Теперь нет пути назад
19 июля 2025 г., 20:00
Хантер
Идя по коридору, Хантер Де Виль не мог перестать думать о том, что произошло. После внезапного взрыва, который произошел около получаса назад, пожарным пришлось немало потрудиться, чтобы потушить огонь, и время от времени в небо все еще взлетали фейерверки. После того, как медики сказали, что Хантер, Дипак и Дизель находятся в полном порядке, старый пойнтер Тиббс, который, казалось, отвечал за всю операцию, оставил за себя овчарку породы маремма, а сам вместе с биглем сопровождал троих спасенных "заложников" в штаб-квартиру MI-K9. Во время поездки Хантер пытался осмыслить произошедшее, в то время как Дипак пытался утешить Дизеля, который, плача, обнимал старшего щенка. После короткой поездки все трое в сопровождении агентов прошли в здание, и, если бы не тот факт, что Хантер все еще находился под впечатлением от произошедшего, он, вероятно, был бы рад оказаться внутри правительственного здания. Агенты подвели их к двери, которую открыл бигль, и когда они вошли, троих мальчиков встретила настоящая толпа. В конференц-зале за большим столом собрались почти все члены семьи Далматин, которые жили в Лондоне (Дилан, должно быть, все еще был в больнице, но отсутствие Долли было непонятным), а также Натали, ее муж Оливер и дети пары, Тоби и Агата. Остальные далматинцы бросились к Дипаку и Дизелю, но, к всеобщему удивлению, Агата мгновенно подалась вперед и бросилась к Дипаку, чтобы обнять его, чуть не сбив их обоих с лап. Несмотря на краткий миг удивления, другие щенки быстро продолжили радоваться и устроили групповое объятие, практически утопив Дипака и Дизеля в нежности, в то время как Тоби оставался рядом, притворяясь незаинтересованным, но с блеском радости в глазах. Хантер почувствовал легкую ревность, но это продолжалось недолго, так как Натали тоже крепко обняла его. –О, Хантер! Я так волновалась! Мальчик на мгновение удивился, но затем с улыбкой обнял ее в ответ. –Я тоже скучал по тебе, Натали. Это был очень трогательный момент, однако Доуг и Делайла серьезно смотрели на агентов, в то время как Оливер выглядел крайне обеспокоенным. –Что случилось? – спросила Делайла. –Нам сказали, что произошел взрыв, – добавил Доуг. –Вам удалось остановить мистера Куэйда? – спросил кот, переводя взгляд с одного агента на другого. Вопросы троих взрослых привлекли внимание остальных, и в то время как Дипак и Дизель выглядели подавленными, все остальные посмотрели на агентов. Макгрегор отвел взгляд, на его морде отразился дискомфорт, в то время как Тиббс выглядел убитым горем и глубоко вздохнул. –Вскоре после того, как мы нашли мальчиков и отвели их в безопасное место, фабрика взорвалась. Это вызвало всеобщее изумление, и Тиббс вскоре продолжил. –(вздох) По пути сюда мне позвонила оперативная группа, и после тушения пожара пожарные обнаружили обугленное тело рядом с тем, что, по-видимому, было детонатором бомбы. Это удивило всех, Дизель вновь разрыдался, а Оливер выглядел глубоко потрясенным. Доуг, напротив, выглядел совершенно серьезным и, скрестив лапы на груди, посмотрел прямо на Тиббса. –Это ещё не значит, что мой отец умер. Тело может принадлежать одному из его приспешников. Комментарий озадачил всех, почти все взгляды были прикованы к Доугу, когда Макгрегор ответил на звонок своего мобильного телефона. –Маловероятно. Тиббс серьезно посмотрел на далматинца. –По словам мальчиков, ваш отец отослал своих приспешников задолго до нашего появления. Это заставило Доуга приподнять бровь, но он не сдвинулся с места. –И что теперь будет? Тиббс глубоко вздохнул и закатил глаза, выглядя весьма расстроенным. –(вздыхает) Честно говоря, если бы дело зависело от меня, я бы просто передал его полиции и позволил бы вам рассказать им то, что вы сказали мне. Однако это еще один инцидент, связанный с тем, что мы называем делом 101, и в связи с причастностью крупной фигуры к первоначальному делу, у нас есть приказ сделать все возможное, чтобы скрыть всё, что может привести к раскрытию обмана. Это заставило всех посмотреть на старого пойнтера, а Оливер выглядел весьма оскорбленным. –Значит, его смерть будет напрасной? Тиббс отвел взгляд, явно чувствуя себя виноватым. Хантер и сам не был уверен, что думать. С одной стороны, он согласен с тем, что преступления его семьи не следует скрывать, но, с другой стороны, теперь на него не нужно давить, чтобы он раскрыл свою истинную личность. В то время как остальные выглядели озадаченными, Макгрегор, который широко раскрытыми глазами смотрел на экран своего мобильного телефона, в полном смятении посмотрел на Тиббса. –Босс! У нас большая проблема! Все взгляды устремились на бигля, а старый пойнтер приподнял бровь. –Что случилось, Макгрегор? На мгновение бигль растерялся, но затем отошел в другой угол комнаты, где стоял телевизор. Включив его, бигль воспользовался функцией трансляции изображения с экрана телефона, и то, что появилось, шокировало всех.Генеральный директор международной компании покончил с собой после того, как был загнан в угол MI-K9 после попыток разоблачения случаев сокрытия информации британским правительством.
На экране появилось название статьи на веб-сайте крупной газеты, и вскоре после этого бигль стал листать ленту, чтобы показать другие заголовки новостных статей за последние полчаса.Личность генерального директора-затворника мегакорпорации Rekall раскрыта, после того, как он убил себя, чтобы избежать поимки MI-K9. Покойный генеральный директор-далматинец признался, что был серийным убийцей, который в течение 30 лет убивал членов одной семьи, обставляя это как несчастные случаи. Раскрыто множество случаев, когда MI-K9 покрывала преступления богатых семей, имеющих связи в парламенте.
Представитель ООН заявил, что утверждения о том, что британское правительство скрывало случаи торговли людьми, чтобы защитить репутацию парламентских чиновников, будут рассмотрены.
Эксклюзивные кадры с того места, где погиб генеральный директор Rekall, взорвавший фабрику, в то время как MI-K9 пыталась арестовать его и заставить замолчать.
Семья, полная монстров и лжи – всё о семье Де Виль.
Насколько надежна компания HD International? Узнайте о происхождении компании, замешанной в крупнейшем в Великобритании деле о сокрытии информации. От британского правительства по-прежнему нет никаких известий об обвинениях в сокрытии информации
Хантер был совершенно потрясен, как и подавляющее большинство присутствующих. Как только Тиббс оправился от первоначального шока, он серьезно посмотрел на бигля. –Что, черт возьми, происходит, Макгрегор? Пресса не должна была знать ни о чем из этого! Совершенно запуганный, бигль сглотнул, прежде чем продолжить. –Босс, большинство из этих статей были опубликованы непосредственно перед взрывом, а те, что были опубликованы после, почти все взяты из международных газет, которые каким-то образом опубликовали свои статьи ВО время пожара. Кроме того, это не только онлайн-газеты, некоторые новостные агентства уже сообщают об этом. Тиббс широко раскрыл глаза. –Прямо перед взрывом?! Как такое возможно? Бигль поискал еще немного и показал первые опубликованные статьи. –Мне все еще нужно подтверждение, но пока всё указывает на то, что детонатор бомбы был подключен к компьютеру, который устроил массовую выгрузку в сеть кучи файлов и документов, разоблачающих практически все преступления семьи Де Виль, которые скрывала MI-K9, плюс предсмертная записка от Хаузера Куэйда, из которой следует, что сегодняшняя операция была предпринята потому, что мы узнали о его плане разоблачить дело 101 и попытались заставить его замолчать. За исключением Дизеля, все были в полном шоке и смотрели на экран широко раскрытыми глазами. Каким-то образом Хаузер опубликовал все, что было в новостях, до того, как MI-K9 поняли, что именно им придется скрывать, и ему удалось распространить это по всему миру. Хантер мысленно прокрутил в голове всё, пытаясь понять, что же произошло. И после того, как он нашел ответ, глаза мальчика расширились. Чтобы затем начать неудержимо смеяться. –Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!! Все посмотрели на Хантера, и по их мордам было видно, что они подумали, что он сошел с ума. Натали была обеспокоена больше всех, положив лапы на плечи Хантера и с беспокойством глядя на него. –Хантер? Почему ты смеешься? Мальчик пытался сдержаться, но это было очень трудно сделать. Через некоторое время Хантеру, наконец, удалось перестать смеяться, чтобы объяснить, что он заметил. –Ха-ха-ха! Он был гением! Я думал, что понял, что произошло, когда он вчера сказал собакам-ниндзя готовиться к отъезду, но на самом деле все, что он делал со вчерашнего дня, было спланировано заранее. Комментарий Хантера, казалось, вызвал еще большее замешательство, и оба агента посмотрели на него с большим интересом. –Ты серьезно? – спросил Макгрегор, выключая телевизор, –Но что это за план? Хантер коротко кивнул и продолжил свои объяснения. –Из того немногого, что я смог расслышать из их разговоров, пока мы были на заводе, мистер Куэйд инсценировал похищение, чтобы гарантировать, что MI-K9 проведет расследование в случае повторного похищения Дизеля, и это явно для того, чтобы отомстить вашему агентству за то, что оно скрыло все, что произошло в прошлый раз он пытался разоблачить мою семью. И, конечно же, это стало возможным только потому, что вскоре после последнего подготовительного этапа плана Rekall, контролирующая несколько СМИ по всему миру, да и он, как владелец такой крупной компании, должен был иметь прямой канал связи с теми, кто распространяет новости. Таким образом, ему удалось распространить все эти статьи по всему миру и загнать британское правительство в угол, лишив их возможности скрыть что-либо. Более того, мистер Куэйд потратил годы на то, чтобы собрать воедино доказательства того, что делала моя семья, и, судя по названиям статей, взрыв был не только физическим, но и цифровым, и даже лучшие компьютерные эксперты не смогли бы его предотвратить. Хотя агенты всё ещё были удивлены, остальные поняли, о чём сказал Хантер. Хотя план Хаузера и был самоубийственным, он был в буквальном смысле безотказным и был более чем идеально выполнен. И для некоторых это стало огромной проблемой. –О, мой пёс... – воскликнул Макгрегор, выглядя испуганным, –Это нехорошо. Если весь мир узнает о деле 101... –Полетят головы, – Тиббс заключил, также обеспокоенный, но с легкой улыбкой на морде, –До сих пор есть члены парламента, которые либо непосредственно участвовали в этом, либо являются родственниками или подопечными тех, кто связан с Де Вилями. И когда все это всплывет наружу, в нашем правительстве начнется настоящая охота на ведьм. Макгрегор, казалось, забеспокоился еще больше, а слова Тиббса вызвали много сомнений у остальных. Однако Хантер задумался кое о чём другом. Как и сказал Хаузер, правда выплыла наружу, и теперь Хантер должен решить, что делать дальше. Парню удалось полностью перестроить две компании, доставшиеся ему в наследство от предыдущих поколений, и при этом пойти по пути, отличному от наследия Де Вилей. Однако из-за преступлений, совершенных родственниками Хантера, существовала вероятность того, что репутация HD International будет навсегда запятнана. Немного поразмыслив, Хантер понял, что на самом деле у него не было выбора, но были варианты того, что делать, чтобы определить, насколько сильно все это повредит имиджу его компании. Он посмотрел на щенков, отдельно остановив взгляд на Димитриях, и на его лице появилась улыбка. «Думаю, я знаю, что делать».Дилан
Юный далматинец был очень встревожен и с трудом подбирал нужные слова, чтобы выразить свои чувства. Лежа на больничной койке, Дилан ждал возвращения Долли, которая вышла, чтобы принести ему что-нибудь попить. После того, как Доуг, Делайла и Ди-Джей ушли, Долли провела остаток дня с Диланом, объясняя ему текущую ситуацию. Они долго обсуждали, что делать, чтобы успокоить других щенков после похищения Хантера, Дипака и Дизеля, пока Долли не позвонил Доуг и не сказал, что он и щенки больше не поедут в больницу, так как он собирается встретиться с Оливером в полицейском участке. После этого оба подростка очень переживали за родных почти час, пока Долли не позвонили еще раз и не сказали, что власти собираются спасти мальчиков, а Делайла уйдет с работы пораньше и будет ждать вместе с Доугом и другими щенками в штаб-квартире MI-K9. И прямо перед последним звонком, когда Долли сообщили, что со всеми все в порядке и что позже все будут дома, она увидела на своем мобильном телефоне несколько новостных статей о смерти Хаузера. После всего этого эмоционального потрясения Дилан попросил Долли чего-нибудь выпить, но на самом деле это была последняя попытка молодого далматинца набраться смелости и наконец сказать Долли, чем он хочет заниматься. После разговора с Хаузером Дилан пришел к выводу, что должен всё рассказать Долли до того, как придет письмо с уведомлением о приеме из Академии Баскервиля, но, несмотря на то, что они провели вместе целый день, его каждый раз охватывал страх, когда он собирался заговорить об этом. Пока Дилан в очередной раз обдумывал этот вопрос, Долли вернулась с бутылкой воды в одной лапе и бумажным стаканчиком в другой. –Я никого не смогла найти, поэтому купила бутылку воды в торговом автомате. Сев на стул рядом с кроватью, Долли открыла бутылку, наполнила стакан и протянула его Дилану. –Кажется, что любой, кто не находится с пациентами, говорит о том, что сделал мой дорогой дедушка, любящий взрывы. Дилан взял чашку, слегка улыбнувшись попытке Долли пошутить. –Я не знаю, стоит ли нам так о нем говорить. Мальчик отпил воды из чашки и продолжил. –Несмотря на все, что он сделал, он все равно был членом семьи. Долли закатила глаза и фыркнула, явно не соглашаясь. –Мы можем поговорить о чем-нибудь другом? О нем и так уже слишком много говорят. Долли приподняла бровь, с любопытством глядя на Дилана. –Кстати, я заметила, что ты пытался мне что-то сказать. Тебе удалось набраться смелости, чтобы поговорить о том, чтобы это ни было? Дилан почувствовал себя очень неловко и отвел взгляд, нервно улыбаясь. –Хе-хе. Неужели ты так хорошо меня знаешь? Затем Долли скрестила лапы на груди и строго посмотрела на Дилана. –Достаточно хорошо, чтобы понять, что ты пытаешься уйти от какой-то темы. Какое-то время Долли смотрела строго, а Дилан продолжал нервно улыбаться. Но когда стало ясно, что Долли не собирается сдаваться, Дилану пришлось признать свое поражение. –(вздох) Ладно, я действительно хочу кое о чем с тобой поговорить. Но, учитывая, что мы решили снова стать парой, я боюсь, что ты воспримешь это как препятствие между нами. Все еще с скрещёнными лапами на груди, Долли озадаченно приподняла бровь. –И что же может стать препятствием? Дилан отвел взгляд, собираясь с духом, чтобы продолжить, и, нерешительно посмотрев в глаза Долли, задал вопрос. –Ты помнишь, что я говорил о том чем хочу заниматься в будущем? Долли на мгновение растерялась, затем немного задумалась, прежде чем ответить. –Ты хочешь быть психотерапевтом, да? Помогать другим справляться с эмоциональными и психологическими проблемами. Дилан коротко кивнул, уже заранее зная, что Долли все хорошо помнит. –Да, однако, несмотря на то, что это важная профессия, официально она была создана всего около сорока лет назад, и именно поэтому многие думают, что это ненастоящая профессия. Кроме того, часто требуются годы, чтобы получить необходимую квалификацию, а зарплата обычно не очень хорошая. Поэтому мой первоначальный план состоял в том, чтобы выбрать профессию, которая требует такой же базовой подготовки, чтобы гарантировать финансовую стабильность моей будущей семье, и только после этого выполнить все требования и получить возможность стать терапевтом. Долли кивнула со слегка раздраженным выражением на морде, явно желая, чтобы Дилан перешел сразу к делу. Дилан глубоко вздохнул и продолжил. –И, как я уже сказал, перед тем, как ты приехала с нашими родителями и Ди-Джеем, Хаузер навестил меня, но я опустил ту часть, где он сказал мне, что узнал о моих целях. И, по его словам, после его смерти мы все унаследуем много денег, поэтому он сказал мне, что я должен сосредоточиться на том, чтобы стать собакой-терапевтом, поскольку у меня не будет никаких проблем с обеспечением своей семьи. Глаза Долли расширились, затем она закрыла их и сделала несколько глубоких вдохов. После она открыла их и вздохнула, выглядя весьма раздраженной. –Мне трудно решить, как я отношусь к своему дедушке-убийце, но в данном случае я должна признать, что это звучит как хорошая идея. Затем Долли дразняще улыбнулась, соблазнительно приподняв брови. –Но я рада, что ты уже думаешь о жизни после нашей свадьбы. Морда Дилана стало красной, как помидор, молодой далматинец явно нервничал. –Это не то, что я имел в виду. Я уже обдумывал этот план до того, как встретил тебя. Реакция Дилана рассмешила Долли, и он не мог отрицать, что ему больше нравилось, когда она была такой, а не сердитой. –Ха-ха-ха-ха-ха! Остынь, Дилан. Долли еще немного посмеялась, затем перевела дух и продолжила, все еще пребывая в хорошем настроении. –Ну, что еще изменится в твоих планах, если ты получишь деньги от старого пса? Хотя настроение Долли улучшилось, Дилан не был уверен, что оно останется таким же, когда она услышит остальное. Нервно улыбнувшись, он продолжил объяснять. –Ну, в отличие от первоначального плана, это означало бы, что вместо того, чтобы окончить школу на год раньше, провести три года в Академии Баскервилей, чтобы пройти подготовку по кинологической службе наряду с базовой медицинской подготовкой, проработать около восемнадцати лет пожарной собакой, получить докторскую степень по психологии и только потом стать собакой-терапевтом. Я бы прошел обучение и сразу же получил бы докторскую степень в Баскервиле, на что у меня всё равно ушло бы восемь лет. Долли широко раскрыла глаза, потом присвистнула. –Чувак, иногда ты поражаешь меня тем, насколько далеко ты планируешь. Я хочу стать профессиональной скейтбордисткой и не собираюсь поступать в колледж, но я признаю, что лучше закончить эти восемь лет учебы в колледже сейчас и заниматься тем, чем ты действительно хочешь, чем останавливаться на полпути и заниматься чем-то другим в течение почти двадцати лет. Долли задумчиво почесала подбородок. –Я просто не понимаю, почему ты решил, что меня это будет беспокоить. Дилан на мгновение растерялся, но вскоре понял, что происходит. В конце концов, Долли все еще относительно недавно в Лондоне, и в Лондоне есть несколько университетов...Хотя Дилан и понимал, что может разочаровать Долли, он глубоко вздохнул и продолжил. –Долли, академия Баскервилей находится не в Лондоне, а в Дартмуре, в графстве Девон. Долли моргнула, удивленная ответом. –О, конечно, тогда в этом есть смысл. Она на мгновение задумалась, но потом неловко улыбнулась. –И...как далеко это графство? Дилан глубоко вздохнул, уже готовясь к реакции девушки. –Девон находится совсем рядом с Корнуоллом, буквально на другом конце Англии. Скорее всего, меня примут в Баскервиль, но с этим новым планом в течение восьми лет мы виделись бы только тогда, когда я приезжал бы навестить семью во время школьных каникул и долгих выходных. И это, не говоря уже о том, что у меня будет еще меньше времени на тебя, когда я приступлю к защите докторской диссертации по психологии. Глаза Долли расширились, и она практически застыла на месте, когда Дилан посмотрел на нее с беспокойством. Эти двое оставались в своих позах, казалось, целую вечность, и тишина заставляла Дилана волноваться все больше и больше. Затем Долли глубоко вздохнула, выглядя довольно грустной. –Значит, после следующего года мы будем редко встречаться. Дилан был совершенно сбит с толку, приподняв бровь. –Это только в том случае, если я буду придерживаться плана. В противном случае я бы вернулся через три года, в течение которых мог бы навещать нашу семью несколько раз в год по выходным. Дилан надеялся, что это успокоит Долли, но она строго посмотрела на него. –О чем ты говоришь, Дилан? Если всего через восемь лет у тебя будет возможность стать псом-терапевтом и следовать своей мечте, то, конечно, делай, что задумал. Дилан был потрясен и смотрел на Долли широко раскрытыми глазами. –Но...Как же наши отношения? Долли взяла Дилана за лапы, заглянула ему в глаза и немного грустно улыбнулась. –Дилан, я по-прежнему испытываю к тебе те же чувства, даже после целого года разрыва. Я смогу пережить следующие восемь лет, если мы с тобой будем хоть иногда видеться. Слова Долли произвели сильное впечатление на Дилана, но затем он снова удивился, когда губы Долли слились с его в поцелуе, полном любви и нежности. И после первоначального шока Дилан, улыбаясь, ответил на поцелуй. После того, как они оторвались друг от друга, чтобы отдышаться, Долли лукаво посмотрела на Дилана с ехидной ухмылкой. –Но как только ты вернешься в Лондон навсегда, мы сразу же поженимся. Дилан слегка усмехнулся, отвечая на соблазнительный взгляд Долли таким же. –Я едва могу дождаться. Затем Дилан поцеловал Долли, которая, оправившись от удивления, ответила на поцелуй и обняла его.Дизель
Это было в начале ноября (пятого числа, если быть точным, почти в полседьмого вечера), чуть больше месяца спустя после смерти Хаузера. На Далматин-стрит, 101, все далматинцы и несколько гостей собрались на террасе, большинство из них были очень взволнованы тем, что произойдет через несколько минут: Докинз раздавал наушники; Димитрии и Трипл Д обсуждали с Хантером следующую прямую трансляцию "Тройной угрозы"; Доуг, Оливер, Данте и Тоби болтали, готовя мясо на гриле; Делайла, Натали, Да Винчи и Ди-Джей накрывали на стол с закусками и праздничным тортом; Агата делает то, что она делала с тех пор, как похитили её друга, то есть практически не отрывается от Дипака все это время; и, конечно, больше всех остальных восторг демонстрировали – Дельгадо, Диззи и Ди-Ди, бегающие взад-вперед, Дилан и Долли следили за тем, чтобы никто ничего не повредил. Но Дизель не был уверен, что он чувствовал в тот момент. Очень распространенное в Лондоне празднование "Ночи Гая Фокса", более известное среди животных как "Ночь бумов", в основном состояло из разведения большого костра перед тем, как устроить впечатляющий фейерверк. Это было тем событием, которое семья далматинов любила с тех пор, как их прадедушки Понго и Мисси были щенками, а для членов семьи далматинов, живущих в Лондоне, в частности для Дельгадо, это еще более особенный день, поскольку это также день рождения щенка. Однако в последний раз Дизель видел фейерверк в тот день, когда он потерял кого-то очень важного для него, поэтому сегодня дикий щенок был не очень рад. Пока Дизель сидел в углу с печальным выражением на морде, дикий щенок не мог избавиться от чувства грусти и небольшой ревности. Грусть возникла из-за воспоминаний о Хаузере, и, по словам доктора Сэмсона (который некоторое время ухаживал за Дипаком и Дизелем), это совершенно нормально. Ревность было объяснить немного сложнее, поскольку она также заставляла его чувствовать себя виноватым. После смерти Хаузера Дизель переехал к своим двоюродным братьям, получая от всех много любви, но Дизелю трудно не испытывать ревности, когда он видит, на что похожа жизнь его двоюродных братьев, у которых есть папа и мама, которые их всех любят. Что входило в планы Хаузера и по-настоящему мотивировало Дизеля, так это обещание, что однажды у щенка появятся родители, которые будут любить его таким, какой он есть, несмотря на то, что он дикий пес. Пока Дизель пребывал в этих противоречивых чувствах, щенок не заметил, что кто-то приближается к нему, пока не услышал голос. –Что случилось, милый? Затем Дизель поднял морду и посмотрел на Делайлу. В отличие от того, что она носила обычно, мать была одета в платье из очень легкой ткани, из-за которого был виден теперь уже объемный живот Делайлы. Что удивило Дизеля за последние несколько недель, так это то, насколько увеличился живот Делайлы, и еще более удивительным было объяснение, что причиной стал растущий внутри нее ребенок. Из-за этого Дизель регулярно ждал у ванной, чтобы узнать, не появился ли ребенок. И он перестал это делать только после того, как ему объяснили, что на появление ребенка потребуется еще целый месяц. Глядя на морду Делайлы, Дизель видел в ней много сострадания и заботы о нем, что заставило его почувствовать себя немного лучше. Но этого было недостаточно. –Это из-за фейерверка. Делайла на мгновение растерялась, затем широко раскрыла глаза и посмотрела на Дизеля с беспокойством и виной. –О, милый, мне правда жаль. Мы были так взволнованы всем происходящим, что даже не подумали, что для тебя это будет так трудно. Затем она, казалось, что-то вспомнила и ласково улыбнулась. –Но, думаю, я знаю способ поднять тебе настроение. Это замечание заставило Дизеля приподнять бровь, и щенок сразу же заинтересовался. Продолжая улыбаться, Делайла протянула Дизелю лапу, и, несмотря на некоторое колебание, щенок встал и взял ее. Мать прошла немного, сопровождая Дизеля, и в какой-то момент свистнула, чтобы привлечь внимание Доуга, и кивнула, приглашая его следовать за ней. Все еще пребывая в замешательстве, Дизель оказался в центре террасы, прямо между Доугом и Делайлой. –Пожалуйста, подождите минутку, – сказал Доуг, заставив всех прекратить свои занятия и обратить на них внимание, –Мы с Делайлой хотим сделать важное объявление. Делайла кивнула, прежде чем продолжить. –Мы собирались подождать, пока не подадут торт, но, думаю, нужно сказать это прямо сейчас. Это ещё больше подогревало интерес Дизеля, и не только его, так как другие щенки и гости тоже с большим любопытством смотрели на взрослых. Завладев всеобщим вниманием, Делайла продолжила. –Как вы все знаете, отец Доуга совершал довольно плохие поступки, но нам не стоит забывать и о том хорошем, что он успел сделать, в частности, просил нас позаботиться о том, чтобы Дизель был принят в подходящую для него семью. Доуг кивнул, улыбаясь, и продолжил. –Мы уже нашли для него идеальную семью, и Оливер помог нам с оформлением всех документов. Доуг взглянул на кота, который улыбнулся. –И теперь Дизель официально усыновлен. На мордах окружающих появилось выражение удивления, а сам Дизель был очень взволнован. Однако ему также было немного грустно, так как ему нравилось жить с другими щенками. Кроме того, он не был уверен, что его действительно примут в этой новой семье. Щенок нерешительно посмотрел на взрослых далматинцев, не зная, как реагировать. –И когда я познакомлюсь со своей новой семьей? Делайла слегка усмехнулась, а Доуг погладил Дизеля по голове, приподняв бровь и озорно улыбнувшись. –Хе-хе. Вы уже знакомы, щенок. Дизель был в замешательстве, пока Доуг и Делайла не заключили его в крепкие, любящие объятия. –Добро пожаловать в нашу семью, сынок, – сказала Делайла. Глаза Дизеля расширились, ему все еще требовалось время, чтобы осознать услышанное. –Групповые объятия! – радостно воскликнул Доуг. Прежде чем Дизель успел полностью осознать эти слова, Дилан и Долли присоединились к объятиям, а вскоре за ними последовали и другие далматинцы, как раз перед тем, как раздался громкий хлопок, за которым последовала яркая вспышка в небе. Пока Дизеля обнимали, он почувствовал, как что-то опустилось ему на голову, и, посмотрев в сторону, понял, что Докинз надел на него наушники, прежде чем присоединиться к объятиям. Натали и котята тоже присоединились, в то время как Оливер продолжал готовить еду на гриле. Оказавшись в окружении тех, кто заботится о нем, и на фоне прекрасного светового шоу в небе, Дизель мог только вилять хвостом с глупой улыбкой на морде, чувствуя себя счастливее, чем когда-либо. И, по мнению щенка, все это было благодаря одному единственному псу в его жизни. «Спасибо тебе, дядя Хаузер. Я никогда тебя не забуду».Круэлла
На лице Круэллы Де Виль сияла победоносная улыбка, когда она любовалась прекрасным пейзажем. Хотя у пожилой женщины было слабое здоровье, несколько сломанных костей, которые, вероятно, никогда полностью не срастутся, теперь она была свободна от этой ужасной клиники. После того, как вся правда была раскрыта, власти засомневались, что делать с женщиной почти ста лет, которая, вероятно, проведет последние годы своей жизни в гипсе и бинтах. И, по-видимому, лучшим решением, которое они нашли, было отправить Круэллу в небольшую клинику в маленьком городке на юго-востоке Европы и практически забыть о ней. Поездка длилась несколько дней, с очень неудобными пересадками с морского на наземный транспорт, а теперь еще и этот заключительный отрезок пути на вертолете. Вертолет приземлился, и пять псов, которые перевозили пожилую женщину, очень осторожно сняли ее с вертолета. Поскольку Круэлла была обездвижена, и просто лежала с раскинутыми руками и ногами, единственным способом перенести ее с одного места на другое была странная алюминиевая рама, похожая на большую вешалку для одежды на колесиках. После того, как они начали вести ее по улицам маленького городка, Круэлла начала разглядывать здания в этом месте, но не была особо впечатлена, увидев несколько домов и небольших двухэтажных строений, окрашенных в тусклые кремовые тона. В целом, казалось, что это место будет чрезвычайно скучным, и Круэлла, скорее всего, проведет последние несколько лет своей жизни, просто наблюдая, как проходит время. Но, тем не менее, Круэлла была довольна. В конце концов, ей удалось пережить мстительного далматинца, который хотел мучить ее до тех пор, пока Круэлла не умрет. "После этого я надеюсь, что больше никогда в жизни не увижу далматинца". Почти сразу после того, как Круэлла подумала об этом, мимо них прошел самый обычный прохожий, и пожилая женщина хмыкнула, увидев далматинца в одежде, которая даже в ее детстве показалась бы старомодной. Пожилая женщина думала, что может не обращать на это внимания, поскольку это был всего лишь один далматинец, но вскоре после этого мимо прошли две пожилые далматинки, которые прогуливались вместе и разговаривали. Круэлла приподняла бровь, думая, что это слишком большое совпадение, когда они проходили мимо магазина мороженого, где пожилая пара далматинцев проводила время с парой далматинцев на несколько лет моложе в сопровождении нескольких щенков, которые по-видимому выбирали вкусы. Дальше они прошли через сквер, где играло несколько щенков, а матери стояли чуть поодаль и разговаривали. И ВСЕ ОНИ БЫЛИ далматинцами! Рассерженная, Круэлла слегка повернула голову и посмотрела на ближайшего пса, сиба-ину, который был одет в красную рубашку-поло и синие джинсы под медицинским халатом. –Где мы? Пес выглядел удивленным, когда старуха заговорила с ним, но вел себя довольно мило. –О, ты только сейчас решилась спросить? Мы направляемся в клинику, где ты проведешь остаток своей жизни. Пес издал легкий смешок, а затем продолжил, фальшиво и злобно улыбаясь. –Эта клиника расположена в небольшом городке в Хорватии, точнее, в регионе под названием Далмация. И, судя по тому, что мы слышали, после того, как мы уедем отсюда и оставим тебя здесь, ты будешь единственным живым существом в городе, которое не является далматинцем. Глаза Круэллы расширились, слова пса повергли ее в шок. Именно тогда собака, которая, по-видимому, была лидером среди этих врачей, акита-ину, на морде которой были морщины, образующие крестик посередине, укоризненно посмотрела на другого врача. –Не приставай к пациенту, Джису. Другая собака хихикнула, затем фальшиво посмотрела на Круэллу. –О, мне очень жаль, мэм. Я обещаю не беспокоить вас до конца поездки. Даже без фальши, эти слова не смогли бы заставить Круэллу почувствовать себя лучше. Как раз в тот момент, когда Круэлла думала, что ее положение будет менее мучительным, она обнаруживает, что будет жить в окружении далматинцев, постоянно получая напоминания о своих неудачах и о том, как она создала монстра, который буквально уничтожил ее семью. Однако воспоминание о том ужасном далматинце Куэйде принесло старушке некоторое облегчение. "Ну, все не так уж плохо. Раньше всё было намного хуже". Пытаясь утешиться этим, Круэлла старалась не обращать внимания на всех далматинцев, которых она видела, и на то, как некоторые с любопытством наблюдали за тем, как медицинский персонал ведет пожилого человека на самую высокую точку в округе. Затем путешествие Круэллы подошло к концу, и она оказалась возле большого двухэтажного дома со множеством комнат и окон, вероятно, самого большого здания городе. А поскольку Круэлла находилась на вершине холма, ей открывался прекрасный вид на город и Адриатическое море. Одна из собак-медиков, сикоку-ину, постучала во входную дверь, и через некоторое время дверь открыла молодая далматинка, одетая как медсестра. Далматинка заговорил с сикоку на местном языке, что заставило Круэллу немного поволноваться, когда она поняла, что, возможно, в этом городе, расположенном у черта на куличках, никто не говорит на ее языке. После того как собаки отвели Круэллу внутрь, они последовали за медсестрой в комнату, в которой были только небольшой шкаф и кровать. Собаки очень осторожно извлекли Круэллу из странного транспортного устройства и уложили на кровать, и вскоре большинство из них ушли. Остались только сикоку-ину и медсестра, а пёс-медик смотрела на Круэллу с профессиональным хладнокровием. –На этом мы прощаемся, мадам Де Виль. К сожалению, владелец – единственный в клинике, кто говорит по-английски, но он уже должен быть в пути, чтобы поговорить с вами. Пес поклонился и вышел из палаты, оставив Круэллу наедине с медсестрой. Присмотревшись к кабинету, Круэлла нахмурилась от того, насколько проста эта клиника, но, учитывая расположение, это можно было назвать даже приемлемым. Через некоторое время дверь снова открылась, и Круэлла была удивлена тем, насколько эффектно это было. Однако, как только она увидела вошедшего, глаза Круэллы расширились, а ее кожа стала до нелепости бледной, её полностью охватил ужас. Одетый в одежду врача, крупный, до нелепости мускулистый далматинец лет шестидесяти смотрел на Круэллу и улыбался так фальшиво, что его можно было принять только за психа. –Круэлла! Наконец-то ты здесь! – воскликнул Хаузер с волнением и тревогой. Все еще пребывая в шоке, Круэлла комично открывала и закрывала рот, напоминая рыбу. –Тебя не должно было здесь быть! Ты мертв! Все еще улыбаясь, далматинец пожал плечами, приближаясь к нему. –Ну, технически говоря, Хаузер Куэйд официально мертв, и теперь я доктор Дамокл Далматински, ответственен за заботу о вас до конца вашей жизни. Круэлла была в шоке и смотрела на пса, не веря своим глазам. –Зачем ты это делаешь? Далматинец почесал подбородок, делая вид, что размышляет. –Я не думаю, что мне нужно объяснять тебе весь мой план сейчас, так как у нас будет достаточно времени. Затем Хаузер встал прямо у кровати и холодно посмотрел на пожилую женщину, заставив Круэллу почувствовать сильный страх. –Если вкратце, то у меня не было лучшего способа разоблачить все, чем моя смерть, и как бы я ни был готов умереть, чтобы заплатить за все, что я сделал, я покину этот мир только после тебя. Затем он подошел достаточно близко к лицу Круэллы, чтобы посмотреть женщине прямо в глаза, злобно улыбаясь и вызывая дрожь в глубине ее темной души. –Вопрос лишь в том, как долго ты собираешься прожить?
