Новая волна старых сильнейших

      Дверца такси хлопнула, и Влад, устало проведя рукой по лицу, попытался собраться с мыслями. Он был пьян, но держался. В отличие от Нелли, которую в машине окончательно разморило — то ли от жары в салоне, то ли от плавных покачиваний на дороге. Девушка облокотилась на его плечо, неосознанно и бессильно, как будто искала опору.       — Пошли, — выдохнул чернокнижник, дёрнув её за локоть.       Девушка вяло качнулась, едва удержавшись от того, чтобы не упасть в сон снова, и с недовольным хмурым лицом произнесла:       — Поше-ел. Нахер.       Словам не хватило должной угрозы, и Влад, немного улыбнувшись, скептически хмыкнул.       — Ой, только не начинай. Давай, шагай.       Он попытался повести её к подъезду, но быстро понял, что это бесполезно. Нелли шла, как пьяный ребёнок: то резко тормозила, то вдруг ускорялась, путаясь в собственных шагах. Влад выругался, закатывая глаза. "Блядь...". Не дождавшись реакции, он нагнулся, подхватил её за колени и закинул на плечо.       — Эй! — возмутилась девушка, внезапно активизировавшись. — Отпусти меня, урод!       — Ебать, тебя разнесло ещё сильнее, — огрызнулся он, с усилием закидывая её выше, чтобы удобнее было нести.       — Да самого тебя, блять, разнесло! — вякнула Нелли, а после попыталась ударить его по плечу, но рука бессильно соскользнула.       — Ага, расскажешь кому-нибудь, кто будет слушать твою пьяную чушь.       — Я не пьяная!       — Заткнись, дурная.       Она продолжала что-то возмущённо бормотать, но смысл слов терялся, а голос становился всё тише. Влад молча шёл к лифту, ловя на себе косые взгляды немногочисленных утренних прохожих-соседей. На душе было тяжело, но он не собирался показывать это. Он был спокоен, но в то же время раздражение нарастало.       Лифт поднял их на нужный этаж, и Влад, удерживая Нелли одной рукой, умудрился открыть дверь. Запихнув внутрь, он наконец поставил её на ноги. Девушка тут же покачнулась, но, ухватившись за стену, всё-таки устояла.       — Давай сюда, — Влад потянулся к её пальто, но она с резким движением отбросила его руки.       — Не трогай меня! — грозно ответила девушка, стараясь показать всю свою силу даже в таком состоянии. — Сама!       — Ну давай, посмотрим.       Он сделал шаг назад, складывая руки на груди, а Нелли принялась расстёгивать пуговицы. Долго, старательно, но пальцы не слушались.       — Блядь... — пробормотала девушка, щурясь и пытаясь сосредоточиться. — Кто их вообще застегнул...       Влад молча наблюдал, чуть приподняв бровь.       — Угадай, — хмыкнул он, не скрывая лёгкой насмешки.       — Замолчи, — прорычала Нелли, сосредоточенно борясь с последней пуговицей.       Пальто в конце концов сползло с её плеч, и она небрежно скинула его на пол.              — Пиздец, ну и победа, — прокомментировал чернокнижник, наклоняясь, чтобы поднять одежду.       Но Нелли уже не слушала, а сосредоточилась на второй задаче — снять туфли. Наклонившись, она почувствовала, как пол уплывает куда-то вбок.       — М-м... — простонала она, пытаясь нащупать равновесие.       Влад коротко усмехнулся, его спокойствие раздражало её ещё больше.       — Давай я...       — Нет!       Влад не отводил от Нелли взгляда, наблюдая, как она, пошатываясь, справляется с задачей снять обувь. Он мог бы помочь, но ей явно было принципиально сделать всё самой. Ему было любопытно, сколько ещё упрямства осталось в девушке, и он не мог не восхищаться её настойчивостью, даже в таком состоянии.       Когда Нелли, наконец, справилась и подняла на него взгляд, её губы дрогнули, словно она собиралась сказать что-то колкое. Но потом передумала. Влад фыркнул, не в силах сдержать усмешку.       — Проходи, — бросил он, жестом указывая вглубь квартиры.       Нелли скривилась, но послушалась. Она двинулась в сторону гостиной, где было ещё темно. Влад, следуя за ней, щёлкнул выключателем.       — Выруби нахер всё, — щурясь пробормотала она, тут же падая на диван, как будто это было единственное, что она могла сделать, чтобы избавиться от тяжести вечера.       Голос был недовольным, глухим, но всё таким же упрямым. Влад не стал спорить — просто так же молча щёлкнул обратно. В комнате вновь воцарилась полутьма, и единственным источником света остался слабый свет, проникающий через окна с улицы. Едва заметное голубоватое свечение — его хватало, чтобы разглядеть очертания мебели и лица друг друга.       Чернокнижник подошёл ближе, услышав, как Нелли что-то бормочет. Она полулежала, небрежно раскинувшись на диване, и лениво, словно для самой себя, негромко говорила ему гадости, которые, казалось, вырывались из неё, как будто это был лучший способ выразить всю накопившуюся злость.       — Не понимаю я твоих нападок, — теперь расслабленно сказал Влад, наклоняясь чуть ближе, пытаясь уловить её настроение.       Нелли подняла на него взгляд, и в этот момент она наконец увидела то, чего раньше не замечала в этом тусклом свете. Его лицо. Не просто очертания, а детали. Лёгкая усталость в глазах, тень раздражения, что он так тщательно скрывал, и даже опьянение, которое проявлялось в его медлительных движениях и в том, как он сел рядом, опираясь руками о диван, словно подстраивался под равновесие.       — А ты пьян, оказывается, — вдруг сказала она, и в голосе её прозвучала не то удивление, не то обвинение.       — А ты нет? — ответил Влад, не отводя взгляда. — Я хотя бы умею скрывать это.       Нелли несколько секунд смотрела на него, а потом вдруг истерично рассмеялась. Этот смех был резким, нервным, почти безрадостным. Она опустилась вперёд, поставив локти на колени, и спрятала лицо в ладонях, как будто хотела скрыться от всего происходящего.       — Как же ты заебал меня... — выдохнула она сквозь этот странный, надломленный смешок. — Просто ненавижу...       В голосе девушки звучала не только злость, но и безысходность, словно она пыталась найти выход, но не могла.       Влад ничего не ответил. Он просто сидел рядом, глядя, как её плечи чуть дрожат, как она прячется в своих собственных ладонях, будто прячется от него, от этого вечера, от себя. Он чувствовал, как в груди у него нарастает беспокойство. Ему хотелось приблизиться, обнять, сказать, что всё хорошо, но он знал, что сейчас это неуместно. Нелли была в своём мире, полном хаоса и противоречий, и он не хотел нарушать её личное пространство. "Это совсем на меня не похоже" — подумал Череватый, но всё так же остался сидеть неподвижно.       Чернокнижник уже не пытался скрывать то, насколько пьян. Его взгляд был расфокусированным, но при этом уверенным, с каким-то ленивым вызовом. В голове плыло, а тело начинало казаться невесомым, но он всё равно ощущал себя хозяином положения.       — Знаешь, — выдохнул он, проведя рукой по лицу, будто пытаясь хоть немного привести себя в порядок. — Я сейчас твои слова вообще всерьёз не воспринимаю. Это не ты.       Нелли вскинула голову.       — Что?.. — она нахмурилась, будто пытаясь осознать сказанное.       — Да вот так, — лениво бросил Влад, подаваясь чуть вперёд. — Ты орёшь... вырываешься, споришь, но... сама не знаешь, зачем это всё.       Нелли не ответила сразу. Просто молча поднялась, откидываясь на спинку дивана, а её глаза лениво исследовали комнату.       Влад задержал на взгляд на девушке. Чёрт, она манила его весь вечер. И сейчас, когда пьяное тепло наполнило всё его тело, эта тяга только усилилась. Она сидела перед ним, а платье, подчёркивающее фигуру, в этом тусклом свете казалось ещё соблазнительнее. Чуть растекшийся макияж лишь добавлял её облику какой-то чертовщинки — что-то дикое, уставшее, беззащитное. Глаза, несмотря на полумрак, поблёскивали, отражая слабый свет из окна. Он поймал себя на том, что просто смотрит. Смотрит слишком долго.       Влад знал, что стоит ему сказать лишь одно слово, сделать лишь одно движение — и Нелли сдастся. Она уже его. Но сейчас он хотел чего-то другого. Хотел понять, хотел услышать её без этой всей истерики, криков, неоправданной злости.       Алкоголь в голове бил с новой силой, и он даже не сразу осознал, сколько времени молчит, просто прожигая её взглядом. Нелли тоже ничего не говорила. Она то смотрела на него, то отворачивала голову, скользя взглядом по гостиной. Конечно, это было намеренно. Влад знал её достаточно хорошо, чтобы понимать — она специально делает вид, будто ей всё равно, чтобы сбить его с толку. Но казалось, что и её силы на исходе. Слишком много энергии потрачено на споры, на злость, на попытки сопротивляться.       — Хотел поговорить — говори, — вдруг выдохнула Нелли, прервав молчание.       Влад чуть прищурился, её голос прозвучал неожиданно ровно, почти спокойно. Она была готова слушать. Или, возможно, просто устала сопротивляться.       Чернокнжник молчал ещё пару секунд, медленно водя пальцами по подлокотнику дивана. Мысли плотно спутались в голове, и алкоголь, как густая пелена, мешал сосредоточиться. Он чувствовал, что разговор нужен не только Нелли, но и ему.       — В последнее время всё слишком странно, — наконец выдохнул Влад, глядя на неё исподлобья.       Нелли тут же скривилась, качнула головой и со вздохом уставилась в потолок, как будто искала там ответы на свои вопросы.       — Всё странно с момента нашего знакомства, — отрезала она, словно этот факт был очевиден, — с первого дня.       Её слова прозвучали с лёгкой ноткой иронии, и Влад почувствовал, как внутри него закипает раздражение. Он сжал челюсть. Чёрт, вот умела же она выбесить его буквально парой слов. Череватый не понимал, почему её реакция так его задела, но в этот момент это было неважно. Вместо того чтобы поддаться эмоциям, он шумно выдохнул, прикрыв глаза на секунду, пытаясь успокоиться.       — Беспокоюсь за тебя, — почти прошептал Влад, не отводя взгляда. Его голос стал более серьёзным, и он надеялся, что девушка почувствует его искренность.       Нелли фыркнула, как будто его слова были чем-то абсурдным.       — Ой, ну вот только не надо вот этого всего, за себя побеспокойся, — отмахнулась она, даже не глядя на в его сторону. В её интонации слышалось не только раздражение, но и лёгкая паника, как будто девушка пыталась закрыться от разговора.       — Я серьёзно, — повторил Влад, чувствуя, как его контроль постепенно уходит. Он не собирался сдаваться так легко.       — А я нет? — Нелли явно не верила в свои слова, но старалась это скрыть.       — Понял. Ты сейчас вообще не в том состоянии, чтобы что-то обсуждать, значит... похуй, — бросил он, чуть подаваясь вперёд, якобы начиная вставать, его глаза сверкали решимостью, это был шаг ва-банк.       — У меня всё шикарно, Череватый, вот и всё, — проговорила девушка медленно и подчёркнуто, как будто пыталась убедить не только его, но и саму себя.       Её голос звучал так, словно она старалась создать вокруг себя защитную стену. Но Влад смотрел на неё и видел всё наоборот. Он замечал, как её руки слегка дрожат, как губы немного надуты от обиды, а в глазах — неуверенность, скрытая за маской силы. Ему хотелось сказать ей, что он видит её настоящую борьбу, но слова застряли у него в горле.       Череватый медленно провёл языком по губам, глядя на Нелли с прищуром. Он не спешил говорить, словно давал ей возможность самой осознать то, что он уже понял. В его голове проносились мысли о том, как за довольно короткий срок ему стала важна эта девушка.       — Ты врёшь, — наконец произнёс он, — врёшь мне, но больше всего — себе.       Нелли резко вскинула голову, как будто его слова ударили по ней сильнее, чем хотелось бы. В её глазах промелькнуло что-то — гнев, обида, но, возможно, и страх. Она всегда старалась быть такой сильной, такой независимой, но сейчас, в этот момент, стойкость трещала по швам.       — Это всё бред! — вспыхнула девушка, её эмоции мгновенно вернулись и вырвались наружу, как будто сдерживать их больше не было смысла.       Она отвела взгляд, опуская голову и прикрывая лицо руками, словно снова хотела скрыть от него не только свои слёзы, но и саму себя. Влад заметил, как её плечи слегка вздрогнули, и понял — он попал в самую суть. Она запуталась. Не знала, что чувствует, кого любит, кого ненавидит.       Влад пододвинулся ближе, осторожно, без резких движений. И тогда услышал тихие всхлипы. Почти неслышные, но он знал этот звук. Это были её слёзы, которые она пыталась сдержать, но сейчас это не получалось.       Нелли, которая при нём всегда старалась держаться стойко, которая никогда не показывала слабость, которая умела колоть словами, доводя его до белого каления, сейчас сидела рядом, словно потерянный ребёнок. Влад чувствовал, как его сердце сжимается от боли за неё. Он не мог просто сидеть и наблюдать, как девушка страдает. Череватый больше не думал. Просто протянул руки и осторожно обнял Нелли. Его объятия были мягкими, но в них ощущалась сила. Он не хотел её подавлять, но хотел, чтобы девушка знала: она сейчас не одна, её сейчас не осуждают.       Нелли вздрогнула. А затем тут же убрала руки от лица и уткнулась ладонями в его плечо, пытаясь оттолкнуть.       — Не трогай меня, — голос её был сиплым, неуверенным. В нём слышалась борьба — желание быть рядом и одновременно страх открыться.       Он чувствовал её слабый толчок, но не отпустил. Это было неискренне: Нелли хотела, чтобы он убрал руки, но не потому, что не нуждалась в этом. А потому, что боялась признаться, что нуждается.       Влад продолжал держать её, его руки были сильными и тёплыми, но не давили. Он не собирался заставлять, просто... не мог оставить Нелли одну в этом состоянии.       Вокруг стояла тишина. Только частое дыхание девушки разрывалось в темноте. Она не сопротивлялась больше. Просто сидела, прижавшись лбом к его плечу. Влад наклонил голову чуть ниже, почти шёпотом произнёс:       — Я всё понимаю. Даже больше, чем ты думаешь.       Нелли медленно отстранилась, тяжело выдохнув, и посмотрела на Влада. Он тоже не отводил глаз, погружаясь в её взгляд, словно искал ответы на свои вопросы. В темноте было трудно разглядеть, как покраснели веки девушки, но слёзы, что всё ещё блестели в уголках глаз, были заметны даже при таком тусклом освещении. Тушь окончательно размазалась, оставляя тени под глазами, а помада слегка вышла за контур нижней губы — вероятно, от того, что Нелли постоянно покусывала её от волнения.       Но Влад смотрел не на это, а старался смотреть глубже, дальше, туда, где скрывались её эмоции, сомнения и борьба. Он всё ещё удерживал девушку в своих объятиях одной рукой, а второй осторожно потянулся к её затылку, запуская пальцы в волосы. Нелли вздрогнула, но не отвела взгляд, будто пыталась разглядеть в его глазах хоть что-то настоящее, что-то, за что можно было бы ухватиться в этой непонятной ситуации.       Пальцы чернокнижника медленно скользили по её волосам, мягко перебирая пряди, иногда чуть сильнее надавливая на кожу. Это было почти успокаивающе, но в то же время... слишком интимно. Влад чувствовал, как алкоголь всё ещё кружит в голове, придавая моменту некую легкость, но в то же время и усиливая напряжение. Он молчал, но улыбался — чуть, едва заметно. Он знал, что они всё ещё играют по его правилам. Выжидал, сам не понимая, чего именно. Нелли же, затаив дыхание, прокручивала в голове всё, что их связывало. Это была бесконечная синусоида. Подъёмы и падения. То он восхищал её, то бесил до невозможности. То тянул к себе, то сам отталкивал.       Она снова и снова пыталась забыть о нём, вычеркнуть, заглушить эти чувства чем-то правильным, стабильным — Артёмом. С ним было спокойно. Краснов правда любил её. Честно. Не играл в эти бесконечные игры, не доводил её до слёз, не вынуждал сомневаться в себе. Артём был тем, кто мог дать ей нормальные, здоровые отношения. Но вот сейчас она сидела перед Владом, с его тёплыми руками на её волосах, с его хищным вниманием, которое прожигало насквозь, с его проклятой уверенностью, от которой перехватывало дыхание, от которой ей хотелось податься вперёд.       Нелли сглотнула и наконец опустила глаза, не в силах противостоять тому, что происходит. Она не хотела смотреть на него, потому что знала — слишком многое выдаст.       — Что ты делаешь со мной? — тихо выдохнула она, в голосе не было истерики. Но было что-то сломанное, как будто каждый звук, вырвавшийся из её уст, был наполнен недосказанностью и страхом, почти сомнением.       Ладонь Влада скользнула с затылка Нелли вниз, обхватывая её щёку. Он нежно провёл большим пальцем по скуле, заставляя девушку поднять взгляд.       — Не хочу, чтобы ты злилась на меня, пойми уже, — медленно и хрипло произнёс чернокнижник, — не хочу, чтобы мы ругались просто из-за того, что находимся рядом. Я не хочу быть твоим врагом, Нелли.       Её глаза дрогнули, и она нахмурилась, пытаясь понять, что происходит. Внутри разгорался конфликт — желание и страх, надежда и сомнение. Нелли не ответила сразу, но что-то во взгляде начало меняться. Смягчилось. И на губах мелькнула слабая, почти неуверенная улыбка, но всё же настоящая. Это было как проблеск света в её сердце.       Влад продолжал пристально смотреть на девушку, его глаза искрились от эмоций. Он замечал каждую деталь: как дёрнулся уголок её губ, как на секунду ресницы опустились, как грудь медленно поднялась на вдохе. И тогда он сам улыбнулся. Но это была не мягкая, добрая улыбка. Это был почти оскал хищника.       Больше Влад не ждал. В следующую секунду он наклонился ещё сильнее, бережно сжимая пальцы на щеке девушки. Его губы накрыли её, и это был не просто поцелуй — это было жадное, требовательное прикосновение. Он не спрашивал разрешения. Он забирал её, как будто это было что-то естественное во всей этой ситуации.       Поцелуй был горячим, полным страсти и желания. Губы давили требовательно, с чуть заметным привкусом алкоголя, который только подогревал атмосферу. Рука Влада сдвинулась к затылку, пальцы снова запутались в её волосах, чуть натягивая пряди, заставляя Нелли откинуть голову назад. Это движение было одновременно нежным и властным, как будто он хотел показать, что она в полной безопасности, но в то же время — что он здесь, что как бы девушка не бегала — она его.       Нелли тихо вздохнула в губы чернокнижника, сжимая пальцы на его плече. Она чувствовала, как горячие ладони Влада жадно держат её, как его дыхание смешивается с её собственным, как будто он не может насытиться этим моментом. Он целовал её так, как будто ждал этого слишком долго. Так, будто не хотел больше делать вид, что может без неё.       Поцелуи становились всё более глубокими и насыщенными. Влад крепко обнимал Нелли, наслаждаясь теплом её тела, которое так приятно ощущалось в его руках, о котором он мечтал не только весь вечер, а все последние месяцы. Череватый чувствовал, как её прикосновения вызывают у него мурашки по коже. Это было ощущение, которым он не мог насытиться, которого жаждал ещё.       Но в какой-то момент Нелли всё же отстранилась, переводя дыхание. Её взгляд задержался на нём. На лице Влада играла улыбка — искренне расслабленная, без привычной хищной уверенности, которая обычно его сопровождала. Его губы были слегка запачканы бордовой помадой Нелли, что придавало особую притягательность. Тёмные глаза Влада светились, как в те редкие моменты, когда они могли говорить по-настоящему откровенно, забывая о спорах и колких фразах.       Девушка смотрела на него, а он с удовольствием отвечал ей тем же взглядом. Наконец, Влад выдохнул и, чуть усмехнувшись, произнёс:       — Ну, это уже интереснее.       Его голос звучал хрипло, но в нём было что-то мягкое. Нелли прикусила губу, но улыбка не покидала её лица. Он всё ещё держал её в своих объятиях, но хватка стала менее жадной и настойчивой. В комнате повисла тишина, и единственным звуком было их дыхание, которое, казалось, создавало особую мелодию. В этот момент Влад, будто желая разрядить обстановку, лениво произнёс:       — Ещё выпьем?       Нелли слегка дёрнула бровью, будто только сейчас осознала, в какой они ситуации. Она заметила, как его настроение изменилось. От прошлого порыва не осталось и следа, теперь в его взгляде читалась расслабленность, может, даже лёгкая растерянность. Он сам, похоже, не ожидал, что она не начнёт отбиваться, не закатит истерику и не разозлится.       Но и Нелли почувствовала, как её пробирает смущение. Это было не из-за Влада, а из-за мыслей, которые вдруг заполнили голову. Артём. Его голос, его глаза, его спокойное, тёплое присутствие возникли в её сознании, и это неприятно кольнуло изнутри. Нелли не успела ничего сказать, и Влад, не дождавшись ответа, встал и направился в сторону кухни. Девушка осталась сидеть на месте, но лишь на несколько секунд. Сейчас точно не хотелось оставаться одной, и, даже не раздумывая, она поднялась и пошла за чернокнижником.       Кухня встретила её полумраком. Влад уже открыл бутылку и, словно в трансе, разливал алкоголь в стаканы, действуя почти трезво. Он выглядел спокойным, а вот Нелли не знала, что именно чувствует сейчас — радость или тревогу, но одно было ясно: она не могла уйти от своих мыслей, и она не хотела уходить от него.       Девушка сидела за столом, уперев подбородок в сложенные руки, и смотрела на Влада. Глаза всё ещё горели остатками пережитого, дыхание было сбивчивым, но разум начал проясняться. Мысли спутались, мешая друг другу. С каждой секундой она всё яснее осознавала, что только что произошло. Поцелуи, горячие, требовательные, слишком жадные, чтобы казаться ошибкой. Тёплые прикосновения, которые, казалось, оставили след на коже. И теперь она просто сидела здесь, молча, наблюдая за тем, как Влад орудует бутылкой, будто ничего не случилось.       Череватый выглядел расслабленным, даже немного ленивым, но было в его движениях что-то чересчур сосредоточенное. Влад не пытался говорить, не смотрел в её сторону, будто нарочно давая ей время прийти в себя. Он неспешно налил тёмную жидкость в стаканы, его пальцы уверенно держали стекло, а плечи больше не были напряжены, как несколько минут назад.       Влад чувствовал на себе её взгляд. Он знал, что Нелли смотрит, но не спешил поворачиваться. Может, потому что боялся увидеть в её глазах сожаление. Или, наоборот, не увидеть его. Это сбивало с толку. Когда он целовал её, всё было просто. Всё складывалось логично, будто так и должно быть. А вот теперь, когда между ними вновь встала пауза, он снова чувствовал, как вокруг выстраиваются стены.       Нелли же продолжала наблюдать. Она думала о том, насколько по-разному ощущаются эти двое — Влад и Артём. Один был как спокойная река, тёплая и надёжная. Второй — как бушующее море, непредсказуемое и манящее. Артём всегда был тем, кто поддерживал, кто мог подарить ей уверенность в завтрашнем дне. А Влад... Влад сводил её с ума. Он делал так, что сердце стучало быстрее, эмоции захлёстывали, и невозможно было просто уйти. Она ненавидела себя за это.       Чернокнижник, наконец, поднял глаза и бросил на неё внимательный взгляд, чуть сдвинув один из стаканов ближе к ней.       — За вечер? — спросил Влад, приподняв бровь и чуть наклонив голову набок.       Нелли окончательно вышла из своих мыслей. Она пару секунд смотрела на него, будто проверяя, не была ли это какая-то очередная провокация, но нет — его голос звучал спокойно. Без подколов, без привычной насмешки. Только лёгкое ожидание в прищуренных глазах.       Она молча подняла бокал, чуть качнув жидкость внутри, и только после этого Влад, кажется, по-настоящему расслабился. До последнего он ждал, что она снова вспыхнет, снова поменяет отношение к нему, будто всё, что было ничего не значит. Но этого не произошло.       Чернокнижник сел рядом, не убирая бокал со стола, а свободную руку небрежно закинул на спинку стула девушки. Спокойно, вальяжно, без чего-то лишнего, словно он просто находился здесь, рядом, без подтекста. Нелли развернулась к нему вполоборота, ощущая его близость, держа стакан обеими руками. Губы всё ещё ощущали его прикосновения. А потом она заметила, что Влад так и не стёр помаду. Бордовый оттенок слегка размазался по его губам, подчёркивая и без того естественную выразительность. Это выглядело почти забавно, но в то же время... почему-то очень лично.       Нелли смотрела на него, а он — на неё. И впервые за этот вечер Череватый не пытался ничего сказать. Не поддразнивал, не пытался подстроить ситуацию под себя или выяснить что-то. Он просто смотрел. И улыбался. Это было странно. Неестественно для него. Влад давно не молчал вот так. Давно не смотрел на неё с такой мягкостью.       Девушка, сама не осознавая, протянула руку. Осторожно, словно касалась чего-то очень хрупкого, пальцы коснулись его подбородка. Влад не шелохнулся, не отстранился — только чуть сильнее приоткрыл глаза, следя за каждым движением. Большим пальцем девушка провела по его нижней губе, стараясь хотя бы немного стереть помаду, но на деле — просто почувствовать.       Влад улыбнулся шире, позволив ей сделать это, и медленно выдохнул, как будто смакуя этот момент.       — Получается, заботишься? — его голос резко стал ниже, почти мурлыкающим.       Нелли чуть прикусила губу, но не отвела руку.       — Это... просто выглядит глупо, — пробормотала она, пытаясь сосредоточиться на своих собственных словах.       Влад хмыкнул, а затем плавно чуть наклонился вперёд, позволяя её пальцу снова коснуться губ, но теперь уже по его инициативе. Взгляд стал чуть темнее, но в нём всё ещё оставалась эта мягкость.       — А так? Уже не глупо? Мышки... кошки... — едва слышно прошептал он.

***

      — Да ладно, вы совсем охренели?!       Маша, успевшая только сходить в душ, зашла на кухню, чтобы налить себе воды перед сном, но увидела за столом Артёма и Диму, потягивающих виски и закусывающих неаккуратно нарезанной колбасой. Видимо, их полуживые тела смогли найти в себе силы подняться и продолжить банкет.       Артём сидел с расслабленным выражением лица, а Дима выглядел ещё более пьяным, чем когда они уехали с вечеринки. Оба парня, казалось, погрузились в свой мир, и только спустя несколько секунд обернулись к Маше, явно не сразу осознав, что кто-то к ним пришёл.       — Маша! — произнёс Дима, его голос был слегка заплетающимся, но в нём звучала искренность. — Мы... эээ... просто тут... — он замялся, пытаясь собрать мысли в кучу. — Просто решили... отметить отпуск Артёма, да, отпуск! — его фраза звучала как-то неуклюже, но в этом была какая-то прелесть.       Вампир, не отрываясь от своего стакана, лишь улыбнулся, наблюдая за Димой, как будто тот был забавным персонажем в его личном шоу. В его глазах читалось какое-то собственное размышление.       — Вы же должны были спать, наотмечались уже! — с легким раздражением произнесла Маша, уперев руки в бока.       Ей было забавно наблюдать за парнями, особенно за тем, как Дима пытался формулировать свои мысли, как будто это было чем-то из области высшей математики.       — Всё в порядке, Машу-уль, — пробормотал Дима, отводя взгляд от девушки и снова поднося стакан к губам. — Мы просто... ещё немного посидим, — добавил он, как будто это должно было успокоить её.       — Да, да, просто немного, — подхватил Артём, его голос был спокойным, но в нём проскальзывала лёгкая игривость.       Маша перевела взгляд на Артёма, затем вернулась к Диме, и её выражение лица смягчилось.       — Если нужно, я могу уехать домой, — намекнул Артём, поднимая бровь и игриво усмехаясь. Он явно получал удовольствие от ситуации.       Дима "взвыл" от негодования, его лицо искривилось в комичной гримасе.       — Не-ет! Не уезжай от меня! — воскликнул он, как будто это было самым ужасным, что могло произойти в этот момент.       — Сиди уже, бедолага, — громко выдохнула Маша, закатывая глаза. — Завтра чтобы отсыпались весь день! — её голос звучал с лёгкой долей заботы, хотя она и пыталась сохранять строгость.       Парни обменялись взглядами, а Маша не могла удержаться от улыбки, наблюдая за тем, как они снова погружаются в свои разговоры. Конечно же, девушка понимала, что, возможно, им просто нужно немного времени, чтобы отдохнуть и расслабиться.