Самый теплый камень

      Эмбер старалась идти как можно быстрее от станции метро к дому. Какие-то молодчики топали за ней следом от самой аптеки. Уж неизвестно, что их прельщало - пакет с фирменной надписью аптеки, или то, что она молча расплатилась наличными с фармацевтом, что запросил сумму больше в полтора раза, чем проходило по кассе? Словом, три парня-алжирца вот уже некоторое время следовали за ней на небольшом отдалении, однако ни разу не потеряли девушку из вида. Эмбер прокляла ночь и славу десятого района, куда такси не рисковали ехать в это время суток, и юркнула в подземку. Впрочем, как она не старалась – затеряться было негде. Будний день, вечер – даже в метро почти никого не было. Хорошо, что от ее станции было недалеко до дома!       Девушка уже было свернула в свой тупичок, сжимая в руке ключи от домофона, когда шаги позади участились.       - Эй, дамочка, а ну стой!       - Да-да, мы не обидим, - хохотнул его дружок.       Эмбер молча бросилась бежать. С гиканьем парни позади настигали девушку. Всего несколько метров, чуть-чуть... И все же, она не успела добежать до двери подъезда, когда ее грубо дернули за плечо. Эмбер резко упала. Раздался свист рассекаемого воздуха, она зажмурилась, ожидая худшего. Однако ее не трогали. В темноте над ней вдруг раздался знакомый голос.       - Добрый вечер, джентльмены. Думаю, для вас он последний.       Снова раздался короткий свист, хрип. Эмбер обернулась - один парень уже валялся на асфальте, второй пытался снять с шеи тонкую струну, хрипя и задыхаясь, тщетно царапая шею, а вот третий болтался в стальных тисках ладони, что сжимала его шею. Эмбер вскрикнула и бросилась к мужчине - Господи, только трупов еще не хватало!       - Эрик, отпусти их, пожалуйста, они просто дураки, они не стоят...       - Нет, - твердо раздалось в ответ. - Они посмели посягнуть на тебя. И теперь они умрут.       - Эрик, черт побери, ты же обещал мне! Пожалуйста, подумай - стоят ли того эти идиоты? В конце концов, они даже не причинили мне особого вреда, напугали только, а им уже достаточно плохо... Эрик, пожалуйста, отпусти их ради меня... Живыми...       Эмбер ласково погладила предплечье мужчины. Под пальцами будто стальные канаты натянули.       - Тебе достаточно плохо, мразь? - протянул Эрик, уставившись на преступника обнаженным лицом с горящими потусторонним огнем глазами.       Тот позеленел и заблеял, насколько позволяло сдавленное горло:       - Да да да...       Его друг, что задыхался в петле пенджабского лассо вторил ему в ответ. Эрик хмыкнул и откинул одним движением парня метра на два от себя. Плавным движением второй руки он ослабил запястье. Петля, как живая, юркнула под рукав своего хозяина.       - Забирайте своего дружка, и чтобы я вас больше никогда не видел. И она чтобы не видела, - грохотнул его великолепный голос. - Вам ясно?       Бандиты закивали, подхватили третьего парня, не подающего признаков жизни, и быстро скрылись из маленького тупичка.       Эмбер громко, со всхлипом, выдохнула и бросилась Эрику на шею. Тот неловко приобнял ее за талию и устало покачнулся. Девушка озабоченно пощупала лоб - горячий!       - Эрик, быстро домой! Тебе срочно нужны лекарства!       Они уже поднялись на ее этаж, что Эрику далось на пределе его возможностей, когда он разразился кашлем и упал на колени. Эмбер тут же подскочила к нему.       - Эрик, Эрик! Милый, пожалуйста, еще несколько шагов, вот уже дверь квартиры!       - Да ерунда, - прошептал он и в глазах потемнело.       Эрик едва-едва чувствовал, как его с трудом втащили в квартиру, водрузили на диван, как напоили лекарствами. А потом он окончательно провалился в черноту.       

***

      Лита была очень зла. Целый день угрохать на доброе дело и получить такое! Она не взяла такси и решила проехаться на метро. В вагоне, пока ещё многочисленные, пассажиры после тяжёлого дня уныло раскачивались под мерный стук колёс.       Найдя наушники, она хотела было уйти в себя, но тут на талию ей приземлилась рука.       - Эй, куколка, познакомимся?       Неопрятного вида мужчина, выше ростом и раза в два шире Литы приобнял ту и уверенно оттянул в закуток между поручней.       - Не знакомлюсь. Отпусти! - зло рыкнула девушка.       В подтверждение своих слов, она наступила ногой на мужской ботинок и оттолкнулась, чтобы уйти. Ярость в Лите уже зашкаливала. Мужик сначала опешил, ведь такого рода девочки обычно замирали и зажимались от подобных действий. Но после на смену замешательству пришел азарт.       - Так даже интереснее… - сказал тот, грубо ухватив девчонку за капюшон.       И зря.       Развернувшись, Лита молниеносно протянула руку и нажала на шее мужчины определенную точку. Тот осоловело осел на пол, не в силах пошевелить ни одним мускулом. Но ей показалось этого мало. Лита с ненавистью колотила по обездвиженному акупунктурой мужику, от души пиная того ногами. Толпа расступилась, кто-то вызвал полицию. На станции вошёл наряд, что скрутил как обездвиженного мужчину, так и Литу, выведя всех из вагона.       До утра офицеры полиции лениво разбирались, кто виноват. Подняв камеры видеонаблюдения, они узнали в мужике знатного дебошира, на которого уже не раз указывали девушки в метро с жалобами. А тут повезло и он прямо-таки засветился! Однако, от него тут же поступило заявление на Литу за причинение телесных повреждений. И доказательством служила та же пресловутая запись из метро.       Наутро Литу всё-таки отпустили, но после проведения беседы, что превышать допустимую самооборону все же лучше не стоит. Уставшая, голодная возвратилась она к себе домой.       Первым делом добравшись до холодильника, она достала кусок запечённого мяса и с наслаждением укусила. Ммм! Как это было восхитительно! Настроение поднялось необычайно, как и чувство удовлетворения собой и свободы. Лита укусила снова и расхохоталась – так вот что имел в виду Эрик?       Она еле-еле добралась до душа, краем сознания отметив, что, пожалуй, одежду придется сжечь. А после уснула крепким сном. Ни один звонок её бы не разбудил.

***

      Эмбер очнулась, словно от тычка в бок. Девушка подскочила, потирая сонное лицо. Из окна струился солнечный свет - она мельком глянула на каминную полку, где стояли часы прабабушки - пол-одиннадцатого утра!       Девушка подскочила на диване и побежала в спальню, потрогала лоб Эрика, что с носом зарылся под ее одеяло. Нет температуры... Эмбер слабо выдохнула.       Вчера она затащила мужчину, потерявшего сознание, в спальню, положив на свою кровать, чтобы удобно было следить за ним ночью. Температура стабильно поднималась раз в три часа, Эмбер спала урывками, по полчаса, меняя компрессы и вливая лекарства. Эрик метался в жару и бреду по всей кровати.       Он снова болтал на фарси, еще немного по-русски (видимо, воспоминание этого языка спровоцировал Василь). Девушка опять подключила переводчик, но после ряда предложений о пытках, пыточных камерах, жаре, убийствах и заверениях сделать, то что приказывает таинственная "госпожа", перестала переводить. Эмбер вовсе больше не хотела слышать этот язык. Никогда в жизни.       Радовало, что Эрик звал и ее, по-французски, узнавал в перерывах между повышениями температуры. В итоге, после большого перерыва, около шести часов утра она дала последнюю доза лекарств и ушла на диван - просто прилечь, хоть на полчасика. Ну, собственно говоря, так и заснула.       Эрик пробормотал что-то во сне, завернулся полностью в кокон из одеяла, подминая то под себя, и продолжил спать. Эмбер тихонько задвинула занавески и вышла из комнаты, притворив двери, чтобы не мешать ему отсыпаться.       Девушка попробовала позвонить Лите, но в трубке слышались только гудки. Она набрала еще несколько раз, но с тем же успехом. Огорченно вздохнув, девушка соорудила себе еды из того, что нашлось в холодильнике, и неспешно позавтракала. В голове была каша, ужасно хотелось спать, но Эмбер не хотела снова отрубиться и бросить на произвол судьбы Эрика.       Девушка расположилась на "его" диване и включила фильм, с интересом вникая в перипетии героев. Когда сюжет действительно стал захватывать, раздались звонки в дверь. Эмбер подскочила и побежала скорее открывать, пока жаждущие общения не разбудили Эрика.       За дверью оказалась полиция.       - Добрый день, мадмуазель Дюмон. Ваш контакт указан, как близкий к Лите Шаньи. Позвольте пройти? Нам нужно задать несколько вопросов.       Эмбер ошарашено открыла рот, закрыла, а затем пропустила офицеров в коридор.       - Что с Литой? Я не могла ей дозвониться все утро... Что-то произошло, что-то случилось? - с паникой в голосе обратилась к полицейским девушка.       Офицеры постарались успокоить Эмбер.       - Нет-нет, все в порядке. Однако, ночью произошел скандальный случай. К мадмуазель Шаньи в поезде пристал... эээ... некая криминальная личность, преследующая девушек. Однако мадмуазель Шаньи дала отпор необычными методами - она прикоснулась к шее нападающего, после чего тот упал на землю без движения. И... эээ... пострадавшая отпинала ногами обидчика. Итак, у нас на руках заявление от указанного месье. Мы собираем информацию, опрашивая знакомых мадмуазель Шаньи. Итак... может мы пройдем в гостиную?       - Нет, офицеры, прошу прощения, но мой жених сейчас болен гриппом и спит. Я бы не хотела тревожить его покой.       Полицейские переглянулись и спешно вытянули маски из карманов, надевая. Эмбер чуть не рассмеялась, ощущая дежавю.       - У него не ковид? - уточнил один из офицеров.       - Нет, месье, мы вызывали врача, и тот сделал тест. Он отрицательный.       Офицеры переглянулись и расслабились, но маски снимать не стали, как и проситься войти дальше в комнату.       - Итак, мадмуазель Дюмон, как давно вы знаете мадмуазель Шаньи? Часто ли она испытывает немотивированную агрессию? Занималась ли единоборствами? Можете ли вы сказать, что она применяла насилие к вам?       Глаза Эмбер все больше округлялись.       - Кто, Лита? Да она в жизни мухи не обидит! Мы знакомы почти всю жизнь. Она очень добрый, светлый, солнечный человек. Занималась ли она единоборствами - я не знаю. Но ведь Лита аристократ, из древней фамилии. У них же принято, чтобы отпрыски изучали конный спорт, крикет, всякие пения-танцы. Может и единоборства, я не знаю. При мне Лита никогда руку ни на кого не поднимала, и, уж конечно, не на меня.       Это просто бред какой-то! На нее напали, а ей теперь еще и оправдываться! Хороша полиция - не только не защитила, а еще и дело открыть пытается! Скоро надо будет просто стоять и ничего не делать, пока тебя убивают и насилуют, дабы не спровоцировать расследования в свой адрес!       - Ну-ну, полегче, мадмуазель, - смущенно пробормотал офицер. Мужчине и самому была неприятна эта ситуация - ходить собирать сведения на молодую девушку, давшую отпор негодяю. Но дело есть дело.       - А вы не берете в расчет, что Лита только недавно потеряла своего брата? Она и так похудела, осунулась, переживала сильно - ведь это известно, как они были близки - все газеты трубили о семействе Шаньи. А тут еще какой-то мерзавец пристает. На ее месте, я бы поступила так же, - твердо заверила Эмбер.       Офицер поглядел на своего помощника, тот пожал плечами, полистал свой рабочий планшет с записями, кивнул и сунул своему товарищу в нос какие-то записи.       - А ну да, ну да, политик, судья... Очень жаль, конечно, такая страшная смерть... Ну что ж, мадемуазель, до свидания. Ваши показания очень ценны для нас.       И они откланялись. Эмбер стояла столбом посреди прихожей. Они что, за все это время даже не посмотрели историю Литы? Новости о смерти брата явно стали для них открытием. Эмбер выругалась - ох, наша доблестная полиция! Не удивительно, что в Париже творится черт знает что! Она снова набрала номер Литы, было уже два часа дня, но телефон лишь размеренно отвешивал гудки. Подруга по-прежнему не брала трубку.       Спустя час все же раздался звонок мобильного. Эмбер смахнула экран – Лита! В трубке раздался сонный голос:       - Доброго утра, Эмбер. Ты звонила? Прости, ночь выдалась категорически богатой на события, я все твои звонки проспала. Что новенького?       Эмбер с восторгом восприняла голос Литы, воздав хвалу, что она в порядке. Вкратце рассказала, что ее опрашивала полиция, передала новости о состоянии Эрика. В трубке повисла тишина.       Эмбер поелозила носком по ковру и виноватым голосом, сбивчиво спросила:       - Лита, ты простишь меня? Я вспылила и наговорила глупостей, которых на самом деле не думаю. Я знаю, что это звучит по-идиотски и в последнее время я постоянно на тебя срываюсь, как истеричка какая-то... Может это из-за всей этой катавасии с Эриком, смертью твоего брата, неурядицами у меня на работе - я не успела сказать, меня, видимо, уволят. Я знаю, что все это звучит как оправдания, но пожалуйста, поверь, я искренне сожалею. Я очень люблю тебя. Ты самый мой лучший друг. Ты пришла мне на помощь, врача этого нашла, время свое потратила, а я вот так с тобой... Прости меня. Пожалуйста!       Несколько секунд в трубке царило молчание. А потом девушка произнесла лишь короткую фразу:       - Подожди, я скоро.       Лита тут же повесила трубку, но через полчаса уже стояла в дверях квартиры и обнималась с Эмбер. Обида была прощена и забыта.