Та же история, другой поворот

      На другой стороне портала их тут же ослепляет вечернее солнце. Руби прикрывает глаза, чтобы дать им привыкнуть к свету, между тем замечая, что её команда делает то же самое. Когда всё проясняется...       Руби теряет дар речи.       Со склона, куда они вышли, им открывается вид на Вакуо, и, что важнее всего — огромное множество маячащих в воздухе кораблей вместе с... колизеем согласия. Жнец очень старается, но у неё не получается вспомнить, почему они тут собрались.       — Мы... Мы здесь... — Руби, взволнованно улыбнувшись, смотрит на Вайсс и выдаёт смешок, затем поворачивается к Руби и со слезами на глазах запускает руку ей в шерстку. — Мы дома!       Зайцелоп отвечает ей весёлым жужжанием.       Янг облегченно выдыхает и поднимает кулак вверх. — Ура-а-а! Да, черт возьми! — Точно пуля, она затягивает свою напарницу в глубокий поцелуй. Сначала та в ответ удивляется, но затем расслабляется и даже вскидывает ногу вверх.       Руби теперь точно не может унять слез и лишь хочет, чтобы это мгновение продлилось вечность, и она могла погреться в лучах заходящего солнца — далеко-далеко от её возраста и надвигающейся беды в виде Салем. Так или иначе, пока это может подождать.       — Боже... — её голос дрожит. — Я и не думала, что снова окажусь дома. Я-Я думала, что...       — Ш-ш-ш... — Вайсс обнимает напарницу сзади и кладет голову ей на плечо. — Мы это сделали. Ты это сделала, Руби.       Она тяжело выдыхает: — Я-Я... сделала?       Все взгляды направлены на неё и они ещё больше согревают её сердце.       Пора двигаться вперед.       — Тогда давайте... Что?       Неподалеку появляется черно-красная, кружащаяся масса, которую Руби видит впервые. Жнец мысленно ругается, вспомнив, что при ней нет Кресент Роуз — хотя этот факт не значит, что она не будет защищать свою вторую семью от того, чем бы это не было.       Прежде чем Руби успеет дать зайцелопу команду приготовиться, Янг выходит вперед. Её язык тела не говорит о том, что она собирается сражаться.       — Не может быть...       Очень странно, однако Вайсс тоже реагирует: — Из всех людей...       А затем из портала выбегает Рейвен Бранвен и оглядывает всех вытаращенными глазами.       — Янг! Где, черт возьми, ты бы... — Она бледнеет, когда замечает Руби. — ...Саммер?       Руби морщится: — Руби. Сорян, просто... старая.       Мама Янг выдает краткий, ошеломленный смешок: — И вправду...       Что касается самой блондинки, та подходит ближе — одна рука её подпирает бок, а глаза стреляют молниями.       — И что ты здесь делаешь?       Рейвен повторяет эту позу.       — Я прибыла, как только почувствовала связь с тобой, Янг.       Та трясет головой: — Нет, мама, — последнее слово дается ей с трудом, — что ты делаешь здесь? — И, вскинув бровь, руками показывает на море из песка, окружавшее их.       Мать вздыхает.       — Это долгая история. Я расскажу её позже, когда Кроу увидит всех вас, — она потирает пальцами переносицу. — Иначе этот идиот прикончит меня.       Руби оживляется от её слов.       — Кроу тоже здесь?       — Не совсем, Самм... Руби. Он в городе вместе со всеми, — Рейвен большим пальцем показывает себе за плечо, затем отходит в сторону и указывает на портал. — Можете не торопиться.       И с этими словами она первая заходит в портал. Никто не решается последовать за ней и только Руби ведет своего компаньона вперед.       — Ну... могло быть и хуже? — Янг смеется от абсурдности происходящего и идет за ними.       Заходя в портал, Руби впервые укачивает от этого настолько, что она едва не падает на землю. К счастью Вайсс её удерживает, когда они оказываются по другую сторону. Их встречает площадь, возвышенная над городом. Зайцелоп подходит к перилам и опускается так, чтобы Руби могла осторожно слезть, а Янг помогает, пока той не удается опереться. Осматривая панораму города, полную всяческих зданий, воздушных кораблей и множества маленьких силуэтов, Руби не может не спросить...       — Что... это?       Янг бьет её по плечу, глаза её искрятся чистой гордостью:       — В Атласе ты послала всем сообщение. Помнишь?       Она напрягает голову, но...       — Прости. Всё очень размыто...       — Фейрверк права.       Услышав хриплый голос, который забыть невозможно, Руби моментально разворачивается и не может не прослезиться.       — Кроу...       Дядя широко распахивает глаза и рот от удивления: — С-Самс?       По щекам её уже льются слезы, когда она подлетает к нему в гуще лепестков и обнимает мертвой хваткой, от чего тот от веса едва не падает назад.       — Всего лишь Руби, — смеется она.       Она этого не видит, но Кроу поражается ещё больше, а затем быстро сводит это в шутку: — Блин, малая, а я думал это я тут старый.       Сначала она усмехается, но очень быстро смешки переходят в всхлипы.       — Я так по тебе скучала, Кроу. Я-Я не хотела тебя забывать, просто... просто прошло так, так много времени...       Кроу ещё больше прижимает её к себе и позволяет ей положить голову ему на плечо, заметив, что она выросла.       — Ну всё, малая, расслабься, теперь я рядом. Не держи всё в себе. Тебя не было столько месяцев. Я скучал, маленькая проказница.       Трудно не заметить, как его голос ломается и из него вырывается всхлип.       — Я уже не маленькая... — шмыгает она.       В ответ он смеется: — Ты всегда будешь для меня маленькой, я же по-прежнему твой дядя вообще-то, — и улыбаясь, целует племянницу в лоб, пока по щеке его скатывается сиротливая слеза. — Ты позвала на помощь, и на твой зов ответил весь мир.       Кроу глядит на Янг и остальных и отводит одну руку в сторону.       — А теперь тащите свои задницы сюда и обнимите меня.       Дважды напоминать не приходится и трио слушается мужчину, хотя Вайсс такое проявление нежностей заставляет чувствовать себя неуверенно.       Кроу замечает за собой неловко стоящую Рейвен и кивает ей.       — Поговорим после собрания.       Она пожимает плечами: — Хорошо. — И без лишних слов уходит.       Когда он дает Руби возможность собраться с силами, он запоздало вспоминает обо всем, что хотел рассказать с тех пор, как пал Атлас. С тех пор, как они пропали на несколько месяцев. Но теперь, когда его семья вернулась, это не кажется важным. Тогда потом.       — Чёрт, почти забыл...       Но он уже тут как тут.       — Кроу, так ты пойдешь на... собрание?       Из туннеля неподалеку на свет выходит Тай и замирает от увиденного. Кипа документов вылетает из его рук. Стоящие рядом Жон, Нора и Рен пооткрывали рты. Лицо Оскара принимает такое облегченное выражение, какое у него не было несколько месяцев.       — Саммер?       Руби, используя проявление, вырывается из группового объятия и кидается на отца, от чего они оба падают на землю.       — ПАПА! — все её позитивные эмоции выражены в одном лишь этом крике.       Когда они со звуком «ой» приземляются на асфальт, Тай отстраняется и присматривается к своей дочери — абсолютно пораженным тем, что она сказала.       — Р-Руби?! Лепесточек, это что, ты?       Она кивает, широко улыбаясь: — Я дома.       Все ещё удивленный, он растерянно кивает.       — Да... Да, ты дома! — И тут же прижимает её к себе. Тай крепко жмурится и начинает дышать рывками. — Моя маленькая розочка, ты дома!       Она снова плачет.       Подгоняемые зайцелопом вперед, Вайсс, Блейк и Янг наблюдают за зрелищем и окончательно понимают, что они наконец вернулись. У них ещё много дел впереди — в их числе обсудить будущее их лидера и их команды, но сейчас, но конкретно в этот момент они сделают всё возможное, чтобы дать Руби насладиться этой победой.