By the sea

Сон Дончжу далеко не из робкого десятка. Он способен на многое. Сердце боится, но тело делает. Страх перед альфами никуда не исчез, лишь силком подавлен. Дончжу хочет, чтобы его называли сильным, поэтому изо всех сил и держится. Он стоит до конца, даже если стоять больно. Именно поэтому он без ведома своих друзей отправляется в имения Пак Инсоба. В это время он обычно не дома, в компании. Но Дончжу специально подбирает время так, чтобы Инсоб его увидел. Он должен уже собираться домой, пока Сон стоит под дверью и нажимает на кнопку звонка. Дверь открывает взрослый омега – муж Пак Инсоба. Он домохозяин, то есть нигде не работает. А сам Инсоб практически не показывает своего мужа на всяких мероприятиях, предпочитает его прятать. И, очевидно, не зря. Этот мужчина очень красив, настолько, что даже Дончжу засматривается на него. Однако он здесь с одной определённой целью. – Здравствуйте, – произносит Сон, доставая из внутреннего кармана пальто свою визитку. – Меня зовут Сон Дончжу, я адвокат, – он протягивает визитку мужчине, который в лёгком недоумении смотрит на Дончжу. – У нас уже есть адвокат, – проговаривает мужчина. – Я недавно только устроился в юрфирму, поэтому работаю практически мальчиком на побегушках, – продолжает Сон. – Раньше Ваш муж пользовался услугами нашей фирмы, а меня отправили по бывшим клиентам собирать отзывы о нас. – Вот как, – кивает мужчина, а следом рассматривает визитку. На ней название юрфирмы вымышленное. Уговор со своим боссом Дончжу всё ещё помнит. – Кажется, я помню что-то такое, так что вполне могу оставить отзыв вместо него, – проговаривает мужчина, мягко улыбнувшись. – Заходите, могу угостить Вас кофе. – Буду благодарен, – кивает Дончжу. Маленький обман срабатывает. Пак Инсоб так часто меняет юрфирмы, что его муж, очевидно, не запоминает их всех. Так что слегка исковеркать название одной из них было достаточно, чтобы он принял Дончжу за представителя одной из существующих фирм. Он представляется. Имя мужа Пак Инсоба – это не то, что можно легко найти, так что Дончжу запоминает. Хан Тхэи. Прекрасное имя для прекрасного мужчины. Он делает для гостя кофе при помощи кофемашины и подаёт его на блюдечке. Чжу замечает, как Тхэи с особой тщательностью подбирает чашку из хорошего разнообразия сервизов. И, кажется, у господина Хана на каждого гостя найдётся свой сервиз. На чашке Дончжу изображены веточки с голубикой, которая идеально гармонирует с запахом Сона. Диалог с Тхэи кажется довольно непринуждённым. Сначала Дончжу задаёт заготовленные вопросы по поводу несуществующей юрфирмы. А потом диалог начинает скакать по различным темам, включая увлечения друг друга. Тхэи рассказывает, что когда-то увлекался музыкой. Ему очень нравилось играть на пианино. Собственно, на пианино когда-то играл Донмён, поэтому Чжу сразу же проводит параллель. – Вы очень приятный собеседник, – улыбается Дончжу. В какой-то момент ему просто становиться жаль Хан Тхэи. Он замужем за таким ублюдком… – Мне часто это говорят, – отвечает парень, мягко улыбаясь в ответ. – На самом деле я не хотел Вам этого говорить, – а Сон решает всё же рассказать ему о некоторых деяниях Инсоба. – Ваш муж Вам всё время изменяет. – И что? – говорит Тхэи. Его взгляд становиться довольно серьёзным. Мужчина выглядит так, словно всё это время знал. И… вот этого Дончжу не понимает. Хан Тхэи знает об изменах, но всё равно остаётся с мужем… Возможно, Чжу немного недооценил этого человека. Взгляд Сона устремляется на чашку, с которой он пил кофе. Это явно было не просто так. Хан Тхэи, очевидно, сразу понял о том, кто такой Сон Дончжу. И он начинает смеяться, как бы показывая, что эти догадки верны. – Любить такого страшного человека, как Пак Инсоб очень сложно, но я смирился, – произносит Тхэи. А его слова как будто обозначают очередное двойное дно. – Я не способен дать ему всего, чего он просит в постели, – подмечает мужчина. – Поэтому он и начал это делать. Он любит меня, и не хочет заставлять меня делать что-то. – Почему же тогда должны страдать другие? – спрашивает Дончжу, очевидно не понимая подобной несправедливости. – Сколько денег ты отмыл, когда спал с моим мужем? – а Тхэи задаёт уже другой вопрос. – Если ты пришёл просить ещё, то я тебе дам, но тебе нужно уйти до того, как он вернётся с работы. – Вы думаете мне нужны деньги? Я встречался с Вашим мужем, потому что думал, что он любит меня. – Тогда чего ты хочешь? – Уничтожить его. – Не сможешь. – Думаете? – Знаю. Хлопок двери, а следом мужской голос оповещает о том, что кто-то пришёл домой. Это Пак Инсоб. Именно так и звучит его голос. К тому же он сам появляется в гостиной комнате. Дончжу показательно поднимает чашку с блюдца, а следом смотрит на Инсоба. – Это кто? – спрашивает Инсоб, указав пальцем на Дончжу. Он, очевидно, нервничает. – Адвокат Сон пришёл, чтобы получить отзыв о юрфирме, на которую он работает, – произносит Тхэи, а следом Дончжу ставит обратно фарфоровую чашку с изображением голубики и поднимается с дивана, доставая из портфеля папку, в которой лежат целых два иска против Пак Инсоба. – К слову, не только за отзывом, – произносит Дончжу, а следом подходит к Инсобу и протягивает ему эту папку. – Это два иска. Удачи разобраться с ними. – Спасибо, – проговаривает Инсоб, после чего Дончжу делает небольшой кивок головы и направляется в сторону выхода. А Тхэи идёт его провожать. – Поверь мне, ты не первый, кто пытается его уничтожить, – проговаривает Тхэи тихим тоном, стоя совсем рядом с обувающимся Дончжу. – Он убил моего десятимесячного ребёнка, – произносит Сон, посмотрев в глаза Тхэи. – Гнев омеги, потерявшего ребёнка, куда страшнее, чем Вы можете себе представить. Эти два иска – только начало, – а следом разворачивается и покидает этот дом. Выходя с территории этого проклятого дома, Дончжу чувствует облегчение. Как будто камень с души свалился. Ощущение лёгкости, которого так не хватало с того момента, как Дончжу в принципе познакомился с Пак Инсобом. А вместе с этим Сон ощущает, как начинает подступать течка, поэтому просит таксиста поторопиться.       

***

Видеть на двери табличку «учитель Ли Сохо» безумно приятно. Сохо действительно очень рад вернуться в эту школу и снова преподавать историю Кореи. Ничто не сравниться с этим ощущением. Кроме того, Ли к каждому уроку подходит по-разному, поэтому когда Сохо уходил, многие из учеников на пути сказали, что им жаль. Он даже слышал, что была какая-то петиция. Подростки любят Сохо, как учителя. То, что с ним произошло в прошлом, жуткая несправедливость. Кроме того, Пак Сохён, именно тот ученик, который подставил своего учителя, и сейчас особо проходу не даёт. Вечно пытается что-то сделать, чтобы обратить на себя внимание Сохо. Особенно сильно он любит покидаться смятыми бумажками, чем сегодня весь урок и раздражает. И после того, как очередной клочок бумажки попадает ему в затылок, Ли оборачивается на ученика, который этим занимается. Нужно каким-то образом угомонить его, иначе вести уроки будет особенно сложно. – Хватит с нас на сегодня истории Кореи, – произносит Сохо, после чего берёт стул и ставит его прямо перед партой Сохёна. – Нам надо учиться, чтобы хорошо сдать экзамен, – отвечает ученик, довольно едко улыбаясь. – Сдадите, не волнуйся, – говорит Ли, улыбнувшись в ответ. – Кто-нибудь хочет узнать, чем я занимался, пока был в «ссылке»? – спрашивает Сохо, а следом оглядывает класс и видит достаточно не мало поднятых рук. А Сохён уже выглядит полностью пристыженным. И в такой ситуации из-за Ли Сохо он оказывается далеко не впервые. Сохён – единственный из его учеников, кто так ненавидит учителя истории. – Мне больше всего интересно, как вы вернулись, – произносит Сохён, после чего Сохо откидывается на спинку стула, слабо улыбаясь. – Благодаря любви, – отвечает загадочно Ли, достав из кармана кольцо, с которым делал предложение Дончжу. – Как в сказке? – спрашивает кто-то из левого ряда. – В сказках принц спасает принцессу, а не наоборот, – говорит Сохо, взглянув на того, кто задал вопрос. – В моём доме живёт один очаровательный омега. Будет он принцессой в нашей истории. Принц, изгнанный из королевства, то есть я, искал себе работу. А у принцессы оказался маленький ребёнок, с которым она совсем не справлялась. Принцесса дала принцу эту работу. – И принц влюбился в принцессу? – спрашивает другой ученик уже из правого ряда. – Это случилось намного раньше. Пять лет назад, когда принц только-только заканчивал обучение, принцесса очаровала его. – На балу? – Нет, не на балу, в спортзале. Принцесса победила дракона, – Сохо продолжает парировать метафорами, ведь гораздо лучше не называть настоящих имён. Улыбка не сходит с лица Ли, а глаза направлены на то самое кольцо, которое крутиться в руках. – Её друг был в беде, поэтому принцесса бесстрашно сразила этого дракона. А спустя пять лет, встретив ту же самую принцессу, принц обнаружил в её глазах страх. Она видела в принце такого же дракона. – Но если она дала принцу работу, значит разглядела его истинное лицо? – Она не сразу разглядело в принце того, кем он является на самом деле. Дитя принцессы сделало это раньше. Именно благодаря этому ребёнку принцесса и позволила принцу работать на него. Быть няней. – Вы работали няней? – прерывает историю Сохён, на что получает в ответ краткий кивок. – Как низко. – Не торопись с выводами, – произносит Сохо, взглянув на Сохёна. – Благодаря тому, что принц стал сидеть с ребёнком, принцесса смогла взойти на свой трон. Прошла через коронацию и обрела небольшую, но всё же власть. Но тот, кто скинул её ранее с этого трона, злой король, отец этого ребёнка, явно не собирался с этим мириться. Поэтому только обвенчавшись с принцем, принцесса без слов его бросила, вернув его из ссылки обратно. – Принц сделал предложение принцессе? – спрашивает ученик с левого ряда. – Да, я сделал этому омеге предложение. Правда, оно было испорчено приспешником злого короля, но он сказал «да». – И где же он теперь, если кольцо у вас? – с насмешкой в голосе спрашивает Сохён, кинув взгляд на то самое кольцо. – Вместе со своими друзьями сражается против злого короля и пытается спасти своего ребёнка, – улыбнувшись, отвечает Сохо, после чего поднимается с места и поворачивает стул обратно. Сразу после звенит звонок. Ли очень грамотно подобрал момент, когда он может поговорить о том, чем занимался во время «изгнания». – На этом всё, – произносит учитель Ли, после чего все ученики начинают собираться. Это был последний урок, поэтому школьники довольно быстро начинают покидать кабинет. А Сохо собирает со стола все свои бумаги. Вначале урока надо было выяснить, на каком моменте остановился этот класс прошлый раз с другим учителем. Одно Ли понял точно – они отстают от программы. Поэтому надо будет их просить, чтобы этот класс приходил на дополнительные по истории. Или можно будет попробовать поменяться уроком с каким-нибудь учителем, с которым этот класс уходит вперёд по программе. Например, с учителем корейского. Кажется, он всегда старается уходить вперёд по программе, чтобы на последних уроках не торопиться и дать детям больше времени на подготовку к последним контрольным. – Учитель Ли, – весьма неожиданно Пак Сохён остаётся в кабинете наедине с Сохо. И ему это особенно сильно не нравится. Прошлый раз, когда они были одни, это привело к тому, что Ли уволили. – Я бы хотел извиниться перед вами, – говорит ученик, чем удивляет Сохо, а следом протягивает учителю какую-то коробку. Ли с опаской принимает эту коробку, аккуратно завёрнутую в упаковочную бумагу. – Ты же помнишь, что взятки я не беру, да? – проговаривает Сохо, кинув взгляд на дверь. Она открыта нараспашку, а значит путь отхода вполне свободен. – Это извинения, а не взятка, – говорит Сохён, чем только удивляет Сохо. Быть такого не может, что этот парень так легко поменял своё мнение по поводу учителя истории. От него пять минут назад так и несло полнейшей неприязнью. – Я бы хотел объясниться, – и в ответ Сохо в лёгком недоумении приподнимает одну бровь. – Дело в том, что вы мне нравитесь, учитель Ли. Но я просто… не умею проявлять свои чувства, поэтому таким образом… – Сохён, – а Сохо решает вернуть эту коробку ученику. – Я твой учитель и ничего более. – Да, но это не заставит меня вас разлюбить, учитель Ли, – взгляд Сохёна опускается вниз. Кажется, он чувствует стыд за это всё. – Но всё ещё можно сделать так, чтобы я не был вашим учеником! Я просто переведусь в другую школу, – он резко поднимает взгляд обратно в лицо Сохо, как будто искренне верит, что Ли отвечает ему взаимностью. – В этом нет смысла, Сохён. У меня уже есть омега, в которого я по уши влюблён. – Разве он вас любит? Если бы любил, не бросил бы. – Я не знаю, любит он меня или нет. Но знаю точно, что строить отношения с человеком, который младше меня на десять лет, не стану, – произносит Сохо, ставя точку в этом диалоге, после чего обходит ученика и удаляется. У него есть ещё некоторые дела в учительской. Надо бы просто привести в порядок рабочее место. В учительской, кроме самого Сохо, остаётся ещё один учитель. Молодой. Устроился тогда, когда Ли был уволен. Преподаёт биологию. На него уже скинули обязанности классного руководителя. Когда Сохо ушёл, его нужно было заменить, так что, очевидно, это стал этот бедный парень, который остаётся на внеурочные, чтобы заполнить какие-то ещё документы. И Сохо его жаль, ведь тех детей, которые сейчас ведёт биолог, когда-то вёл сам Ли. Так что убрав со стола, который до возвращения Сохо использовали для складирования макулатуры и хлама, Ли решает сходить в кофейню недалеко от школы и купить два кофе. Биолог немного дёргается, когда Сохо ставит ему на стол стаканчик. Его удивлённый взгляд сразу же устремляется на парня, который просто решил ему помочь. – Кажется, мы ещё не знакомы, – произносит Сохо, мягко улыбнувшись. – Меня зовут Ли Сохо, я историк. – А я Хан Джисон, – улыбается в ответ парень. – Биолог, – добавляет он. – Слышал, тебе отдали класс, который я вёл до того, как меня уволили, – проговаривает Сохо. – Так что если нужна помощь, обращайся. – А… почему вас уволили? – интересуется Джисон. – Да так, ложно обвинили, – отвечает Ли, решая не вдаваться в подробности. Он отворачивается в сторону окна, делая глоток кофе и слабо улыбается, снова подумав о Дончжу. Мысли всё время так и норовят вспомнить о нём. Вот у Минхо сегодня встреча с бывшим мужем. Пытаются договориться, что кому отойдёт без суда. А о том, где сейчас Дончжу и что делает, абсолютно ничего не известно. Сохо знает лишь то, что на него повесили какие-то обвинения. Скорее всего, уже выпустили под залог. Но… больше ничего не ясно. Сохо просто хочет отдать ему это кольцо, которое снова крутить в руке. Даже не замечает, как снова достаёт его из кармана. – А можно… попросить вас помочь? Я ещё не особо основался на этой должности, – произносит Джисон, после чего указывает рукой на компьютер, а Сохо просто кивает своей головой. И это отвлекает. Мысли заняты тем, как можно объяснить новичку, что конкретно надо сделать. Сохо несомненно скучает по Дончжу и Минсолю. Хочет увидеть их, обнять. Но пока что это абсолютно невозможно. А может и в принципе такой возможности больше никогда не появиться, ведь в какой-то степени Пак Сохён был прав. Если бы Дончжу любил, то ему, наверняка, было очень сложно оставить Сохо. К тому же, он ни разу этого не говорил. Сохо утешал себя тем, что Чжу даже не говорил, что и не любит. Когда Дончжу говорил о своей позиции на счёт отношений, он сказал: «Нельзя отрицать, что ты нравишься не только Минсолю, но и мне тоже». Какая-то симпатия всё же была. Но если вспомнить взгляд, которым Дончжу смотрел на Сохо, когда он пришёл в юрфирму выяснять отношения… Кажется, Ли просто перестаёт верить, что их отношения вовсе не в тупике. Хочется только впихнуть это кольцо ему и забыть, наконец. Ведь думать над этим всем становиться с каждой минутой только больнее. И, кажется, этот биолог вовсе не плохой парень, с которым точно можно что-нибудь попробовать. Не то, чтобы Сохо действительно вот так быстро забыл о том, что у него было с Дончжу. Просто… кажется попробовать построить новые отношения будет самым лучшим вариантом забыть о тех, что даже и дня не выдержали. – Может тебя подбросить до дома? – предлагает Сохо, смотря на Джисона, который мягко улыбается. – Не надо, – отвечает он. – У меня парень ревнивый, – и, как оказалось, даже такой парень, как Хан Джисон, уже занят. Это как будто знак, что точно не стоит думать о ком-то другом в подобном ключе. Как будто толчок к тому, чтобы пойти и окончательно вернуть себе Сон Дончжу и быть рядом, когда ему особенно сложно. – Тогда до завтра, – говорит Ли, улыбаясь коллеге. Сохо подходит к своему столу, берёт портфель и телефон. Собирается позвонить Гонхаку, чтобы попробовать узнать, где находиться место, где работает Хванун. Очевидно, если Дончжу выпустили под залог, то он вполне может находиться там с друзьями. Ну или можно хотя бы расспросить самого Хвануна, попросить его передать кольцо. Он не Гонхи, вероятнее всего, выполнит просьбу. Но на экране телефона высвечивается сообщение от Дончжу, которое довольно неожиданно заставляет поверить в то, что начинало казаться былью. На экране высвечивается текст: «Я люблю тебя». Это заставляет Сохо застыть на месте и от неожиданности выпустить портфель из руки. Выходит… если ему пришло это сообщение, значит он больше не в чёрном списке у Дончжу, значит ему можно попробовать позвонить. Именно это Сохо и делает. Но по ту сторону связи звонок сбрасывают, что заставляет разочароваться. Это сообщение… если это такая шутка, то совсем не смешно. А если это правда, то будет достаточно только найти Дончжу, чтобы он сразу же вернулся к нему. Сохо едет домой. Из-за обнадёживающего сообщения концентрация его внимания падает. Так он даже не замечает на нескольких светофорах, что горит зелёный. Ему несколько раз сигналят, заставляя двинуться с места. Сохо не знает, что и думать об этом всём. Гонхаку он так и не позвонил. Забылся. Но, возможно, позвонит, когда доедет домой. К слову, он пропускает один поворот. Это всё очень сильно подкашивает Сохо, выводит из колеи. Он не плакал, когда нашёл кольцо на своей двери. Не плакал после того, как Дончжу сказал, что не выйдет за него. Но сейчас очень хочется разреветься, как маленькая омежка. «Альфы не плачут», – учил папа, и поэтому Сохо держался и никогда не плакал. Но теперь, вновь посмотрев на то сообщение, Ли не может удержать себя. Слёзы одна за другой покатились по его щекам. И как хорошо, что Минхо не заходит в его комнату без стука. Именно этот стук и заставляет парня быстро вытереть своё лицо, пока младший брат открывает дверь. Он проходит в комнату, в руках у него два стакана и ещё какое-то питьё. Оба стакана всучивает в руки старшего брата, а следом наполняет какой-то тёмно-красной жидкостью, похожей на вино. Только упаковка – не бутылка, поэтому вряд ли это вино. – Что это? – спрашивает Сохо, не понимая этих жестов со стороны Минхо. – У меня противопоказания к аборту, – произносит омега. – Так что это гранатовый сок, – обозначает он, а следом глаза свои, наполненные глубочайшей болью, направляет на старшего брата, в котором ждёт поддержки. В другой ситуации это было бы вино, ведь сейчас тут сидят на кровати два человека с разбитым сердцем. Минхо забирает один из стаканов, а после Сохо аккуратно его приобнимает. – Я буду тебе помогать, – шепчет Сохо. А идиллию неожиданно портит звонок в дверь. Это вполне может быть Гонхак, который мог захотеть зайти к другу после работы. Одно только странно, он обычно три раза на кнопку нажимает. К Минхо явно никто не придёт. Друзей у него особо нет. Всех отвадил его бывший муж. Да и у Сохо, кроме Гонхака, тоже больше никого нет. Разве что Хванун. Но он настолько редкий гость, что скорее придёт вместе со своим парнем, чем один. Тем не менее, чтобы узнать, кого это принесло, нужно пойти и открыть дверь. Поэтому Сохо оставляет свой стакан на столе, а следом направляется к входной двери. Смотрит в глазок и поверить не может, потому что… потому что видит там Дончжу. Кажется, как будто это сон или вообще что кто-то просто картинку повесил. – Дончжу? – Сохо открывает дверь и действительно видит его. Волосы взъерошены. На плечах кое-как держится синяя университетская куртка. Под ней белая рубашка. Пару пуговиц расстёгнуты. Брюки чёрные. Он как будто до этого был в строгом костюме. Колени у него подрагивают, а взгляд кажется затуманенным. В нос ударяет мощный запах голубики. Дончжу смотрит на Ли пару секунд, как будто давая время, чтобы осознать. А после Сон довольно быстро входит внутрь и закрывает за собой дверь. С плеч омеги падает куртка. Его руки поднимаются к шее Сохо, заставляют приблизиться, и следом Дончжу затягивает Ли в поцелуй. В особенно страстный поцелуй. Есть ощущение, как будто Сон особенно сильно изголодался по сексу. Или так проявляется тот факт, что он очень скучал. Сохо пытается отстраниться, но Дончжу довольно сильно его держит за затылок. Особенно сильный запах голубики наталкивает на мысль, что у этого омеги началась течка. В этом точно нет ничего необычного. Разве что, очевидно, Чжу очень сильно накрыло отчего-то. Настолько сильно, что он приехал домой к альфе, которого собственноручно бросил, и целует так, словно если он этого не сделает, умрёт. Становиться понятно, что и сообщение он написал под действием течки, а значит не имеет абсолютно никакой силы. Дончжу сам отстраняется и смотрит прямо в глаза. – Дончжу… – проговаривает Сохо. Рука Сона берёт запястье Ли и кладёт себе на задницу. А его губы уже начинают бегать по шее альфы. – Дончжу, так нельзя делать, – через силу Сохо отстраняет от себя течного омегу и прислоняет его к стене, надеясь, что это поможет его угомонить. – Я люблю тебя, – произносит Дончжу, а его руки начинают бегать по телу Сохо, пытаясь соблазнять. И по правде говоря, соблазн велик. – Я так люблю тебя, – говорит он, после чего одна его рука опускается к паху, но Сохо хватается за его запястья. – Выглядит так себе, – за спиной слышится голос Минхо, но Сохо понимает, что если сейчас обернётся, то потеряет бдительность. Дончжу перед ним довольно тяжело дышит, обдавая горячим дыханием Сохо. – Ты мне нужен, – и неожиданно его глаза становятся стеклянными, как будто он сейчас заплачет. – Ты мне очень нужен, хён, – говорит Сон, а по его лицу действительно начинают течь слёзы, на которые Сохо смотреть не может. Он сразу же свои ладони кладёт на это лицо и пытается вытирать лишнюю влагу. А Минхо к ним подходит и аккуратно прикасается ко лбу течного омеги. – Дело плохо, – говорит Минхо, после чего подхватывает с вешалки свою куртку. – Я схожу за лекарствами, а ты попробуй удовлетворить его хотелки руками, – произносит Минхо, натягивая куртку на себя. А Сохо аккуратно поднимает Дончжу на руки. Сон лицо своё прячет в сгибе шеи альфы, как раз там, где лучше всего слышен личный запах Сохо. – Только руками, а не членом, хён, – тут же обозначает Минхо, на что Сохо глаза закатывает и уносит Дончжу в свою комнату.