Безумец

Джозеф не смог сомкнуть глаз ночью. Его голову посещали самые разные, порой дурные мысли. Он всё размышлял: какова будет её реакция на его признание? Пошлёт его или обрадуется? Может, заплачет? От грусти, конечно. Но вечно скрываться и всё прятать в себе он не сможет. Нужно всё решить. Как сказала Зои: «Ты готов на всё ради любимого человека, даже если для этого потребуется уйти и не возвращаться в её жизнь». Если Лиззи решит прекратить дружбу, так тому и быть. Если она скажет: «Забудь, давай притворяться друзьями», Джозеф будет притворяться. Второй вариант, конечно, его больше радовал, чем уйти. Но теперь всё зависело от её решения. Его ангела. Придётся принять её выбор, каким бы он ни был. Сегодня Лиззи оделась, как настоящий фермер. Это немного рассмешило Джозефа, но ей очень шло. Лиззи приняла решение пойти к их тайному месту, которое она называла «засекреченным». А точнее, к дереву. Спустя годы они оба хорошо помнили дорогу к большой иве. Эта дорога была выжжена у них в сердцах — они не посмеют её забыть. Никогда. Джозеф бежал позади девочки, его взгляд был прикован к её непослушным кудрявым волосам, которые весело подпрыгивали на бегу. В них хотелось зарыться и спрятаться от всего мира. Он бежал за ней, как верный пес, его рука потянулась к её волосам, но он вовремя убрал руку обратно, крепко сжав её в кулак. Он не смел прикасаться к ней. Они добежали до дерева, и Лиззи сразу же плюхнулась на землю. Закинув голову, она мечтательно смотрела на свивающиеся ветви дерева. Достала маленький блокнот из заднего кармана и карандаш, начала делать зарисовки спадающих каскадом веток с листьями. Джозеф уселся рядом и принялся пристально наблюдать за её каждым движением руки. Каждый взмах, каждый неровный штрих завораживал. За её рисованием можно было наблюдать вечно. Она неотрывно черкала по листу бумаги, и всё её творение постепенно превращалось в рисунок. Это было как магия. — Красиво, — искренне сказал Джозеф, смотря на рисунок свисающих веток. Лиззи гордо приподняла подбородок и снова принялась разглядывать ветки, за которыми скрывалось небо и солнце. Лучи мерцали среди этих веток. Где-то вдалеке пели птицы. Всё казалось сказкой, выдумкой. Джозеф не смог описать эту красоту словами. Таких слов просто ещё не придумали. Здесь не хватало «великолепно» или «прекрасно». Здесь нужно было что-то большее. — Давай просидим здесь до заката? Уверена, закаты здесь восхитительные! — радостно предложила Лиззи. Порой её идеи сводили с ума, но Джозеф покорно кивнул. Ради неё он был готов на всё, даже если их за это отругали бы родители. Ребята сидели под ивой, иногда вставали, играли в догонялки или прятки. Любимым местом для пряток у Лиззи стал ствол дерева. Джозеф быстро понял это, но притворялся, что не замечает, как она пару игр подряд прячется в одном и том же месте. Ему слишком нравилось слушать её невинный смех и видеть в её серо-зелёных глазах белые искорки. Изумрудные глаза. Идеальные. Они не успели заметить, как пролетело время за играми. Солнце уже начало касаться линии горизонта, за которым скрывалась вечность. Облака медленно плыли по небу, из белых пушистых становились розовыми, напоминая сахарную вату. Как же хотелось достать эту сахарную вату с неба для Лиззи. Они уселись на землю, лицом к заходящему солнцу, и внимательно наблюдали. Ветки, опущенные вниз, позволяли смотреть на солнце не жмурясь. Птицы пролетали вдаль по светлому, розовому небосводу. Поистине прекрасный закат. Джозеф раньше не замечал красоты в таких простых вещах, но благодаря ей он увидел, насколько прекрасен этот мир. — Слишком красиво, — заворожённо выдохнула Лиззи, глядя, как солнце медленно опускается вниз. — Да, здесь красиво, настолько, что можно умереть, — тихо выдохнул Джозеф, смотря на искрящиеся её любимые глаза. Лиззи тихо прыснула от странного ответа парня, повернулась к нему и увидела его пристальный, заворожённый взгляд. — Ты чего? — нелепо спросила Лиззи. Джозеф опустил одну руку на траву, чтобы упереться, и наклонился к девушке. Его губы прильнули к её губам. Осторожно и нежно, пробуя их на вкус, глаза девушки расширились от удивления. Она качнулась назад, но удержалась, выставив руки назад. Парень продолжил поцелуй, уже более настойчиво. До безумия ему нравился вкус черешни на её губах. Так и хотелось остановить время и остаться здесь навсегда. Действия лучше любых слов. Лиззи была поражена, но не спешила заканчивать поцелуй. Медленно прикрывая веки, она начала наслаждаться его сухими, шершавыми губами с ранками, прикасаясь к ним с особой осторожностью, чтобы не задеть больное место. Джозеф первым прервал поцелуй. — Я люблю тебя, — выдохнул он сладко, прислонившись лбом к её лбу. Он пристально смотрел в её глаза, чтобы увидеть в них ответ. — Я тебя тоже люблю, — смущённо заливаясь краской, тихо призналась Лиззи. Ветер унес с собой все печали и грусти, оставив пару наедине. Они сидели, прислонившись лбами, и мечтательно смотрели друг другу в глаза. Жаль, что этот момент не может длиться вечно. Их сердца бились в унисон, грудь вздымалась в такт друг друга. В целом мире они были только вдвоём. Для них не существовало никого больше. Но им пора было уходить домой. Джозефа переполняла радость и счастье, а Лиззи, смущённая признанием, выглядела как помидор. С уверенной, дерзкой девчонки она стала тихой и незаметной. Но её сердце стучало слишком быстро. Джозеф нашёл камень с острым концом и начал водить им по коре дерева. Лиззи заглянула ему через плечо, но парень сдвинулся и закрыл ей вид. — Что ты делаешь, Джозеф? — спросила девушка. Парень отошёл и гордо качнул головой. Теперь на дереве красовалась надпись «Л+Д= ❤». Лиззи широко улыбнулась. Они вернулись домой, получили нагоняй, но всю дорогу держались за руки. Джозеф впервые почувствовал её сладкое, нежное тепло. Когда родители на них кричали, ребята смотрели друг на друга, наполненные счастьем, и улыбались. Джозеф распластался на кровати, весь счастливый и довольный. Он не мог и подумать, что их история любви начнётся именно так. Он засыпал, обомлевший и счастливый.