Клятва Верности и Стали

      На следующее утро на драккарах царила деловитая суета. Новички, приставленные к такелажу, заканчивали подготовку к отплытию: паруса были аккуратно сложены, канаты натянуты, снасти проверены. Ветеранская часть команды, освобожденная от этой нудной работы, наблюдала за ними с довольным превосходством.       День клонился к полудню. Добыча, собранная за время набега, уже лежала грудами на палубах драккаров: мешки с зерном, окорока вяленого мяса, связки меха, тяжелые сундуки, позвякивающие золотом и серебром. Стиан легко влился в общий ритм работы. Он перешучивался с викингами, помогал переносить тяжести, и вокруг него словно сама собой создавалась атмосфера доброжелательности. Лив с удивлением наблюдала за ним. "Он словно леший, ставший своим для каждого..." – подумала она, пытаясь найти подходящее сравнение. Ее размышления прервал Бьерн.       — Лив, капитан зовет. И Стиана тоже.       Лив удивленно отвлеклась от осмотра швартовых, проверяя надежность узлов.       — Зачем? – отозвался Стиан, подходя к ней.       — Капитан сам объяснит, – буркнул Бьерн, массируя челюсть. Лив уловила в его голосе напряжение.       Заметив, как он потирает челюсть, она не удержалась от смешка. Бьерн недоуменно уставился на неё. Стиан толкнул Лив локтем. "Ну всё, пора сваливать" – подумал он.       — Не стоит заставлять ждать капитана, – бросил он и быстро направился к лесу.       — Что смешного? – не выдержал Бьерн.       — Причина боли твоей челюсти, похоже, только что удрала, – с сарказмом ответила Лив.       — Вот как, – процедил Бьерн, провожая взглядом Стиана. Усмехнувшись, он покачал головой: "Вот же ж поганец". Капитана действительно не стоило заставлять ждать.

***

      В дом вошли двое, скрипнув тяжелой деревянной дверью. За столом сидели Аскеладд, вальяжно расположившийся на стуле, и суровый воин, напоминавший одного из вчерашних всадников. Он словно был высечен из камня: неподвижный, с жесткими чертами лица.       Когда вошедшие пересекли порог, взгляды сидящих обратились к ним. Взгляд воина был особенно пристальным, оценивающим.       — И это твои новые птенцы? – спросил воин с явным пренебрежением в голосе.       Аскеладд коротко кивнул вошедшим, приглашая их к столу.       — Стиан и Лив, – представил он.       — Куда направился Дьяр? – спросил воин, не меняя тона, но его взгляд словно буравил присутствующих.       Лив и Стиан обменялись быстрыми взглядами. В их глазах читался немой вопрос: "Что они знают?" Незнакомый воин вызывал тревогу. Напряжение повисло в воздухе.       — Командир йомсвикингов, Флоки, – представил Аскеладд. — Как и я, он хочет знать, что вы можете нам рассказать. – Он расслабленно откинулся на стуле.       — Мы можем лишь строить догадки о его местонахождении… – начал Стиан, и пустился в рассуждения о возможных маршрутах, упоминая ландшафт и местные слухи, стараясь выиграть время и понять, что именно известно этим людям.       Терпение Флоки лопнуло. Он резко ударил ладонью по столу, заставив дребезжать кубки.       — Хватит! Говори по делу! – рявкнул он. — Или...       — ...или пожалеете, – холодно закончил Аскеладд.       — Есть ли поблизости каупанг или укрепленное поселение? – резко спросила Лив, перебив Стина и привлекая к себе внимание. — А еще лучше... место, где вот-вот начнется, или уже идет, сражение.       — Сражение? Поселение? – Флоки изумленно поднял брови.       Аскеладд молчал, внимательно наблюдая за Лив.       — Да, сражение, – твердо подтвердил Стиан, обменявшись с Лив многозначительным взглядом. — Или каупанг. Впрочем, это не так важно. Главное – скопление людей, суета, возможность затеряться в толпе... Место, где можно незаметно... скажем так, перевести дух. В такой неразберихе легче всего остаться незамеченным.       — Да ты мастер красноречия! – язвительно бросил Флоки, скрестив руки на груди. — Поменьше болтай, побольше делай. Если поблизости замышляется сражение, то к этому, скорее всего, причастны ярлы Хвитсерк и Гуннар. Они должны вести своих людей на Стейнберг.       Аскеладд, взглянув на Флоки, спокойно произнес:       — Хвитсерк и Гуннар? Не исключено. Проверим все возможные места, и начнем с них.

***

      Ритмичный бой барабана, за которым сидела Лив, отдавался в воздухе, задавая темп гребцам. Стиан, крепко держась за румпель, направлял драккар вдоль берега. Два других корабля шли следом, послушно повторяя каждый манёвр. Только-только оттолкнувшись от берега и отойдя на достаточное расстояние, они развернули паруса. Белое полотно, подхваченное ветром, наполнилось и потянуло драккары вперёд, все дальше унося их от береговой линии. Ритм барабана сменился скрипом снастей и шелестом парусов.       Лив наблюдала за летающими чайками, их белоснежные крылья резко выделялись на фоне синего неба. Каждая птица, словно капля света, легко перемещалась в воздухе, время от времени ныряя в море в поисках добычи.       — Ты ничего больше не узнал? – спросила она, не отрывая взгляда от завораживающего зрелища.       — А я что-то должен был разузнать? – ответил Стиан, перехватывая её настойчивый тон вопросом на вопрос.       — Ты такое тряпло, дорогой мой, – с легким упреком в голосе произнесла Лив, покачивая головой и едва заметно улыбаясь. — Помню бабушка Феодора говорила: порой кажется, будто достаточно лишь посидеть рядом с тобой, и ты выведаешь все тайны человеческие.       Стиан усмехнулся, управляя драккаром. Локоть одной руки упирался в колено, пальцы другой поддерживали голову. На его лице появилась широкая улыбка, но в глазах читалась грусть.       — Нет, – ответил он с лукавым прищуром. — Ничего важного не узнал. Могу разве что рассказать, сколько женщин перебывало у каждого мужика или сколько деревень они ограбили. Единственное, что известно наверняка – это то, что мы держим путь в Стейнберг.       Лив задумчиво нахмурила брови, ее взгляд скользнул по палубе, где команда, как обычно, суетилась, выполняя свои обязанности. Она быстро нашла взглядом Аскеладда, его высокая, статная фигура выделялась на фоне других. Они плыли на одном корабле с ним, а вот Дага решили посадить на другой.       — Это и так понятно, – произнесла она. — Я говорю о другом. Что обсуждал Аскеладд с Флоки? О чем они в итоге договорились?       Стиан, прислушиваясь к плеску волн о борт корабля и крикам чаек, задумчиво покачал головой. Легкий морской бриз трепал его волосы.       — Почему бы нам просто не спросить его об этом? – лукаво подмигнул он, бросив взгляд на Лив. В его глазах плясали озорные искорки.       Лив на мгновение отвела взгляд, устремив его в бесконечную даль, где море сливалось с горизонтом. Ее пальцы нервно скользили по деревянному поручню.       — Чтобы выудить у него истину, нужно сначала отыскать хотя бы осколок этой правды, – наконец произнесла она, ее голос был тих, но полон уверенности. — Иначе он просто будет играть с нами, рассказывая то, что ему выгодно.       Стиан с усмешкой посмотрел на нее, слегка приподняв одну бровь.       — Вот любишь ты все усложнять, – проговорил он с притворным вздохом. — Всегда ищешь какой-то тайный смысл, копаешься в намеках и строишь теории. А иногда самый простой путь оказывается самым верным, не так ли? Хотя, признаться честно, меня очаровывает твоя способность разбираться в таких вещах.       — Мы две стороны одной монеты, – тихо произнесла Лив, ее голос был едва слышен, словно шелест ветра в осенней листве. Взгляд ее стал туманным, отстраненным.       Стиан задумался над ее словами. Прошло несколько мгновений, прежде чем он нарушил повисшую тишину.       — Так говорил Василевс, – ответил он, его голос звучал приглушенно.       Лив перевела взгляд на него, ее глаза, только что тусклые, теперь выражали печаль и тяжелые раздумья.       — Жажда власти топит в крови невиновных. Вы правы, я опять слишком увлёкся сокращением. Давайте вернём детали и сделаем текст более выразительным.       — Как думаешь, дядя поэтому оставил нас? – спросила Лив, ее голос дрогнул, словно от нахлынувших чувств. — Не мог больше выносить той тяжести прошлого, о которой мы ему постоянно напоминали? Мы словно живые укоры его прошлых ошибок...       Стиан молчал, его взгляд был устремлён куда-то вдаль, за горизонт, будто он видел что-то, невидимое для других. Казалось, он не слышал её вопроса, погружённый в свои мысли. Наконец, тихо произнёс:       — Кажется, это наше последнее испытание от него. Проверка на прочность. Сможем ли мы без его руководства найти свой путь...       Лив недоверчиво посмотрела на него, ее брови сошлись на переносице.       — Думаешь, мы правильно поступили, оставив его одного? – спросила она, и в её голосе зазвучали тревога и горечь. — Он ведь так слаб сейчас...       — Есть ли смысл терзаться этим сейчас? – тихо произнёс Стиан, все еще погружённый в свои мысли. — Потерять всё, что ты так долго строил… нет, что строили поколения… – Его голос отражал тяжесть бремени, которое легло на плечи Дьяра, на их плечи. — И потерять единственного сына вслед за любимой… Он уже стар, и всё, что ему остаётся…       — Это выпустить нас в самостоятельное плавание, – закончила за него Лив с вновь обретённой решимостью во взгляде. — Пустить нас в свободный полёт, – прошептала она, скорее себе, чем Стиану. Эти слова, казалось, глубже отражали смысл происходящего. Она подняла глаза на Стиана, ища в его глазах поддержку и понимание, а также подтверждение их общего пути, судьбы, которую им предстояло выковать самим.       Стиан молча кивнул, и их взгляды наконец встретились. В этом взгляде Лив увидела ту же решимость, что и в своём собственном сердце. Они были двумя сторонами одной монеты, двумя крыльями одной птицы, несущими их в неизвестность. Вместе.