By the sea

Утро встречает головная боль. Громкий будильник ударяет по голове так, что его хочется разбить о ближайшую стену. Не надо было разрешать Донмёну заходить и спаивать себя. Гонхи редко пьёт, а если пьёт, то напивается за полбутылки вина. Мён же притащил две. Одного будильника в этот раз мало, чтобы поднять свою тушку и начать собираться. Каждые десять минут звенит один за другим, пытаясь поднять бедного парня после похмелья. В конечном итоге его пинают под бок несколько раз, чуть ли не сталкивая с кровати, и приходится вставать. – Какой псих ставит будильники на субботу? – бурчит парень рядом. Ли привык поднимать свой зад и по выходным тоже. В первую очередь, он старается держать себя в форме, поэтому выходит на ежедневные пробежки с утра пораньше. В обычный будний день это в полшестого утра, в выходной – в десять. Сейчас же уже десять двадцать пять. И вот… как будто бы из-за этого похмелья лучше не идти на улицу. Но с другой стороны не хочется давать заднюю в здоровом образе жизни. И пока человек, проспавший рядом с ним всю ночь, ложится и спит дальше, Гонхи начинает прибирать то, что вчера было оставлено не убранным. Он всегда следит за порядком, чтобы всё выглядело аккуратно и чтобы не разбить нос об что-нибудь. При сожительстве с Хвануном парень часто спотыкался об что-то, оставленное им где попало. А будучи пьяным он способен сделать то, о чём мог бы никогда не подумать в трезвом состоянии. Даже тот факт, что он проснулся сегодня не один в постели… Гонхи никогда в жизни не стал бы кого-то пускать в свою кровать на следующий день после расставания. Но так вышло и время не повернёшь назад. – Гонхи! – голос Хвануна раздаётся на всю квартиру из коридора, вызывая небольшую панику. Не стоит ему знать, с кем сегодня провёл ночь его лучший друг. Благо тот парень ещё спит спокойным сном. Только Ё может припереться без предупреждения, а ещё и ввести код, даже если парень его тысячу раз меняет. – Что, Хванун? – собравшись немного с мыслями, Гонхи выглядывает в коридор и делает вид, что ничего такого сейчас в этой квартире нет. – Хён сегодня работает, а я хочу в кино, так что собирайся и пошли! – воодушевлённо говорит парень, держа в руках два билета на какой-то фильм. – Я только проснулся и ещё не ходил на пробежку, – отвечает Ли, после чего Ё немного хмуриться, как будто начиная что-то подозревать. – Ты же в это время уже возвращаешься, – подмечает парень. – А сегодня очень не хотелось вставать, – отвечает спокойно Гонхи, но по взгляду Хвануна видно, что он думает о чём-то особенно странном. – Где твоя майка? Ты же обычно даже не спишь без неё, – говорит Хванун, явно начиная устраивать допрос. – Ну а сегодня спал без, – отвечает Ли, очень стараясь не паниковать в этой ситуации. – Что за допрос из «Красной шапочки»? Ещё вопрос, и я съем тебя, как серый волк, – дополняет он, руками имитируя лапки животного. – Отличная мысль, – улыбается Хванун, явно подыгрывая. – Что в мешке, Гонхи-я? – говорит он, явно издеваясь над другом. – Ладно, сеанс всё равно только через два часа, так что иди на свою пробежку, а я подожду тебя здесь, – произносит он, снимая с себя обувь. Вот только оставлять здесь Ё одного, пока в комнате спит тот, кого по сути здесь не должно быть, очень опасно. Спалиться-то точно не хочется. – А ты не хочешь со мной? – предлагает Гонхи, надеясь, что парень согласиться, хотя он и без того понимает, вряд ли это произойдёт. – Я отказывался полгода назад и ничего не изменилось, – отвечает спокойно Хванун, направляясь в сторону кухни, в двери которой Ли и стоит. – Ну мало ли кое-кто повлиял на тебя, – обозначает парень, наблюдая за другом, который начинает себе заваривать кофе на чужой кухне. – Гонхак-хён тоже на пробежки выходит каждое утро, но не по выходным, – подмечает Ё, открывая шкафчики один за другим, чтобы найти пачку с кофе. А пока он говорит, дверь из комнаты Гонхи открывается, и парень сразу же замечает проснувшегося человека, кое-как накинувшего на себя футболку. – Хён, зачем ты вообще встаёшь в такую рань? – парень трёт глаза, подходя к хозяину квартиры. Хванун заливает кипяток в кружку, после чего поворачивается на стоящего в проходе Ли, который весьма быстро пытается спрятать от друга этого человека за дверью. – Ты в курсе, что от меня бесполезно что-либо скрывать? – произносит Ё, после чего делает глоток кофе. Гонхи кидает свой взгляд на парня, стоящего рядом с собой. Его глаза расширяются в мгновение ока. Очевидно, он тоже не особо хочет, чтобы об этом кто-то знал. – Это очень не похоже на тебя, Гонхи, – подмечает парень и снова делает глоток кофе. Он сейчас выглядит, как папа, отчитывающий своего ребёнка за какую-то провинность. – Ты не тот человек, который будет начинать новые отношения спустя день после разрыва. – Он пришёл вчера ко мне со словами «слышал, ты расстался с Чонхо», – произносит Ли, стараясь особо не смотреть ни на Хвануна, ни на Донмёна, прячущегося за дверью. – Так, значит ты с ним уже знаком, – делает вывод друг. – Мне дальше строить догадки или ты сам сознаешься, с кем переспал этой ночью? – говорит он, настаивая на разоблачении. – Помнишь Ёнджо? – приходится придумывать на ходу. Один из бывших кажется самым оптимальным вариантом для того, чтобы отмазаться. – Да, а ещё помню его запах, – а Хванун слишком хорош в разоблачении лжи. – Я недавно его видел, – и парень поясняет немного. – Дай слово, что не станешь говорить об этом Дончжу, – произносит Гонхи, тяжело вздохнув. Он замечает, как Сон рядом смотрит на него глазами полные недоумения. Ли решает рассказать другу правду, но рядом стоящий парень точно не сможет сразу понять почему. – Думаешь, он станет тебя осуждать из-за того, что ты начал так быстро новые отношения? – спрашивает Ё, пытаясь понять, для чего это другу. Но парень не отвечает. Дело не в скорости, а в кровных узах, поэтому хочется, чтобы Дончжу знал в самую последнюю очередь. Он может отреагировать достаточно резко, а Гонхи точно не хочет терять такого друга, как он, если у них вообще получится спасти его и его сына. – Ну ты же не переспал с его братом. Он же тоже омега, – выдаёт Хванун, не выдержав молчание. Донмён, стоящий рядом, сразу же закрывает себе рот, пытаясь сдержать смех, случайно шлёпнув по своим губам с характерным звуком. Но Ли всё равно ничего не говорит, ожидая, пока Ё, наконец, скажет то, чего так ждёт парень. – Хорошо, даю слово, что не скажу Дончжу, – сдаётся он, после чего Сон перестаёт сдерживать свой смех, начиная смеяться в голос. А парень с кружкой кофе явно не может допереть, кто же там стоит и смеётся. – Господи, как же это глупо, – произносит Донмён, взглянув на Гонхи. – Что? – кажется, до Хвануна начинает доходить, а после Сон выходит из своего укрытия и направляется в сторону холодильника. – Донмён!? – восклицает парень, из-за чего головная боль напоминает о себе, так что идти на пробежку уже совсем не хочется. – Господи, не кричи, – говорит Ли, прикладывая руку к голове. Ё от этого лишь сильнее удивляется. Гонхи не из тех, кто напивается из-за расставания. Хотя по сути выпивка нужна была для другого. Донмён знает, какие можно использовать методы, чтобы добиться своего, особенно если дело касается Гонхи. – Лови, – произносит Сон, после чего кидает Ли банку с пивом, только Гонхи успешно промахивается и получает холодной банкой по голому животу. – Я же сказал ловить. – Я лучше таблетку от головы выпью, – говорит Гонхи, поднимая с пола эту самую банку. И он выходит из комнаты, чтобы взять свою аптечку из шкафа в коридоре. – Что, нахер, происходит!? – слышится из кухни голос удивлённого Хвануна. Теперь ему однозначно всё надо объяснить, а ведь корни идут давно, началось это аж пять лет назад.       

***

Донмён улыбнулся, смотря в экран своего телефона. За день до поездки в Сокчхо ему признался в чувствах бывший одноклассник – Гиук. Сон обещал подумать над тем, что чувствует сам во время поездки. Но этот альфа не давал скучать, писал много сообщений разного рода. И это заставило Донмёна пойти на что-то странное. Улыбаясь во всё лицо, парень шёл по коридорам отеля. На часах шесть утра, но подвыпивший Донмён всю ночь переписывался с Ли. Постучал в дверь одного из номеров, пытаясь правильно вспомнить, в этом ли номере расположился его брат или нет. Их заселили по двое. Хвануна с Донмёном, Гонхи с Дончжу. Учитывая, что Хванун так и не пришёл ночью спать, они, скорее всего, всё ещё не спали. И Мён в этом точно не сомневался. Гонхи открыл дверь, подтверждая догадки Сона. – Дончжу… – парень быстро зашёл в номер, однако увидел совершенно случайно весьма интересную картину. – Дончжу попросил Хвануна научить его целоваться, – сказал тихим тоном Гонхи, привлекая на себя внимание. – Тогда ты поможешь мне, – произнёс Донмён, после чего резко взял Ли за руку и потянул на коридор. Тот кое-как успел закрыть за собой дверь. – А что сделать-то нужно? – спросил Гонхи, попытавшись хоть что-то разузнать. – Мне нравится один альфа, и вчера он предложил мне встречаться, – сказал Донмён, быстро направляясь в сторону своего номера. – Я сказал ему, что хочу подумать, но естественно просто пытаюсь подогреть его интерес к себе. – Зачем так заморачиваться? – задал Гонхи уже другой вопрос. – Чтобы не бросил, естественно, – ответил Сон, оглянувшись на собеседника. – Но сейчас я хочу скинуть ему интимки. – Ты хочешь, чтобы я помог их сделать? – А ещё я хочу, чтобы ты поучаствовал в этом, – улыбнулся Донмён, открывая дверь в свой номер. – В смысле? – спросил Гонхи очередной раз. Как только дверь за ними закрылась, Мён стянул свою футболку и протянул Ли свой телефон. – Что ты хочешь сделать? – Я не особо отличаюсь от Дончжу безбашенностью, – произнёс Сон, взяв парня за руку и сразу же потянув к широкой кровати. На телефон приходили уведомления один за другим, и Мён был уверен на все сто процентов, от кого это. Гиук всё ещё не спал и ждал того, что сейчас собирался сделал омега. Донмён лёг на кровать, не выпуская руки Гонхи. Тот явно понимал, что фотографии ему нужно будет делать сверху, поэтому сразу же встал на колени над парнем. Донмён приложил чужую ладонь к своей щеке и посмотрел на парня, который навис над ним. Чёрт возьми, Сон абсолютно не ожидал, что этот вид может выглядеть настолько прекрасно. А Ли слегка подвис, как будто не совсем понял, что именно стоило сделать. И по правде говоря, Донмён тоже. Посмотрев Гонхи в глаза, он увидел что-то странное, что мог и не увидеть у кого-то ещё. Наверное… захотелось почаще оказываться в таких ситуациях. Но отмерев первым, Донмён слегка коснулся руки Гонхи, в котором был телефон, возвращая его на землю. Ли сделал несколько фотографий, немного переместив свою ладонь. Очевидно, чтобы вышло лучше и красочнее. – Что на счёт пары отметин? – предложил Сон, слегка улыбнувшись. – А? – лёгкий ступор так и не проходил у Ли. К тому же он был довольно пьян, так что Донмён практически сразу брал всю инициативу на себя. – Намажешь губы помадой и оставишь мне пару следов на шее, – пояснил парень, после чего быстро привстал. Только оказавшись близко к Гонхи, голову посетили странные мысли, которые, казалось бы, не должны были появиться. Дыхание перехватило. Почему он вообще такой красивый? Это должно быть противозаконно. Особенно если для омеги настолько привлекателен другой омега. – Я дам тебе… – мысли не те, кончено, – свою помаду, – Донмён отвёл свой взгляд в сторону, посмотрев туда, где лежала его сумка с базовой косметикой. Ли потянулся за этой сумкой сам и сразу же подал её Мёну. Сон довольно быстро залез в неё и достал одну из самых ярких своих красных помад. Вообще, он не пользовался ими, купил чисто для таких целей, когда надо оставлять подобные следы. – Где мне стоит оставить след? – спросил Гонхи, раскрывая эту красную помаду. – Где будет удобно, там и делай, – ответил Сон, после чего откинул сумку в сторону и лёг обратно, наблюдая за тем, как Хи красит себе губы, используя камеру в качестве зеркала. Донмён нервно вздохнул, когда парень над ним наклонился и довольно мягко прикоснулся губами к шее. Он сразу же отстранился и посмотрел на проделанную работу. Губы и ресницы слегка подрагивали. Мысли куда-то резко убежали от подобной картинки. Ли находился очень близко, вызывал мурашки по всему телу от одного лишь взгляда, заставлял думать о чём-то пошлом. Чёрт возьми, он ведь тоже омега. Гонхи не должен был вызывать таких неоднозначных эмоций. Только ему уж точно было это не важно. Он вновь опустился и прикоснулся своими красными губами кожи. В этот раз ниже, ближе к ключице. Ещё в одном месте появился красный след от помады. Сгиб шеи, грудь, плечо. Гонхи лишь отвлекался добавить немного помады на свои губы и продолжал оставлять столько разных отметин с двух сторон. И в моменте Донмён прикрыл свои глаза, позабыв, с кем находится, издал тихий стон. На одну ночь ведь можно забыть, кто кем является, не так ли? А Гонхи отстранился после этого звука. Вот-вот они могли бы переступить не ту черту. Но открыв глаза, Сон увидел, что Ли делает новые фотографии на телефон. Как будто бы ему на самом деле плевать, что здесь происходило. Господи, Донмён так хочет, чтобы его губы снова прикоснулись к его коже. Как бы ни хотелось сделать что-то безумное, парень держал себя в руках изо всех сил. Гонхи ведь лучший друг Дончжу. Так не должно было быть. Надо было всё же ждать брата и просить его. Но Донмён заметил, как Ли немного подвис в этом моменте. Его глаза бегали, не стояли на месте. А губы приоткрылись. Помада полностью не стёрлась. С этими красными губами он выглядел особенно привлекательно. Чёрт… Сон захотел его поцеловать. И Гонхи как будто мысли прочёл, весьма неожиданно приблизился и аккуратно прикоснулся своими губами чужих. Мягко, нежно и даже немного мило. Он целовал, не переходя границ. Хотя о каких границах могла идти речь? В какой момент они стёрлись настолько, что они позволили самим себе поцеловаться. В окружении Донмёна были одни альфы, которые пьяными могли просто чмокнуть в губы. Но чёртов Ли Гонхи целовал, не как брата или друга. Так аккуратно к нему ещё никто не относился. Его невесомые касания рук и мягкие губы с привкусом алкоголя сводили с ума, заставляя хотеть больше. Но Гонхи отстранился от него, как ошпаренный, и сразу же закрыл свой рот, испугавшись последствий. – Мы же… омеги… – произнёс он. Его уши стремительно покраснели от смущения. – Забудь, – выдал Сон, быстро приподнявшись на одной руке. Вторая рука потянулась к чужому лицу, аккуратно соприкоснулась с щекой. В чужих глазах было слишком хорошо видно желание. Это всё самое настоящее безумие, которое хотелось продолжать. – Завтра мы вернёмся в Сеул, я начну встречаться с Гиуком, а ты найдёшь себе хорошего альфу. Но сейчас мы здесь, и если хочется, то почему нет? – уговаривал Донмён, наблюдая за реакцией парня, чьё лицо сейчас так близко. Гонхи оказался слаб на уговоры. Он даже почти не думал. Донмён практически прямо дал ему разрешение на продолжение. Ли приблизился, затянул в новый поцелуй, который сразу же стал в несколько раз смелее, чем прошлый, и вернул Сона обратно в лежачее положение. Донмён оправдывал себя минутной слабостью. Он был влюблён в Гиука, но алкоголь в крови и гормоны при виде парня, стоящего прямо над ним, заставили делать разного рода вещи. Мён и представить себе не мог, что его первый раз мог случиться с омегой. Кто бы что ни говорил, а Гонхи выглядел сексуально в любой момент времени. Даже если, вернувшись в Сеул, омега и правда начал встречаться с альфой, повторить ту ночь с другим всё равно хотелось. Была только одна проблема. Каждый раз, когда он встречался взглядом с Гонхи, Сон замечал в его глазах стыд. Сколько алкоголя было в крови у него, не известный факт. Повторить, чёрт возьми, хотелось каждый раз, когда на глаза попадался этот омега. Хотелось схватить его за руку и утянуть куда-нибудь за угол, чтобы вновь почувствовать эти губы на своих. И парень очень старался заглушить эти чувства в другом парне – в Гиуке, который так любезно оказался рядом. Донмён убеждал себя в том, что он любил этого альфу. Давал ему делать с собой всё, что вздумается. У них и правда было много интересных сексуальных практик, но… ничего не могло сравниться с тем, что было с Гонхи. Сон начинал сходить с ума, замечая, как Ли Гонхи его избегал. А Дончжу ещё как раз недавно рассказал, что у него альфа появился… – Приглашай своего брата с друзьями. Устроим пижамную вечеринку, – предложил Гиук, улыбаясь своему парню. – Я думал, пижамные вечеринки – это омежьи штучки, – выдал сразу же Донмён, пытаясь подстебнуть альфу. Он ранее рассказывал, что частенько его путали с омегой, поэтому парень никогда не терял возможности подшутить. – Нет, дорогой. Альфы тоже устраивают такие штучки, – а он отреагировал весьма спокойно и слегка ударил парня по носу. Сказать, что с Гиуком не было хорошо и комфортно, было бы ложью. Однако в глубине душе Сон вечно возвращался мыслями к другому человеку с такой же фамилией. Гонхи пришёл на эту пижамную вечеринку со своим альфой. Хванун уже очередной раз расстался со своим парнем, а Дончжу очень не захотел приводить своего. Брат, как только у него кто-то появился, начал меняться, а ещё скрытничать. Говорил «ни за что не покажу, пока сам не буду убеждён». Взгляды с Ли встретились, когда рядом стоял его парень. И Донмён увидел в этом взгляде некое сожаление и печаль. Гонхи впервые не убегал от него, а просто мягко улыбнулся, придвинувшись ближе к своему молодому человеку. После нескольких бутылок какого-то алкоголя кто-то предложил сыграть в семь минут в раю. Решили использовать для этой затеи ванную комнату. Она одновременно небольшая и достаточно просторная. И сначала в этой комнате семь минут просидел Дончжу с Гиуком. Мён облегчённо выдохнул, когда его альфа вышел из ванны без единого синяка. Его брат мог там сделать всё, что угодно. Вытянулся новый жребий, исключая тех, кто уже оставался наедине. Донмён раскрыл свою палочку и увидел короткую, понимая, что сейчас его очередь. Он поднял глаза, чтобы найти, с кем ему придётся провести время, и увидел такую же палочку у Гонхи. – Пришло время пооткровенничать, хён, – произнёс Сон, резко схватив Хи за руку и потянув в сторону комнаты. Дверь за ними закрылась очень быстро. Было слышно, как подставили стул для надёжности. Гонхи включил фонарик и положил его в раковину. По его взгляду было видно, как ему некомфортно. Глазки бегали туда-сюда, а Донмён просто хотел всё, наконец, прояснить, чтобы Гонхи перестал его избегать, бояться и стыдиться. – Нам давно надо было поговорить о том, что было в Сокчхо, – сказал парень. А для того, чтобы поймать чужой взгляд на себе, он прижал Ли к стене. – Я не думаю, что нам есть, о чём говорить, – произнёс собеседник, явно избегая этого диалога. – Послушай, в этом нет ничего такого, что могло бы быть за гранью фантастики, – а Донмён сразу же начал говорить о том, что думал, сделав шаг назад от парня. Он хотя бы уже не пытался отводить свой взгляд. – Что произошло, то произошло, – продолжил он, слегка улыбнувшись. – Это нормально, если мы, будучи двумя одинокими омегами, захотели ласк и дали её друг другу. – Дело далеко не в том, что мы сделали, – ответил Ли, вызвав у Донмёна небольшое непонимание. – А в том, что я хочу повторить, даже имея своего альфу. – У нас есть чуть меньше семи минут, чтобы забыть обо всём, – сказал Донмён, после чего вновь приблизился к Гонхи максимально близко. – Я тоже всё это время хотел повторить, – добавил он, после чего затянул парня в поцелуй. Донмён совершенно не думал о том, что за дверью находились их парни, что прямо сейчас они решили за шесть минут им изменить. Но целоваться с Гонхи было чертовски приятно. Настолько, что оторваться было невозможно. Они второй раз сделали это на пьяную голову, только в этот раз ограничились только поцелуями. За эти несколько минут невозможно успеть сделать что-то большее. Только Сон решил сам для себя, что обязательно вернётся и закончит начатое. А стоило только на секунду отстраниться и взглянуть в чужие глаза, как это снесло башню лишь сильнее. Его улыбка и блестящие глаза, заставляли лишь сильнее хотеть чего-то, чем не должны заниматься омеги. Только выйти из комнаты нужно было так, словно ничего подобного не происходило. Донмён очень вовремя отстранился и отошёл к другому концу комнаты. Смотря друг на друга, что-то побудило обоих начать смеяться. Это всё на самом деле так глупо… Дверь открыли снаружи и остальные парни уставились на них в лёгком недоумении. Стоило им успокоиться, как кто-то спросил, с чего они смеялись. Вот только ни один отвечать не хотел, поэтому один выдал «локальный мем», а второй поддакнул. Выйдя из ванны, Гиук словил своего парня и оставил лёгкий поцелуй на его губах. Тогда Сон и представить себе не мог, к чему это могло привести. – Расскажи, что происходило, когда вы были с Гонхи наедине? – спросил Гиук. Утро у них наступило в двенадцать дня. Но прозвучал этот вопрос ближе к двум часам. За дверью ещё ходили другие участники пижамной вечеринки, а Донмён только натянул на себя свою одежду. Вопрос парня заставил понервничать. – Мы просто болтали, – соврал он, даже не взглянув на альфу. – О чём? – У нас одна тема для разговора, Ги, – ответил Сон, взглянув на собеседника. – И это Дончжу. – Ты думаешь, я не вижу, как ты смотришь на него и как он на тебя? – произнёс парень, вводя Мёна в ступор. – Между вами что-то произошло, и я не знаю, насколько давно. Но я знаю, что вы смеялись не из-за того, что кто-то сказал что-то забавное. Вы смеялись из-за глупости ситуации, в которой вы оказались. – К чему ты ведёшь? – спросил Донмён, уже даже не отрицая тот абсурд, который вчера происходил в ванне. – Когда ты вышел, я поцеловал тебя, чтобы убедиться, что вы не делали того, что не следовало бы, пока ваши альфы находились за стенкой, – сказал Гиук, давая понять своему омеге, что он уже не просто догадывается, а точно знает. – Это было не впервые, – произнёс Сон, сдаваясь. Лгать теперь точно было бесполезно. Лучше не выдумывать ничего и признаться честно. – Мы целовались год назад до того, как мы с тобой начали встречаться. – Понятно, – Гиук опустил голову, начав рассматривать свои собственные пальцы. – Гиук, я люблю тебя, – Донмён решил попробовать сохранить эти отношения, поэтому быстро сел рядом с ним и попытался взять чужую руку в свою. Однако Гиук вырывает ладонь, встаёт и подходит к окну. – Не ври себе, Донмён, – сказал он, посмотрев на улицу. – Мне всё равно на то, что ты солгал мне и собирался обманывать, но не нужно врать самому себе. – Нет, я… – Ты не понимаешь. В наших отношениях любил только я, а ты пытался убедить себя в том, что ты не влюблён в омегу, – выдал Гиук, после чего обернулся на удивлённого омегу. Сон убеждал себя, что ему нужен альфа. Его так воспитали. Заставили считать, что никаких отличных пар быть не может. Только альфа с омегой. Ничего другого. – Гиук, такого просто не бывает, – сказал парень, встав со своего места. – Бывает, – ответил Ли, посмотрев прямо в глаза. – В конце концов, ты решил встречаться с альфой, которого часто путают с омегой, – заключил он. И эта фраза… она как будто раскрыла глаза Донмёна на истину. Он же прав. Всё это время Донмён просто отрицал тот факт, что он влюблён в омегу. Он никогда не видел, чтобы такие пары существовали, поэтому и поверить в это не мог. Но… это правда. Самая настоящая правда. От осознания Сон осел рядом с кроватью. – Между нами всё кончено, Донмён, но если понадобиться моя помощь в чём-то, я обязательно помогу, – произнёс Гиук, после чего довольно быстро вышел из комнаты. По щекам потекли слёзы. И нет, не из-за того, что его только что бросил парень. От перегрузки и от осознания того, что парень, в которого он влюблён, занят сейчас другим человеком. – Нам пора, Мён, – в комнату открыл дверь Дончжу, однако практически сразу застыл на месте, заметив слёзы на лице брата. – Что случилось? – Мы расстались, – ответил парень, взглянув на обеспокоенного Чжу. – Я вскрою ему черепушку, – тут же сказал братишка. – Это я виноват, – произнёс Донмён, успев ухватить парня за штанину. – Останься со мной немного, – попросил он, посмотрев Дончжу прямо в глаза.