полюби меня

володя с женей стали общаться так же много, как общались в деревне. правда, как казалось онегину, владимир стал более отстранённым. говорил обо всём непринуждённо, скользко, без того живого огонька в глазах, словно ему вообще была неинтересна тема разговора. евгений всё списал на учебу, мол, десятый класс это сложно, так ещё и в новой школе. но он по-прежнему оставался единственным, с кем ленский так много и открыто болтал почти каждую перемену. это очень льстило его самолюбию и вызывало некую гордость. пусть владимир стал не таким пылким, пусть потерял интерес ко многим темам, он все ещё не потерял интерес к жене. — о чём думаешь? — спросил володя, протягивая онегину булочку из столовой. — а, ты уже вернулся? да просто задумался о своем, ничего такого. спасибо. а вот и ленский. как всегда взъерошенный и, на вид, немного усталый. он кормит женю булками уже две недели и ни разу не попросил вернуть деньги. — мне иногда кажется, что ты специально хочешь меня откормить. — так ты в столовой вообще не питаешься, а у нас в день по семь уроков. кушать надо хорошо, женя, — в шутку отругал его володя и сам же посмеялся, — ой, я на раздаче кошелёк оставил. подожди минуту, я сбегаю. он встал и побежал в сторону столовой, оставив женю в коридоре одного. в какой-то момент стало слишком шумно, рядом кто-то громко смеялся, где-то позади что-то уронили. онегина начало это раздражать. он сощурился и постарался снова уйти в свои мысли. однако, его отвлекли. чья-то рука похлопала женю по плечу. он подумал, что вернулся володя, но, открыв глаза, увидел катю. это девочка из его прошлого класса, сейчас она учится на химбио, и они редко пересекаются. — привет, — неловко пробормотала она, — ты занят? — привет. не очень, а что? — без особого интереса спросил женя. — я просто хотела поговорить, можем отойти? онегин на секунду вспомнил про владимира, но подумал, что тот может немного подождать, и ответил: — конечно, пойдём. катя привела его в самое дальнее крыло, где почти не было народу. она неуверенно мялась, запиналась, словно тянула время. было видно, что ей неловко и страшно. женя выпалил: — ближе к делу, чего ты мямлишь? — с раздражением буркнул он и уставился на катю, по красным щекам уже понимая, о чем она будет говорить. — ну.. я просто... ты мне нравишься, давай встречаться!! — прокричала она так быстро, как обычно сдирают пластырь, и уставилась лицом в пол. онегин невольно вздохнул. ему не было никакого дела до неё, она была скучной и легкомысленной девчонкой, по крайней мере, в девятом классе. однако, евгению, в последнее время, было скучновато, заняться после школы нечем, а настолько часто заявляться к ленскому домой уже становится неприлично. поэтому онегин ответил: — давай. — и улыбнулся раскрасневшейся кате, которая, кажется, сейчас умрет от счастья. — правда? — неуверенно повторила она, на что евгений быстро поцеловал её в щеку. — правда. но сейчас мне нужно идти, встретимся после школы. — да! хорошо! — всё ещё красная, она побежала к своему кабинету. она не была для онегина чем-то важным. ещё одно развлечение, не более. когда надоест, он просто расстанется с ней и всё. он уже делал так в девятом классе, в восьмом тоже. сейчас он даже не знает, где учатся все его "развлечения". и с катей будет то же самое, это не секрет ни для кого, кто хоть немного знает евгения. по дороге в кабинет, рассматривая разные плакаты коридора, он увидел владимира. — ты куда пропал? я тебя по всей школе обыскался! — недовольно фыркнул володя, кажется, готовый отвесить жене подзатыльник. — решал дела любовные. теперь у меня есть девушка. — с неким хвастовством ответил онегин. повисла минутная тишина. владимир переменился в лице, стал каким-то подавленным и, похоже, злым. — опять? — тихо, с некой грустью и, кажется презрением спросил ленский. — опять. — понятно. он больше не сказал ни слова, а просто развернулся и ушёл. онегин остался стоять в коридоре. он знал, что володя отреагирует именно так, но все равно сказал. не может же он вечно прятать свою, так называемую, девушку. хотя, долго скорее всего и не пришлось бы. евгений направился в класс, уже звенел звонок, а в памяти всплыл разговор с ленским в деревне.

***

— ты сейчас серьезно? — с неподдельным удивлением и злостью спросил владимир, — с какой стати ты решил, что можешь так распоряжаться чужими чувствами? — не преувеличивай, она сама призналась мне, я просто сделал то, что она хочет. — нет, ты сделал то, что хочешь ты!! — рявкнул ленский, — ты просто использовал её!! поигрался и выбросил!! тебе не стыдно, женя?! — ни разу, — честно признался он, — бросил и бросил, поревёт и забудет. тут же онегину прилетел хлёсткий удар по щеке, да такой, что он чуть не упал на траву. — больно же!! — запоздало прикрикнул он, схватившись за щёку ладонью. — а что? ударил и ударил. поболит и пройдёт. — спокойно произнес владимир, смотря на ошарашенного женю. онегин поднял голову на друга. владимир смотрел на него таким холодным взглядом, какой видел только у отца. ему стало страшно. — прости, — выдавил он, опустив глаза в землю. он не знал, за что именно извиняется, но чувствовал, что должен. ему показалось, что он затронул что-то очень важное для володи. вдруг на его руку, что лежала на щеке, опустилась ладонь. женя поднял голову и увидел уже грустного, готового расплакаться, володю. — ты меня тоже прости, я зря ударил... — он убрал ладонь жени с щеки и положил уже свою, — сильно больно? — ощутимо, — с усмешкой ответил он, — давай забудем этот разговор. — да, давай, ты прав.

***

вопреки обещаниям, женя не забыл. от воспоминаний по щеке разлилась фантомная боль, а в памяти вспыхнули намокшие голубые глаза. тогда володя извинился ни за что, женя виноват сам, пусть вину он и не признаёт. в тот день оба боялись рассориться, вот только ленский боялся потерять друга, а онегин единственную отдушину скуке. володя воспринял тот разговор слишком близко к сердцу. интересно, что сейчас о нём думает володя?