Секрет

      Время шло очень медленно, а голова казалась железной и тянула опуститься на подушку. Мысли метались в ней, заставляя морщиться от боли в висках. Шелли поднялась с кровати своей все такой же мерзкой бордовой комнаты, чувствуя, как её тело сопротивляется каждому движению. В комнате было душно, но открыть окно она не могла — не только потому, что это было невозможно на этом проклятом острове, но и потому, что свежий воздух всё равно не помог бы ей успокоиться.       Она начала ходить из угла в угол, пытаясь нащупать что-то, что можно назвать решением. «Что теперь? Как мне всё это закончить?» Эти вопросы звучали у неё в голове, словно эхо, возвращающееся каждый раз громче.       Секрет за секретом, истина за ложью — она прекрасно понимала, что затянулась в этот водоворот намеренно, но теперь её выборы казались чужими, как будто их сделала не она. Вспомнился взгляд Ин Хо — его пронизывающие глаза, голос, от которого её уверенность исчезала, а колени дрожали. Чем глубже она пыталась копнуть, тем сильнее ощущала себя марионеткой.       На чемодане лежала тонкая картонная папка, которую удалось стащить из кабинета Ин Хо, но в ней не оказалось ничего полезного — лишь какие-то путанные заметки с планированием игр. Все без толку.       Уши резанул громкий звук. Сирена.       Шелли рванула к двери, но ручка не поддавалась, а значит единственный реальный путь к отступлению автоматически заблокировался. Досадно, что даже не узнать, что происходит.       Сирена всё не утихала. Вскоре она поняла, что должна найти другой выход. Её глаза быстро пробежали по комнате. Было ли тут вентиляционное отверстие? Или может, что-то, что можно использовать, чтобы разблокировать дверь?       Она подошла к панели управления у двери. Никаких явных подсказок, но её опыт подсказывал, что системы здесь хоть и сложные, но построены с учётом вероятных сбоев. «Может, если отключить питание…»       Провода, кнопки, кабели — всё это выглядело как головоломка для девушки, которая не имела ни малейшего представления о принципе работы подобных систем.       Шелли отчаянно пыталась сосредоточиться. Она никогда раньше не имела дела с такими сложными механизмами, но интуиция и адреналин заставляли действовать. Секундный взгляд на панель подсказывал, что здесь можно что-то сделать, чтобы отключить блокировку.       Сирена продолжала выть, будто издевалась над её беспомощностью. Шелли схватила ближайший предмет — ручку с прикроватного столика — и начала методично приподнимать панель, оставляя на экране царапины. Под гладкой крышкой показался хаос проводов.       — Ладно, что тут у нас, — пробормотала она себе под нос, пытаясь удержать дрожь в руках. Её взгляд метался между кабелями, которые переплетались, словно змеи. Красный, синий, жёлтый… Что перерезать? Или ничего не резать?       Она вспомнила фильмы, где герои обычно выбирали красный провод, но всё выглядело совсем не так просто. «Нет, это не кино. Если ошибусь, кто знает, что произойдёт.»       Вдруг сирена прекратилась. Тишина ударила по ушам, ещё сильнее, чем звук. Сердце Шелли пропустило удар, и она замерла, глядя на панель, разноцветные провода под которой, все такие же целые, уродливо свисали на фоне темно-сливовых шелковых обоев.       Дверь с тихим шипением открылась, и за порогом показалась знакомая фигура. Ин Хо, окруженный своими безликими солдатами, без маски, с холодным и проникновенным взглядом. Он стоял в дверях, не двигаясь, словно ждал, что она скажет первой. Шелли продолжала стоять как вкопанная, боясь лишний раз вдохнуть. Мужчина сразу обратил внимание на пучок торчащих проводов и повернулся на к девушке, отметив ручку, зажатую в ее руке.       — Что ты творишь? — произнёс Ин Хо, ломая тишину. Его голос был привычно тихим, но от этого казался ещё более пугающим.       Шелли попыталась выровнять дыхание и встала прямо, стараясь выглядеть уверенной.       — Я хотела узнать почему включили сирену, — ответила она. Он прикрыл глаза, стараясь успокоить себя. Девчонка доведет его до белого каления.       — Если включили сирену, значит тебе нужно сидеть в комнате и не издавать ни звука, — наконец смог пересилить себя Ведущий. — Это не призыв начать ковырять стены подручными инструментами.       Шелли крепче сжала ручку в руках, её лицо было хмурым, но внутри всё сжималось от напряжения. Она не могла позволить ему увидеть, как сильно она боится.       — Может быть, если бы ты хоть что-то объяснил, мне не пришлось бы ковырять стены, — парировала она. Голос звучал твёрдо, хотя её сердце бешено колотилось.       Ин Хо сделал несколько шагов вперёд, и его люди остались позади, словно статуи. Он остановился перед ней, слишком близко, чтобы она могла чувствовать его холодное дыхание.       — Объяснить? — его голос был резким, почти саркастичным. — Я открыл тебе все свои карты, Шелли. Каждое твоё движение ставит под угрозу всё, что я строил годами.       Он откинул взгляд на панель, где провода ещё свисали, как свидетельство её попытки «найти выход». На его лице мелькнула смесь раздражения и усталости.       Шелли бросила ручку на стол рядом с папкой, её взгляд пылал гневом.       — Может, и не для меня, но я здесь, Ин Хо. И я не уйду. Ты хочешь, чтобы я сидела тихо? Тогда начни говорить. Начни объяснять. Секрет за секрет, помнишь? , — её голос дрожал. — Ты должен мне еще один секрет.       Ин Хо молча смотрел на неё, будто взвешивал что-то. Затем он отвёл взгляд, выдохнул и шагнул к столу, медленно собирая висящие провода обратно в панель.       — Хорошо, — наконец сказал он. — Я скажу тебе только то, что тебе нужно знать. Но ты должна понять: ответы здесь опаснее, чем вопросы.       Его люди всё так же стояли в дверях, их маски отражали тусклый свет лампы. А Шелли чувствовала, что что-то меняется, будто они с Ин Хо переступили невидимую грань, из-за которой уже не будет пути назад.       — Охранять все двери, — бросил охранникам распорядитель. — Никто не выйдет, пока я не скажу, — люди в розовом молчали и лишь помощник, одетый в черное, кивнул и потянул на себя дверь, оставляя их наедине.        Ин Хо поправил свои волосы, которые вместо привычной укладки рассыпались по голове, залезая в глаза. Он выглядел уставшим, а его кожа, всегда блестящая и гладкая, теперь могла выдать возраст хозяина — такой тусклой и безжизненной она выглядела. Мужчина окинул себя взглядом в зеркале. Он успел переодеться в свой костюм Ведущего перед тем, как убить Чон Бэ и это было довольно забавным представлением. Наблюдать за извивающимся на полу от боли утраты и чувства вины Ки Хуном принесло меньше удовольствия, чем предполагалось, но все было не зря и об этом нужно было помнить. Он должен пройти этот путь до конца.       Он поднял глаза на стоящую перед ним девушку, скрестившую руки и ожидающую ответов. Но что он может сказать?       — Я скучал по тебе, — ухмыльнулся Ин Хо и сел в стоящее поблизости кресло.       Шелли на секунду застыла, не веря своим ушам. Его слова прозвучали неожиданно мягко, почти интимно, но её взгляд оставался холодным. Она не собиралась позволить ему уклониться от темы.       — Скучал? — её голос был полон сарказма. — Это всё, что ты можешь сказать? После всего, что произошло?       Ин Хо чуть наклонился вперёд, положив локти на колени и сцепив пальцы. Он смотрел на неё снизу вверх, его выражение сменилось на серьёзное.       — Ты думаешь, что я не замечал, как всё это влияет на тебя? Как ты пытаешься разобраться в том, чего не должна понимать? — Он покачал головой. — Ты пришла сюда, думая, что сможешь что-то изменить. Но, Шелли, здесь ты будешь медленно сходить с ума. И чем дольше ты остаешься, все это сломает.       Шелли шагнула ближе, её лицо было полно гнева и решимости.       — Может быть, из-за таких, как ты, я уже сломана. Ты ошибаешься, Ин Хо. Тебе тоже есть что терять.       Его глаза вспыхнули, но он быстро взял себя в руки. Её слова снова укололи, но он не мог позволить себе показать это.       — Я уже всё потерял, — сказал он, и его глубокий голос стал холодным, словно ледяной. — Я потерял свою жизнь тут, крошка, всё, что когда-то имело значение. Единственное, что у меня осталось, — это контроль над этим местом, а это место — моя клетка, в которой мне предписано оставаться до конца своей жизни.       Его взгляд был прикован к Шелли, изучающий и настороженный. Он видел, как её грудь тяжело вздымалась, отражая напряжение внутри. Она знала уже всё, что он мог рассказать: о том, как он оказался здесь, о тех решениях, которые привели его к этой роли, о той цене, которую он заплатил.       Но между ними всё ещё оставалось что-то недосказанное.       — Ты знаешь, что я не хотел этого, — сказал он. — Но теперь ты здесь, и это меняет всё.       Шелли вздохнула, стараясь справиться с нахлынувшими эмоциями.       — Я не могу понять, зачем ты продолжаешь это, — тихо произнесла она.       Он посмотрел на неё, его лицо застыло в маске сдерживаемых эмоций.       — А ты? Ты пришла сюда, чтобы что? Изменить меня? Или спасти?       Шелли замерла, её губы приоткрылись, но она не знала, что ответить.       — Я пришла, потому что не могла просто смотреть, как ты разрушаешь себя, — её голос почти выдавал слезы, застрявшие в горле. — Но, возможно, стоило оставить это и заниматься своими делами.       Его взгляд смягчился, но только на мгновение.       — Может быть, — тихо сказал он. — Но тогда зачем ты остаёшься?       Её ответ был простым, но твёрдым.       — Потому что я всё ещё верю, что ты можешь выбрать другой путь.       Ин Хо молчал, его взгляд был скрыт в тени, но Шелли чувствовала, что он что-то решает. Она ждала, не двигаясь, стиснув зубы.       — Ты думаешь, что понимаешь меня? — его голос был хриплым и усталым.       Шелли чуть наклонила голову, не отводя взгляда.       — Я знаю, что ты скрываешься от всего, что могло бы тебя по-настоящему затронуть, — сказала она спокойно, стараясь не показать, как её слова заставляют его вздрогнуть.       Он на мгновение закрыл глаза.       — Это не то, о чём ты думаешь, Шелли, — пробормотал он, не уверенный, стоит ли объяснять.       Шелли шагнула ближе.       — Ты мне не сказал, почему так? Почему всё это? Я просто… хочу понять.       Он вздохнул, провёл рукой по лбу.       — Я пытаюсь удержать контроль. Всё остальное давно ускользнуло. Но ты не поймёшь, зачем я это делаю. Я не хочу чтобы ты понимала. Это место — не для таких, как ты.       Он поднял взгляд и встретился с её глазами и от этого взгляда дыхание Шелли сбилось.       Ин Хо тяжело выдохнул и опустил голову, разжав замок из пальцев, будто последний узел в нем развязался. На мгновение между ними повисла тишина, и она почувствовала, как их мир немного сжимается.       — Я не могу вернуть то, что потерял. Но я не могу и продолжать всё это в одиночестве, — его слова едва сдерживали боль, но она чувствовала, что он пытается контролировать ситуацию.       Шелли смотрела на него, не зная, что сказать. Вместо этого она подошла вплотную и села на колени перед ним. Девушка взяла Ведущего, который сейчас совсем не был похож на себя, за руку.       — Ты не один, Ин Хо, — тихо сказала она, сжимая его ладонь в своей маленькой руке.       Он слегка улыбнулся, но в его глазах всё равно оставалась тень.       — Ты слишком много хочешь.       Шелли ответила тихим, но решительным голосом:       — Я хочу остаться с тобой. И может быть, найти способ спасти тебя от всего, что тебя преследует.       Он поднес её к себе, и на мгновение их лица стали близкими. Это было не так, как в их первых встречах — теперь между ними не было игры, только честность.       — И если ты останешься, ты будешь частью этого… и ничего уже не будет прежним.       Она ответила ему на одном дыхании:       — Может быть, моя жизнь должна быть такой.       Ин Хо слегка покачал головой, но не отстранился. Их губы встретились — это был поцелуй без слов, без ожиданий, просто момент, в котором они могли быть собой, без масок.       Его губы искали её, медленно, будто он всё ещё сомневался, но когда их прикосновение стало неизбежным, он поддался, забыв обо всём, что их окружало. Это был момент, в котором не было ни игр, ни правил, ни тайн. Только они двое, уязвимые и настоящие.       Её руки поднялись, обвивая его шею, и на мгновение время словно остановилось. Всё, что они не могли сказать друг другу словами, было передано в этом поцелуе, полном страха, боли и нежности.       Когда они отстранились, он смотрел на неё так, будто видел впервые.       — Если ты останешься, ты разрушишь всё, что я построил, — сказал он и Шелли почувствовала искренний порыв от него.       — Может, это именно то, что нужно, чтобы ты стал свободным.

***

      Ин Хо проснулся среди ночи, холодный пот покрывал его лоб. Он быстро сел в кровати, вдыхая воздух, как будто пытаясь вырваться из темного кошмара, который только что пережил. Сердце колотилось, и в темноте комнаты его взгляд сразу же нашёл Шелли. Она мирно спала рядом, её дыхание ровное и спокойное, её лицо выражало безмятежность, которую он так редко видел в жизни.       Он немного прислонился к изголовью, пытаясь успокоиться. В кошмаре она была частью игры, частью этого мира, и в нём она подписывала контракт, отдавая свою свободу ради него. Он видел её глазами, как она выбирала этот путь, не задумываясь о последствиях, как будто всё, что она делала, было ради него — но этот выбор оставался с ним как тень, следуя за ним в самые тёмные моменты.       Ин Хо закрыл глаза и вздохнул, пытаясь прогнать мысли, которые мучили его уже не первую ночь. Шелли была рядом, живой и настоящей, а кошмар остался лишь в его голове.       Ведущий долго сидел в темноте, прислушиваясь к звукам ночи. Всё было слишком тихо, и это пугало. Он снова взглянул на Шелли. Её спокойный сон казался таким хрупким, как если бы он дотронулся — и всё исчезло бы. В её лице не было тех волнений и страхов, что терзали его.       Он нежно проводил взглядом по её чертам, а внутри него снова возникало это чувство — невозможности, невозможности быть с ней по-настоящему. Он так хотел, чтобы всё было иначе. Но он был здесь, на этом острове, с его играми, с его обманами. Он не мог позволить себе мечтать, но именно этого он и делал — мечтал о том, чтобы она могла просто быть счастлива, свободна, не знала жестокости и манипуляций.       Шелли слегка подергалась во сне, и Ин Хо резко отвёл взгляд. Он чувствовал, как его собственное сердце сжимается, понимая, что этот момент никогда не будет длиться вечно. Он знал, что ему не удастся удержать её в этом мире без конца.       «Я могу быть с ней… но она никогда не будет свободна», — думал мужчина, и это отравляло его.       Он встал, осторожно поправил одеяло, под которым она лежала, и снова сел у окна, не в силах избавиться от ощущений. Всё, что он знал о мире, о жизни, и о том, что ждёт его, теперь казалось каким-то жестоким абсурдом. Но как бы он не пытался, он не мог просто взять и выйти из этого лабиринта.       Ночь тянулась, и только шум ветра в окне был единственным напоминанием о реальном мире.       Он был застрял здесь, на этом острове, в этом цикле. Шелли — всё, что он хотел, всё, что он искал, но в тоже время, она была и самым опасным искушением.       Он знал, что не может позволить ей углубляться в его мир. Даже если она сама выбрала этот путь, даже если она сама решила вступить в эту игру. Он не мог быть с ней. Он был Ведущим, и его жизнь была построена на крови и манипуляциях, на контроле и страха. Как он мог, несмотря на все это, снова притянуть её к себе?       Он встал и подошел к кровати, где она всё ещё спала, в её дыхании не было ни тревоги, ни осознания. Она была здесь с ним, но совершенно чужда этому миру. Не такой, как все остальные. И, возможно, именно это его и пугало больше всего.       Он наклонился и осторожно коснулся её плеча. Она дёрнулась и проснулась, встречая его взгляд немного растерянно.       — Ты не спишь? — голос Шелли был сонным.       Ин Хо промолчал, просто смотря на неё. Он не знал, что сказать. Как объяснить ей, что её присутствие было одновременно и спасением, и приговором? Как сказать, что он не знал, сколько ещё он мог бы её держать рядом?       Шелли, заметив его напряжение, села и поправила волосы.       — Ты опять что-то скрываешь, Ин Хо, — её глаза мягко зацепили его и девушка протянула к нему руку. — Я знаю, что ты хочешь оставить меня в неведении. Но если мы собираемся быть друг с другом, ты не можешь продолжать молчать, — её слова звучали твердо, уверенно, и, несмотря на его настороженность, Ин Хо почувствовал, как его сердце сжалось.       Он вздохнул, глядя на неё. И всё-таки это было неизбежно. Он знал, что не может держать её на поводке вечно. И, может быть, сейчас был тот момент, когда он наконец должен был довериться ей, хоть это и будет самым опасным шагом для обоих.       — Я не могу быть с тобой, Шелли, — наконец сказал он. — Я не должен был снова…       Шелли не отводила взгляда и нахмурилась, пытаясь понять снится ли ей это или нет.       — Я сама решу, что мне делать, — прервала она очередную тираду. — Мы все здесь делаем свой выбор. Ты не можешь принимать решение за меня, Ин Хо. Я не уйду. И я буду рядом, — добавила Шелли и повернулась на другой бок, снова засыпая.       В этот момент что-то внутри Ин Хо сдалось. Он почувствовал, как внутри него просыпается чувство, которое давно поглотил этот мир, полную пустоту, которая теперь начинала наполняться. И, возможно, в его сердце была надежда, что она всё-таки сможет выбрать другой путь.       Он смотрел на Шелли, её ровное дыхание, её спокойный, мирный сон, и вдруг почувствовал такую уязвимость, какую никогда не испытывал. Она шла туда, куда не следовало бы идти. И, несмотря на все его предупреждения, она всё равно оставалась рядом.       Его пальцы, сжимавшие простыню, чуть ослабли. Он чувствовал, как всё внутри него ломается. Он был застрял в своём мире, полном иллюзий, контроля и страха, но теперь, с каждым её взглядом, с каждым её словом, он всё больше терял твёрдость.       Она не уходила. Она не боялась. И он не знал, что с этим делать.       Но несмотря на его сомнения, он не мог избавиться от того чувства, что, возможно, она всё-таки станет его спасением. Хоть это и был путь, который мог закончиться катастрофой для них обоих.       Он остался сидеть в тёмной комнате, вглядываясь в её лицо, пытаясь понять, что будет дальше. И, в конце концов, когда его мысли начали затихать, он тоже закрыл глаза, не в силах победить этот новый, странный импульс внутри себя.