Как жить зверем.

После операции в Ущелье Воющих Духов, прошло уже два месяца. Из моей бывшей группы остались в живых кроме меня: звероглавая-подчинитель подтипа ватусси Дайлин и фурри-боец подтипа малого бурундука Райден. Воины-ракшасы, которые атаковали первыми, даже если бы им удалось увернуться от огров, не выжили бы после столь масштабного истощения их жизненных сил. Командир-котопума и волкоголовый-заклинатель Сайрус, умерли ещё до того как их тела повредились от самоубийственного взрыва ракшас. Но это не значило, что выживание обошлось нам троим совсем без травм. Пока Дайлин работала моими ушами, ее ноги придавило камнями, а разум серьезно повредило перенапряжение от использования способностей. Райдена настолько удачно зашвырнуло прочь от удара по касательной огра, что он смог ограничиться только сломанными ребрами и повреждёнными внутренними органами. Шансы выжить для Бойца в ближнем бою с ограми, изначально были не велики, потому его живучесть иначе как удачей не объяснить. У меня тоже были травмы. Как главному герою, удерживающему врага на месте, мне пришлось серьезно пострадать от способов допроса огров. Стягивающие облаву ракшасы, подоспели своевременно и смогли спасти мою жизнь. Не смотря на серьезные повреждения моих рук от огров, армейские целители проявили большое мастерство и смогли их спасти. Гордость Фурри лисьего подтипа – хвост, был настолько изломан, что спасти его не получилось. Так что помимо темно-зеленого цвета шерсти, теперь у меня был купированный хвост, что совершенно не добавляло мне привлекательности. Но самой большой проблемой было снижение остроты слуха, которое мешало общаться в обычной жизни и которую не смогли вылечить обычными способами. Из-за столь серьезных травм, было закономерно, что после удивительной победы и выживания, мне, Дайлин и Райдену приходилось отслеживаться под присмотром армейских целителей. Небольшой медицинский отдел горного фронта располагался возле командной ставки этого направления. Из нас троих мне первой удалось передвигаться по территории, что закономерно привело к тому, что на меня повесили новые обязанности. К горному фронту собралось прибыть очередное пополнение и меня, как очевидца успешности подавления огров армией, пригласили зачитывать бывшим кадетам курс лекций. При наличии телесных повреждений, уже сама возможность передвижения была чудом. И меня не смогли бы уговорить на такое действие, если бы не обещания занести мое преподавание в зачёт моих достижений. До экзамена по повышению квалификации оставалось чуть более двух лет. Лимитированное количество мест способствовало жёсткой конкуренции, при учёте, что даже провал по повышению класса в экзамене излечивал все телесные недуги соискателя. Нам, выжившим в операции, посчастливилось набрать достаточно заслуг для подачи заявления на этот экзамен. Но, учитывая всего шестьдесят позиций для соискателей и огромное количество служащих зверолюдов в армии, требовалось добавить как можно больше достижений в свое резюме, что бы главнокомандующие одобрили мое участие. Потому, несмотря на откровенно нехорошее состояние, мне все равно приходилось читать лекции. Смотреть на новое пополнение из незрелых, только окончивших обучение зверолюдов, было одновременно ностальгирующее и грустно. Из моего потока пережили эти годы на горном фронте всего десяток особей. Двое из которых служили вместе со мной, а остальные своевременно перевелись в корпус "Терпеливого Охотника". Смертность зверолюдей, начинающих свою службу с корпуса "Мертвая Голова" была совершенно не мифом, а жёсткой реальностью проверяющей все качества бывшего кадета. Рассказать прямо этим новичкам насколько опасно то место, в котором они служили, было бессмысленно. Если бы у них был выбор, естественно они отправились по другому направлению. От меня требовалось рассказать те способы, благодаря которым у зверолюдей появится шансы на выживание. То, единственное которое могла им поведать только моя персона, были слова оркского языка, на которые стоило обратить внимание. По моему мнению, было немного странно, что среди всего разнообразия знаний, которыми обеспечивали солдат армия, не было изучения языка врага. Можно было долго спекулировать на эту тему, но факт от этого оставался неизменным. Как показала моя служба - даже капитаны-ракшасы не знали языка орков и огров. Возможно, именно поэтому, у меня получилось заговорить зубы ограм, заставляя их тратить время, оставаясь в центре ловушки. Вспышка мстительных эмоции ведущих меня в этом поступке, оставила после себя холодную пустоту горечи и отголоски боли. И если бы представилась возможность снова пережить подобную ситуацию, у меня не было адреналина поступить так же. Служба на границе Десяти Тысяч Гор вымотала меня слишком сильно. Мне приходилось целенаправленно выискивать положительные моменты вокруг меня, что бы удержать свое сознание сфокусированным ещё один день. Из-за частоты использования, воспоминания об аромате удаче от Кагеру, уже никак не пробуждали мою мотивацию. *** Имя: [Тиара] Действующий титул: [Травмированная #4] Класс: 2.5 Поднятие Класса: Доступно Тип: Фурри-Элементалист Подтип: Лиса Благополучия Статистика подтипа (С-B): Телосложение: С- (В++) Анализ: В++ Энергия: В- (В++) История: В++ Адаптивность: В++ Навыки: [Лиса Благополучия]: EX [Эволюция]: В+ [Гравировка Души]: (Интеллект Homo Sapiens) Unique [Семейная Реинкарнация]: Unique [Ритуал]: (Печать Тайны) C [Ритуал]: (Исповедь Секрета) D [Ловец Смысла]: S- [Гравировка Души]: С [Евгеника]: В [Управление Туманом]: S- [Терпение]: S [Транс]: S++ [Самоисцеление]: В- [Внутренняя энергия]: (Утончение Облаков) С+ (В+) [Боевая техника]: (Усы, Лапы и Хвост) С+ (В+) [Кооперация]: А- [Алчность]: D+ [Полиглот]: (Люди, Орки, Демоны (Короля Демонов), Лизарды, Зверолюди) С+ *** Моя табличка профиля действительно расширилась, но у меня до сих пор не было идей, что именно поставить в навык [Гравировка Души]. Ведь большинство моих навыков плотно зависели от наработанного телосложения или наличия [Энергии]. А те навыки, что не имели такого условия, вполне могли перенестись в следующую жизнь, если у меня получится приложить усилия для их тренировки. Как тот же навык [Полиглот], появившийся из-за наличия у меня знаний в местных языках.