Часть 6 | Под одним небом
4 января 2026 г., 19:27
Утро понедельника встретило Амелию серым небом за окном и странным ощущением нереальности происходящего. Она сидела в своём кабинете, уставившись в монитор, но вместо рабочих документов перед глазами стояла только одна картина — Билли, стоящая в дверях и машущая ей на прощание. Её улыбка, её глаза, её губы, коснувшиеся щеки.
Амелия коснулась пальцами того самого места и глупо улыбнулась.
— Соберись, — прошептала она себе под нос. — Ты на работе.
Но работа не шла. Совсем. Строчки отчёта расплывались перед глазами, цифры складывались в даты, имеющие значение только в контексте проведённых вместе выходных. «Мы познакомились четыре года назад. Поцеловались в субботу. Она сказала, что я — её райский уголок».
Телефон завибрировал, и сердце пропустило удар.
Билли | 09:47
Доброе утро, красавица! Через час буду у вас. Как думаешь, мне стоит волноваться? : D
Амелия выдохнула, чувствуя, как тепло разливается по телу.
Амелия | 09:48
Доброе. Это они должны волноваться. Ты — Билли Айлиш.
Билли | 09:49 а вдруг они скажут, что я всё испортила своим вмешательством? что нельзя так давить на начальство?Амелия | 09:49
Билли, они готовы ноги тебе целовать. Ты ничего не сможешь испортить.
Ответ пришёл не сразу. Амелия уже начала нервничать, когда экран снова засветился. Билли | 09:52 ты умеешь сказать нужные слова. спасибо. скоро буду ❤️ Сердечко. Она поставила сердечко. Амелия смотрела на этот маленький красный символ и чувствовала, как щёки заливает краской. — Господи, что же ты со мной делаешь, — прошептала она, откладывая телефон.***
Час пролетел в томительном ожидании. Амелия то вставала и подходила к окну, рассматривая парковку внизу, то садилась обратно и делала вид, что работает, то просто смотрела в одну точку, прокручивая в голове возможные сценарии. Когда в дверь постучали, она подпрыгнула так, что чуть не опрокинула кружку с остывшим кофе. — Мел, — в кабинет заглянула секретарша, женщина средних лет с вечно озабоченным выражением лица и идеально уложенными волосами. — Тебя вызывают в конференц-зал. Срочно. Там… — она замялась, понижая голос до заговорщического шёпота, — там Билли Айлиш. И она спрашивает лично тебя. Амелия изобразила удивление, насколько это было возможно. — Правда? Странно. Ну, иду. Она вышла в коридор и быстрым шагом направилась к конференц-залу. Сердце колотилось где-то в горле, ладони вспотели, в висках пульсировала кровь. «Спокойно, Мел. Ты просто идёшь на встречу. Просто увидишь Билли. Ничего особенного». Она глубоко вздохнула перед дверью, поправила рубашку и вошла внутрь. Картина, открывшаяся ей, была почти сюрреалистичной. За длинным столом из тёмного дерева сидело всё руководство издательства. Главный редактор — мужчина лет пятидесяти с сединой на висках и пронзительным взглядом. Его заместительница — женщина в строгом костюме, которую все боялись. Начальник отдела кадров, нервно теребящий ручку. Юридический консультант с неизменным блокнотом. Все при параде, все с серьёзными, даже суровыми лицами. А во главе стола, вальяжно развалившись в мягком кожаном кресле, восседала Билли. На ней была её неизменная мешковатая одежда — огромная футболка с логотипом какой-то рок-группы, широкие штаны, красная кепка, надвинутая на лоб. Полная противоположность официальной обстановке. И при этом она выглядела так, будто именно она здесь главная. Увидев Амелию, Билли едва заметно улыбнулась. Быстрое, почти незаметное движение, от которого у Мел подкосились колени. Но она тут же отвела взгляд, сохраняя нейтральное выражение лица — они не могли позволить себе лишнего на людях. — Амелия, присаживайся, — главный редактор указал на свободный стул напротив Билли. — У нас тут… неожиданная ситуация. Мел послушно села, стараясь не смотреть на певицу. Но краем глаза видела, как та нервно теребит кольцо на пальце — тот самый жест, который Амелия уже успела выучить. — Мисс Айлиш, — начал главный редактор, поправляя очки, которые носил только для важных встреч, — вы утверждаете, что интервью, которое провела наша сотрудница, было лучшим за все восемь лет? — Лучшим, — подтвердила Билли без тени сомнения. Голос её звучал уверенно, твёрдо. — И я хочу, чтобы именно она вела мои интервью в этом издании в будущем. По залу прокатился удивлённый шёпот. Заместительница главного редактора что-то быстро записала в блокнот. — Кроме того, — продолжила Билли, делая драматическую паузу, — я хочу, чтобы она писала обо мне статьи для вашего журнала. Эксклюзивно. — Мисс Айлиш, — подала голос заместительница, — у Амелии недостаточно опыта для таких сложных материалов. Она всего несколько месяцев работает в издательстве, у неё нет портфолио… — У неё есть талант, — перебила Билли. Резко, но без агрессии. Просто констатируя факт. — А опыт нарабатывается. Я готова предоставить ей этот шанс. Вопрос только в том, готовы ли вы его предоставить. Главный редактор снял очки и начал протирать их — жест, который Амелия знала как признак сильного волнения. — Мисс Айлиш, мы, безусловно, ценим ваше мнение. Но такие решения не принимаются в одночасье. Нам нужно обсудить это внутри, взвесить все за и против… — Обсуждайте, — Билли встала, и все присутствующие машинально поднялись следом. — Но имейте в виду: либо интервью ведёт она, либо я ухожу в другое издание. Думаю, конкуренты будут рады. Повисла гробовая тишина. Билли коротко взглянула на Амелию — всего на секунду, но в этом взгляде было столько поддержки, что у Мел перехватило дыхание. — Амелия, проводи меня, пожалуйста, — сказала она официальным тоном. Они вышли в коридор, и как только дверь за ними закрылась, Амелия выдохнула: — Ты с ума сошла? — Возможно, — Билли довольно улыбнулась, но держалась на расстоянии — на случай, если кто-то из сотрудников окажется рядом. — Но сработает. Я их знаю. — Билли… — Амелия хотела сказать что-то ещё, но в этот момент из-за угла показался курьер с бумагами, и ей пришлось сделать шаг назад, сохраняя профессиональную дистанцию. — Мне пора, — вздохнула Билли, замечая этот манёвр. В её глазах мелькнула грусть от того, что они не могут быть рядом открыто. — У меня сегодня ещё запись, а завтра с самого утра репетиция. Финнеас сказал, что мы будем в студии до ночи — готовимся к туру. Но я напишу, как освобожусь. Договорились? — Договорились. Билли развернулась и ушла к лифту, ни разу не обернувшись — слишком рискованно. Только аромат её парфюма ещё витал в воздухе, напоминая Амелии о том, что этот разговор был реальностью. Амелия проводила её взглядом и медленно побрела обратно к своему кабинету. — Ну что, — раздался голос сзади, заставив её вздрогнуть. Майкл стоял с двумя стаканчиками кофе и хитро улыбался. — Рассказывать будешь? — Нечего рассказывать, — отрезала Мел, но предательский румянец залил щёки. — Ага, конечно. Я всё видел. — Ты ничего не видел. — Видел, как ты вышла из конференц-зала с красными щеками. И видел, как Билли Айлиш уходила с довольной улыбкой. Так что колись. Амелия вздохнула, принимая кофе. — Это сложно, — призналась она тихо. — Очень сложно. — Сложно — это когда у тебя ипотека и трое детей, — усмехнулся Майкл, прислоняясь к стене. — А когда за тебя перед начальством заступается суперзвезда — это просто круто. — Ты невыносим. — Знаю. Но ты меня любишь. — Иногда, — улыбнулась она.***
Решение начальства пришло быстрее, чем ожидалось. Уже к обеду секретарша принесла Амелии официальное письмо: она назначалась ведущим интервьюером для всех будущих материалов, связанных с Билли Айлиш, и получала собственную колонку в журнале, посвящённую музыке и культуре. — Поздравляю, — сухо сказала секретарша, но в глазах читалось уважение. — Ты это заслужила. Амелия перечитывала письмо раз за разом, не веря своим глазам. Потом схватила телефон и набрала сообщение.Амелия | 13:24
Ты не представляешь, что случилось. Меня повысили. У меня будет своя колонка. И я буду вести все твои интервью. БИЛЛИ. ЭТО ТЫ СДЕЛАЛА.
Ответ пришёл через минуту. Билли | 13:25 нет, красавица. это ты сделала. я просто помогла им увидеть то, что уже было. горжусь тобой ❤️ Амелия смотрела на сердечко в сообщении и чувствовала, как глаза начинают щипать. Она не плакала — просто что-то попало в глаз.***
Вечером они созвонились. Билли была в машине, возвращалась со студии после долгого репетиционного дня, и голос её звучал устало, но довольно. — Ну что, мисс журналистка, — протянула она, и Амелия прямо видела её улыбку. — Как ощущения? — Как будто я сплю и боюсь проснуться, — честно призналась Мел. Она сидела на подоконнике в своём доме, глядя на огни вечернего города. — Это всё так нереально. — Реальнее некуда, поверь мне. Пауза. Тишина, заполненная только дыханием и шумом машин на фоне. — Билли, — начала Амелия и запнулась. — М? — Я не знаю, как это объяснить. Но когда ты рядом… я чувствую себя собой. Понимаешь? — Понимаю, — голос Билли стал тише, мягче. — Я тоже. С тобой я могу быть не Билли Айлиш, а просто Билли. И это бесценно. — Я боюсь. — Чего? — Всего. Что это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Что я всё испорчу. — Мел, — перебила Билли. — Смотри. Амелия подошла к окну. За ним, в вечернем небе, зажигались первые звёзды. — Видишь звёзды? — Вижу. — Мы с тобой под одним небом, — тихо сказала Билли. — И что бы ни случилось, это уже не изменить. Ты — лучшее, что случилось со мной за последние четыре года. И я не хочу это терять из-за страхов. — Ты правда так думаешь? — Правда. Амелия прижалась лбом к холодному стеклу и закрыла глаза. — Я тоже не хочу тебя терять. — Тогда не теряй. Просто будь рядом. А остальное приложится. — Это так просто? — С тобой — да. Они проговорили ещё час. Обо всём и ни о чём. Билли рассказывала о том, как выматывают репетиции, как они с Финнеасом спорят до хрипоты о каждой ноте, как ей страшно перед масштабным мировым туром. Амелия слушала и чувствовала, как с каждым словом привязывается к этой девушке всё сильнее. А когда попрощались, Амелия долго сидела на подоконнике, глядя на звёзды, и улыбалась. Впервые за долгое время она не чувствовала себя одинокой.***
Следующая неделя пролетела как один миг. Амелия погрузилась в работу с головой — писала статьи, готовила материалы, училась новому. Билли пропадала на репетициях с утра до ночи, готовясь к мировому турне, но они созванивались каждый вечер. Иногда на пять минут — просто чтобы услышать голос друг друга, иногда на час — когда у обеих были силы и настроение говорить. — Скучаю, — говорила Билли в трубку уставшим, но тёплым голосом, и Амелия чувствовала, как тепло разливается по телу. — Я тоже. — Завтра снова репетиция с восьми утра. Финнеас сказал, что убьёт меня, если я опоздаю. — Тогда ложись спать пораньше. — Не могу. Хочу ещё поговорить с тобой. — Билли… — Знаю, знаю. Ещё пять минут. И они говорили. Обо всём и ни о чём. А когда наступало время прощаться, Амелия ловила себя на мысли, что уже считает минуты до следующего вечера, до следующего звонка, до следующего «скучаю». — Что ты делаешь со мной, Билли? — шептала она в пустоту после каждого разговора. Ответа не было. Только тишина и звёзды за окном.
