Аллюры

      — Бет, сколько раз говорил, не зажимайся, я могу на твои руки стакан поставить, и он не упадёт. Расслабься, позволь ему двигаться.       Мужчина стоял, облокотившись на забор плаца, поставив ногу на маленький, стоящий рядом стульчик.       Тренер Бет — Гленн Ри. Он был одним из главных инструкторов в клубе, хорошим другом Хершела и по счастливой улыбке старшей сестры — любящим мужем.       Он занимался с младшей три раза в неделю, работа не была сложной — Бет была сообразительной и довольно хорошо умела ездить, но всегда есть куда расти.       Грин всегда притягивали прыжки, она с детства наблюдала, как мама занимается, и неосознанно тянулась за ней. Став чуть постарше, девушка наконец-то села в седло и начала осваивать это мастерство. Было сложно, до сих пор, если честно. Она не идеальный всадник, уж точно не чемпион олимпийских игр, но её уровень можно считать крепким средним — не больше, не меньше.       Сейчас Бет отрабатывала посадку на галопе, стараясь не перенапрягать тело, но попросту не могла. Её физическая оболочка и мысли были сейчас отдельно друг от друга.       С той встречи прошла уже неделя, и закончилась она на очень странной ноте. Девушка бросила Дэрилу «Мне пора идти», а он, не отводя взгляд, сказал: «Приятно познакомиться, Бет». И было в этом взгляде нечто большее, чем просто вежливый реверанс, а вот что, Грин так и не смогла разгадать. Она лишь торопливо ушла к деннику Риза, вытирая потные от жары ладони о бриджи. А затем осознала уже в работе с лошадью, что она не представлялась по имени. Он прошептал её имя, вырвав его из слов отца. Почему-то это казалось ей неправильным, даже наглым, возможно, потому что он просто-напросто опередил её.       И вот теперь на тренировке Бет вновь прокручивала эту встречу в своей голове, как заевшая пластинка, совершенно не понимая почему. Что ей сделал этот простой рабочий, но его глаза раз за разом мелькали перед ней.       — Грин, ты сидишь как приколоченная, ты слышишь, что я тебе говорю? — Голос тренера раздался где-то сбоку, снова приводя девушка в маломальские чувства.       Его голос не был раздражительным, немного уставшим — да. Все-таки жара стояла немаленькая, хоть и был уже вечер.       — С такой посадкой я тебе сегодня прыгать не дам, ты коня угробишь и себя заодно, — бросил ей Гленн, довольно рассудительно заметив, что так к конкуру подходить нельзя.       А Бет честно старалась расслабиться, отпустить напряжение, но неведомый ей блокиратор стоял где-то в голове.       — Не слушай его, красотуля, посадка во, — к плацу приближались двое мужчин с крупными сумками на плечах, один из которых довольно громко отметил своё присутствие, вытягивая большой палец руки вверх по направлению к девушке.       Его светлые волосы поблескивали на солнце, но терялись из-за того, насколько они сильно выгорели. Кожа была оттенка жжённого сахара, а глаза бегали быстро и торопливо, как у дикого мустанга. Чувствовалось в нем нечто иное, что отличало его от других людей. Собственная уверенность, о таких обычно говорят: «нарцисс», но Мерл прекрасно осознавал своё положение и минусы, главное он умело превращал их в плюсы. Всегда умел из плохого сделать хорошее, а из отвратительного — приемлемое. Конечно, не был он бандюганом, но замашки иногда казались далёким от него людям, немного, мягко выражаясь, некультурными. Таким был Мерл Диксон — непутевым и грубым, но определенно безвредным.       Гленн и Бет в унисон кинули свой взор к мужчине. Первый тяжело вздохнул, но после поднял руку в знаке приветствия, а вторая вначале недоуменно вздернула брови, а затем забыла, что её телу нужен кислород. Рядом с каким-то хамоватым мужиком шёл тот, кто не покидал головы уже семь дней.       Почувствовав насколько тело девушки задеревенело, конь самовольно решил перейти на медленную рысь, а затем и на шаг. Грин это нисколько не смутило, потому что всё, что она видела перед собой, как Дэрил стукает белобрысого локтем по боку, а тот улыбается и махает на него рукой, в знаке «отвали».       Они подошли вплотную к плацу, что Мерл облокотился на забор, косясь на блондинку.       — Как ваше ничего, кобылки? — Старший Диксон обратился к Гленну, обнажая свои желтоватые зубы.       — Всё также — в колхозе больше всего работала лошадь, а председателем так и не стала, — Гленн умел общаться с разными людьми, поэтому и сейчас легко мог найти подход.       Ри не был близкими друзьями с Диксонами, но отчего-то ему было с ними достаточно комфортно, они были простыми людьми, звезд на небе им хватало.       Бет косилась на них, пока конь наслаждался неожиданным отдыхом. Она заметила, что Дэрил бросал на неё взгляды, но также быстро устремлял свой взор куда-то ещё. Мерл же осматривал её без стеснения, насколько позволяла её отдаленность от них.       — Пока вы прохлаждаетесь, мы пришли работать, детки, — Диксон старший снова шутил, не скрывая своей улыбки, а затем оттолкнулся от деревяшки и помахал им рукой.       «Вот странный», — пронеслось в голове Бет, что не могла понять, насколько он был чудаковатым.       А затем увидела те же крылья на спине, которые теперь отдалялись в сторону новой строящийся конюшни. И снова это неведомое чувство разочарования внутри, быстро появилось и мгновенно ускользнуло, как змейка.       — Перерыв закончился, делай диагональ и меняй ногу, галоп. — Тренер быстро вернулся к Бет, отдавая новые команды, а её взгляд провожал спину коваля, что терялась вдали горизонта и пыли грунта.       Прошло около получаса, Грин успела закончить занятие под недовольный тон Гленна, что ей надо бы собраться и исправиться, отшагать коня и самой привести дыхание в норму. Девушка сняла амуницию, закрыла поилку, посидела немного у денника и сняла свой шлем. Бет пригладила волосы и осознала насколько они потные. Жар, исходящий от неё, казалось, нагревал воздух.       Девушка позволила себе умыться и глотнуть воды, когда в комнату отдыха зашёл отец.       — Как успехи, милая? — Хершел знал, что дочь не самый лучший наездник, но он ценил её упорство.       — Пойдёт, — отпив ещё немного, Бет неуверенно пожала плечами, понимая, что сказать ей особо нечего.       — Не всё сразу.       Отец одарил её мягкой улыбкой, снова показывая свои морщинки возле глаз, в этой простой фразе было много добра и понимания. Простое человеческое и родное признание.       Девушка тоже улыбнулась и кивнула головой. Такие простые жесты, казалось, не выражали ничего, но для них обоих всё было понятно и без слов. Забота, что могла быть такой — тихой, неспешной и ласковой.       — Если тебе не сложно, можешь отнести к новой конюшне воды и персиков, а-то беспокоюсь, чтобы наши рабочие не пережарились там, — снова лёгкое замечание от отца, выражающее теплоту.       — Переоденусь только.       Хершел вышел из комнаты со словами благодарности, а на Бет теперь свалилось понимание, куда она идёт и кому относит провиант.       Сменив футболку и расчесав волосы, она старалась спрятать, насколько сильно вспотела, но скрыть подобные результаты усердной тренировки было невозможно. И плюнув на всю эту подготовку, которую Грин не могла для себя адекватно объяснить, девушка схватила бутылки воды и пакет персиков.

***

      — Дерилина, куда ты кладёшь брус, ты оглох на одно ухо что ли? — Мерл не сердился на брата по-настоящему, просто выражал своё привычное недовольство.       Но Дэрил и правда был рассеянный после неожиданной недовстречи с блондинкой. Ещё и Мерл бросил этот тупой комментарий, ему всегда было проще говорить нечто подобное, но он не мог поспорить со словом «красотуля», да, вот только она не вписывалась в это глупое и бестактное слово, что обычно употребляли по отношению к женщинам, с которыми старший брат водился. Почему-то глядя на неё, Дэрилу приходило в голову «нимфа». Слово, что никто не использует в его кругу, но он знал, эти существа были загадочными и манящими. В один момент они были добродушны и улыбчивы, а потом пропадали и скрывались в гуще леса, заманивая сбившихся путников. Вот и Бет Грин казалась таковой. А он безвольный и блуждающий странник, которого она манила одним лишь взглядом.       Диксон чувствовал себя 15 летним дураком, что впервые увидел симпатичную девушку, но он был старше, ещё и старше неё очевидно. На вид ей было лет 20-23, а ему уже перевалило за 30. Пора бы уже обзавестись мозгом и не вестись на всё, что хоть чуть красивее лошади.       Жара этого дня выжимала все соки, ещё и брат трындит что-то под ухо, не давая спокойно работать или предаваться мечтаниям, как малолетке, ей богу.       — Вот и наша наездница, — казалось, у Мерла были способности совы, как он видел всё на 360 градусов.       Тихие шаги Бет наконец-то дошли до Дэрила, что теперь заглянул за своё плечо и задержал взгляд на её разгоряченном лице. Вновь этот персиковый румянец, который теперь и смешался с очевидным запахом горячего тела. Вероятно, для Бет он был не таким ярким, хотя она воспользовалась дезодорантом. Но до младшего Диксона он дошёл и закрутил шестеренки не только в его голове. Дэрил неосознанно сделал ещё более глубокий вдох, отчего почувствовал аромат Грин ещё сильнее. Это выбивало почву из-под ног, он облокотился на брус, отвернувшись наконец от неё. Смотря на землю, и пытаясь сориентироваться в собственных мыслях. От неё безусловно пахло потом, но этот запах смешивался с лёгким шлейфом фруктового средства, и каким-то её собственным — древесным, что был неразрывно связан с запахом лошадей, сена, какой-то неведомой для Дэрила сушеной травы и пыли. В этом не было никакой романтики, ни капли, наоборот она выглядела вымотанной, к тому же, вся эта смесь ароматов должна отталкивать. Но отчего-то на Диксона это подействовало, как хлыст, который тут же стал квадратиком сахара. Она была слишком настоящей, что сама не замечала, как притягивала. Ещё и эти её глаза, что таили в себе печаль и усталость, покусанные губы, выдававшие нервы и стресс.       Не один Дэрил был пойман. Мерл тоже обратил на Бет и её «ауру» внимание, но больше он оценил состояние брата, что стоял как вкопанный, пялясь в такую уж интересную землю перед ним. На лице старшего раскрылась ухмылка, а хриплый голос спросил:       — Как тренировка, дорогуша?       Грин поставила одну бутылку возле Дэрила, который потупил на неё взгляд некоторое время, а затем отвернулся и вовсе стоял спиной. Было немного неприятно, что даже кивка в знак приветствия она не заслужила. А вторую протянула Мерлу, который не скрывал своей отчего-то радости. Но прозвище «дорогуша» ей было не по душе.       — Нормально, — нейтральный ответ, что ни к чему не обязывал, — не называйте меня «дорогуша» и «красотуля», — а вот последующие слова, она устремила к старшему Диксону.       — Пардон, мадам, буду следить за своим франсе, — наигранно приложив руку к губам, мужчина в своей грубоватой манере извинился.       Каким-то образом жест этого мужика вызвал у Бет короткую улыбку, а он был и рад развеселить её тоскливые глазки.       — Отец просил принести вам воды и персиков, — она немного вытянула руку вперёд, показывая целый пакет свежих фруктов.       — Перерыв на похавать — это мы любим, да, Дэрилина?       Тупое прозвище от старшего брата теперь стало стыдным перед ней. Дэрил взял себя в руки и наконец-то обернулся к ней полностью, обнажая свой слегка потерянный взгляд.       — Спасибо, — мужчина лишь пролепетал слово благодарности, хватаясь за бутылку.       Бет не могла понять, что с ним не так. Его движения были слишком деревянными и нелепыми. Как будто ему стыдно или неловко. А вот прозвище от Мерла она отметила. Звучало тоже комично. В целом теперь старший Диксон ей казался слегка забавным.       Ей захотелось снова присесть и спокойно подышать воздухом, что был наполнен сухостью этого дня, но вечер приносил с собой лёгкий ветерок, который не мог не радовать Бет и всех остальных. Она аккуратно присела на какую-то низкую старую подставку, не особо предназначенную для сидения на ней. Достала из пакета персик, предварительно нажала на него большим пальцем, отчего тот слегка потерял былую округлую форму. И протянула оставшиеся несколько фруктов Дэрилу, стоящему довольно близко к ней. Грин не сказала ни слова, но младший Диксон почувствовал каплю заботы от этого простого действия. И неважно было, что этот дурацкий пакет предназначался не только ему, и пришла она по просьбе отца. Но от этого крохотного жеста на лице невольно показалась улыбка, что для Бет была немного неожиданной.       Грин сидела с вытянутой вбок рукой, смотря на застенчивую улыбку коваля, который опирался бедрами на стоявшую позади доску. И на её лице тоже показалась скромная улыбка, как обычно бывает, когда кто-то тоже радостный и счастливый подле тебя. Подобный обмен продолжался недолго, но Мерл был не тупым в отличии от его братца, сразу считывал намеки и полуслова:       — Вот это да… — прошептал старший Диксон, впервые замечая подобные взгляды и поведение у Дэрила.       Они его очевидно не услышали, возможно, даже закричи бы он благим матом.       Пару мгновений спустя первым отвела взгляд Бет, что просто положила пакет на землю, а затем и Дэрил, устремившийся к этим персикам. Он наклонился, забрал два крупных фрукта и бросил один Мерлу, который стоял с привычной ему ухмылкой. Но младший не понял, отчего он сейчас с подобным выражением лица, никто даже словом не обмолвился, чтобы вызвать у него такой оскал.       — Да, ребятки, у вас тут жарень, — Диксон сам не понял имел ли он в виду погоду или нечто другое, но оба его собеседника восприняли это буквально.       — Это только начало, — ответила ему Грин, подразумевая, что подобная погода будет держаться ещё долго и становиться гораздо жарче.       — Оно и понятно, — кивнул Мерл.       Бет покрутила в руке нектарин, на котором был маленький пушистый ворс, а затем укусила его, слегла всасывая влагу. Губы стали сладкими и мокрыми от количества соков в персике, но вкус бодрил. Они были ещё слегла охлажденными, так как достала их из темного сухого места.       — Ты ведь младшенькая из Гринов? — просто спросил Мерл, снимая с рук перчатки.       Девушка лишь коротко кивнула, осознавая, что мужчина знает их семью.       — А я твоей сестре предложение делал, да только она азиата этого слащавого выбрала, — без злобы сказал старший Диксон, раскрывая свои зубы в ухмылке.       Бет действительно удивилась, тонкие брови поднялись вверх, и она отвлеклась от фрукта.       — Он шутит, — наконец-то хриплый голос прорезался, эти слова снова звучали, как способ успокоить девушку.       — Я называл её красоткой! — воскликнул Мерл, очевидно шутя.       Грин только хмыкнула, выдохнув воздух. Этот мужик любил ставить людей в неловкое положение. Она вновь откусила нектарин.       — Тебе сколько лет, всадница? — мужчина хотел поддержать разговор и продолжил с невежливого вопроса.       — А Вам сколько? — Бет вытерла рукой уголок губ, отчего тыльная сторона стала немного липкой.       — Нам на двоих уж лет 70 наберется, — раскатистый смех дошёл до девушки, отчего она немного ухмыльнулась.       — Мне 22, — без лукавства ответила Грин, делая ещё один укус.       — Ещё совсем зелёная.       Мерл беззлобно отметил этот факт, обтёр руку о футболку и принялся за фрукт.       — Вы давно знакомы с папой? — Бет устремила свой взгляд то к старшему брату, то к младшему, задержавшись на Дэриле.       — Вот все 70 лет и знакомы, мы пока под стол пешком ходили, он приглядывал за нами. Хороший мужик, — с персиком во рту ответил мужчина, не стесняясь довольно громко чавкать.       После пары слов, что коваль обронил, он снова молча стоял, крутя в руках нектарин, изредка поднимая взгляд к девушке и цепляясь за её собственный.       — Он про вас не рассказывал, — подметила Грин, опустив голову к собственным пальцам, что были в сладком соке.       — А чего про нас рассказывать, я Мерл, он Дэрил. Работаем, крутимся, всё как у всех, — без лишних запинок ответил мужчина.       Снова Бет лишь пожала плечами, доедая последние остатки мякоти. А затем начала пальцами крутить косточку, рассматривая трещинки и впадины.       — Передай ему, что здесь работы ещё на пару недель, но в такую жару быстро выдыхаешься, — Мерл съел свою порцию за несколько укусов, а затем кинул твёрдую часть в траву рядом.       — Передам, — коротко ответила девушка.       — Дэрилина, сколько на еду не смотри, она сама в рот не залетит. Жуй, жуй, глотай. Работы ещё не початый край, — старший обтёр рот руками, а их уже об джинсы. Надел перчатки и начал строгать брус.       Дэрил протянул персик Бет, а она без лишних слов забрала его.       — У меня аллергия.       Именно сейчас коваль решил поделиться этой информацией с девушкой, дотронувшись до её тонких пальчиков, передавая фрукт.       — Извини, я не знала, — тихо прошептала Грин, перекатывая нектарин в свою ладошку.       Дэрил вновь улыбнулся, заглядывая в её глаза, что смотрели на него снизу вниз. Из-за подобного положения её взгляд казался слишком невинным и милым, словно она была оленёнком, загнанным хищником. Бет тоже одарила его лёгкой радостью на своём лице, а затем отдалила руку, наконец-то забрав персик.       — Хорош обмениваться любезностями, — уже более строго сказал Мерл, привлекая внимание младшего брата.       Бет тоже поднялась с импровизированного стульчика, не спеша убирать персик в пакет.       Она направилась к другой части клуба, уже окончательно развернувшись спиной к мужчинам. Но затем что-то дернуло её обернуться, как она увидела провожающий её взгляд Дэрила. Бет, сама того не осознавая, подняла руку вверх и еле заметно помахала ею ковалю. А он в ответ кивнул, принимая прощание.       Шаги девушки удалялись, а пальцы Дэрила были немного липкими от персика, что успел обмякнуть в его руках, пока он держал его.