Отвергнутый

Фьюри медленно положил ручку на стол, не отрывая от Питера взгляда. Комната наполнилась тяжёлым молчанием, в котором были слышны только едва уловимые звуки вентиляции. — Это какая-то шутка? — наконец спросил директор, его голос стал ниже, почти угрожающий. — Нет, сэр, — ответил Питер так же спокойно, скрестив руки. Фьюри откинулся на спинку кресла, пытаясь понять, что у парня в голове. Он повидал за свою жизнь множество странных и даже пугающих вещей, но слова юного стажёра озадачили его. Казалось, что тот абсолютно уверен в своей просьбе, что не оставляло места ни для шутки, ни для недоразумения. Питер сглотнул, чувствуя, как напряжение сдавливает грудь. Фьюри молча ждал продолжения, скрестив пальцы перед собой, но его взгляд был острым и настойчивым, словно рентген, проходящий сквозь душу. Отступать было некуда, и Паркер собрал всю свою решимость, чтобы продолжить объяснение. — Вернее сказать, я хочу инсценировать свою смерть, — начал он, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Чтобы все, в том числе и агенты Щ.И.Т.а, состоящие в Мстителях, считали Питера Паркера мёртвым. Эти слова, казалось, повисли в воздухе. Фьюри нахмурился, его челюсти слегка напряглись, но он не произнёс ни слова. Его руки крепко сомкнулись в замке, локти упёрлись в стол. Несколько мгновений он молчал, оценивая каждую деталь того, что только что услышал. Затем начальник Щ.И.Т.а чуть наклонился вперёд и, наконец, заговорил: — Что же движет тобой? Этот вопрос заставил Питера замереть. Время будто замедлилось. Он прекрасно понимал, что любые попытки увильнуть или солгать обернутся ещё большими проблемами. Фьюри был опытным человеком и раскусил бы его за секунду. Паркер сглотнул, отвёл взгляд в сторону, собираясь с мыслями, и после небольшой паузы честно признался: — Если говорить о Мэй и моих друзьях… — он сделал вдох, чтобы успокоиться. — Так как я теперь работаю на вас, я не хочу, чтобы они из-за меня были в опасности. Он поднял глаза на Фьюри, стараясь не выглядеть слишком растерянным, но чувствовал, как слова всё равно застревают у него в горле. Продолжить оказалось сложнее, чем он ожидал. — А Мстители… Питер запнулся, глядя куда-то в пустоту перед собой. Он пытался сформулировать мысль так, чтобы это звучало не слишком по-детски, но подходящие слова всё никак не приходили на ум. Питер знал, что Ник Фьюри никогда не верит словам, которые звучат неубедительно. А значит, с тем, что происходило в его мыслях, лучше было оставаться предельно осторожным. Говоря по правде, его желание нанести Мстителям удар по больному месту, заставить их ощутить хоть часть той боли, что довелось пережить ему, стало для него чем-то личным. Он знал, как это сделать, как добиться своего. Но эта часть плана оставалась глубоко внутри, скрытая от посторонних глаз и, разумеется, от Фьюри. Наступила напряжённая тишина. Питер молчал, обдумывая, что может сказать, чтобы не выдать свои истинные мотивы. Ник Фьюри, сидя за своим столом, задумчиво скрестил руки на груди. Он словно изучал Питера, анализируя каждую его реакцию, и не спешил давить. Но и ждать долго он не любил. Тяжело вздохнув, Фьюри наконец нарушил молчание: — Можешь не лгать, — начал он, и его голос прозвучал одновременно спокойно и настойчиво. — Я уже разузнал подробнее о том, что там происходило в Stark Industries после появления Люка Старка. Эти слова словно повисли в воздухе. Фьюри не уточнял, что именно он узнал, но тон его речи ясно давал понять, что ничего хорошего там быть не могло. Питер замер, стараясь не показывать, что его слова задели. Это было трудно. Всё-таки Ник был не тем человеком, с которым можно легко спорить. Фьюри посмотрел на него внимательнее, а потом, к удивлению Питера, его голос сменился с холодного на более мягкий, хотя всё ещё сохранял привычную твёрдость: — Ну да ладно... Ты уверен в своём решении? Этот вопрос заставил Питера слегка вздрогнуть. Он был готов ко всему, но не ожидал увидеть подобное выражение на лице Ника — смесь серьёзности и, возможно, лёгкого сожаления. Фьюри ненадолго замолчал, будто давая Питеру шанс передумать, а потом добавил: — Уверен, твоя тётя будет расстроена от твоей кончины. Слова прозвучали спокойно, но ударили в самую цель. В них была смесь и сочувствия, и укоризны. Фьюри явно хотел проверить, насколько глубоко Питер продумал свои действия, и, возможно, разглядеть, есть ли в этом плане хоть капля колебаний. Питер замешкался, его мысли на мгновение замерли, как будто он пытался найти слова, чтобы объяснить, что на самом деле происходит в его голове. Он знал, что это решение не просто трудное, но и опасное. — Это будет лучше, чем если она будет в опасности, — произнёс он тихо, но уверенно, словно убеждая не только Фьюри, но и самого себя. Он действительно тщательно всё обдумал. Это не был импульс, не момент слабости. Питер пришёл к этому решению после того, что произошло всего несколько дней назад. В конце прошлой недели ему выпала задача, в которой он участвовал только во второй раз после того, как стал агентом Щ.И.Т.а. Всё казалось достаточно рутинным, пока он не допустил ошибку. Враги, которых они пытались поймать, оказались гораздо хитрее, чем он предполагал. Здание, где он находился с агентами, подорвали и, пока все выбирались, один из напарников не смог спастись вовремя, потому Питер закрывал его под завалами. Таким образом один из врагов сумел сбежать, не оставив следы и намёки на его дальнейшие действия. Через несколько дней Питер узнал, что тот же враг нашёл Нэда и Мишель. Он знал, что эти двое для Питера — самое уязвимое место, и он использовал их, чтобы затянуть Питера в ловушку. Враг чуть не убил их обоих, и это было слишком близко. Питер не смог бы простить себе, если бы что-то случилось с ними. Он уже не мог думать о себе, когда знал, что опасность подстерегает тех, кто ему дорог. Именно этот момент стал решающим. Он осознал, что если не сделать шаги сейчас, то следующая угроза может оказаться смертельной. Он не хотел, чтобы его близкие стали мишенью из-за того, что он — агент Щ.И.Т.а. Это решение было единственным способом, как он мог защитить их. Питер не был готов жить с этим риском. Фьюри, сидя за своим столом, устремил взгляд куда-то в пустоту, обдумывая всё, что сказал Питер. Он понимал парня — слишком хорошо, чтобы просто отвергнуть его просьбу или пытаться отговорить. Решение Питера не было поспешным или импульсивным. Это был выбор человека, готового пожертвовать своим счастьем ради безопасности близких. В голове Фьюри промелькнула мысль о том, как он однажды спрятал семью Клинта Бартона. Всё было устроено быстро и надёжно: удаление данных, смена личности, уединённая ферма, вдали от суеты и опасностей. Но ситуация Питера отличалась. Его друзья и тётя были не просто близкими людьми. Они жили своей жизнью, имели свободу и цели. Лишить их всего этого ради безопасности означало разрушить их существование. Он тихо вздохнул, затем поднял взгляд на Паркера. — Я подумаю, как всё устроить, — сказал он твёрдо, с оттенком деловитости в голосе, но в его словах было слышно, что он принял это решение как неизбежное. Фьюри сделал короткую паузу, прежде чем продолжить: — Можешь идти. Возможно, хочешь увидеться с кем-то в последний раз. Взгляд Фьюри смягчился, но в его позе читалась та же собранность. Он знал, что слова "в последний раз" прозвучат для Питера тяжело, но это было необходимо. Паркер задержался на месте, казалось, обдумывая что-то, но затем кивнул и развернулся, чтобы уйти.

***

— Почему ты не предупредил? Я бы хоть убрался… — Харли торопливо метался по гостиной, пытаясь привести хоть какой-то порядок в помещение, которое больше напоминало поле боя после ужина. Он хватал пустые пачки из-под чипсов, коробки от пиццы и одежду, разбросанную по всей комнате. Особенно выделялся предмет гардероба, каким-то образом повисший на люстре. Питер молча наблюдал за хаосом, спокойно прошёл к дивану и уселся, как будто всё происходящее его нисколько не волновало. — Я по делу, — коротко пояснил он, когда Харли на секунду остановился и посмотрел на него. — Можешь не переживать, у меня в квартире ещё худший бардак. — Ага, значит, это новая норма? — Харли хмыкнул, но всё же продолжил убирать. Он сгрузил всё собранное в соседнюю комнату и, наконец, с облегчением уселся напротив Питера, глядя на него с явным ожиданием. Питер обвёл взглядом гостиную, словно оценивая результаты поспешной уборки, а затем посмотрел на друга. — Как ты? — спросил он, чуть сбавив тон, чтобы не прозвучать слишком официально. — Я в последнее время вообще ни на что, кроме работы, внимания не обращаю, и даже не списывались с тобой... В голосе Питера звучало искреннее сожаление, и Харли заметно расслабился, чувствуя, что разговор идёт от сердца. — Я в порядке. В последнее время завал в работе, так что я, честно говоря, тоже не обращаю внимание на что-то ещё, — Харли ответил спокойно, но в его голосе слышалась усталость. Он достал две банки газировки, одну из которых сунул Питеру, не вставая с дивана. Питер принял банку, машинально открыв её, но вопрос Харли застал его врасплох: — Где ты работаешь? В башне так и не видно... Питер чуть не поперхнулся от неожиданности, но умудрился замаскировать замешательство за коротким кашлем. Он знал, что не может быть честным. Слишком многое на кону. — Да так... Одна мелкая компания по разработке техники. Из новых. Я стажёр, — ответил он как можно непринуждённее, надеясь, что этого хватит. Харли покачал головой, хмыкнув, а затем его брови чуть сошлись, выражая сомнение: — Ты ведь больше химик, чем физик... Питер сделал глоток газировки, стараясь выиграть время, а затем пожал плечами, стараясь выглядеть непринуждённо: — Я подумал, что стоит попробовать себя во всех областях. Харли посмотрел на него с прищуром, словно хотел что-то сказать, но передумал. Тишина повисла в воздухе на несколько секунд, прежде чем он вернулся к своему напитку. Питер аккуратно поставил банку с газировкой на стол и, немного помедлив, потянулся к своему рюкзаку. Его движения были чуть замедленными, будто он старался выиграть лишние секунды, чтобы обдумать всё ещё раз. Вытянув из рюкзака маленькую флешку, он протянул её Харли, стараясь не поднимать на него взгляд. Харли взял флешку и, нахмурив брови, сразу потянулся к ноутбуку, который стоял на столе неподалёку. Его действия были машинальными, словно он автоматически решил, что Питер хочет показать ему что-то важное. Но прежде, чем Харли успел подключить устройство, Питер поднял руку, чтобы остановить его. — Нет, тебе её смотреть не желательно, — твёрдо произнёс он. Голос прозвучал уверенно, но в нём явно ощущалась скрытая напряжённость. Харли удивлённо замер, а затем перевёл взгляд с флешки на Питера. — Я хочу, чтобы ты передал её мистеру Старку, — продолжил Питер, избегая прямого взгляда и уставившись в пол. Харли с лёгким недоумением кивнул. Он был явно заинтригован, но не стал давить. — Ну хорошо, без проблем, — ответил он и задумчиво повертел флешку в руках. — А что на ней? В его голосе звучало искреннее любопытство, но не навязчивость, больше забота. Он явно хотел понять, почему Питер так серьёзен. Питер, нахмурившись, долго обдумывал ответ, прежде чем нарушить тишину. Его взгляд то и дело метался между Харли и полом, будто слова прятались где-то в комнате. — Я высказал на ней все свои опасения по поводу Люка и ещё кое-что, — тихо начал он, всё же подняв глаза на друга. Харли тут же недовольно цокнул языком, откидываясь на спинку стула. Его лицо выражало раздражение, смешанное с долей усталости: — Тц, снова этот... Знаешь, я всё же поговорил с Тони на его счёт. Так поговорил, что он даже согласился сделать тест ДНК, но всё мимо. Люк всё же Старк, а Тони всё так же ему доверяет. Питер молча слушал, покачивая головой. Разговор, о котором упомянул Харли, не удивил его. Он и сам понимал, что Тони будет доверять Люку, но это не убирало тревогу, сидящую где-то глубоко внутри. — Не отдавай ему флешку сразу, — сказал он наконец, твёрдо и решительно. Его голос звучал спокойно, но в нём угадывалось напряжение. Харли прищурился, явно не понимая, к чему такая таинственность. — Ты... — Питер сделал короткую паузу, сглотнув. — Я подам своеобразный знак. Харли, скрестив руки на груди, посмотрел на друга с недоумением и долей сарказма: — К чему эта секретность? И что за знак? А если я его не увижу? Питер усмехнулся, но улыбка не была искренней — в ней чувствовалось больше усталости и грусти, чем радости. — О, поверь, этот знак ты увидишь, — уверенно ответил он. Его голос прозвучал так твёрдо, что даже Харли, несмотря на свой скепсис, почувствовал лёгкий холодок беспокойства. Они продолжали разговаривать с Кинером ещё примерно час, обсуждая как повседневные мелочи, так и более серьёзные вещи, пока Питер не услышал знакомый звонок. Он взглянул на экран телефона, и там высветилось "Железный маникюр" — так он подписал Логана. Харли, заметив это, не мог не задать вопрос: — Кто это? Питер взял трубку, немного отвлёкшись от беседы, и ответил, не глядя на экран: — Один друг. Когда он принял звонок, из трубки сразу же раздался короткий, но чёткий голос Логана, который не терял времени на приветствия: — Фьюри нашёл решение по твоему вопросу. Питер чуть напрягся, это был тот момент, которого он так долго ждал, но одновременно его мысли и чувства немного спутались. Когда Питер в последний раз обнял Харли, тот немного удивился, но не отстранился. Он почувствовал, как друг крепко прижал его, словно прощаясь. Питер, отстранившись, встретился с ним взглядом, и в его глазах не было обычной весёлой искры. Он говорил серьёзно, с какой-то невидимой тяжестью в голосе: — Ты только не расстраивайся сильно после моего знака, хорошо? Харли, чувствуя, как тревога нарастает, нахмурился, будто понял, что Питер собирается сделать что-то важное и может быть рискованное. Он хотел спросить, но не знал, как правильно. Питер начал двигаться к двери, уже почти решив покинуть квартиру, когда Харли неожиданно схватил его за локоть. Питер замер, и они встретились глазами. Кинер открыл рот, будто хотел сказать что-то, но его слова так и не пришли. Вместо этого он произнёс просто: — Будь осторожен, ладно? Питер слабо усмехнулся, как если бы этот вопрос был самым естественным в мире. Повернувшись, он продолжил свой путь к двери, не говоря больше ни слова. Харли наблюдал за ним, пока тот не вышел, а затем закрыл дверь и остался стоять, погружённый в свои мысли. Всё же его взгляд вернулся к флешке, лежащей на столе. Он поднял её, ещё раз посмотрел и, не задумываясь, засунул в рюкзак. Ему было ясно одно: флешка оставалась там, на всякий случай, до того момента, когда Питер подаст свой знак. Харли не знал, что именно это будет, но он точно знал, что этот момент обязательно наступит.

***

Наташа шла по коридору базы Щ.И.Т.а рядом с Марией Хилл. Погруженные в разговор, они не ожидали того, что раздался внезапный сигнал рации у Хилл. В момент, когда Мария коснулась устройства, его экран засветился красным. — База! Тринадцатая птица упала! Повторяю, тринадцатая птица упала! — произнес голос, полный тревоги. Мария резко остановилась, а Наташа, мгновенно насторожившаяся, тоже замерла рядом с ней. Чувствуя, что ситуация нешуточная, Мария сразу взяла рацию: — Что произошло? Как состояние экипажа? Ответ был быстрым, но тревожным: — Двигатели резко отказали. Девять членов экипажа эвакуировались на парашютах, но агент Паркер не успел покинуть борт. Агент 68 сообщает, что Паркер ранен, скорая уже в пути. Слова «агент Паркер» были как удар для Наташи и она застыла на месте, еле дыша, в надежде, что в разговоре был упомянут просто однофамилец известного ей Паркера.