схватив Повелителя кошмаров, Золотой человек вновь облетел знаменитый рождественский символ по кругу, а затем стал пускать в каждую лампочку крохотные шарики из своего мерцающего песка. – Ты чего удумал? – с подозрением спросил бывший узник, прекращая попытки вырваться из крепкого захвата. – Только зря потратишь свой усыпляющий порошок.       Однако Хранитель, казалось, совсем его не слушал, только ускорился, все так же методично зажигая некогда потухшие огни. Внизу стала собираться волнующаяся толпа, которая восторженно охала на очередной зажегшийся фонарик. – Что происходит? – забеспокоились люди.       Коротко переведя дух, Песочный человек торжественно зажег огромную звезду на верхушке рождественского дерева. – Мама, мама, смотри! – закричали дети. – Что же это – неужели рождественское чудо? – в робком смущении спрашивали взрослые друг у друга.       Песочник счастливо улыбнулся – получилось! – Я уже и забыла, какая это красота…       Не желая терять достигнутого успеха, Хранитель сновидений слепил шарик большего размера, подержал его в своих руках, а после закинул высоко в небо. Через несколько мгновений в небе раздался короткий гром и следом стали стекать золотые искры, принимая разнообразные формы. – Мама, в небе! – Это же что же – салют? Разве об этом где-то предупреждали?       Вновь и вновь Песочник запускал свои бомбочки, пока одна из них, так и не долетев, не раскрылась и не устремилась вниз. Заволновавшись, Золотой человек дернулся вниз, однако неожиданно расползающийся комочек подхватил черный, турмалиновый песок , взмывая ввысь и там взрываясь смешанной вспышкой. Удивленный Страж обернулся к своему партнеру, натыкаясь на недовольный взгляд: – Внезапный сон кучи зевак посреди улицы нам ни к чему, так ведь?       Властелин грёз стыдливо улыбнулся, признавая свой промах. Судя по виду Кромешника, тот хотел добавить еще что-то, но его опередил тихий детский шепот: – Это что – Песочный человек?!       Мальчик уставился на них в полнейшем шоке и даже приоткрыл рот от потрясения. Песочник галантно приподнял наколдованную шляпку, а затем встревоженно заозирался по сторонам, быстро найдя пропажу – Кромешник шустро спрятался за елью, пока он сам приветствовал их наблюдателя. – Это и правда ты? – продолжал ребенок, и Песочнику пришлось переключиться на него. Он радостно закивал, немного полетав из стороны в сторону, тем самым привлекая еще парочку детей. – Это ты сделал? – Золотой человек кивнул, а затем отрицательно помотал головой. Тут он ринулся за ель, заставляя ребят испуганно вскрикнуть, а после вылетел с обратной стороны уже вместе с шипящим на него Кромешником. Замерев уже не на такой неудобной высоте, он торжественно указал на себя и на Властелина кошмаров, а после кивнул. – На кого он показывает? – растерялась рядом стоящая девочка. Хранитель смутился. – Прекрати этот цирк! – Король ночных ужасов зло вырвал свою руку. – Довольно с меня твоих издевательств!       Но Песочный человек не хотел сдаваться! Он видел и чувствовал: не только дети, но даже взрослые наполнились радостным ожиданием праздника, но это не была лишь его заслуга. Кромешник помог ему, пускай и не прямо, но это требовало признания и его участия тоже. Замявшись, он пошевелил пальцами рук перед собой, будто пытаясь напугать детей, но те не поняли, что он хотел донести до них. Тогда он сделал более устрашающий жест, оскалившись, пока один из детей с дрожью не прошептал: – Это Бугимен… – Ты о ком?       Мальчик трясущейся рукой указал куда-то в сторону и вновь повторил: – Рядом с Песочным человеком – Бугимен!       Присмотревшись, ребята испуганно охнули, ведь теперь и они смогли разглядеть тонкую, высокую фигуру в темной, развевающейся на морозном ветру мантии. Кромешник в неверии обернулся к ним, разглядывая каждого: – Что ты сказал?.. – Почему Бугимен здесь?! – запаниковал долговязый мальчик, придерживая свои очки.       Чувствуя неладное, Песочник вновь решил брать дело в свои руки: он коротко покружился с Королем кошмаров, пока тот погрузился в собственные думы и потерял бдительность, а затем подлетел вместе с ним же к наряженной ели и взорвал небольшой шарик из песка, быстро указав на себя и на Властелина страхов смазанным, немного нервным движением. Дети молча наблюдали за его пантомимой, искренне стараясь вникнуть, но по ее завершению не обронили ни слова. Плечи Золотого человека поникли и даже его лучистая прическа, казалось, слегка опала. Кромешник перевел взгляд вперед, на автомобильную магистраль, хрипло подмечая: – Тебе не стоило впутывать в это меня… – Так тебе что, помог Бугимен украсить елку для нас? – пролепетала маленькая кроха со всем возможным скепсисом, который мог возникнуть у малолетнего ребенка.       Встрепенувшись, Песочник ослепительно улыбнулся и энергично закивал головой. – Ооо… - протянули дети, пораженные открывшейся правдой. – А разве так можно? – рискнул робко уточнить кто-то. – Дурачина! Раз Песочный человек говорит, что так и было, значит так и есть! – вмешалась грозная на вид девочка. – Да я просто спросил! – Разве Бугимен не только пугает? – засомневался еще один.       Золотой человек только было приготовился объяснить, как Кромешник недобро предупредил его: – На этом тебе стоит остановиться, пока все не стало только хуже.       Однако вся яростная сила его реплики была разбита в пух и прах убежденным тоном самой догадливой из всех крохи: – А Песочный человек каждую ночь приносит нам сны. А теперь украсил нам елку. Почему Бугимен не может ему помогать? – Ну… - растерялись ее старшие товарищи. – Странные вы.       После такого диалога Песочник не выдержал и беззвучно рассмеялся. Облегчение накатило на него обжигающей волной и смыло все напряжение. Это было так близко к неудаче, что страшно было подумать! – Она права. – Да-да, я тоже так думаю.       Им пора было уходить, пока от детей не посыпались вопросы, на которые им не стоило давать ответы. Золотой человек вежливо махнул им рукой, привычно взял Кромешника за рукав и поспешил укрыться на крыше какого-нибудь небоскреба. – Спасибо, Песочник! Спасибо, Бугимен! – закричали им вслед. И Песочник вновь радостно засмеялся. – В следующий раз, будь добр – не впутывай меня в эти ваши делишки. Они меня ни в коей мере не касаются, – сварливо огласил Повелитель кошмаров, подчеркнуто отряхивая свою одежду от золотого песка. Они оба знали, что его там не было.       Хранитель грёз хитро улыбнулся, и Кромешнику сразу же не понравилась эта улыбка. «Теперь тебе некуда деваться». – Прости? – брюнет выразительно поднял брови, удивленной такой наглостью. «Теперь весь город будет пересказывать друг другу истории о том, как великий и ужасный Бугимен помог спасти Рождество!». – Нет… «Эти рассказы будут полниться деталями, одна краше другой, и…». – Моя репутация непоколебима, ее не разрушить какими-то там детскими выдумками, – перебил его Король кошмаров. «… и вскоре все начнут верить, что великий и страшный Бугимен не так уж и…». – Только посмей закончить это предложение и я!.. // Песочник! Песочник! Что ты сделал? // – раздался вдруг приглушенный голос Северянина. Песочник поспешил достать зеркальце, в котором тут же показалось восторженное лицо его товарища. // Точка так ярко зажглась на шаре! Хо-хо-хо! // – Кто сказал ему, что смеяться так ненатурально – хорошая идея? – вслух пробормотал Кромешник. // Продолжайте в том же духе! Не отвлекаю! //       Зеркальце погасло, и Золотой человек открыл карту, на которой зеленой галочкой отобразился главный символ Рождества в этом городе. – И в какой уголок света ты утащишь меня на этот раз?       Песочник многозначительно посмотрел на своего сокомандника и тому вновь стало жутковато от этого взгляда. «Здесь есть еще несколько елок». – Только не говори мне… «Мы зажжем их все!».       Стон ярого несогласия не вызвал в Хозяине добрых снов ни капли сочувствия. Деловито втащив Кромешника к себе на сидение, он помчался в золотых санях навстречу многочисленным огням.