Агония катарсиса

Глава 12: В сердце города 25 октября, 07:10       Когда ключ повернулся в замке, дверь открылась с характерным скрипом. Хван задержал взгляд на дверном проёме, пытаясь вновь впустить в себя атмосферу этого места. В его глазах мелькнуло что-то вроде растерянности — он слишком долго не был здесь. В квартире царила идеальная тишина, как будто всё это время она ждала и не привыкла к отсутствию жизни. Воздух в комнате охладился, а запах, который когда-то был так знаком, теперь не оставлял никакого следа. Ли прошёл рядом, тихо снял верхнюю одежду и оглядел пространство. Казалось, он пытался понять, что изменилось и что осталось от прежней жизни Хёнджина. Полупустые полки и нейтральные стены. Всё выглядело аккуратно, но немного одиноко. Интерьер держал форму, но не оживал без хозяина. Хёнджин, не обращая внимания на его молчание, сразу направился к кухне-студии. Каждый его шаг был словно отголоском прошлого, но каждый раз, когда он дотрагивался до привычных предметов, ему казалось, что эта квартира всё-таки продолжала его ждать. Минхо стоял несколько секунд в коридоре, не решаясь сделать шаг дальше. В его голове вновь мелькали обрывки мыслей о том, что они были здесь, вдвоём. Его резко выбил запах тёплой выпечки, который пробивался сквозь тонкую бумагу, напоминая о недавней остановке в маленькой пекарне по дороге. На краю стола стоял светлый бумажный пакет с небрежными складками, неровно повторявшими форму содержимого. Минхо подошёл ближе, ощущая тепло, исходившее от самих круассанов. Из кухни доносился слабый шум воды, затем скрип, когда Хёнджин открыл шкафчик в поисках чашек. Этот звук заставил его чуть улыбнуться. Ведь простое присутствие другого человека способно было сгладить острые углы пустоты вокруг. Хван, всё ещё не выспавшийся, стоял на кухне, и его движения были медлительными, словно вальс уставшей души. Он потянулся за чашками. Пальцы зацепились за края, зависли, и только тогда его взгляд коснулся Минхо, сидящего за столом. — Чай или кофе? — спросил он, не в силах скрыть усталость, которая всё ещё витала в его тоне. — Кофе, — ответил он, скрестив руки и всё так же не отводя взгляда от собеседника. — Тогда два кофе, — выдохнул он, словно это был не выбор, а неотвратимость, пронзившая его мысли. Тот поставил чашки на столешницу, а затем включил кофемашину. Шум воды сливался с утренним молчанием. Хёнджин откинулся назад, впитывая этот звук, как неизменную привычку. — Ты — кофе? — уточнил он, не скрывая удивления, всё ещё пытаясь разобраться, что произошло. Он не спеша повернулся, его глаза ещё оставались затуманенными утренней дремотой. — Почему бы и нет? Его взгляд стал настойчивее, и он продолжал изучать Хёнджина. В его памяти всплывали другие моменты, другие утренние часы, когда он не мог вынести не только кофе, но и саму мысль о нём. — Ты ведь его ненавидел. Запах не выносил, — его слова звучали как напоминание. — Времена меняются. Он смотрел на него молча. Путался и не мог найти связь между этим и тем, что было раньше. Он знал Хёнджина так хорошо, знал каждый его следующий шаг. Даже палец, который громче остальных хрустел. И вот теперь всё это казалось иным. — Ты же всё ещё не любишь, да? Зачем тогда пьёшь? — Привычка. Минхо пытался разглядеть, что именно скрывалось за его словами. — Значит… просто привык? — его голос звучал менее настойчиво, но в нём всё ещё было много вопросов. Хван на мгновение улыбнулся, его выражение смягчилось. Он отставил чашки и сел напротив Минхо. — Я здесь баристой работал. Минхо удивлённо хмыкнул, но его глаза горели любопытством: — Правда? Ты мне не рассказывал. — Через время после переезда нужно было как-то «выживать». Пришлось учиться, — его голос стал чуть тише, но в нём не было сожалений. — Маленькое кафе на Монмартре. Кофе варить научился, но так и не полюбил его. Хёнджин подносил чашку ко рту. Он сделал небольшой глоток, почти не замечая, как его пальцы слегка дрожали. А вот Минхо наблюдал за каждым его движением, изучая каждую деталь — как он аккуратно проводил губами по краю чашки, как его глаза на секунду жмурились от горечи. Хёнджин выглядел неожиданно уязвимым и живым. Минхо, не отрывая взгляда, медленно поднял свою чашку, сдерживая улыбку. Пил и ощущал, как кофе заполнял его рот. Он сжал губы, чувствуя, как вкус немного оставался на языке — приторный, с горечью, которая ему нравилась. — Крепко. Правда, не ожидал от тебя такого. Хёнджин встретил его взгляд. Он не привык к таким словам. Они всегда были где-то рядом, но не для него. Не в его адрес. Улыбка мелькнула и осталась, потому что в тот раз всё было по-настоящему. Потому что кто-то увидел. Потому что его заметили. Запах свежеиспечённых круассанов смешивался с ароматом кофе, создавая атмосферу утренней нежности. Сама квартира пробуждалась вместе с ними. Хрустящая корочка ломалась и крошки понемногу осыпались на стол. Влажная кофейная пряность обволакивала, проникая в каждую щель, но не доминировала — она лишь подчёркивала спокойную атмосферу, которая царила тем утром. Они ели неторопливо. Тихий хруст. Бодрящий вкус. Напиток таял на губах — неспешно, безмятежно. — У нас сегодня вечером ужин в одном месте, — Хёнджин поднял взгляд от своей чашки. — Я забронировал столик в ресторане. В одном из моих любимых. Минхо тут же оторвался от круассана, перевёл на него своё внимание. В его глазах уже угадывалась насмешка. — Ужин? — он прищурился, уголки его губ дрожали в предвкушении шутки. — Это что, твоё приглашение на свидание? Хван спокойно положил чашку на стол, но по движению плеч было понятно, что он с трудом сдерживал смех. — Если так проще согласиться, считай, что да. Напряжение между ними рассеялось так же легко, как утренний пар над чашкой. Минхо опустил взгляд на сдобу в своей руке, а на губах всё ещё лежал остаток довольства.       Тишина затихала, пропуская ночное предвкушение. Дневной свет уже сдался, и от утра оставались лишь фрагменты воспоминаний о тепле и покое. Минхо, устроившийся у окна, смотрел, как вечер медленно поглощал город. Он не сразу осознал, что пора собираться. Звуки города, доносящиеся снаружи, не имели ничего общего с их маленьким миром, который разворачивался здесь, в этом тихом уголке. Париж продолжал жить, не замечая их истории. Минхо, выйдя из комнаты, остановился у дверного косяка. Его тёмный костюм идеально сидел, рукава были аккуратно подвернуты, а волосы, чуть ближе к каштановому, отражали свет из-под лампы, создавая вокруг него ореол уверенности. Взгляд быстро нашёл Хёнджина. Тот стоял перед высоким зеркалом у выхода, задумчиво оглядывая своё отражение. Чёрная водолазка облегала его шею, подчёркивая изящные линии ключиц. Пальто свободно спадало с плеч, нарочно добавляя к его облику небрежную элегантность. Тёмные, блестящие и слегка волнистые волосы в контраст с его светлой кожей. Он скинул с себя расслабленную атмосферу утра и вошёл в образ человека, который знал, как быть в центре внимания, и не бояться этого. Он опустил с плеча пальто и взглянул на Минхо, ожидая, что тот скажет. Он не был человеком, который привык к потерям контроля, но сейчас, увидев Хёнджина… Не избежать болезненное сжатие где-то в груди. Классический костюм Минхо сидел идеально, но он внезапно почувствовал себя невзрачным на фоне той харизмы, которую излучал Хёнджин. Он медленно подошёл ближе. — Ты всегда так красив, Хёнджин. И сегодня… — он замолчал, подбирая слова. — Сегодня ты выглядишь так, что это даже страшно. — Страшно? — переспросил он, приближаясь. — Да. Страшно, что кто-то ещё увидит тебя таким. — Зато мне не страшно, когда я знаю, что ты рядом. Он сделал шаг ближе, стирая пространство между ними. Его взгляд скользнул вниз, замечая слегка неровно повязанный галстук Минхо. — Дай сюда, — произнёс он и поднял руки, осторожно распуская узел. Его пальцы легко потянулись по складкам ткани. Пальцы Хёнджина — длинные, аккуратные, медленно двигались, выравнивая материал. У них была маленькая разница в росте. Всего на 5 сантиметров он был выше Минхо. Тот смотрел на него. Чуть приоткрытые губы, чёрные ресницы, родинка под глазом, говорили сами за себя. Когда он завязывал последний узел, его фаланги застыли. Он поднял взгляд, встретившись с Минхо, словно искал в его глазах подтверждение тому, что сделал всё правильно. — Вот. Теперь идеально, — тихо сказал он, чуть сбавив голос. Его руки скользнули вниз, оставив ощутимое тепло на груди Минхо. Он похлопал по плечу Хёнджина, поправляя невидимую складку на его пальто. — Согласен. Всё идеально. И они достаточно долго простояли слишком близко, и с смущённой улыбкой Хёнджин отстранился первым. Его пальцы достали чёрные перчатки. Он медленно надел их, возвращая себе уверенность. — Такси уже ждёт, — сказал он, поднимая глаза на отражение Минхо за своей спиной. — Если не поторопимся, то опоздаем. Минхо поправил пиджак и произнёс: — Тогда не будем терять время. . . .       Ресторан скрывался от посторонних глаз, словно старинный секрет, спрятанный в самом сердце города. Он был различим на фоне более шумных, суетливых улиц, но стоило войти внутрь, как мир за дверью растворялся. Пространство было наполнено светом, который играл на стеклах бокалов и поверхностях столов. Стены были украшенные минималистичными картинами. Будто каждая из них была написана не кистью, а самой атмосферой этого места. Стол за которым сидели Минхо и Хёнджин, был застывший в своей бесконечной важности. Белоснежные скатерти. Тёмное дерево. В этом месте было всё: и пространство для молчания, и время для размышлений. Вино? Оно было там, как оправдание, чтобы держать бокал в руке. Но настоящее наслаждение заключалось в том, чтобы быть здесь. Они сидели, ожидая свои заказы. Время здесь растягивалось, становясь частью этой неторопливой гармонии. Запах пряных специй и свежего хлеба проникал в воздух, а мерцание свечей на столах бросало трепещущие блики заставляя всё вокруг казаться ещё более романтичным. Руки Минхо обвили бокал с вином, а взгляд снова упал на Хёнджина. Они не только разделяли этот вечер, но и некую скрытую связь, которую нельзя было выразить простыми словами. Всё теряло значение, когда рядом был этот человек. Ли повернул голову, посмотрев на окно. За стеклом на фоне ночного неба плавно загоралась Эйфелева башня, как живая волнующаяся веха. Эти огни, казалось уже давно стали частью его восприятия, таким же неотъемлемым элементом Парижа, как и сама его душа. Хёнджин заметил куда направился его взгляд, проследил за ним и улыбнулся. — Хочешь потом пойти туда? Услышав вопрос, он повернулся к Хёнджину и ответил без колебаний. — Да. Хочу, Хёнджин. Тот прочитал в нём нечто большее чем просто желание прогуляться по городу. Он медленно покачал головой как бы удовлетворённый ответом, но не подавая виду, что уже знал ответ заранее. — Тогда обязательно пойдём… Всё, что ты хочешь, будет для нас. Вскоре официант подошёл к их столику. Перед Хёнджином оказалась аккуратно доставлена тарелка с конфи де канар — утиной ножкой, приготовленной до золотистой хрустящей корочки. Мясо благоухало травами Прованса, а рядом лежал гарнир из карамелизированных яблок и обжаренного картофеля. Минхо же получил бланкет из телятины — нежное тушёное мясо в сливочном соусе с оттенком лимона и белого вина. Соус густой и ароматный, стекал по краям, смешиваясь с гарниром из риса, уложенного идеально ровным кругом. К этому же присоединились тонкие ломтики трюфелей, которые завершали композицию. Они наслаждались грандиозным ужином. Иногда их взгляды пересекались. Хёнджин улыбался, а Минхо отвечал движением бровей или кивком. Достаточно, чтобы показать — он чувствовал тоже самое. В зале ресторана заиграла новая мелодия, выливающиеся прямо из глубин тающего воска. “K.” — Cigarettes After Sex. Перкурссия начала ввести свою ритмичную волну, заполняя атмосферу пространства. — Ты когда-нибудь замечал, как ты произносишь моё имя? — спросил Хван. Он не торопился, но его голос стал намного тише, настолько, что казалось, что они сидели в совсем другом измерении. Как две судьбы, соединённые синтезированными элементами, которые невидимо связывали их. “I remember when I first noticed that you liked me back…” Тот момент.. когда в их взглядах скользнула некая искра, которую сложно уловить, но уже та, что пыталась всё изменить. — Как же? — Ты не просто произносишь моё имя... Это ощущается как-то иначе. Они на грани чего-то, что должно быть очевидным, но при этом абсолютно необъяснимо. “We were sitting down in a restaurant waiting for the check…” Мгновение, когда они сидели рядом, и всё, что происходило вокруг, становилось второстепенным на фоне того, что между ними. Возможно они были в ожидании чего то большего, чем просто счёт. — И что ты чувствуешь, когда я говорю его, Хёнджин? — ласково затрепещал в котячей улыбке. — Как будто ты всегда знал, как его произнёсти. Так, как если бы всё, что было до этого, не имело значения… И всё, что будет после.. тоже, — его слова как шёпот, перетекали в атмосферу ночи. Их словесный контакт создавал милое волнение между ними. “We had made love earlier that day with no strings attached…” Без лишних слов и обязательств. Сила, с которой два человека понимали друг друга без объяснений. Всё начиналось легко, но теперь что-то изменилось. — Когда я говорю твоё имя… — произнёс он чуть хриплым голосом, — Кажется, что это всё, что я когда-либо хотел произнёсти. Как будто это единственное слово, которое имеет смысл в моей жизни. “But I could tell that something had changed, how you looked at me then…” Хван почувствовал как в его груди что-то очень резко перевернулось. Словно Минхо стал человеком, который коснулся самых глубин его сущности. Слова аж залезли ему под кожу, не требуя разрешения. Он прикусил свою губу, утопая в желании прикоснуться руки Минхо. Сжать их воедино и никогда не отпускать. От этих мыслей и встречных взглядов, сердце стучало так сильно… Для него единственного. «Может мне стоит притронуться к его руке?» — размышлял Хёнджин, глазами скакал по руке Минхо, то возвращался обратно к его сверкающим глазам. Он незаметно крался своей рукой по столу, плавно приближаясь к своей цели. Конечно же, в самый неподходящий момент телефон Минхо загорелся. На экране высветился входящий звонок с надписью «Босс». Лицо его быстро изменилось — он стал выглядеть немного жестче. Схватив телефон в руки, он отклонился от стола и аккуратно встал, чтобы не привлечь лишнего внимания. — Нужно отойти, — тихо сказал он, отводя взгляд. Хёнджин кивнул, но ничего больше не сказал. Тот быстро направился в коридор и, не замедляя шага зашёл в туалет, где сразу принял звонок. — Где ты, чёрт побери? — раздался грубый голос босса, полный негодования. — Ты что, совсем сошёл с ума? Не выражая никаких эмоций на лице, Минхо стоял перед зеркалом, пытаясь не выдать раздражения. Этот разговор, как и многие другие, не мог продолжаться долго. — В отпуск, — ответил он, сохраняя свой самоконтроль. — На месяц. Может, и два. — Сколько?! Ты что, рехнулся? — отозвался тот. — Ты думаешь, я здесь развлекаюсь? Минхо знал, что не сказал бы ничего другого, что могло бы успокоить босса. Он просто выключил звонок и спрятал телефон; затем вытянул руки, чтобы снять напряжение. Тишина в туалете была приятной, но не продолжительной. Ведь тогда из-под тени двери зародился силуэт. Он шагал уверенно, не стесняясь вторгаться в личное пространство. Тот мужчина был в тёмном плаще и выглядел как человек, который точно знал, чего хотел. Минхо не успел отреагировать, как фигура оказалась слишком близко. В то время как он пытался сделать шаг назад, чтобы освободиться от вторжения, его рука резко опустилась вниз и по привычке схватилась за пояс. — Ты, наверное, Минхо? — проговорил незнакомец низким голосом. — Я давно хотел познакомиться с тобой. Тот сразу провёл взглядом по собеседнику, и его шестое чувство подсказало, что этот человек был не просто случайным посторонним. — Кто ты такой? Мужчина медленно вытащил из кармана визитную карточку и передал её ему. Взгляд Минхо стал напряжённым. Он сделал шаг назад, проверяя пространство между ними, и, в отличие от реакции на других, этот человек не вызывал у него доверия. — Кристофер Бан Чан, — ответил незнакомец, улыбаясь. — Скажем так… Ты неплохо подёргал за ниточки. Он чуть сжал кулаки. В памяти всплыли слова, которые он недавно слышал про «ниточки». Как и ожидалось, Кристофер оказался не тем, кем мог бы показаться на первый взгляд. — Ниточки? — повторил Минхо, его голос стал немного жёстче. Он был настроен на чёткие ответы. — О чём ты говоришь? Чан оставался спокойным. В его глазах скользнула доля интереса, ему было очень любопытно наблюдать за реакцией другого. Он сделал паузу, прежде чем ответить. — Ты ведь знаешь, что это значит, — сказал он, чуть склонив голову. — И ты выполнил свою работу, не так ли? — Что ты натрепетал Хёнджину обо мне? — Ничего. Это не моё дело, — добавил он. — К тому же я не вмешиваюсь в чужие отношения. Минхо посмотрел на него, всё ещё скептически настроенный, но не стал отвечать сразу. И как только он открыл рот, чтобы задать следующий вопрос... Дверь приоткрылась. Он обернулся, уже ожидая увидеть кого-то, но не успел произнёсти ни слова. И тут, как раз вовремя появился Хёнджин. Не обращая внимание на мужчину стоящего рядом с Минхо. Он подошёл к своему товарищу и приобнял за талию, привлекая его к себе. — Ты надолго задержишься? — он задал вопрос, взглянув на человека рядом. Минхо кивнул и лишь теперь, когда внимание было переключено, он немного расслабился. Хёнджин повернулся и рассмотрел того, кто стоял перед ними. — Ах, это ты, — произнёс он, как если бы встреча не могла быть более естественной. — Давно не виделись. Ли заметил как Хван продолжал стоять рядом с ним, слегка притягивая, обвивая его своим присутствием. Было что-то успокаивающее в его манере держаться рядом. — Это наш местный детектив, — представил его Хёнджин, не отступая. Кристофер с хищной ухмылкой на губах, стоял уверенно, словно его слова были приготовлены заранее. — Ну, вот как встреча, — протянул он с игривым акцентом. — Уже успели познакомиться, оказывается, — он посмотрел на Минхо. — Я рад знакомству со всеми новыми гостями. Минхо не на шутку был напряжён от всей ситуации. Он был не в силах полностью скрыть свою немилость. — Ох, точно, — резко продолжил Хёнджин, как будто что-то вспомнил. — Родители Чана владеют этим рестораном. Да и сам он, конечно, не просто детектив, но и человек с широкими связями. Бан Чан не сводил взгляда с Минхо, только усмехнулся. — Но кто знает.. как это часто мои связи бывают не только для работы, — добавил он насмешкой, как если бы это всё было частью шутки. В ответ на это, Минхо поджал губы. Но он не стал продолжать разговор. Хёнджин заметил, что напряжение стало избыточным, чуть быстрее сделал шаг в сторону, освободив Минхо от лишнего давления. — Пойдём, — изложил он, потянув его за собою, — ещё весь вечер впереди. — Приятного вечера, — голос Чана был небрежным, но в нём всё же ощущалась некая видение амбиции. — Надеюсь, вам удастся провести его не менее интересно, чем я. Хёнджин не оборачиваясь, лишь кивнул через плечо. — Благодарим, — коротко бросил он и шагнул дальше, уводя Минхо с собой. Он аккуратно тянул его за руку, ведя его обратно к столу. Длинные пальцы скользнули по запястью. Хватка была достаточно крепкой, чтобы дать понять, что он не собирался отпускать. Минхо следовал за ним, наблюдая за их руками. Хван довёл его до их стола и отпустил его руку, давая ему возможность немного прийти в себя. Они сели напротив друг друга, и короткая пауза повисла в невесомости. Хёнджин опёрся локтями о край стола и внимательно посмотрел на Минхо. — Тебя беспокоит тот человек? — его голос был осторожным, он не хотел потревожить то, что скрывалось за молчанием. — Мы можем всё обсудить… — Нет, — произнёс он сухо, отрезая возможность продолжить. — Я не хочу говорить об этом. Он не стал настаивать, взгляд Хвана повис на его лице. Он пытался хоть что-то прочитать по выражению лица Минхо, но ничего не нашёл и ничего не сказал. Лишь кивнул, принимая ответ. Минхо посмотрел на пустую тарелку перед собой. Его пальцы перебирались по углу стола в поисках опоры в этой путанице. Хёнджин сидел чуть приподнято, намеренно не позволял себе опереться о спинку стула. Одной рукой он касался скатерти, а другой скользнул в карман. Он нервно проводил пальцами по внутренней части, нащупывая гладкую поверхность предмета. Ему бы хотелось узнать, о чём сейчас думал Минхо, и в то же время он старался собрать свои собственные мысли в кучу. Ли вернул свой взгляд на него, но не спешил что-то говорить. Тот заметил его и решился разорвать безмолвие. — Минхо… — он сказал это практически шёпотом, невзначай перебирая карман своего костюма. — Ты думал, что я мог позабыть? — Что? — он не понимал, о чём шла речь. — О чём ты? Хван потихоньку достал из кармана маленькую коробочку. Нежно положил её перед ним и встретил его взгляд. — Твой день рождения. Минхо замер, его глаза расширились, а дыхание сбилось. Он принял подарок, открыл коробочку, и на его лице отразилось удивление и благодарность. Когда он увидел браслет, его сердце пропустило пару ударов. — Ты ещё помнишь… — Не так уж и сложно запомнить, когда носишь эту дату в голове, — его голос обдавал теплом, как и весь момент, который они разделяли. — С днём рождения, Минхо. Ли от восторга усмехнулся, снова взглянул на браслет, не решившись сразу взять его в руки. — Это… невероятно, Хёнджин, — сказал он, и его голос слегка дрожал. — Не торопись. Если хочешь, можешь оставить это на потом. Хёнджин молчаливо наблюдал за ним. Минхо, всё ещё не веря, медленно взял браслет в руки, ощущая его значимость. Материал был гладким, будто он был выточен с тщательностью. Это был итальянский модульный браслет из белого золота с подвижными звеньями. С утончённой гравировкой на внутренней стороне, которая незаметна, если не присмотреться. Он надел его на запястье, ощутив, как идеально подошёл размер, словно браслет был создан лично для него. Секунду он замолчал, не сводил глаз с браслета. — Когда ты успел? — перевёл взгляд на Хёнджина. — Когда ты знаешь, что нужно.. время не играет роли. Минхо прочувствовал, как эта фраза запечаталась с ним, как браслет и память об этом вечере, которые навсегда останутся с ним.. . . .       Город дышал ночной прохладой, тлели уличные фонари. Эйфелева башня торчала на горизонте, как гигантская антенна, улавливая помехи от сотен влюблённых, отчаянно цепляющихся друг за друга, чтобы не потеряться в шуме города. Они шли, петляя по переулкам, избегая мест, где пахло туристами, вспышками камер и деньгами. Здесь пахло выпечкой, мокрым камнем и сыростью старины. Минхо чуть замедлился и посмотрел на Хёнджина. В глазах того всё ещё плясало вино — не столько градусами, сколько настроением. Эдакая лёгкость, которая делала улицы мягче, воздух — глубже, а собственное тело — чуть менее своим. Не пьяны, но будто бы развязаны. Они свернули в узкий дворик, огороженный стенами, как ненужный кусок города про который забыли. Башня всё ещё маячила вдали, но уже не смотрела на них сверху вниз. Ли прислонился к стене, ощутив холодную шершавость кирпича. Хёнджин остановился напротив, улыбнулся — не широко, а так, будто только что придумал что-то, что ему одному было до смешного забавно. Минхо медленно выдохнул, чувствуя, как тепло от взгляда растеклась по телу. Он чуть покачнулся вперёд, пальцы чуть дёрнулись, собираясь зарыться в чужие волосы, но он остановился. «Как рысёнок», — подумал Хван. Внутри него поднималось желание немного нарушить их хрупкое равновесие. — Я так часто ловлю твой взгляд на себе. — Тогда почему ты не отводишь свой? — Минхо с дрожью в руках аккуратно поправил прядку волос Хёнджина, нежно проводя её за ухо. — Потому что мне нравится, как ты смотришь. Никто из них не спешил отвести глаза. Это тянулось слишком долго, чтобы оставаться случайным, и слишком кратко, чтобы им насытиться. — Минхо… ты останешься со мной? — спросил он негромко. Это не был вопрос — скорее предложение, которому невозможно было отказать. — Разве у меня есть выбор, когда ты так смотришь? — Есть. Просто ты его не рассматриваешь. — А ты достаточно самоуверенный. — Ты всегда можешь сказать «нет». — Да, могу. Но ты ведь знаешь, что не скажу. «Почему ты смотришь так, будто кроме нас ничего больше не существует?» © Хван Хёнджин “Агония катарсиса”