Равновесие

Он опять проснулся, тяжело дыша, будто вылезая из воды. Вокруг всё было ярко-белое, заставляя глаза жмуриться в надежде спастись. Послышался взволнованный голос, потом другой, третий, пятый. Все они щебетали и радовались, словно выиграли джекпот в дешёвой лотереи. Слух не мог сконцентрироваться на чём-то одном, поэтому единственное, что слышал Эндрю - это пищание каких-то аппаратов. Назойливое, раздражающее. Напоминавшее больницу. Миньярд стал оглядываться. Мир приобрёл болезненную чёткость и в поле зрения попались койки, капельницы, белые стены и недалеко лежащие на специальном столике медицинские инструменты. Эндрю не понимал, что он тут делает и как здесь оказался, пока его внимание не привлекла копна землисто-рыжих волос. Нил. Он лежал на койке напротив, полностью перевязанный, подключённый к аппарату жизнеобеспечения. Его грудь прерывно вздымалась вверх, а потом опускалась. Тело исхудало, а кожа приобрела болезненно-бледный вид. На голове перемотанная вокруг белая повязка-бинт. Смотреть на это было больно. Едва он схватился и одёрнул край одеяла, накинутого на него, как какие-то руки силой положили его обратно. Его тело среагировало мгновенно. Несмотря на всю усталость и неспособность к бою он ударил человека, что удерживал его. Конечно, сил у него не было, поэтому в следующую секунду он уже был пригвождён сильными руками к постели. Сколько бы он не вырывался - не помогало. Его взгляд неотрывно следил за Нилом, смотря, как на экране изгибается полоска пульса, становясь почти ровной, а потом резко устремляясь вниз или вверх. -Эндрю!- позвал его мужской голос. Знакомый, он помнит его. Миньярд посмотрел в упор на незнакомца, заметив чуть посидевшие волосы и языки пламени, выглядываюшие из-под манжетов его толстовки. Он понял, кто его удерживал. -Всё в порядке, это Ваймак,- точно, Ваймак. Зрение сфокусировалось на лице тренера, и тот, поняв, что Эндрю его узнал, убрал руки и отошёл от его койки. Миньярд, освободившись, присел, всё ещё чувствуя слабость во всём теле, а глаза вновь вперились в лежащего Нила. -Почему?- коротко спросил Эндрю, желая знать ответов. Со стороны входа послышался всхлип. Повернув в ту сторону голову, Миньярд ожидаемо встретил Хэммика с блестящими от слёз глазами. Он то открывал рот, то закрывал как рыба, не силясь что-либо сказать. Рядом с ним стоял его брат-близнец, Аарон. Его губы были поджаты в тонкую линию, а взгляд выражал лишь сочувствие. Что произошло. - Вы упали, Эндрю ,- дрожащим голосом вымолвил подошедший сзади Ваймака Кевин, скорее всего тоже державший его при пробуждении. Перед глазами Миньярда пронеслась цепочка событий: яичница, звонок, крыша, пятно, рука, падение. Темнота. -Значит это был не кошмар, да,- больше утверждал, чем спрашивал Эндрю. От произношения этого вслух под ложечкой что-то больно засосало. Дыхание снова сбилось. Всё же не сон, да? Не сон, не сон, не сон. Он неотрывно смотрел на впереди стоявшую койку, не веря собственным глазам. В груди снова стало пусто, и лишь надежда, которая пропала задолго до Пальметто, вновь зародилась, стараясь сиять. Но не так ярко, как раньше. Она не была расцветающим цветком, бутон которого вот-вот заполнит своим аромат комнату, погружая в спокойную атмосферу. Нет, надежда была колючей проволокой, которая режет, царапает стенки сердца, заставляя его кровоточить, а за тем и гнить. С трудом состроив безразличное лицо, что он показывал на протяжении нескольких лет рядом с Лисами после снятия с таблеток, Эндрю через силу оторвал пустой взгляд от Нила и повернулся головой к Ваймаку. -Сколько мы уже здесь лежим? - Шесть месяцев,- скорбно ответил тренер, посмотрев на аппарат возле Джостена. -Шесть месяцев,- повторил себе же Миньярд, высовывая из-под белоснежного одеяла руки. Они были полностью перебинтованы, лишь кончики кожи пальцев проглядывались сквозь белые полосы. Руки болели, как и, собственно говоря, всё тело. Падение с крыши двадцатиэтажного здания дало свои последствия. Возможно, у него было что-то сломано, может даже пара рёбер, ведь дышать было тяжелее, чем раньше. Подняв одну из рук, Эндрю дотронулся до головы. На его лбу была белая повязка. Пальцы рук прошлись по шершавой поверхности марли, проходясь от затылка ко лбу. Неплохо приложился. Но весь удар от асфальта определённо перенял на себя Нил. Миньярд не знал, насколько серьёзны травмы Джостена, но несложно было догадаться, что хорошего там мало. А есть ли оно там вообще? -Того человека, его поймали?- поинтересовался Эндрю разглядывая свою одежду. Очевидно это было больничное одеяние, которое на него надели. От мысли о том, что его раздевали, Миньярда стало тошнить, несмотря на собственные убеждения того, что это было необходимо. Больница не место триггеров прошлого. Монстры должны прятаться в шкафу и под кроватью. - Учитывая то, что камеры были отключены, а вы были единственными свидетелями, кто его видел, то нет,- серьёзно и низко отчеканил Ваймак на одном дыхании. -Я его не видел,- поправил его Эндрю. Тренер непонимающе на него взглянул. Ну же, Ваймак, не будьте глупым, разуйте глаза. -Ты стоял спиной,- процедил сквозь зубы тренер, переключив внимание на окно, где возвышались небольшие здания. -Бинго,- будто на таблетках съязвил Миньярд, посмотрев снова на Джостена. Ясно было то, что из них двоих Эндрю проснулся первым, потому что если бы Нил спал, то ему давно сказали, что он выбрался из комы раньше его. Но Джостен всё ещё лежал, неподвижно с множеством трубок на лице, какие были и у Миньярда. Он не помнил, когда успел из стянуть со своего лица и катетеры из вен. Нил спал полумёртвым дрёмом, цепляясь отчаянно за свою жизнь, которая уходила от него всё дальше и дальше, не оборачиваясь. А он тянул к ней свои руки, ждал, пока та их возьмёт, но с каждым разом терпел поражение, пытаясь снова. И "снова" его будет длиться бесконечно, пока он либо не сдастся опустив руки, и больше не думая о шансе, либо его всё же подберёт как уличного кота, и занесут домой, к Лисам. К Эндрю. Он умоляет её на коленях забрать его, дать ещё один шанс на счастье, сдирая руки в кровь и мясо, так отчаянно цепляясь за подол её платья. Но она слепа. Жизнь не видит его, уже считая мёртвым. А он всё пытается ей дать понять, что вот он! Живой, любимый кем-то, жаждущий вернуться обратно! Сзади смерть сгребает его за лодыжки, царапая острыми когтями нежную кожу, голодно проливая невинную кровь. Слёзы словно раскалённая лава обжигают щёки, плавят эпидермис, оставляя впадины и ожоги. Нил не знает, сколько так ползёт за жизнью, сдирая колени и локти рук, но, по ощущениям, кажется, вечность. Вечность не кончается, если только не поставить точку "начало" и "конец", как у отрезка в тетрадке ученика. Он устал, его конечности слабы. Секунда- и он рухнет. Его ждут, ему нужно пытаться выкарабкаться из вечного сна. Но он не может. Просто не может, хоть и искренне пытается. Простите все. Прости, Эндрю. Я устал. Миньярд пару мгновений смотрит на лицо Джостена, будто тот начинает бледнеть. Вероятно, это из-за приглушённого света из окна, который качается на рыжих волосах, давая им вспыхнуть словно огнище. Но не так ярко, как раньше. Он смотрит на его пульс, что вновь стал замедляться, а потом подскакивать вверх и ускакивать вниз. Эндрю боковым зрением увидел приближение Ники и Аарона. Они шли неспеша, будто боясь его спугнуть, но во взглядах была молчаливая поддержка. -Как ты?- спрашивает Хэммик, в надежде начать любой разговор. Видимо, хочет отвлечь Миньярда от Нила. Аарон встаёт в изножье и перекрывает своей маленькой, в силу роста, но одновременно широкой спиной обзор на другую кушетку. Эндрю слушается и поворачивается к Ники. - А как ты думаешь? -Я...ну.. -Нормально,- отчеканил Миньярд, не дав договорить Хэммику извинения.- Как вы узнали? -Я прилетел ближайшим рейсом, как только мне позвонил Ваймак и сказал, что вы двое в коме. Я с Эриком, сейчас он в номере, я попросил его лучше остаться там. Эндрю хмыкнул. -А нам поступил звонок о двух людях, находящихся присмерти,- спокойно проговорил Аарон, но его следующие слова были значительно тише,- если бы я знал, что это были вы, то сам бы поехал. Ещё раз оглядевшись, Миньярд узнал больницу, в которой работал Аарон. Вот так везение. -Кевин приезжает раз в неделю, ну, как я понял. А я прихожу каждый день...- печально произнёс Ники, опустив глаза в пол. -Ясно,- заключил Эндрю, поворачивая голову к Ваймаку.- А вы, тренер? -Я узнал спустя пару дней, тогда, когда и Аарон узнал. Он позвонил мне и сказал, что вы в опасности. -Почему ты сразу не позвонил Ники?- поинтересовался Миньярд, взглянув на близнеца. -Я...- запнулся Аарон, - Я пришёл к вам в палату только через... сколько? Дня три? Меня просто не впускали да и работы с другими пациентами было дохера, и я даже не обратил на новое поступление внимания, полагаясь на коллег. Первое, что было у меня в голове, когда я сначала увидел твоё лицо было :"Позвонить, Джостену", а после посмотрел на другую койку,- близнец обернулся через плечо на Нила, поджав прескорбно губы.- Тогда я думал лишь о том, что надо сказать Ваймаку. Я не был в силах объяснять это всё Ники, поэтому тренер без слов меня понял и, пока ехал к нам, позвонил ему. - На следующий день после звонка тренера я уже стоял тут,- продолжил Хеммик, так же смотря в пол, не смея и одним глазом посмотреть на кузена. -Говоришь так, будто ты в этом виноват, а не ублюдок со стволом,- заметил Эндрю, но в его взгляде была та же пустота, что сейчас смотрела в грудь Аарона, точнее, сквозь неё, пытаясь высмотреть перебинтованное лицо Джостена. -Я поздно прилетел,- всё же косвенно извинился Ники. -Если так подумать, то вы все пришли поздно,- холодно и медленно проговорил Миньярд. Каждый из присутствующих, кроме Нила, что лежал с закрытыми глазами, отвели взгляд от силуэта Эндрю. -Но это не ваша вина. Вы пришли, когда смогли, как только узнали, а не через месяц, забив на нас с Джостеном хуй,- последние слова вылились слишком больно для его сознания. Надежда угасала, прекращала светиться, расцветать, хоть ничего и не происходило, чтобы она уменьшалась. Кевин выдохнул. -Мне написал Ники,- начал он. "Цепная реакция "- подумал Эндрю. -Точнее Эрик от лица Ники, потому что тот точно не мог печатать. Это было во время интервью. Я лишь мельком глянул на пришедшее сообщения. Вроде в этот момент я даже отвечал на вопрос, но резко замолк, когда понял посыл,- голос Дэя слегка дрожал,- я думал, что это шутка и позвонил тре...,- запнулся Кевин, но исправился,- отцу, чтобы быть уверенным, что это неправда. Прямо на интервью. Услышанное только всё усугубило. Я уехал оттуда, сразу отправившись по адресу, который мне скинули. В речи Дэя всё чаще можно было услышать упоминание Ваймака, но от лица отца. Это казалось ему правильным. Он потерял его на долгие годы, а сейчас совместными усилиями старается вернуть себе то, что было закопано слишком глубоко, чтобы просто рыть лопатами. И они справляются, как отец и сын. -Ясно,- снова сказал Миньярд и откинулся на изголовье.- Всё, встреча с пациентами закончена,-пропел он,- Проваливайте. -Рад видеть, что ты в относительном порядке,- мягко улыбнулся Ники, прощаясь, но его взгляд быстро потускнел, стоило ему зацепится за другую койку. -Я буду вашим главным врачом, я добьюсь этого, обещаю,- и в этот раз Эндрю кажется, что Аарон сдержит своё слово. -Поправляйтесь, малышня,- выходя, кинул Ваймак, а за ним плёлся Дэй. Он взглянул на Нила, потом обратно на Миньярда и кивнул. Слов попросту не нашлось сказать что-то им двоим. Как только все ушли, Эндрю тихонько поднялся со своей постели и направился к койке Нила. Его движения вялые, мышцы слабы из-за того, что он пролежал шесть месяцев. Поэтому, кое-как, но добравшись до Нила, Миньярд схватил за спинку рядом стоящий стул, пододвинул ближе к кровати и сел, сложив руки на одеяле. Он вытянул одну из них и слегка притронулся к щеке Джостена, где не было бинтов. Немного тёплая, но с обжигающей рукой Эндрю она казалась ледяной, будто дотронулся до айсбергов Антарктиды. Его лицо не выражало ничего, оно было пустое, бледное, почти мёртвое. Эндрю уже видел его таким в кошмарах, но там Нил уже был трупом. Сейчас лишь кома. Всего лишь кома. Могло бы быть хуже. Но об этом "хуже" ему не хотелось даже думать. Миньярд мягко, почти невесомо, провёл пальцами по шрамированной щеке, ощущая каждый рубцовый миллиметр. Он хотел взглянуть на небо. Не то, что в окне, а то, что прячется в глазах Джостена, отзеркаливая его эмоции. Он дышал Нилом. А без него задыхался. Но грудь под одеялом слегка поднималась и опускалась, говоря о том, что всё ещё возможно. И жизнь, и смерть- возможны. И, конечно, он верил в то, что жизнь взглянет вновь на Джостена и заберёт его с собой, наверх. Рука опустилась к рукам Нила, а лоб вслед за ними. Эндрю и не заметил, как заснул, сидя на стуле и сжимая запястье Джостена. *** Каждый день был похож на предыдущий. Пробуждение, еда, процедуры, осмотр, еда, сон-час, еда, сон. Миньярд следил за состоянием Нила. Каждый раз подрывался, когда мельком замечал, что пульс превратился в тонкую прямую линию, думая, что это - конец всего. Конец всего его смысла и существования. Но потом пульс подскакивал и всё возвращалось, кроме разума Джостена, что должен проснуться. Эндрю предлагали переселится, чтобы не так много переживать. Аарону пришлось его держать, чтобы он не убил этого "генератора гениальных идей". Ники стал приходить три раза в неделю, Кевин всё так же, вместе с Ваймаком, приезжали один раз. Аарон стал их глав-врачом, поэтому чаще всего Миньярд встречал именно его. Но он видел, как у всех них пропадала надежда в глазах, стоило соседней койке попасться им в поле зрения. И Эндрю их понимал. С каждым днём ему становилось всё больнее и больнее, тяжелее и тяжелее от того, как надежда вянет, заполняя своим отвратительным запахом все ноздри. Он ненавидит запах сгоревшей надежды. Но он до сих пор в неё верит. Миньярд зашёл в очередной раз после обеда в палату на сон-час. Прошёл месяц с его пробуждения, а прогресса у Нила так и не наблюдалось. Эндрю, не смотря на Джостена, закрыл дверь и отправился к своей койке. Кроме них двоих в комнате никого не было. Но голос, словно гром среди ясного неба, разнесся по стенам, отражаясь и заставляя Эндрю мгновенно замереть. -Привет.